судья Гамзатов Г.Б. дело № 22-678-2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12 мая 2020 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего Магомедова М.А.

с участием прокурора Магомедова А.И., 

защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Умарова Р.Т.,

при секретаре Гаджиевой Л.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Умарова на постановление судьи Новолакского районного суда Республики Дагестан от 18 февраля 2020 года, о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору Новолакского района Республики Дагестан.

Заслушав доклад председательствующего, выступление адвоката Умарова Р.Т., просившего удовлетворить апелляционную жалобу, мнение прокурора Магомедова А.И., полагавшего апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в двух тайных хищениях чужого имущества из газопровода.

4 февраля 2019 г. уголовное дело в отношении ФИО1 поступило в Новолакский районный суд Республики Дагестан для рассмотрения по существу.

18 февраля 2020 г. постановлением судьи удовлетворено ходатайство государственного обвинителя, дело возвращено прокурору Новолакского района для устранения нарушений норм уголовно-процессуального закона.

В апелляционной жалобе защитник постановление считает незаконным, просит его отменить, а дело направить на рассмотрение в ином составе суда. В обоснование он указывает, что вывод судьи о наличии у ФИО1 3 классов образования документально не подтвержден, довод подсудимого о том, что подпись в расписке о получении копии обвинительного заключения ему не принадлежит, судом путем вызова следователя в суд для допроса в данной части не проверена. Помимо этого, полагает Умаров, надлежало выяснить у следователя предоставление ФИО1 по окончании следствия материалов дела для ознакомления, расписывался ли он в протоколе об ознакомлении с делом, а также допросить адвоката Омарова А.М., защищавшего ФИО1 в ходе следствия. ФИО1 понимает суть происходящего, общается на русском языке и отвечает на вопросы суда. Само по себе недостаточное образование ФИО1 и неумение читать и писать не означает, что его права в ходе предварительного следствия нарушены. Кроме того, отмечает защитник, по заключению экспертизы ФИО1 по своему психическому состоянию может отдавать отчет своим действиям и руководить ими. В постановлении судья привел два основания для возвращения дела (составление обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ и невручение его копии обвиняемому). При этом, какие именно нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, допущены, судья не указал. В жалобе также обращается внимание на то, что ст. 237 УПК РФ предусматривает возможность возвращения дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Однако судья привел иную формулировку. По мнению Умарова, удовлетворение ходатайства государственного обвинителя преследует цель избежать оправдательного приговора, скрыв допущенные в ходе предварительного следствия нарушения.

В возражениях государственный обвинитель Мугадов С.Р. доводы жалобы находит несостоятельными, а постановление – подлежащим оставлению без изменения. Он указывает, что в судебном заседании установлено, что в деле нет сведений о получении ФИО1 основного и общего образования, в заседании подсудимый заявил о неумении читать и писать на русском языке, отсутствии аттестата об образовании и невладении языком, на котором ведется судопроизводство. Обвинительное заключение на родном языке ему не вручалось, на просьбу обвинителя прочитать текст предъявленного ему документа, сделать это ФИО1 не смог. 

Изложенное свидетельствует о том, что подсудимый является малограмотным. Эти обстоятельства следователь не выяснил, в силу чего ФИО1 был лишен возможности полноценно защищать свои права. Возвращение уголовного дела прокурору имеет цель приведение процедуры предварительного следствия в соответствие с требованиями закона.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, вынесенным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Обжалованное постановление суда указанным требованиям не соответствует.

В соответствии с пп. 1 и 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если:

обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения;

копия обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления не была вручена обвиняемому.

Как усматривается из обжалуемого постановления, удовлетворяя ходатайство государственного обвинителя и приходя к выводу о наличии оснований для возвращения дела прокурору, суд указал, что в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 читать и писать на русском языке не может, его образование 3 класса школы, копию обвинительного заключения он не получал, подписи в расписке в получении обвинительного заключения и протоколе ознакомления с материалами дела ему не принадлежит, с делом он до настоящего времени не ознакомился. 

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда согласиться не может.

Из дела усматривается, что на предварительном следствии и в суде ФИО1 в ходе его допросов в качестве свидетеля и обвиняемого сообщал, что показания желает давать на русском языке, которым владеет свободно, в услугах переводчика не нуждается (л.д. 105, 199, 227-228 т. 1, л.д. 35-36 т. 2).

В рамках этого же уголовного дела действия ФИО1 органом следствия ранее были квалифицированы по ч. 1 ст. 158 и ч. 1 ст. 158 УК РФ, 30 ноября 2018 г. следователем направлено ходатайство мировому судье о назначении ФИО1 судебного штрафа. В ходе судебного заседания по рассмотрению этого ходатайства 27 декабря 2018 г. обвиняемый сообщил суду, что свободно владеет русским языком, не поддержал свое ходатайство о назначении судебного штрафа, приведя в обоснование этого соответствующие мотивы (л.д. 282, 285 т. 1).

После переквалификации содеянного (по версии следствия) ФИО1, дело с обвинительным заключением направлено в суд. В судебных заседаниях 19 марта и 23 октября 2019 г. подсудимый дважды подтвердил получение копии обвинительного заключения (л.д. 77, 140 т. 2). По ходу судебного разбирательства ФИО1 отвечал на все вопросы суда, участников судопроизводства, заявлял и поддерживал различные ходатайства (л.д. 77-79, 140-141, 227-257 т. 2). 

13 января 2020 г. подсудимый в ходе его допроса показал, что: при подписании протоколов, которые ему давал следователь, адвокат отсутствовал; не говорил, что он владеет русским языком, умеет читать и писать, в переводчике не нуждается; каким образом он поставил свои подписи в протоколах, он не помнит; ряд подписей в протоколах, предъявленных ему на обозрение, он не подтверждает; суть предъявленного обвинения он не понимает; читать и писать он не умеет (л.д. 249-253 т. 2).

Вместе с тем 20 января 2020 г. на вопросы суда ФИО1 ответил, что русским языком владеет, переводчик ему не требуется (л.д. 254, 256 т. 2). 

21 января 2020 г. в удовлетворении ходатайства обвинителя о возвращении дела прокурору для устранения допущенных в ходе предварительного следствия нарушений закона суд отказал. При этом суд указал, что ФИО1 в ходе следствия ходатайство о назначении ему переводчика не заявлял, все процессуальные действия произведены в присутствии его защитника Омарова, право давать показания на языке, которым он владеет, обвиняемому разъяснялось, с делом он ознакомлен, копия обвинительного заключения ему вручена, в судебном заседании при установлении его личности ФИО1 сообщал о владении русским языком и понятии существа обвинения; свои показания он давал на русском языке. В связи с этим суд пришел к выводу об отсутствии данных о существенных нарушениях закона, допущенных в ходе предварительного следствия и препятствующих рассмотрению дела (л.д. 258-260 т. 2).

В тот же день председательствующим по делу был удовлетворен заявленный ему защитником отвод (л.д. 261-262 т. 2).

4 февраля 2020 г. дело принято к производству судьи Гамзатова Г.Б., который 18 февраля 2020 г. в ходе судебного заседания удовлетворил вновь заявленное государственным обвинителем ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору (л.д. 24-26 т. 3).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что уголовно-процессуальный закон не запрещает сторонам повторно заявлять ходатайства, в удовлетворении которых ранее судом было отказано (ч. 3 ст. 271 УПК РФ).

Между тем, какие новые обстоятельства появились после того, как предыдущий председательствующий отказал в удовлетворении аналогичного ходатайства обвинителя, из постановления и материалов дела не усматривается.

Приведенные выше в настоящем апелляционном постановлении обстоятельства, о которых ФИО1 показывал в суде первой инстанции 19 марта и 23 октября 2019 г., 20 января 2020 г. какую-либо оценку в обжалуемом постановлении не получили.

Само по себе изменение показаний подсудимым в части получения им копии обвинительного заключения – притом что в деле имеется соответствующая расписка ФИО1 (л.д. 67 т. 2), – достаточным для вывода о том, что копия этого следственного документа ему в действительности не вручена, быть, по мнению суда апелляционной инстанции, не может. 

Это же в полной мере относится и к сделанным исключительно на показаниях ФИО1 выводам суда о том, что подписи в протоколе ознакомления с материалами дела ему не принадлежат и что с делом он до настоящего времени не ознакомлен. 

Недостаточная грамотность обвиняемого, на что также обратил внимание суд возвращая дело прокурору, устранена каким-либо образом при нахождении уголовного дела у прокурора быть не может.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что с учетом противоречивых показаний ФИО1 по обстоятельствам его владения языком, проведения с ним в ходе предварительного следствия процессуальных действий, проставления подписей в процессуальных документах и получения копии обвинительного заключения суду первой инстанции надлежало поставить на обсуждение сторон вопрос о вызове в судебное заседание для допроса в качестве свидетелей по названным обстоятельствам следователя ФИО2, осуществлявшего предварительное следствие по делу, и адвоката Омарова, осуществлявшего защиту ФИО1 на указанной стадии судопроизводства, как на это обоснованно обращается внимание в апелляционной жалобе, но что сделано судьей не было.

В деле имеется заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от 12 сентября 2019 г. № 778, данное по результатам исполнения постановления суда от 2 апреля 2019 г. В этом заключении констатировано, что ФИО1 русским языком владеет, в услугах переводчика не нуждается, в сложившейся следственной ситуации ориентирован (л.д. 124-127 т. 2).

Это заключение в приведенной части судом при решении вопроса о возможности дальнейшего продолжения судебного разбирательства незаслуженно оставлено без внимания.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований для принятия судом решения о возвращении уголовного дела прокурору не имелось. 

Положения абз. 1 ст. 237 УПК РФ определяют, что при наличии оснований дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Между тем, указав в постановлении о возвращении дела прокурору для устранения допущенных в ходе предварительного следствия существенных нарушений уголовно-процессуального закона (л.д. 26 т. 30), судья применил формулировку, не предусмотренную законом и фактически свидетельствующую о направлении дела на доследование. Правом же принимать такое решение суд действующим уголовно-процессуальным законом не наделен. 

В силу этого постановление в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на вынесение законного и обоснованного судебного решения, подлежит отмене, дело – передаче на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства, а апелляционная жалоба – частичному удовлетворению.

В части требования о направлении дела на рассмотрение иным составом суда жалоба удовлетворению не подлежит, поскольку правовых и фактических оснований, препятствующих повторному участию судьи, вынесшего данное промежуточное решение, не имеется.

Оснований для изменения избранной ФИО1 судом 21 января 2020 г. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 263-264 т. 2) не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

апелляционную жалобу защитника Умарова Р.Т. удовлетворить частично.

Постановление Новолакского районного суда от 18 февраля 2020 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий: М.А. Магомедов