УИД 61RS0033-01 -2025-000900-89 дело №2-804/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 декабря 2025 года г. Зерноград

Зерноградский районный суд Ростовской области в составе: председательствующего судьи В.В. Костенко, при секретаре Заболотней Я.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третье лицо: нотариус Зерноградского нотариального округа ФИО3, о признании недействительным завещания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным завещания. Истец указала, что 18.01.2025 умерла ее бабушка ФИО Так как отец истца умер раньше даты смерти бабушки, ФИО1 считает, что является ее наследницей по праву представления. В этой связи, истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства по закону, однако, нотариус сообщил, что уже открыто наследственное дело к имуществу ФИО по завещанию от 24.02.2016 на имя другого лица. От ответчика истцу стало известно, что указанное завещание составлено на имя ФИО2

Поскольку бабушка длительное время страдала психическими расстройствами, состояла на учете у психиатра, проходила стационарное лечение в 

<

адрес> истец считает что завещание от 24.02.2016 составлено с пороком воли.

На основании изложенного, ФИО1 просила суд признать недействительным завещание ФИО, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО2, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Зерноградского нотариального округа Ростовской области ФИО4, реестровый №.

Истец ФИО1 и ее представитель на основании доверенности и ордера ФИО5 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали. Просили удовлетворить. Суду пояснили, что поскольку дети (отец и дядя истца), а также супруг (отец ФИО2) наследодателя были суицедентами, то психическое состояние ФИО на протяжении длительного периода времени было плохим. Начиная с 2002г. (после смерти дяди истца) она постоянно видела умерших.

Истец вспомнила, что когда была ребенком и проводила время у бабушки, то в ее день рождения в гости позвали соседских детей. Когда дети с истцом сели за стол, ФИО попросила чтобы освободили место и для ее умершего сына, которого она считала живым. Также после смерти отца истца (повесился на дереве во дворе), ФИО и после похорон виделось, что он продолжает висеть на дереве. Также ФИО со слов истца вырезала лица людей из фотографий. У нее было враждебное отношение к соседям.

Эти странности были постоянными с указанного времени и не прекращались, поэтому истец уверена, что и на момент составления спорного завещания в 2016г. бабушка не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

На вопрос представителя ответчика истец пояснила, что о факте составления бабушкой завещания на ее имя в 2012г. узнала только в 2025г. Также не знала о завещании, составленном ФИО на имя ФИО2 и ввиду данного обстоятельства с бабушкой не конфликтовала и общения не прекращала. Однако, в судебном заседании от 19.12.2025 истец суду пояснила, что знала о составлении завещания на имя ответчика со слов ФИО, но ей не верила.

При этом, истец суду пояснила, что с бабушкой была в хороших отношениях. В сентябре 2017г. забрала ФИО из психиатрической больницы и в течение года проживала с ней, осуществляла весь необходимый уход. Так как в тот период истец училась в ВУЗе, то в 2018г. отвезла ФИО к своей бабушке по материнской линии для того чтобы последняя осуществляла уход за наследодателем. После того, как ФИО смогла самостоятельно обслуживать себя она вернулась по месту своего жительства

Истец указала, что после указанных событий действительно нечасто навещала бабушку, так как с 2022г. стала проживать по месту службы в 

<

адрес>.

Также истец на вопрос суда пояснила, что ФИО поддерживала общение только с истцом, а с другими внуками не поддерживала. Также ФИО поддерживала отношения с ФИО2, которого называла своим сыном. Однако, ответчик с ФИО начиная с наступления совершеннолетия, никогда не проживал. Истцу не известно навещал ли ответчик наследодателя.

Ответчик ФИО2 и его представитель на основании доверенности ФИО6 в судебное заседание явились, исковые требования не признали. Суду ФИО2 пояснил, что проживал с наследодателем с девяти лет, так как она состояла в браке с его отцом. После смерти отца, ФИО продолжила заботиться об ответчике, оформила над ним попечительство в 1994г. Между ответчиком и ФИО сложились семейные отношения, ввиду которых он стал называть ее своей матерью.

Так как отец оставил ответчику в наследство квартиру, то с момента наступления совершеннолетия в 1998г. он стал проживать отдельно от ФИО, однако, часто навещал ее, оказывал помощь, оставлял с ней своего ребенка. Последние полтора месяца перед смертью ФИО не вставала с постели и ответчик навещал ее ежедневно, чтобы кормить, купать, контролировать прием медикаментов.

В 2012г. ФИО составила завещание на имя ФИО1, однако, потом в 2016г. составила новое завещание на ответчика. Свой поступок пояснила ответчику тем, что по ее мнению, только он будет ухаживать за ней.

ФИО осуществляла трудовую деятельность до 2014г., работала вахтером в студенческом общежитии. Ей доверяли эту должность и она справлялась со своими обязанностями.

Только в сентябре 2017г. в поведении ФИО стали наблюдаться странности - у нее в это время появились видения, о которых она сообщила ответчику. В этой связи ответчик по рекомендации психиатра обратился с ФИО в психиатрическую больницу. За неделю до окончания курса лечения из психиатрической больницы наследодателя забрала ФИО1 Около года ФИО жила в семье истца. При этом, ответчик ФИО по возможности навещал.

В 2018г. ответчику позвонила соседка ФИО и сказала, что она вернулась домой, но не может за собой ухаживать и просила приехать. С этого момента ответчик снова стал ухаживать за наследодателем. Ко дню смерти за наследодателем никто из кровных родственников не ухаживал. В том числе и ФИО1 узнав, что ФИО составила завещание на имя ответчика, общение с бабушкой прекратила.

Третье лицо нотариус Зерноградского нотариального округа ФИО3 в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Суду направила ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц в порядке ч.З ст. 67 ГПК РФ.

Исследовав материалы дела, заслушав стороны и их представителей, суд приходит к следующим выводам:

По смыслу статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи ИЗО настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно пункту 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок, (п. 5 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации, "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019).

Согласно статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

В силу ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ закон исходит из презумпции полной право и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. Бремя доказывания наличия обстоятельств, которые являются основанием для признания завещания недействительным в соответствии с положениями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит на истце.

Материалами дела подтверждается, что 24.02.2016 ФИО составила завещание, которым завещала все свое имущество, которое окажется ко дню смерти ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, а также все имущественные права, которые могут входить в состав наследства и окажутся принадлежащими ей ко дню смерти, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Данное завещание удостоверено нотариусом ФИО7 В том числе нотариусом в завещании указано на то, что оно было полностью прочитано завещателем до подписания и собственноручно подписано завещателем в ее присутствии. Личность завещателя установлена, дееспособность проверена (л.д. 44).

Как следует из представленного суду удостоверения серии № № от ДД.ММ.ГГГГ и Постановления главы администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО являлась попечителем несовершеннолетнего ФИО2 (л.д. 139, 143). Как пояснено судом ответчиком, после смерти отца ФИО2 воспитывала и содержала его до совершеннолетия.

Также согласно представленных истцом справок о заключении брака, свидетельств о рождении и о смерти, ФИО является внучкой ФИО (л.д. 12-17)

18.01.2025 умерла ФИО (л.д. 11,41)

С заявлением к нотариусу о принятии наследства ФИО по обратился ФИО2 (л.д. 42). ФИО1 подала заявление об открытии наследственного дела (л.д. 43)

Факт подписания завещания ФИО2 сторонами не оспаривается.

Согласно поданного иска, ФИО1 оспаривает то обстоятельство, что составленное ФИО ДД.ММ.ГГГГ завещание является выражением действительной воли последней.

Как следует из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № МБУЗ ЦРБ 

<

адрес>, медицинской карты стационарного больного № и медицинской карты амбулаторного больного № Егорлыкского филиала ГБУ РО ПНД, ФИО2 последняя в течение жизни работала 

<

данные изъяты>.

В сопровождении сына была доставлена по направлению участкового психиатра в 

<

адрес>, где находилась на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Со слов сына впервые отклонения в психическом состоянии появились зимой 2017г., когда наблюдался кратковременный эпизод с нарушением сна, тревогой, утверждала, что «видит в углу мужчину в черной шляпе». Впоследствии стала уходить их дома к знакомым, просиживала на автобусных остановках, бродила по городу с сумкой набитой одеждой, боялась оставаться дома одной. За две недели до обращения, уехала из дома в близдлежащий поселок (собиралась ехать к сестре в другой населенный пункт) и не могла объяснить, не помнила с какой целью и каким образом там оказалась.

Допрошенная судом свидетель ФИО показала, что является матерью истца и бывшей невесткой ФИО Свидетель знала ФИО с того момента как вышла замуж за ее сына в 1991г.

Свидетель пояснила, что общалась с ФИО до смерти. Однако, на вопрос суда пояснила, что последний раз ее видела в 2017г. когда истец забрала наследодателя из психиатрической больницы. А до этого видела ФИО только в 2010г. после смерти мужа свидетеля и

старшего сына наследодателя. Тогда свидетель и ФИО встретились в суде. ФИО пообещала свидетелю отказаться от наследства в пользу троих несовершеннолетних внуков, но потом в суде сказала, что ничего такого она писать не собиралась. В итоге все получил ответчик ФИО, а дети свидетеля остались без наследства.

Свидетель не видела ФИО2 в доме ФИО в 2017г. когда с ней проживала истец. Истец ФИО после 2017г. не навещала, но сама ФИО приходила к ней на работу. Кто ухаживал за ФИО после 2017г. свидетель не знает, ей это было безынтересно. Свидетелю известно, что когда ФИО не имела уже возможности ходить, за ней ухаживал ответчик - «запирал ее в доме».

Свидетель замечала за ФИО странности все время сколько ее знала. Полагала, что они могли начаться с момента смерти мужа ФИО (отец ответчика) в 1994г. Странности заключались в резких перепадах настроения. После смерти младшего сына у ФИО начались видения - при каких-то застольях она говорила, что рядом кто-то сидит из умерших которым просила поставить рюмку, женщину, какую-то она видела в углу комнаты, что кто-то делает ей порчу.

Допрошенная судом свидетель ФИО показала, что является подругой матери истца ФИО, а муж свидетеля дружил с отцом истца. Также муж свидетеля дружил и с ответчиком ФИО2 В этой связи свидетель знала и ФИО

Свидетель помнит, что в 1999г. была в гостях у ФИО Тогда ФИО сообщила собравшимся, что считает их плохими и наследство оставит сыну Ивану. Свидетель не знает шутила ФИО или нет, но это показалось ей странным.

Также свидетель вспомнила, что когда судили сына ФИО, последняя никак не переживала. Это тоже свидетелю показалось странным.

Свидетель знает со слов матери истца ФИО, что 10 лет назад ФИО1 ездила к ФИО и бабушка была не в себе - побила зеркала, потому что из зеркал кто-то приходит.

Истец в данной части показания свидетеля опровергла, указала что бабушка только сняла с зеркала фотографии, сославшись на то, что они для нее оживают.

Допрошенная судом свидетель Свидетель №1 пояснила, что последние три года работает врачом психиатром в психо-неврологическом интернате. До этого тридцать два года работала психиатром в поликлинике 

<

адрес>.

ФИО являлась к свидетелю на прием в 2017г. На тот момент ФИО была в болезненном состоянии и утверждала, что видит мужчину, который отгоняет от нее девочек. После того, как она была выписана из 

<

адрес>, куда ее направили с галлюцинациями и бредовыми идеями, ФИО также проходила лечение у свидетеля до 2019г.

То заболевание которое было в 2017г. у ФИО на мыслительную деятельность могло влиять. Однако, свидетель не знает когда данное заболевание началось у ФИО, пояснила что такие заболевания развиваются не более чем в течение одного-двух лет. Как только проявляются характерные симптомы в виде галлюцинаций и бреда, как правило, родственники приводят таких больных на прием к психиатру. Однако, являясь психиатром районной больницы с 1990г. свидетель ФИО не знала, к ней последняя и ее родственники не обращались до 2017г.

На вопрос представителя истца свидетель пояснила, что если нотариус должным образом беседует с лицом, пришедшим составить завещание, то должен заметить его болезненное состояние при наличии такового.

Также на вопрос суда пояснила, что инволюционный параноид который был диагностирован у ФИО обычно «выгорает» за несколько лет, в этой связи пройдя курс лечения она с обострением в психиатрическую больницу не попадала и в целом могла вести спокойную насколько это возможно в ее состоянии жизнь.

Допрошенный судом свидетель ФИО показал, что являлся соседом ФИО с 2005г., участки являются смежными. Свидетель дружил с сыном ФИО Свидетель поддерживал общение с ФИО до смерти, кроме периода когда она уже не вставала с постели.

Особых странностей за ФИО свидетель не замечал. Однако, после того как она приехала из психиатрической больницы, несколько раз по ее просьбе взламывал дверь и ремонтировал замок, так как она теряла ключи. Также свидетель вспомнил, что однажды первого января ФИО собиралась в банк чтобы оплатить коммунальные платежи. ФИО начала уходить из дома не более чем за два года до смерти.

Несмотря на изложенное, ФИО была физически крепкой, содержала огород и двор в отличном состоянии.

ФИО свидетелю сообщила, что внучка забрала ее из психиатрической больницы, чтобы она на нее составила завещание. Свидетель ФИО по месту жительства ФИО видел крайне редко, а последние годы не видел вообще. За ФИО ухаживал ответчик.

Свидетель приобрел у сына ФИО домовладение. После его смерти сделка оспаривалась в суде ФИО, но ФИО, которая являлась по делу третьим лицом, поддержала в споре свидетеля.

На вопрос представителя истца, свидетель ответил, что дерево на котором повесился сын ФИО было спилено по ее просьбе, так как ей было неприятно на него смотреть после случившегося.

Допрошенный судом свидетель ФИО показал, что являлся соседом ФИО примерно с 2000г. Участки являются смежными.

Когда свидетель уезжал в отпуск или в командировки, то просил ее присматривать за своим домом, что она успешно делала до 2016 года, а с лета в 2017 году заметил, что у нее что-то не то с психикой. Она стала говорить, что у нее стали пропадать документы, что ей куда-то надо. Об этом свидетель сказал ФИО

В частности, она говорила, что только что здесь стояла машина ФИО2, а сейчас ее уже нет. Однако, свидетель весь день работал во дворе и ФИО2 и его машины не видел.

В 2012г. ФИО обращалась к свидетелю как к юристу, так как намеривалась завещать свой дом внучке Н Позднее она сказала, что поссорилась с внучкой и отменила завещание. С 2012г. ФИО владела мысль завещать все свое имущество ФИО2 ФИО говорила, что из всех родственников он наиболее достойный.

Допрошенная судом свидетель Свидетель №3 показала, что в настоящее время работает социальным педагогом, а ранее работала в полиции. Свидетель видела ФИО в начале 2016г. по месту своей работы, когда она пришла в отдел полиции. ФИО стояла на пороге кабинета свидетеля и у нее были ярко накрашенные губы и очки. Она рассказывала, что один из ее мужей был генералом. Свидетелю показалось это странным.

Свидетель запомнила данный случай, поскольку в тот период она сидела на диете и худела.

В 2022г. ФИО снова явилась в отдел полиции и искала свою внучку. В этой связи свидетель узнала, что она является бабушкой ФИО1, которая на тот момент работала также в ОМВД России по Зерноградскому району.

Допрошенная судом свидетель Свидетель №2 показала, что работает специалистом в УСЗН Зерноградского района. Свидетель является подругой ФИО (мать истца) ввиду чего знала и ее бывшую свекровь ФИО Свидетель периодически встречалась с ФИО и странностей за ней при встречах с ней не замечала до 2016г. В январе 2016г. свидетель встретила ФИО по месту своей работы в УСЗН Зерноградского района. Когда свидетель обратилась к ней с предложением о помощи, то ФИО на нее странно отрешенно посмотрела и ответила, что ей ничего не надо. Через некоторое время ФИО нашла свидетеля в ее кабинете и, обратившись к ней по имени завела разговор. Свидетель заявила, что разговор был путанный, ФИО что-то бормотала, спрашивала о семье свидетеля, хотя ранее никогда не интересовалась ею.

Свидетель запомнила данную встречу, так как после этого к ней приходила ФИО за консультацией.

Допрошенная судом свидетель ФИО показала, что проживает на одной улице с ФИО и дружила с ней с 2005г. В 2025г. уже не заходила к подруге, так как она не могла встать с постели и никого не узнавала. Свидетель не хотела беспокоить ФИО

ФИО часто делилась со свидетелем своими радостями и переживаниями, в том числе по поводу смерти сыновей. Однако, говорила что радуется тому что у нее есть ФИО2, который за ней ухаживает.

Свидетель не замечала за ФИО никаких странностей в 2016- 2017г.г. Странности были заметны после того как она была выписана из психиатрической больницы - она часто плакала, жаловалась на головную боль. А в 2024г. ФИО стала уходить из дома и не могла найти дорогу домой.

ФИО жаловалась свидетелю на то что «в последнее время ее за дурочку считают». На вопрос о том, действительно ли соседи так относились к ФИО, свидетель указала, что последняя так говорила о своих родственниках, ссылалась на ссоры с внучкой А. и ее парнем. На уточняющий вопрос представителя истца указала, что данную фразу ФИО впервые произнесла после возвращения из психиатрической больницы.

Также свидетель пояснила, что ФИО говорила ей что жалеет о составлении завещания на ФИО и желает завещать свое имущество ФИО2

Кроме того, свидетель указала, что за ФИО продолжительное время ухаживал ФИО2 Обычно приезды были два- три раза в неделю, а с 2024г., когда здоровье ФИО ухудшилось, ответчик приезжал каждый день.

До 2024г. ФИО обслуживала себя в бытовом плане полностью, ходила пешком на рынок, сама оплачивала коммунальные услуги, в отличном порядке содержала двор и придомовую территорию.

Допрошенная судом свидетель ФИО показала, что проживает на одной улице с ФИО, является квартальной. Указала, что ФИО была большой труженицей, возле ее дома всегда была идеальная чистота. Только в конце 2024г. свидетель заметила, что придомовая территория не убрана. Ей соседи объяснили, что ФИО заболела и «неродной сын смотрит за ней».

Напротив дома ФИО проживает помощница свидетеля В., которая иногда с ней делится разными новостями. Свидетель знает, что ранее 2017г. к ФИО приезжала внучка с парнем из Краснодара, с которыми у нее начались скандалы. Но свидетель никогда не слышала ни от ФИО, ни от ее соседей о том, что она ведет себя неадекватно. Никто из соседей не считал ФИО неадекватной.

ФИО дружила с В. и ФИО

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении

дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определением Зерноградского районного суда Роствоской области от 09 июля 2025г. по делу была назначена посмертная судебная психологопсихиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУ РО «Психиатрическая больница».

Согласно полученного заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО на момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ страдала психическим расстройством в форме 

<

данные изъяты> (F01/01 по МКБ-10)

Выводы комиссии подтверждаются данными анамнеза о формировании у подэкспертной на фоне ряда соматических заболеваний (

<

данные изъяты> Однако, учитывая отсутствие в медицинской документации описания интеллектуально- мнестических функций ФИО на период приближенный к юридически значимым событиям, наличие дисграфичного почерка ФИО в завещании от 24.02.2016, разноречивых свидетельских показаний о наличии у ФИО «странностей» и «нелепостей» в поведении (по показаниям свидетеля ФИО они отмечались уже с 1994г., по показаниям свидетеля ФИО - с 2017г., по показаниям свидетеля Свидетель №1 - психические нарушения у ФИО зафиксированы в 2017г., показания остальных свидетелей о «странностях» в поведении примерных годов, когда они отмечались) - не позволяет ретроспективно, всесторонне, полноценно и объективно оценить степень выраженности интеллектуально-мнестических нарушений у ФИО на момент составления завещании от 24.02.2016, свободу ее волеизъявления, а также не представляется возможным ответить на поставленный перед судебно-психиатрическими экспертами вопрос № в психиатрической части. Следует отметить, что ретроспективный анализ предоставленной документации показал, что уже после юридически значимых событий, в 2017г. у ФИО на фоне имеющегося к нее органического расстройства личности развилось острое психотическое расстройство - «

<

данные изъяты> с наличием в клинической картине галюцинаторно-бредовой симптоматики с соответствующим поведением, что послужило причиной госпитализации в психиатрический стационар и дальнейшего наблюдения у психиатра по месту жительства (в медицинской документации зафиксировано, что «со слов сына, впервые отклонения в псих. Состоянии появились зимой 2017г.» с дальнейшим их нарастанием).

Экспертом-психологом дан ответ о том, что на основании предоставленной документации, учитывая отсутствие объективных данных о таких индивидуально-психологических особенностях ФИО, как степень ее внушаемости и наличие либо отсутствие склонности к ведомым формам поведения, установить, могли ли они оказать существенное влияние на ее поведение и способность понимать характер и значение своих действий и руководить ими в период составления завещания ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным.

Допрошенный судом эксперт-психиатр ФИО пояснила, что в составе комиссии экспертов участвовала в проведении по данному делу судебной психолого-психиатрической экспертизы.

В 2010г. у ФИО выявлялась энцефалопатия второй степени и установлены неврологами признаки органического расстройства астенического варианта. В этой связи на юридически значимый период у ФИО было психическое расстройство в форме органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга.

Но неврологами описывалась в медицинской документации лишь симптоматика заболевания и не описывалась выраженность интеллектуально-мнестических нарушений больной. Вместе с тем, данные сведения имеют определяющее значение для того, чтобы ответить на поставленные перед экспертами вопросы в рамках назначенной по данному делу экспертизы. Заключение о сделкоспособности подэкспертного лица может быть дано только после оценки сохранности на юридически значимый период его интеллектуально-мнестической функции (память, внимание, интеллект).

С 2013г. сведений о состоянии ФИО в медицинской документации вообще нет никаких. Только через 17 месяцев после совершения юридически-значимых действий (составления завещания) ФИО была госпитализирована в психиатрическую больницу, где врачами было четко указано, что психические нарушения у нее появились с зимы 2017г. и только с этого времени ФИО был установлен диагноз инволюционный параноид (психоз).

Таким образом, с 2010г. состояние ФИО на фоне органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга могло ухудшаться или улучшаться, однако, сведений об этом в представленной на исследование медицинской документации на юридически значимый период просто нет.

На вопрос суда эксперт пояснила, что с уверенностью сказать, что ФИО за какой-либо конкретный период до зимы 2017г. не могла понимать значение своих действий и руководить ими, невозможно. Болезнь могла развиваться по-разному.

На вопрос представителя истца, эксперт пояснила, что дисграфия почерка ФИО в оспариваемом завещании является признаком органического расстройства личности, которое выявлялось у нее с 2010г.

Однако, одного данного обстоятельства недостаточно для выводов о том, что она не могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления завещания.

Также эксперт пояснила, что комиссии экспертов хватало компетенций для проведения назначенной экспертизы, необходимости для привлечения к участию в исследовании других специалистов, в том числе почерковедов или психиатров более узкой специализации (нейро-психолог), не имелось.

Кроме того, эксперт пояснила, что исходя из оценки показаний свидетелей также не представляется возможным прийти к выводу о состоянии ФИО на момент составления завещания, так как данные показания противоречивы.

Эксперт на вопрос представителя истца указала, что органическое расстройство личности может выражаться в эмоциональной неустойчивости, плаксивости, головных болях. Однозначно утверждать о том, что окружающие, в том числе свидетели по данному делу или нотариус, должны были увидеть изменения в личности ФИО, не представляется возможным. ФИО могла при наличии диагноза органическое расстройство личности обслуживать себя в бытовом плане и вести хозяйство. Этот диагноз сам по себе не свидетельствует о том, что она также в период заболевания не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Указанное заключение судебной экспертизы сторонами не было оспорено, о назначении повторной или дополнительной экспертизы стороны не ходатайствовали, выводы экспертов являются научно обоснованными и понятными, ввиду чего суд принимает данное заключении в качестве доказательства по делу психического состояния ФИО в юридически значимый период.

Таким образом, собранными по делу доказательствами

подтверждается, что с 2008-20 Юг.г. ФИО наблюдавшими ее врачами неврологами ставился диагноз «

<

данные изъяты>», что оценено комиссией судебных экспертов также как психическое заболевание - психическое расстройство в форме «

<

данные изъяты>» (F01/01 по МКБ-10).

Указанное заболевание выражалось наличием у ФИО стойких церебрастенических расстройств (головные боли, головокружения, слабость, шаткость, эмоциональная лабильность).

Вместе с тем, как следует из заключения судебной экспертизы и показаний допрошенного судом эксперта ФИО само по себе наличие у ФИО соответствующего диагноза не дает оснований утверждать, что в момент составления спорного завещания она не могла понимать значение своих действий и не могла руководить ими.

Для ответа на соответствующий поставленный перед экспертами вопрос не хватило сведений, содержащихся в медицинской документации,

так как наблюдавшие ФИО в период с 2008г. по 2013г. врачи неврологи не отразили в истории болезни ни факт интеллектуально- мнестических нарушений у больной, ни их степень, а показания допрошенных по делу свидетелей являются крайне противоречивыми.

Оценивая данные по делу свидетельские показания о поведении ФИО в юридически значимый период, суд отклоняет как недостоверные показания свидетеля ФИО, исходя из того, что они противоречат показаниям других свидетелей, имеющейся в материалах дела, медицинской документации, заключению судебной экспертизы, а также являются противоречивыми сами в себе.

В частности только данный свидетель заявила суду, что замечала за ФИО странности все время сколько ее знала, в то время как другие свидетели (в том числе со стороны истца) отмечали наличие странностей и нелепостей в поведении ФИО в гораздо более поздний период.

Также согласно медицинской документации первые симптомы психического заболевания (наличие которого само по себе не

свидетельствует о том, что наследодатель была лишена в момент его течения понимать значение своих действий и руководить ими) диагностированы лишь в 2008-20 Юг.г., а «инволюционный параноид» с наличием в клинической картине галюцинаторно-бредовой симптоматики

диагностирован не раньше зимы 2017г.

При этом, только ФИО наряду с истцом утверждала, что после смерти младшего сына ФИО в 2002г. у последней начались видения людей, которых никто больше не видит (т.е. то, что характерно для проявившегося в 2017г. инволюционного параноида).

Однако, с из показаний судебного эксперта ФИО следует и было отмечено в ходе допроса свидетелем Свидетель №1 (врач-психиатр лично наблюдавшая ФИО, боле тридцати лет практики), что само обострение болезни с галлюцинациями, однозначно приводящее больного к невозможности понимать значение своих действий и руководить ими, не может длиться слишком продолжительное время и «выгорает» в течение нескольких лет. Более того, соответствующие больные как правило после проявления указанных симптомов попадают в поле зрения психиатров.

В этой связи утверждения ФИО наряду с истцом о том, что бабушкины видения стали обычными семейным событиями, на которые никто внимание не обращал в течение многих лет, суд оценивает как недостоверные. Тем более, что в 2017г. на данные симптомы близкими ФИО было обращено внимание и она в течение нескольких месяцев после их проявления оказалась на приеме у психиатра, а затем была и госпитализирована в психиатрическую больницу.

Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО фактически не наблюдала ФИО в юридически значимый период 2016г., так как по словам свидетеля это было ей безразлично. ФИО в судебном споре поддержала не свидетеля, а противную сторону (истец

Кроме того, суд также принимает во внимание, что Свидетель №3 являлась коллегой ФИО в период с 2016г. по 2022г., о чем сама сообщила суду, а Свидетель №2 является подругой матери истца.

Суд приходит к выводу о необходимости руководствоваться по данному делу свидетельскими показаниями Свидетель №1, ФИО, ФИО, ФИО, так как их показания по своей сути не противоречат друг другу и совокупности иных собранных по делу доказательств, в том числе медицинской документации.

Также, данные свидетели не имеют родства и не состоят в дружеских отношениях со сторонами, а знали ФИО так как являлись ее соседями, по причине чего очевидно не имеют заинтересованности в исходе дела.

Кроме того, суд полагает возможным руководствоваться и показаниями свидетеля ФИО, несмотря на то, что последний с его слов ранее имел неприязненные отношения к матери истца по причине судебных споров с последней (пояснил, что в настоящее время неприязни не имеет), так как показания данного свидетеля также не противоречат совокупности иных собранных по делу доказательств, в том числе медицинской документации, являются логичными и последовательными.

Также суд учитывает, что после событий о которых свидетельствовали данные лица прошло десять лет.

На основании изложенного, суд считает установленным в ходе судебного разбирательства, что до начала 2017г. поведение ФИО не отличалось странностями и нелепостями несмотря на наличие психического заболевания в форме «Органическое расстройство личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга».

ФИО проживая одна, обслуживала себя в быту, содержала в порядке двор и придворовую территорию, оплачивала коммунальные услуги и советовалась с свидетелями, с которыми имела близкое общение, о завещании своего имущества ФИО2

Является также установленным, что с момента составления спорного завещания 26.02.2016 до того, как поведение ФИО стало очевидно странным для окружающих, а также у нее было диагностировано психическое заболевание в острой форме, влияющее не возможность осознавать ею значение своих действий и руководить ими, прошло не менее года.

Свидетель Свидетель №1 как врач-психиатр лично наблюдавший ФИО пояснила и соответствует представленной в дело медицинской документации, что данный пациент обратилась к ней в начале 2017г. и в болезненном состоянии и утверждала, что видит мужчину, который отгоняет от нее девочек.

Как следует из показаний свидетелей ФИО, ФИО, ФИО странности в поведении ФИО отмечались

только по ее возвращению из психиатрической больницы, т.е осенью 2017г., а также в период 2024-2025г.г.

Противоречия в показаниях свидетелей Свидетель №1, а также свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, ФИО в части указания момента, с которого за ФИО стали замечаться странности и нелепости суд оценивает как незначительные, поскольку расхождения в указании времени совершения событий не превышают полугода, не затрагивают юридически значимый период составления спорного завещания, объясняются отсутствием у остальных свидетелей по сравнению со свидетелем Свидетель №1 специальных знаний и условий для выявления психических отклонений, а также разной степенью близости с ФИО

Достаточных и достоверных доказательств того, что ФИО не понимала значение своих действий и не могла руководить ими до указанного момента (начало 2017г.), в том числе на дату составления спорного завещания, истцом на которого возложено бремя доказывания по делу, не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований полагать что, спорное завещание было составлено ФИО на имя ответчика с пороком воли, у суда не имеется.

Доводы стороны истца о том, что свидетели стороны ответчика дают неправдивые показания о здоровье ФИО как очень хорошем до 2017г., поскольку должны были наблюдать определенные изменения, связанные с наличием у нее органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (эмоциональную лабильность, наличие головных болей), суд отклоняет с учетом пояснений судебного эксперта ФИО, которая на вопрос представителя истца пояснила, что однозначно утверждать о том, что окружающие, в том числе свидетели по данному делу или нотариус, должны были увидеть изменения в личности ФИО в связи с болезнью, не представляется возможным. ФИО могла не делиться с окружающими своими ощущениями, при этом могла и с данным диагнозом обслуживать себя в бытовом плане и вести хозяйство.

Ссылки стороны истца на то, что согласно пояснениям свидетеля ФИО ФИО еще в 2016г. жаловалась что «все считают ее дурочкой», несостоятельны. Так данный свидетель показала, что за ФИО никаких странностей, в том числе в 2016-2017г.г., не замечала. На уточняющий вопрос представителя истца свидетель четко указала, что данную фразу ФИО впервые произнесла после возвращения из психиатрической больницы.

На основании изложенного, суд приходит к выводу в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным завещания ФИО от 24.02.2016 отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным завещания ФИО от 24.02.2016, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Зерноградский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

РЕШИЛ:

судья

В.В. Костенко

решение суда изготовлено в окончательной форме 30.12.2025