Дело № 2-2071/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Панфиловой Н.В.,

при секретаре Дюсенбаевой К.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 чу о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратилась в суд к ответчикам ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, совершенным ответчиками, в размере 66 700 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что вступившим 12 марта 2019 года в законную силу приговором Южноуральского городского суда Челябинской области от 28 февраля 2019 года ответчики ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. В соответствии с вышеуказанным приговором суда в результате преступления, совершенного ответчиками ФИО2 и ФИО3, истцу причинен материальный ущерб в размере 66 700 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте извещены надлежащим образом.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Нарушение имущественных и личных неимущественных прав преступлением подлежит восстановлению на основании статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу требований со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине, а в соответствии со ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Приговором Южноуральского городского суда Челябинской области от 28 февраля 2019 года, вступившим в законную силу 12 марта 2019 года, ФИО2 и ФИО3 признаны виновными за совершение четырех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

Как усматривается из приговора, ФИО2 в период с 06 часов 55 минут до 20 часов 00 минут 02 марта 2018 года совместно со ФИО3, действуя в составе организованной группы, умышленно, из корыстных побуждений, решили незаконно проникнуть в жилище, расположенное по (адрес), откуда совершить *** хищение имущества.

Реализуя совместный преступный умысел, участники организованной группы ФИО2 и ФИО3, в неустановленное следствием время, в период с 20 декабря 2017 года по 02 марта 2018 года, приискали квартиру №, расположенную в доме № по (адрес), где проживает ФИО1., в которую решили незаконно проникнуть с целью хищения имущества.

Продолжая реализацию преступного умысла, направленного на *** хищение чужого имущества, ФИО2, как руководитель организованной группы, попросил ФИО6 на автомобиле ***, государственный регистрационный №, увезти их в (адрес), которого участники организованной группы ФИО2 и ФИО3 ввели в заблуждение, относительно преступного характера своих намерений.

Реализуя свой преступный умысел, участники организованной группы ФИО2 и ФИО3, на автомашине ***, государственный регистрационный №, под управлением ФИО6, не осведомленного относительно преступного характера своих действий, 02 марта 2018 года в период с 06 часов 55 минут до 20 часов 00 минут приехали в (адрес) с целью совершения хищения чужого имущества.

Продолжая реализацию совместного преступного умысла. В период с времени с 06 часов 5 минут до 20 часов 00 минут 02 марта 2018 года, ФИО2 и ФИО3, действуя по ранее распределенным ролям, взяв с собой хлопчатобумажные перчатки и отмычки, подошли к подъезду № дома № по (адрес),, где была расположена заранее ими приисканная квартира № После чего, ФИО2 и ФИО3 подошли непосредственно к квартире №, при этом участники организованной группы сначала убедились, что в квартире никого нет, а именно позвонили в звонок указанной квартиры, дверь которой никто не открыл. Продолжая свои преступные действия, направленные на *** хищение чужого имущества, ФИО2, действуя в соответствии с отведенной ему преступной ролью, имеющимися при себе отмычками, открыл замок двери вышеуказанной квартиры, а ФИО3 в это время наблюдал в подъезде за окружающей обстановкой, с целью предупреждения участника организованной преступной группы ФИО2 о возможном появлении посторонних лиц или сотрудников полиции.

После вскрытия двери квартиры, ФИО2 и ФИО3, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает, незаконно проникли в квартиру № данного дома, являющуюся жилищем ФИО1 Продолжая свои преступные действия, участники организованной преступной группы ФИО2 и ФИО3, действуя совместно и согласованно, осознавая, что не имеют права владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом, находящимся в квартире № дома № по (адрес), и то, что своими действиями причиняют материальный ущерб собственнику, умышленно, из корыстных побуждений, *** похитили находящееся в квартире и принадлежащее ФИО1 имущество, на общую сумму 66 700 рублей.

После чего, доведя свой преступный умысел до конца, ФИО2 и ФИО3 вынесли указанное имущество из квартиры, получив после этого момента реальную возможность распорядиться им, далее положили его в автомобиль, в котором их ожидал ФИО6, будучи не осведомленным и введенным в заблуждение, относительно преступного характера преступных действий ФИО2 и ФИО3

С похищенным имуществом участники организованной группы ФИО2 и ФИО3 с места совершения преступления скрылись и распорядились похищенным по своему усмотрению.

В результате преступных действий ФИО2 и ФИО3, действовавших в составе организованной группы, гражданке ФИО1 причинен значительный материальный ущерб на общую сумму 66 700 рублей.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 № 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", в силу положений ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее по тексту – ГПК РФ) потерпевший, предъявивший требования о возмещении имущественного вреда, а также компенсации причиненного преступлением морального вреда, должен быть признан гражданским истцом.

Учитывая, что гражданский иск потерпевшим в порядке ст. 44 УПК РФ не предъявлялся, а предъявлено соответствующее требование о возмещении вреда в порядке гражданского судопроизводства, суд полагает, что возмещение вреда должно производиться с учетом тех же правил, которые применялись бы при рассмотрении гражданского иска, предъявленного в порядке ст. 44 УПК РФ.

В связи с чем, суд, проверив обстоятельства, касающиеся имущественных прав истца, считает установленным его право требовать возмещения убытков, причиненных преступлением, в размере 66 700 рублей.

Таким образом, с ответчиков ФИО2, ФИО3 солидарно в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма ущерба, причиненного преступлением, в размере 66 700 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истцом при подаче иска государственная пошлина не оплачена, его исковые требования удовлетворены, то с ответчиков в равных долях с каждого, исходя из положений пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, следует взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 201 рубль.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 ча в пользу ФИО1 Н.И. сумму ущерба, причиненного преступлением, в размере 66 700 рублей.

Взыскать в равных долях с ФИО2, ФИО3 ча в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 2 201 рубль.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий: