УИД № 54RS0031-01-2020-000035-72

Дело №2-144/2020

Поступило в суд 15.01.2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 мая 2020 года г. Обь Новосибирской области

Обской городской суд Новосибирской области в составе:

председательствующего судьи Бражниковой А.Е.,

при секретаре Герман Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности ответчика,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности ответчика, в котором, ссылаясь на ст. ст. 178, 451, 166, 218, 578 (ч.1), 578 (ч.2), 246, 150, 11 Гражданского кодекса РФ, ч.1 ст.30 Жилищного кодекса РФ, просил признать договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ на жилое помещение, состоящее из трех комнат, общей площадью - 59 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным и исключить из ЕГРН запись о регистрации права собственности ответчика.

Иск мотивирован следующим.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры, согласно которому истец подарил ответчику в собственность квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>, состоящую из трех комнат, общей площадью - 59,0 кв.м. Указанная квартира принадлежала ФИО1 на праве собственности на основании договора №18 о передаче жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ. Бремя содержания жилого помещения полностью с момента заключения договора и до настоящего времени несет истец. Ответчица на спорной жилой площади никогда не проживала и не появлялась. На момент подписания договора дарения истец был введен ответчицей в заблуждение. В силу своего возраста истец страдает плохим зрением и памятью. Ответчица воспользовалась плохим состоянием здоровья истца и обманным путем подписала договор дарения. При этом на момент подписания договора ответчица заверяла истца, что он подписывает завещание, а не договор дарения, и истец был убежден в этом. В силу своей юридической неграмотности и плохого здоровья, истец поверил на слово и не имел представления, что право собственности на спорную квартиру переходит к ответчице после регистрации договора. Спорная квартира является единственным местом жительства истца и какого-либо иного имущества, принадлежащего истцу на праве собственности, нет. Заключая договор дарения, истец в свою очередь заблуждался о последствиях такой сделки и не предполагал, что лишается единственного места жительства. Заключение договора дарения не соответствовало действительной воле истца, а именно он не имел намерения лишить себя права собственности на единственное жильё. Более того, истец рассчитывал на материальную и физическую помощь со стороны ответчицы, взамен чего к ней после смерти истца должно было перейти право собственности на спорную квартиру. У ответчицы есть иное место для проживания, а именно: квартира, в которой она зарегистрирована и проживает, расположенная по адресу: 

<

адрес>, д.

<

адрес>. Если бы при заключении договора истцу были разъяснены последствия совершения такой сделки, истец бы никогда не согласился на заключение договора дарения. Впоследствии отношения между дарителем и одаряемой резко ухудшились, происходят постоянные конфликты, в связи с не исполнением ответчиком своих обязательств, предусмотренные п. 9 Договора, а именно: собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме. Таким образом, на протяжении года по настоящее время, ответчик не платит коммунальные платежи и не поддерживает собственность в надлежащем состоянии. На данный момент обременение по уплате коммунальных платежей лежит полностью на истце. ФИО1 считает, что действиями ответчика нарушаются нематериальные ценности, представляющие для истца как дарителя большую нематериальную ценность, а именно личную неприкосновенность.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в иске, просил удовлетворить. Также истец пояснил, что на инвалидности он не состоит, недееспособным, ограничено дееспособным признан не был. На инвалидности состоит его супруга, передвигается с его помощью. Дополнительное соглашение к договору дарения он с ответчиком не заключал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 от ФИО2 узнал, что заключил договор дарения, а не подписал завещание. ФИО2 последний раз была 25 октября на день рождения жены ФИО1, приезжала с сыном. Договор дарения подписывали в МФЦ 

<

адрес>, где ФИО1 не разъясняли суть документа, который он подписывал, он этот документ не читал. Если бы он знал, что подписывает, никогда бы не подписал договор дарения. ФИО1 не говорил специалисту, что готовит завещание. Договор дарения оформляла ФИО2 Также ФИО1 пояснил, что имеет водительское удостоверение, водит автомобиль, менял права в мае 2019 года; читать умеет. Разницу между завещанием и договором дарения не понимает, за юридической помощью не обращался ввиду тяжелого материального положения, доверился дочери.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме, просила удовлетворить. Пояснила, что когда ФИО1 подписывал заявление, в силу своей юридической не грамотности и преклонного возраста, не понимая тонкостей юридических моментов, он думал, что находится у нотариуса, оформляет завещание, а собственником квартиры он так и останется. О том, что данный документ является договором дарения, он узнал позже, и то случайно. ФИО1 только один раз находился вместе с ответчиком в офисе «Мои документы», где он подал документы на регистрацию договора. С переходом права собственности к Серд ФИО1 не согласен, так как его ввели в заблуждение. Серд сама готовила все документы. При приеме документов в МФЦ особо никто не читает заявления, особенно люди такого возраста, как истец. ФИО1 дееспособный, но некоторые юридические моменты он не понимает, чем и воспользовалась его дочь. При этом заявление составлено не в простой письменной форме, а в виде таблицы, что еще более сложно для прочтения. ФИО1 не понимал суть и содержание данного заявления. Договор дарения истец не читал, а всего лишь подписал. У него на руках даже не было копии данного договора. Договор дарения был получен ею из архива Росреестра при подготовке искового заявления в суд. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне, месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, причины неявки суду не сообщила, ходатайств об отложении судебного заседания в суд не направила.

Представитель ответчика ФИО4 просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, полагая, что сделка, которая была заключена в № году, содержит все признаки правового документа, порождает те последствия, которые стороны имели в виду. ФИО1 не предоставил доказательств того, что на момент заключения договора дарения, который грамотно и доступно написан, истец был не сделкоспособен, был введен в заблуждение относительно цели сделки и предмета сделки, не понимал и не осознавал в момент подписания договора его значения и последствий. С 6 летнего возраста ФИО2 проживала в этой квартире и покинула ее в №, когда купила себе жилье. До этого она всей семьей почти до 30 лет проживала с родителями. В настоящее время ФИО2 не работает, поскольку у нее больной ребенок, она из 

<

адрес> приезжает в 

<

адрес>, готовит еду, убирает, ухаживает за матерью. Так как расстояние длительное, ответчик не имеет возможности каждый день посещать своих родителей. В № отец своей дочери заявил, что намерен оспорить договор дарения, и перестал пускать ее в свою квартиру, чтобы изложить доводы, указанные в иске. Когда подписывается договор дарения, сотрудниками Росреестра обязательно проводится беседа, выясняется, понимает ли даритель последствия подписываемого договора или нет. Договор подписывался в Росреестре при специалисте, которая разъяснила порядок перехода права собственности на квартиру, и истец был с ним согласен, о чем имеется подпись. Каких-либо оговорок в договоре о том, что ответчица берет на себя обязательство содержания квартиры, нет. Иначе это был бы другой договор: договор купли-продажи с пожизненной рентой. Завещание же составляется у нотариуса, это односторонняя сделка и присутствие Натальи Юрьевны совершенно не было необходимым. Налоги ФИО2 платит. Оплата истцом услуг ЖКХ - это его расходы по потреблению света и воды. Поэтому как довод недействительности сделки – не обоснован. Истцом не доказано его слабое здоровье, не представлено ни одной справки. Два года или год назад истец проходил медицинскую комиссию на продление срока управления транспортным средством, он управляет автомобилем. Если бы его здоровье вызывало сомнение, ему бы не выдали медицинскую справку и не продлили срок действия права управления автомобилем. Поэтому доводы ФИО1 в части его состояния здоровья не состоятельны. ФИО2 готова подписать дополнительное соглашение о том, что право пожизненного проживания сохраняется за ее родителями в квартире. Все ее действия, которые на сегодняшний день имеют место быть, направлены на то, чтобы они там проживали. Ответчик не ставит вопрос о выселении, об ущемлении их жилищных прав. Они как были там зарегистрированы, так и зарегистрированы там. ФИО2 не предпринимает попыток отчуждения данного имущества, что послужило бы основанием для лишения её родителей жилой площади. Истец имеет образование, умеет читать. ФИО1 прекрасно понимал значение тех слов, которые содержатся как в самом договоре, так и в заявлении. В заявлении речь четко идет о том, что регистрируется переход права собственности посредством договора дарения. Специалисты в МФЦ, которые принимают документы, всё разъясняют, в том числе при осуществлении безвозмездных сделок. Доказательств того, что истец не читал этого договора не представлено. В данном договоре стоит его подпись, в заявлении тоже стоит его подпись. Подпись истца никто не оспаривает. То, что истец не имел на руках договора дарения, так это было его право получить после регистрации перехода права сам текст договора, или не получить. 

Представитель 3-го лица Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области ФИО5, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, направила в суд письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие.

Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, извещенных о дне, месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно п.п.1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с абз.1 п.2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании п.п. 1, 2 ст.223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В силу п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В п.1 ст.170 Гражданского кодекса РФ указано, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п.п.1, 2 ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.3 ст.178 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с п.5 ст.178 Гражданского кодекса РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (п.6 ст.178 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу приведенной нормы сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В силу ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана (обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота), насилия, угрозы, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Исходя из смысла ст. 179 Гражданского кодекса РФ, под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке. Обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относиться к мотиву сделки. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В соответствии с требованиями ст.ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. При этом согласно ст.ст. 4, 45, 46, 47, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса РФ обязанность доказывания лежит на сторонах, третьих лицах, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на прокуроре, органах, организациях и гражданах, подавших заявление в защиту иных лиц.

Положениями ст. 60 Гражданского процессуального кодекса РФ определено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются друг другу отцом и дочерью.

ФИО1, согласно копии свидетельства о государственной регистрации права № принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, приобретенная на основании договора передачи жилого помещения (квартир, комнат, домов) в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.37, 38-39).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения, по которому ФИО1 подарил ФИО2 вышеуказанную квартиру, регистрация договора произведена ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, о чём составлена запись № (л.д.7-8).

Согласно выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ собственником спорной квартиры является ФИО2 (л.д.40-41). 

В тексте оспариваемого договора, подписанного ФИО1 лично, подробно отражен характер и последствия заключенной сделки. Поскольку в судебном заседании сам истец подтвердил, что не был признан недееспособным либо ограниченно недееспособным, в ДД.ММ.ГГГГ года получил новое водительское удостоверение, то есть признан медицинской комиссией годным к управлению автомобилем, суд приходит к выводу, что о том, что ФИО1 должен был правильно осознавать последствия заключенного им с ФИО2 договора, заключавшиеся в отчуждении квартиры в собственность последней с момента заключения договора. 

Природа сделки дарения, ее правовые последствия в виде передачи истцом ответчику права собственности на квартиру, вследствие чего право собственности истца прекращается, явно следуют из договора дарения, который не допускает неоднозначного толкования, в связи с чем, необоснованными являются доводы истца о том, что, подписывая договор, он заблуждался относительно природы и последствий сделки.

Каких-либо доказательств, подтверждающих неспособность истца верно понять суть заключавшегося договора дарения, в том числе в силу юридической неграмотности, неудовлетворительного состояния здоровья, суду не представлено. Преклонный возраст ФИО1 таким доказательством не является, учитывая, в том числе, поведение истца при рассмотрении данного дела, в ходе которого он самостоятельно участвовал в судебных заседаниях и давал четкие и ясные пояснения об обстоятельствах заключения оспариваемого договора, обстоятельствах, побудивших его обратиться в суд с данным иском. С учетом изложенного оснований считать оспариваемую сделку заключенной под влиянием заблуждения со стороны истца нет.

Исходя из положений п.п.1, 2 ст.209 Гражданского кодекса РФ ФИО2 после приобретения спорной квартиры в собственность на основании оспариваемой сделки могла как пользоваться ею самостоятельно, так и предоставлять в пользование иным лицам, в том числе ФИО1 В этой связи факт не проживания в указанной квартире ответчика, которая на момент заключения договора дарения имела другое постоянное место жительства и не обязана была менять его, а также возможное наличие в собственности иной недвижимости, не может расцениваться как доказательство неисполнения сторонами договора дарения.

В п. 1 и п.5 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ отражено, что истец безвозмездно передает ответчику квартиру, квартира считается переданной ответчику с момента подписания договора в связи с чем отсутствие отдельно оформленного сторонами акта приема-передачи квартиры также не доказывает неисполнение договора.

При этом доводы истца о том, что ответчик не несёт бремя содержания квартирой, а все жилищно-коммунальные услуги оплачиваются непосредственно истцом, документально не подтверждены. Притом, что ФИО1 в настоящее время проживает в спорной квартире, то есть пользуется всеми оказываемыми жилищно-коммунальными услугами. 

Аргумент ФИО1 в пользу того, что после подписания, как он полагал завещания, он рассчитывал на материальную и физическую помощь со стороны ответчика, которую последняя не оказывает, по убеждению суда, не имеет значения для оспаривания указанного договора. Заблуждение относительно последующего поведения одаряемого по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания договора дарения недействительным по ст. 178 Гражданского кодекса РФ. А доказательств того, что договор дарения был заключен под условием истцом не представлено.

Из условий оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 выразил свою волю именно на дарение спорной недвижимости, данный договор дарения указывает на безвозмездность передачи недвижимого имущества ответчику, иные устные или какие-либо еще договоренности не подтверждены истцом.

Из поступивших документов из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии очевидно следует, что ФИО1 самостоятельно сдал документы в уполномоченный орган в целях государственной регистрации перехода права на спорные объекты недвижимости к ФИО2 (л.д.55-56), при этом в дальнейшем им не заявлялось о приостановлении государственной регистрации.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая факт совершения истцом действий, направленных на государственную регистрацию перехода права собственности на спорную квартиру на основании оспариваемого договора, отсутствие на протяжении более года после его заключения у сторон каких-либо взаимных претензий друг к другу, суд приходит к выводу, что использование ФИО1 спорной квартиры для личного проживания после заключения договора дарения не доказывает отсутствие у сторон намерений достичь соответствующих дарению правовых последствий. Предусмотренных п. 1 ст. 170 ГК РФ оснований для признания такого договора мнимым и, соответственно, для применения последствий его ничтожности в виде возврата квартиры истцу, нет.

Кроме того, на момент разрешения данного спора ответчик не оспаривает право истца на проживание в спорной квартире. Оснований для применения судом по собственной инициативе иных последствий недействительности сделки, чем были указаны ФИО1 в исковом заявлении, в данном случае нет.

Также суд отмечает, что согласно п.5 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Даритель и Одаряемый, то есть ФИО1 и ФИО2 подтверждают, что они в дееспособности не ограничены; под опекой, попечительством, а также патронажем не состоят; по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности; не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельств его заключения, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить настоящий договор.

Договор дарения подписан ФИО1 и ФИО2 без замечаний и возражений.

Таким образом, суду очевидно, что при заключении сделки стороны реализовали свое право на свободу договора, регламентированное в п.1 ст.421 Гражданского кодекса РФ, выразили его в письменной форме в соответствии с требованиями действующего закона.

Проанализировав представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что он заблуждался относительно природы сделки, относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия его воли на совершение сделки дарения спорного недвижимого имущества, либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. Также не представлено доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения.

Также истец не представил доказательств умысла ответчика на завладение спорной квартирой путем обмана, поскольку не указывает, какие именно действия ФИО2 являлись обманом, какую информацию не соответствующую действительности, она ему сообщил. Ссылка на то, что ответчик пояснила истцу о подписании им завещания, опровергаются представленными материалами дела, анализ которым дан выше. Доводы ФИО1 о том, что ФИО2 пообещала оказывать ему материальную и физическую помощь, объективно ничем не подтверждены, а, кроме того, не могли бы порочить данную сделку, так как договор дарения также не содержит данных условий.

О том, что истец, заключая оспариваемую сделку, осознавал ее природу и последствия, также свидетельствуют его действия по переходу государственной регистрации сделки. Однако не достижение желаемого результата (в рассматриваемом случае оказание ФИО2 ФИО1 материальной и физической помощи) не свидетельствует о том, что сделка была совершена под обманом. 

Таким образом, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, исключении из ЕГРН записи о регистрации права собственности ответчика оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Новосибирский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Обской городской суд Новосибирской области.

Мотивированное решение изготовлено 18 мая 2020 года.

Председательствующий А.Е. Бражникова