Мотивированное 

решение

 

изготовлено 27.04.2024 

Дело № 2-243/2024

51RS0017-01-2024-000192-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Заполярный 23 апреля 2024 года 

Печенгский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Самойловой О.В.,

при секретаре Кужиной Ю.Ю.,

с участием:

- прокурора – помощника прокурора Печенгского района Мурманской области Темнюк В.А.,

- истца ФИО1,

- представителя истца Шестаковой С.Н.,

- представителя ответчика ООО «Печенгское строительное объединение» ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Печенгское строительное объединение» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Печенгастрой» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что с 11.11.1990 состояла в браке с ФИО5, от брака имеет дочь ФИО6, *.*.* г.р.

Ее супруг ФИО5 с 1997 года являлся работником ООО «Печенгастрой», работал в должности 

<

данные изъяты>. 13.10.2003 при выполнении своих трудовых обязанностей, находясь в 

<

данные изъяты>, в результате 

<

данные изъяты> ее муж получил травмы 

<

данные изъяты>, однако находился в сознании, был подключен к аппарату искусственной вентиляции легких и поднят на поверхность. По дороге в медицинское учреждение в карете скорой помощи ФИО5 от полученных травм скончался.

По данному факту по результатам проведенного расследования составлен акт № о несчастном случае на производстве от 28.10.2003.

Как следует из данного акта, обрушение кровли выработки было обусловлено не соблюдением работодателем порядка крепления выработки, установлены должностные лица, допустившие нарушение требований охраны труда. Грубая неосторожность в действиях погибшего не установлена.

Поскольку гибель супруга наступила в результате виновных действий ответчика, считает, что ООО «Печенгастрой» обязано возместить ей моральный вред, выразившийся в том, что после смерти мужа она потеряла интерес к жизни, страдала бессонницей, постоянно плакала, с целью снятия депрессивного состояния принимала успокоительные средства. Кроме того, значительно ухудшилось ее материальное положение, поскольку ей пришлось одной содержать двоих детей.

По прошествии более 20-ти лет боль утраты осталась, ее личная жизнь не сложилась, она проживает одна.

Размер денежной компенсации причиненного ей морального вреда истец оценивает в 3000000 рублей, которые просит суд взыскать с ООО «Печенгастрой» в ее пользу, а также взыскать судебные расходы по оплате юридических услуг в следующем размере: 2000 рублей за устную консультацию, 6000 рублей за составление искового заявления и 20000 рублей в качестве оплаты услуг представителя Шестаковой С.Н. в суде.

В представленных ответчиком письменных возражениях общество с ограниченной ответственностью «Печенгское строительное объединение» (сокращенное наименование ООО «Печенгастрой»), не оспаривая обстоятельства произошедшего 13.10.2003 несчастного случая на производстве, в результате которого наступила смерть 

<

данные изъяты> ФИО5, в удовлетворении исковых требований ФИО1 просит отказать в полном объеме, ссылаясь на выполнение работодателем обязательств по денежной компенсации супруге погибшего работника морального вреда в 2003 году в сумме 150000 рублей, размер которой по состоянию на дату выплаты являлся значительным (39-41, 90-91).

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель адвокат Шестакова С.Н., действующая на основании ордера, на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме, полагая, что представленный ООО «Печенгастрой» приказ о компенсации морального вреда не является доказательством фактического исполнения работодателем данной обязанности, поскольку на нем отсутствует личная подпись ФИО1, ее заявление о выплате компенсации морального вреда ответчиком также не представлено. ФИО1 дополнила, что ООО «Печенгастрой» организовал похороны ее мужа, оказал помощь по транспортировке тела к месту захоронения, покупке необходимых вещей, однако обстоятельств получения ею денежной компенсации морального вреда она не помнит, с заявлением о ее выплате она к работодателю не обращалась, в получении денежных средств не расписывалась. После смерти мужа она находилась в подавленном психоэмоциональном состоянии, без назначения врача принимала успокоительные препараты, до настоящего времени воспоминания о гибели супруга вызывают у нее негативные эмоции, поскольку она не устроила свою личную жизнь, была вынуждена испытывать материальные затруднения, имея низкий размер заработной платы и воспитывая детей без мужа. В настоящее время ее дети выросли, и она одинока, в связи с чем продолжает претерпевать нравственные страдания. Пояснила, что ранее в суд с иском о взыскании с ООО «Печенгастрой» компенсации морального вреда не обращалась, поскольку пребывала в подавленном психоэмоциональном состоянии и не знала о наличии у нее такого права.

Заслушав объяснения сторон, допросив свидетеля Свидетель №1, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Темнюк В.А., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. 

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

Как разъяснил Верховный Суд РФ в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункт 46).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). 

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (пункт 22 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Исходя из части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истец ФИО1, *.*.* г.р., 11.08.1990 вступила в брак с ФИО5, *.*.* г.р., 04.06.1991 у супругов родилась дочь ФИО6, что подтверждается копиями свидетельства о заключении брака (л.д.10) и рождении (л.д.11).

Приказом от 10.08.1997 № ФИО5 принят на работу в 

<

данные изъяты> «Печенгастрой» на должность 

<

данные изъяты> (в настоящее время ООО «Печенгастрой») (л.д.42-44, 47-48).

Из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом (л.д.49-59) и акта № о несчастном случае на производстве, утвержденного 28.10.2003 (л.д.60-66) следует, что 13.10.2003 при выполнении своих трудовых обязанностей, находясь в 

<

данные изъяты>, около 23 час. 25 мин. ФИО5 получил травмы 

<

данные изъяты> в результате 

<

данные изъяты>, находился в сознании, жаловался на боль. В 00 час. 22 мин. к пострадавшему прибыли сотрудники Печенгского ВГСВ ЗАО «Промышленаня безопасность», ФИО5 по-прежнему находился в сознании и жаловался на боль и холод. Спасатели подключили пострадавшего к аппарату искусственной вентиляции легких, наложили давящие повязки, шины 

<

данные изъяты>, подняли на поверхность в 01 час 03 мин., где он был передан бригаде скорой медицинской помощи.

В период с 01 час. 04 мин. до 01 час. 45 мин. бригадой скорой помощи и спасателями проводились мероприятия по реанимации пострадавшего во время остановок 

<

данные изъяты>, в 01 час. 45 мин. ФИО5 с признаками жизни погрузили в машину скорой помощи, где он по дороге в городскую больницу скончался в 02 час. 02 мин.

Актом установлено, что при получении травмы ФИО5 не находился в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Фактов грубой неосторожности пострадавшего комиссией не установлено. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны работники ОАО «Печенгастрой».

Стаж работы ФИО5, при выполнении которой произошел несчастный случай, составил 7 лет 5 месяцев.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт гибели ФИО5 в результате нечастного случая на производстве при отсутствии грубой неосторожности при исполнении им своих трудовых обязанностей в ОАО «Печенгастрой».

Из объяснений представителя ответчика ООО «Печенгастрой» ФИО2 в суде следует, что на дату несчастного случая в ОАО «Печенгастрой» отсутствовал локальный нормативно-правовой акт, регламентирующий порядок производства выплат компенсации морального вреда при получении работниками травм, причинении вреда здоровью и наступлении смерти. Такой документ суду не представлен, о его наличии не заявлено истцом.

Обращаясь в суд с требованием о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 3000000 рублей, истец указывает, что за данной выплатой она к работодателю супруга не обращалась, о том, получала ли денежные суммы в счет компенсации морального вреда в связи со смертью мужа, не помнит, полагает, что факт выплаты ей указанных сумм обязан доказать ответчик. 

Доказывая исполнение обязательств по компенсации морального вреда, причиненного супруге погибшего 12.10.2003 ФИО5, ответчиком представлен приказ генерального директора ОАО «Печенгастрой» от 09.12.2003 № «О компенсации морального вреда», оригинал которого обозревался судом в судебном заседании, согласно которому на основании заявления, поступившего от жены погибшего ФИО1 приказано возместить ФИО1 моральный вред в сумме 150000 рублей, оказать материальную помощь на похороны в сумме 37864 рубля (л.д.69).

Из копий расчетных листков работника ФИО11 следует, что по состоянию на 2003 год заработная плата работникам выплачивалась через кассу предприятия, о чем на данных листкам имеется указание (л.д.72, 73).

Также ответчиком представлена копия сообщения о последствиях несчастного случая на производстве и принятых мерах, который содержит сведения о размере суммарного материального ущерба в размере 261539 рублей, что, по мнению представителя, является суммой выплаченной компенсации морального вреда в размере 150000 рублей, а также материальной помощи на похороны и перевозку тела.

Разрешая спор, оценивая представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает доказанным факт исполнения ответчиком ОАО «Печенгастрой» обязанности компенсировать супруге погибшего работника причиненный его смертью моральный вред в сумме 150000 рублей, поскольку о производстве указанной выплаты свидетельствует приказ от 09.12.2003 № «О компенсации морального вреда», основанием для которого послужило заявление ФИО1

Кроме того, вышеприведенные акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом (л.д.49-59) и акт № о несчастном случае на производстве от 28.10.2003 (л.д.60-66) содержат указание на проведение членами комиссии встреч с членами семьи пострадавшего, рассмотрение вопросов оказания материальной помощи, разъяснение законных прав в соответствии с действующим законодательством. 

Истец в суде подтвердила, что после смерти супруга она находилась в тяжелом психоэмоциональном состоянии, и помощь в организации похорон ей оказывали работники ОАО «Печенгастрой», которые занимались решением вопросов, связанных с перевозкой тела супруга к месту захоронения, покупали костюм и гроб, иные необходимые принадлежности, организовывали поминки. При этом ФИО1 не помнит, что обращалась к работодателю с заявлением об оказании помощи в организации похорон, в то время как производство выплаты материальной помощи на похороны в сумме 37864 рубля произведено за счет предприятия на основании того же приказа от 09.12.2003 №.

Доводы об отсутствии в материалах дела самого заявления, послужившего основанием для издания данного приказа, а также документа, содержащего подпись истца в получении указанных сумм, не являются основанием для признания приказа недопустимым доказательством, поскольку расходы по организации похорон работодателем фактически понесены, что следует из объяснений самой ФИО1, а срок хранения заявлений, послуживших основанием для издания приказа, а также расчетно-платежных документов на выдачу заработной платы, пособий, гонораров, материальной помощи и иных выплат, регламентированный Перечнем типовых управленческих документов, образующихся в деятельности организаций, с указанием сроков хранения (утвержден Росархивом 06.10.2000) и составляющий 5 лет, истек. 

В подтверждение факта уничтожения указанных документов ответчиком представлены копии актов от 18.02.2011 № и от 31.03.2011 № «О выделении документов к уничтожению, не подлежащих хранению» (л.д.108-112). 

Вместе с тем, суд отклоняет доводы ответчика о недопустимости повторного возложения на работодателя обязанности по выплате супруге погибшего компенсации морального вреда и оценке действий истца как злоупотребления правом, основываясь на разъяснениях Верховного Суда РФ, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которым по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Суд также не усматривает оснований согласиться с позицией ответчика о злоупотреблении ФИО1, обратившейся в суд с данным иском по прошествии 20-ти лет после несчастного случая на производстве, правом, и ее желанием обогатиться подобным образом, поскольку право истца, являющегося членом семьи погибшего, требовать компенсации морального вреда, причиненного смертью супруга, гарантировано законом, исключившим возможность применения исковой давности к данной категории споров. 

Таким образом, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (пункт 25 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Как указал Верховный Суд РФ, вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В соответствии с приведенными выше положениями закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, признавая требования истца о взыскании компенсации морального вреда законными и обоснованными, суд, учитывая установленные выше обстоятельства дела, свидетельствующие о ненадлежащем обеспечении работодателем безопасных условий труда работнику, что явилось причиной несчастного случая, в результате которого погиб ФИО5, а также о получении истцом денежной компенсации морального вреда в сумме 150000 рублей на основании приказа работодателя от 09.12.2003 № «О компенсации морального вреда», размер которой по состоянию на дату издания приказа, с учетом сведений о размере ежемесячной заработной платы истца за 2003 год, содержащихся в представленной суду ФИО1 справке, а также сведений о заработной плате погибшего, содержащихся в его расчетных листках, являлся значительным, длительности периода, прошедшего после смерти ФИО5, в течении которого истец продолжает претерпевать нравственные страдания, вызванные потерей супруга, о чем свидетельствуют показания свидетеля Свидетель №1, являющейся коллегой и подругой истца, пояснившей, что последняя проживает одна, новые отношения не построила, болезненно переживает воспоминания о несчастном случае и гибели ее супруга, полагает разумным и справедливым установить подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца размер денежной компенсации морального вреда в сумме 300000 рублей. 

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов, суд руководствуется следующим.

Истцом понесены расходы по оплате юридических услуг в следующем размере: 2000 рублей за устную консультацию, 6000 рублей за составление искового заявления и 20000 рублей в качестве оплаты услуг представителя Шестаковой С.Н. в суде, принимавшей участие в 4-х судебных заседаниях, что подтверждается квитанцией № (л.д.25).

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судом принято решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1

Однако, как разъяснил Верховный Суда РФ в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, поскольку решение суда состоялось в пользу истца, и правило о пропорциональном возмещении судебных издержек в данном случае не применимо, суд, в отсутствие возражении ответчика по требованиям истца о взыскании судебных расходов в заявленной сумме, полагает их подлежащими удовлетворению в полном объеме. 

Ввиду освобождения истца от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика, не освобожденного от этой уплаты, подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования Печенгский муниципальный округ Мурманской области в размере 300 (триста) рублей с учетом требований части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Печенгское строительное объединение» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Печенгское строительное объединение» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300000 (триста тысяч) рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 28000 (двадцать восемь тысяч) рублей.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Печенгское строительное объединение» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования Печенгский муниципальный округ Мурманской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Печенгский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья О.В. Самойлова