Дело № 2-387/2018 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июля 2018 года г. Шарыпово

Шарыповский городской суд Красноярского края в составе:

Председательствующего судьи Киюциной Н.А., 

при секретаре Авдеевой И.М., 

с участием истца ФИО1, 

представителя ответчика Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Шарыповский» ФИО2 (по доверенности № 4 от 25.01.2018), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Шарыповский», Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда, 

Установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Шарыповский», Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда. Исковые требования обоснованы тем, что в период содержания под стражей ФИО1 17 июня 2016 года этапировался из СИЗО-3 г.Ачинска в ИВС МО МВД России «Шарыповский» одновременно с содержащимися под стражей и больными туберкулезом лицами Д и М, что является нарушением условий содержания под стражей. В результате неправомерных действий сотрудников МО МВД России «Шарыповский», унижающих человеческое достоинство и создавших угрозу жизни, истец перенес нравственные и физические страдания, компенсацию морального вреда определил в сумме 50 000 рублей.

В судебном заседании (с использованием систем видеоконференц-связи в соответствии со ст. 155.1 ГПК РФ) истец ФИО1, отбывающий уголовное наказание в виде лишения свободы, иск поддержал по тем же основаниям и пояснил, что о заболевании М и Д он узнал, находясь в ИВС МО МВД России «Шарыповский», во время переговоров через стену между камерами.

Представитель ответчика Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Шарыповский» ФИО2 (по доверенности) исковые требования не признала, в обоснование возражений по иску сослалась на то, что содержащиеся под стражей лица Д и М 17 июня 2016 года при этапировании находились в отдельных боксах, как лица с «нулевой» группой диспансерного учета, в ватно-марлевых повязках. Открытой формы туберкулеза у данных лиц на тот момента выявлено не было. ФИО1 этапировался в отдельном боксе, изолированно от указанных лиц. Межкамерные разговоры между содержащимися под стражей лицами запрещены, поэтому истец не мог получить информацию о заболевании Д и М при указанных истцом обстоятельствах. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца ответчик не усматривает.

Представители соответчика Министерства финансов Российской Федерации, привлеченного судом к участию в деле в качестве соответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства были извещены, соответчики заявили ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своих представителей.

При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие представителей Министерства финансов Российской Федерации и Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Исковые требования соответчики по делу не признали, направили в суд возражения в письменной форме.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 (по доверенности) сослалась в обоснование возражений по иску на отсутствие доказательств незаконности должностных лиц МО МВД России «Шарыповский» и их вины, наличия причиненного вреда и прямой причинной связи между действиями должностных лиц и вредом. При указанных обстоятельствах основания для ответственности казны отсутствуют.

Представитель Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО4 (по доверенности) сослалась на то, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя бюджетных средств, предусмотренных на его содержание, является ненадлежащим ответчиком по делу. Раздельно и отдельно от других лиц перемещаются лица с активными формами туберкулеза, не завершившие курс лечения. Относительно Д и М активная форма не подтверждена, доказательства в подтверждение обоснованности своих доводов истец не предоставил. Таким образом, основания для компенсации морального вреда не имеется.

Заслушав объяснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 (по доверенности), показания свидетелей О и Б., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. 

Права и свободы человека и гражданина в силу ст. 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. 

В силу ст.21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей. 

Согласно ст. 7 приведенного Федерального закона наряду со следственными изоляторами, местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются изоляторы временного содержания (ИВС) органов внутренних дел. 

В соответствии со статьями 13,14 указанного Федерального закона подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца. Основанием для такого перевода является постановление следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда. Сроки содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых определяются Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со ст.15 Федерального закона «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 17 приведенного Федерального закона подозреваемые и обвиняемые имеют право на личную безопасность в местах содержания под стражей; обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми, а также другие права.

В соответствии со ст.19 указанного Федерального закона при возникновении угрозы жизни и здоровью подозреваемого или обвиняемого либо угрозы совершения преступления против личности со стороны других подозреваемых или обвиняемых сотрудники мест содержания под стражей обязаны незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности подозреваемого или обвиняемого.

Согласно ст. 23приведенного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В силу ст. 24 Федерального закона «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений» лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Как предусмотрено п. 244 Наставления о служебной деятельности изоляторов временного содержания, утвержденного Приказом МВД РФ № 140 дсп от 07.03.2006 года, подозреваемых и обвиняемых размещают по камерам специального автомобиля с соблюдением требований их внутренней изоляции, указанных в отдельных справках в личных делах конвоируемых или определенных при постановке задачи на конвоирование командиром подразделения охраны и конвоирования (начальником органа внутренних дел, ИВС). Раздельно от других подозреваемых и обвиняемых и изолированно друг от друга конвоируются больные открытой формой туберкулеза, лица с психическими расстройствами и инфекционные больные.

В соответствии с п.317 Приказа Минздравсоцразвития РФ N 640, Минюста РФ N 190 от 17.10.2005 "О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу", действующего до 19 февраля 2018 года, одним из основных принципов оказания противотуберкулезной помощи является изолированное и раздельное содержание: больных активным туберкулезом от лиц, не состоящих на диспансерном учете по поводу данного заболевания; лиц, наблюдающихся в "0" группе диспансерного учета (далее - ГДУ), от больных I и II ГДУ; больных, состоящих на учете в I ГДУ, от лиц, состоящих на учете во II ГДУ; больных, выделяющих микобактерии туберкулеза (далее - МБТ), от других больных активным туберкулезом; бактериовыделителей с множественной лекарственной устойчивостью (далее - МЛУ) и полирезистентностью от других больных, выделяющих МБТ.

Согласно ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании и следует из данных книги покамерного учета (л.д.29-31), данных книги учета лиц, содержащихся в ИВС (л.д.32-38), предоставленной начальником ИВС МО МВД России «Шарыповский» справки (л.д.99-100), ФИО1 в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, в период с 14 июня 2016 года по 17 июня 2016 года действительно содержался в ИВС МО МВД России «Шарыповский». В течение указанного периода времени в ИВС также содержались обвиняемые Д и М 17 июня 2016 года указанные лица были этапированы в СИЗО-3 г.Ачинска в одном автомобиле «КАМАЗ» типа «автозак», при этом Д и М. были обеспечены ватно-марлевыми повязками, размещались в отдельных отгороженных боксах, раздельно и изолированно от другого спецконтингента, в том числе от ФИО1 В личных делах обвиняемых Д. и М имелись медицинские справки от врача-фтизиатра о «нулевой» группе диспансерного учета.

Согласно показаниям в судебном заседании свидетелей О и Б. в июне 2016 года они принимали участие при этапировании ФИО1 в СИЗО-3 г.Ачинска. Одновременно с ним этапировались двое лиц с «нулевой» группой диспансерного учета, которые были обеспечены ватно-марлевыми повязками, размещались в отдельных отгороженных боксах, раздельно и изолированно от другого спецконтингента. В личных делах указанных лиц сведений о заболевании туберкулезом в открытой форме не имелось.

Как следует из заключения от 07 ноября 2016 года, ФИО1 обращался с жалобой на действия сотрудников ИВС МО МВД России «Шарыповский» в связи с его этапированием с лицами, больными туберкулезом. По результатам рассмотрения жалобы было установлено, что 17 июня 2016 года ФИО1 этапировали в СИЗО-3 г.Ачинска из ИВС МО МВД России «Шарыповский». Одновременно с ним этапировались содержащиеся под стражей Д. и М., в личных делах которых имелись медицинские справки от врача-фтизиатра о «нулевой» группе диспансерного учета. При этом Д и М перевозились в отдельных боксах, изолированно от других лиц, в ватно-марлевых повязках. Нарушений при этапировании выявлено не было.

Истец ФИО1 в судебном заседании подтвердил, что при этапировании находился в отдельном боксе, раздельно от Д и М, наличие у них ватно-марлевых повязок не оспаривает.

Кроме того, согласно справке от 09 июня 2018 года, выданной начальником ФКУ ЛИУ-34 УФСИН России по Республике Хакасия, по состоянию на июнь 2016 года у М был установлен диагноз – туберкулемы верхней доли левого легкого сомнительной активности ГДУ 0А.

Доказательств наличия у Д и М по состоянию на 17 июня 2016 года туберкулеза в открытой форме и прохождении ими соответствующего лечения суду предоставлено не было.

Суд принимает во внимание и то, что в силу ст.ст. 98,108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заключение под стражу является самой строгой мерой пресечения, в силу чего в максимальных пределах ограничивает права, свободы и личную неприкосновенность человека и гражданина.

В судебном порядке действия сотрудников изолятора временного содержания по обеспечению надлежащих условий содержания под стражей ФИО1 оспорены не были.

Оценив доказательства по делу в совокупности, суд приходит к выводу о том, что сотрудниками ИВС МОВД «Шарыповский» были предпринятывсе необходимые меры по соблюдению права содержащегося под стражей ФИО1 на обеспечение охраны его здоровья в условиях содержания под стражей, предусмотренное статьей 24 Федерального закона «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений»; нарушений принципов равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, а также совершения в отношении ФИО1 каких-либо незаконных действий, имеющих целью причинение ему физических или нравственных страданий, судом не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морально вреда суд не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Шарыповский», Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Шарыповский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий (подпись)