Д. № 2-23/2020

УИД № 89RS0013-01-2019-001014-11

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 сентября 2020 года г. Губкинский ЯНАО

Губкинский районный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Скусинец Е.В.,

при секретаре судебного заседания Ивановой И.В.,

с участием: прокурора Борисовой А.Т.,

представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности от 3 февраля 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЯмалАвтотехцентр», Обществу с ограниченной ответственностью «Нова Энергетические Услуги» о взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, признании недействительными актов о несчастном случае, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился с исковым заявлением к ООО «НЭУ» о взыскании утраченного заработка в размере 1 800 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 6 мая 2018 года, являясь работником ООО «ЯмалАТЦ», прибыл на объект ООО «НЭУ», расположенный по адресу: (...), где им была получена травма в результате удара металлической трубой, а именно – (...), который оценивается как тяжкий вред здоровью. Актом о несчастном случае установлена вина работника ООО «НЭУ», а также истца. Однако с указанным выводом не согласен, поскольку ремонт автотранспорта не производил, правила техники безопасности не нарушал. Из-за полученной производственной травмы он с 7 мая 2018 года по настоящее время находится на больничном, то есть утратил заработок, который имел бы, если бы не получил травму. По месту работы он ежемесячно получал 90 000 рублей, утраченный заработок за период нетрудоспособности составляет 1 800 000 рублей. В результате полученной травмы, длительного лечения ему причинены нравственные и моральные страдания, которые он оценивает в размере 500 000 рублей.

Определением суда от 13 января 2020 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «ЯмалАТЦ».

В ходе производства по делу истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ООО «ЯмалАТЦ» задолженность по заработной плате за период с 1 декабря 2017 года по 5 мая 2018 года в размере 740 353 рубля 75 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 256 452 рубля 39 копеек, восстановить срок обращения с указанными требованиями, признать недействительными в части акты № 1 от 21 мая 2018 года, № 2 от 14 сентября 2018 года, № 3 от 22 февраля 2019 года о несчастном случае на производстве, взыскать с ООО «ЯмалАТЦ» утраченный заработок в размере 2 595 522 рубля 02 копейки, взыскать с ООО «НЭУ» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. В обоснование данных требований дополнительно указано, что с 20 октября 2017 года состоит в трудовых отношениях с ООО «ЯмалАТЦ», трудовым договором установлены режим работы, распорядок рабочего времени. Однако он систематически привлекался к работе сверхурочно, при этом оплату за указанную работу работодатель не производил, в связи с чем просит взыскать с ООО «ЯмалАТЦ» образовавшуюся задолженность. Истец просит восстановить срок обращения с указанным требованием, полагая, что он пропущен по уважительной причине, поскольку за весь период работы расчетные листы не получал, о составе заработной платы не знал, а с 7 мая 2018 года по настоящее время находится на больничном, в том числе с нахождением на стационарном лечении, в специализированных медицинских учреждениях за пределами автономного округа. Поскольку заработная плата выплачивалась ООО «ЯмалАТЦ» не в полном объеме, просит взыскать с указанного ответчика компенсацию за задержку ее выплаты. Также истец полагает незаконными акты № 1 от 21 мая 2018 года, № 2 от 14 сентября 2018 года, № 3 от 22 февраля 2019 года о несчастном случае на производстве, которыми, в том числе, установлена его вина, поскольку в его действиях отсутствует какое-либо нарушение требований охраны труда, просил исключить из указанных актов сведения о наличии его вины. Поскольку травма истцом получена в период исполнения трудовых обязанностей, с 7 мая 2018 года по настоящее время он находится на больничном, то он утратил заработок, который имел бы, если бы не получил травму. За период с 7 мая 2018 года по 31 декабря 2019 года ему выплачено пособие по временной нетрудоспособности в сумме 333 470 рублей 38 копеек. Исходя из его среднемесячного заработка, с учетом оплаты за сверхурочную работу, утраченный заработок за указанный период составит 2 595 522 рубля 02 копейки. Также, учитывая, что травма получена истцом по вине работника ООО «НЭУ» он просит взыскать с указанного ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец в судебном заседании участия не принимал, уведомлен надлежащим образом. Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, настаивала на их удовлетворении.

Ответчик ООО «ЯмалАТЦ», будучи извещенный надлежащим образом, заблаговременно, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, в судебное заседание не явился. Представители ответчика ФИО3 и ФИО4, действующие на основании доверенности, просили об отложении рассмотрения дела, в связи с нахождением в отпуске. Поскольку ответчик, являющийся юридическим лицом, не лишен возможности направить в судебное заседание другого представителя с целью реализации своих процессуальных прав, неявка представителя ответчика ООО «ЯмалАТЦ» признана судом неуважительной, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие.

При этом представителями ответчика ФИО3 и ФИО4 представлены письменные возражения, согласно которым выражают несогласие с исковыми требованиями по следующим основаниям. Из представленных возражений следует, что в связи с произошедшим с истцом несчастным случаем было возбуждено уголовное дело в отношении работника ООО «НЭУ», вступившим в законную силу судебным постановлением установлена вина указанного работника, а также самого истца ФИО2 В рамках указанного уголовного дела истцу уже выплачена денежная компенсация за причиненный вред здоровью. По указанному факту также ООО «НЭУ» привлечено к административной ответственности. По указанным основаниям, а также в силу положений ст.ст. 1079, 1064 ГК РФ, представители ответчика полагают об удовлетворении первоначальных исковых требований к ООО «НЭУ». Принятые судом к производству дополнения исковых требований, представители ответчика полагают принятыми с нарушением ч. 1 ст. 39 ГПК РФ, поскольку указанными дополнениями одновременно изменены основание и предмет иска. При этом заявленные уточнения иска полагают необоснованными, поскольку с момента трудоустройства никаких претензий по выплаченной заработной плате истец не предъявлял, при этом за спорный период работы в соответствии с техническим заключением по выгрузке данных, режима труда и отдыха с блоков СКЗИ тахографов, установленных в автомобилях, на которых работал истец, переработки установлено не было. Наоборот установлено частое перекрытие антенн ГЛОНАСС, ежедневное управление транспортного средства (более 9 часов), а также непрерывное управление автомобилем (более 4 часов) в некоторые дни. Проведенной ответчиком аудиторской проверкой фактов задолженности по заработной плате перед истцом не установлено, просили отказать в удовлетворении указанного требования, указывая на пропуск срока исковой давности. Также ответчиком заявлено о несогласии с рассмотрением требования о признании актов о несчастном случае незаконными совместно с настоящим спором, поскольку указанное требование подлежит рассмотрению и разрешению в ином порядке.

Ответчик ООО «НЭУ», будучи извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, сведений об уважительности причин неявки не представил, об отложении рассмотрения дела не просил. Ранее в судебном заседании представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности, выражал несогласие с исковыми требованиями по основаниям, изложенным в отзыве, полагая, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является ООО «ЯмалАТЦ».

Третье лицо ФИО6, извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, извещался надлежащим образом, однако корреспонденция возвращена в связи с истечением срока хранения, адресат по извещению не является, в связи с чем на основании ст. 113 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд приходит к выводу о надлежащем его извещении.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся сторон.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требование истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению в части, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса РФ, трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с названным Кодексом.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

На основании статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель должен выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с названным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 99 Трудового кодекса РФ, сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

В силу ст. 149 Трудового кодекса РФ, при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно (ст. 152 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам указанного срока, он может быть восстановлен судом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20 октября 2017 года между ФИО2 и ООО «ЯмалАТЦ» заключен трудовой договор, по условиям которого истец принят на работу водителем-экспедитором. Указанным договором истцу установлен оклад в размере 12 000 рублей с выплатой районного коэффициента 1,7 и северной надбавки за работу в районах Крайнего Севера в размере, установленном законом.

По условиям указанного договора работнику установлена 40-часовая, шестидневная рабочая неделя с одним выходным днем, нормированный рабочий день (п. 5.1). Также договором установлен распорядок рабочего дня: начало рабочего дня с понедельника по пятницу – в 8.00 часов, окончание - в 16.00 часов, перерыв – с 13.00 часов до 14.00 часов; начало рабочего дня в субботу – в 8.00 часов, окончание – в 14.00 часов, без перерыва; начало рабочего дня в праздничные дни – в 8.00 часов, окончание – в 15.00 часов, перерыв – с 13.00 часов до 14.00 часов.

Положением об оплате труда ООО «ЯмалАТЦ» установлены гарантии для работников в виде оплаты труда в выходной и нерабочий праздничные дни, работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым ставкам, оплата производится в двойном размере. Также Положением предусмотрена доплата за работу в ночное время (с 22 часов предшествующего дня до 6 часов последующего дня), доплата производится за каждый час работы в ночное время на основании графиков работы и приказов. 

Как следует из табелей учета рабочего времени, расчетных листков о начислении заработной платы, оплата истцу производилась за количество отработанных дней и часов, размер которых не превышал 7 часов в день.

Согласно п. 14 Инструкции Минфина СССР № 156, Госбанка СССР № 30, ЦСУ СССР № 354/7, Минавтотранса РСФСР № 10/998 от 30.11.1983 «О порядке расчетов за перевозки грузов автомобильным транспортом», основным первичным документом учета работы грузового автомобиля является путевой лист.

Ответственность за правильное заполнение путевых листов несут руководители предприятий, организаций, учреждений, а также лица, отвечающие за эксплуатацию грузовых автомобилей и участвующие в заполнении документа.

Между тем, в судебном заседании установлено, что в соответствии с путевыми листами истец систематически привлекался к сверхурочной работе и работе в выходные дни, что также подтверждается выпиской из журнала по предрейсовым и послерейсовым медицинским осмотрам. 

Так, в соответствии с путевыми листами, истцом отработано: в декабре 2017 года – 241 час, в январе 2018 года – 453 часа, в феврале 2018 года – 322 часа, в марте 2018 года – 377 часов, в апреле 2018 года – 321 час, в мае 2018 года – 70 часов.

Фактически за указанный период истцу выплачено, согласно представленным расчетным листам, 322 894 рубля 99 копеек.

Согласно расчету истца, оплата за сверхурочную работу составляет 740 353 рубля 75 копеек, компенсация за задержку выплаты заработной платы составляет 256 452 рубля 39 копеек. 

Оспаривая обоснованность данных исковых требований и расчета, ответчиком ООО «ЯмалАТЦ» представлены техническое заключение по техническому анализу режима труда и отдыха, выгруженных с блоков СКЗИ тахографов транспортных средств Камаз (...) и Камаз (...), а также заключение аудиторской экспертизы с целью определения фактического количества сверхурочных часов, сумм подлежащих оплате за сверхурочные часы и предоставление контррасчета, а также определения среднемесячной заработной платы истца в соответствии с п. 3 ст. 1086 ГК РФ.

Между тем, сведения, полученные в результате вышеуказанных исследований, не могут быть приняты во внимание, поскольку техническое заключение не учитывает количество фактически отработанного времени истцом, а учитывает лишь время работы двигателей автомобилей, на которых работал истец в спорный период. Поскольку при проведении аудиторской экспертизы использовались данные, полученные в результате указанного технического исследования, то представленные в данном аудиторском заключении расчеты и сведения не могут быть приняты во внимание. Кроме того, при проведении данного заключения экспертам не были разъяснены процессуальные права, не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В связи с указанным, суд признает их недопустимыми доказательствами.

Разрешая ходатайство истца о восстановлении срока обращения с требованием о взыскании оплаты за сверхурочную работу, изучив возражения ответчика ООО «ЯмалАТЦ», полагающего указанное ходатайство подлежащим оставлению без удовлетворения, суд учитывает следующее.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 200 ГК).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (ст. 199 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 112 ГПК РФ, лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

По смыслу указанных разъяснений следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. При этом перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в вышеуказанном постановлении Пленума Верховного Суда РФ перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

В судебном заседании установлено, что с 7 мая 2018 года по настоящее время ФИО2 является нетрудоспособным, что подтверждается листками нетрудоспособности. Согласно представленным медицинским документам, с указанного времени в связи с полученной травмой истец проходит лечение, в том числе стационарно в различных медицинских учреждениях на территории ЯНАО в периоды с 7 мая 2018 года по 14 мая 2018 года, с 14 мая 2018 года по 4 июня 2018 года, с 13 сентября 2018 года по 20 сентября 2018 года, с 14 декабря 2018 года по 22 декабря 2018 года, а также в ФГБУ «Российский научный центр «Восстановительная травматология и ортопедия» им. Академика Илизарова в г. Курган, где находился на лечении в следующие периоды: с 18 февраля 2019 года по 8 марта 2019 года, с 28 августа 2019 года по 7 сентября 2019 года, с 19 сентября 2019 года по 10 октября 2019 года. 

Кроме того, истцом заявлено, что за весь период работы ему работодателем не выдавались расчетные листки, в связи с чем ему не было известно о составе заработной платы. Согласно пояснениям представителя истца, часть заработной платы переводилась на банковскую карту, а часть «в конверте», в связи с чем истец полагал, что его заработная плата составляет 90 000 рублей. Аналогичная заработная плата указана ООО «ЯмалАТЦ» по должности водитель-экспедитор в объявлениях на сайтах соискателей работы в сети Интернет. Однако при рассмотрении настоящего дела, когда ООО «ЯмалАТЦ» были представлены расчетные листки, стороне истца стало известно о составе заработной платы, с которой он не согласен.

При этом суд учитывает, что представленными материалами дела подтвержден факт причинения тяжкого вреда здоровью истца, суд учитывает состояние здоровья истца, характер полученной травмы, препятствующей передвижению истца без посторонней помощи, в связи с указанной травмой истец получал оперативное лечение, длительное время находится на лечении.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что истцу не было известно о составе заработной платы, поскольку расчетные листки ему не выдавались. Представленные в материалах дела расчетные листы не могут свидетельствовать об обратном, поскольку факт их вручения истцу ничем не подтвержден и доводы истца не опровергнуты.

В совокупности вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют об уважительности пропуска срока истцом за обращением в суд с требованием о взыскании с ООО «ЯмалАТЦ» оплаты за сверхурочную работу, поскольку вышеуказанные обстоятельства в совокупности препятствовали истцу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в связи с чем суд приходит к выводу, что срок обращения за защитой нарушенного права пропущен по уважительной причине, в связи с чем он подлежит восстановлению. 

Доводы ответчика ООО «ЯмалАТЦ» о том, что получая заработную плату, за весь период работы истца, последний претензий не предъявлял, не могут быть приняты во внимание, поскольку они опровергаются пояснениями представителя истца, пояснившего о порядке получения заработной платы. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию оплата за сверхурочную работу в размере 740 353 рубля 75 копеек.

В силу ст. 236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Поскольку в судебном заседании установлено, что заработная плата истцу была выплачена не в полном объеме, то с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 256 452 рубля 39 копеек.

Разрешая требования иска о признании недействительными в части актов о несчастном случае на производстве № 1 от 21 мая 2018 года, № 2 от 14 сентября 2018 года, № 3 от 22 февраля 2019 года, суд учитывает следующее.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить расследование и учет в установленном указанным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Частью 1 ст. 227 Трудового кодекса РФ установлено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 названного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат, в частности, события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя.

Согласно ст. 231 Трудового кодекса РФ, разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.

Как установлено и следует из материалов дела, ФИО2 является работником ООО «ЯмалАТЦ».

7 мая 2018 года в 10 часом 00 минут с работником ООО «ЯмалАТЦ» ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, о чем ООО «ЯмалАТЦ» составлены акты № 1 от 21 мая 2018 года, № 2 от 14 сентября 2018 года, № 3 от 22 февраля 2019 года.

Согласно указанным актам, в п. 9 в качестве сопутствующей причины несчастного случая указано – проведение ремонта транспортного средства водителем-экспедитором в полевых условиях без согласования с руководителем ООО «ЯмалАТЦ», а также с руководителем (ответственным за безопасное проведение работ) ООО «НЭУ». В п. 10 указано, что лицом допустившим нарушение требований охраны является, в том числе, ФИО2

Истец выражает несогласие с указанием данной сопутствующей причины, а также с указанием на него как лицо, допустившее нарушение требований охраны труда, поскольку полагает об отсутствии в своих действиях каких-либо нарушений требований охраны труда.

Из оспариваемых актов следует, что комиссией по расследованию несчастного случая установлено, что 6 мая 2018 года в 22 часа водитель-экспедитор ФИО2 прибыл вместо выгрузки на скважину (...), сообщил о своем прибытии мастеру буровой ООО «НЭУ» А.., на что ему сообщили о производстве выгрузке утром 7 мая 2018 года. Утром 7 мая 2018 года ФИО2 снова подошел к мастеру буровой ООО «НЭУ» А.., который сообщил, что площадка выгрузки не готова. В ожидании выгрузки ФИО2 помогал ремонтировать прицеп, который закреплен за водителем-экспедитором ООО «ЯмалАТЦ» Б.., транспортное средство находилось на площадке возле буровой установки, куда ему указал вышкомонтажник-сварщик 6 разряда ООО «НЭУ» В.., где монтажные работы не велись. При въезде через технологический проезд запрещающих знаков и информационных табличек не было. О начале монтажных работ предупреждения не было. При подъеме трубы на буровую вышку ответственный за эти работы не убедился в безопасности проведения данных монтажных работ и не остановил ремонтные работы транспортного средства, которые проводились в непосредственной близости. При подтаскивании трубы (манифольда), вспомогательной лебедкой на буровую вышку с места хранения, она соскользнула с подкладных брусков и пошла в сторону транспортного средства, где находился ФИО2, который вылез из под прицепа. Удар трубы пришелся на правую ногу ФИО2, после пострадавший был доставлен в больницу.

В п. 9 спорных актов указано, что сопутствующей причиной несчастного случая являются: «проведение ремонта транспортного средства водителем-экспедитором ООО «ЯмалАТЦ» ФИО2 в полевых условиях без согласования с руководителем ООО «ЯмалАТЦ», а также с руководителем (ответственным ха безопасное проведение работ) ООО «НЭУ».

В п. 10 спорных актов указано, что водителем-экспедитором ООО «ЯмалАТЦ» нарушены приказ № 7 от 9 января 2018 года, инструкция № 11 от 1 августа 2017 года по охране труда для водителей грузового автомобиля п. 3.15.

Согласно п. 3.15 инструкции № 11 от 1 августа 2017 года по охране труда для водителей грузового автомобиля, запрещается выполнять работы по ремонту и обслуживанию автомобиля под поднятым кузовом самосвала, а также во время погрузо-разгрузочных работ и в случае установки автомобиля в опасной зоне действующих грузоподъемных механизмов.

Приказ № 7 от 9 января 2018 года суду ответчиком не представлен, отказавшись предоставить указанный документ, в связи с чем невозможно установить его содержание. Ознакомление с указанным приказом истец оспаривал. 

Согласно пояснениям представителя истца, ремонт автомобиля истцом не осуществлялся, по просьбе Б.. истец подлез под автомобиль для оказания помощи сварщику, придержать деталь для сварки. Оспаривала понятие полевых условий, поскольку автомобиль находился на строящемся объекте, при этом предупреждающих знаков и информационных табличек на указанном объекте не было, о чем указано в актах.

Указанные обстоятельства, изложенные представителем истца, подтверждаются пояснениями Б.. и В.., отраженных в обвинительном заключении по уголовному делу в отношении Г.., возбужденному по факту указанного несчастного случая.

Трудовое законодательство Российской Федерации не содержит такого понятия, как полевые условия работы. Вместе с тем ранее это понятие раскрывалось в Положении о выплате полевого довольствия работникам геолого-разведочных и топографо-геодезических предприятий, организаций и учреждений Российской Федерации, занятым на геолого-разведочных и топографо-геодезических работах, утвержденном Постановлением Минтруда России от 15 июля 1994 № 56 (далее - Постановление № 56).

Несмотря на то, что данный нормативный документ в связи с изданием Приказа Минздравсоцразвития России от 20 мая 2009 № 252н «О признании утратившими силу некоторых актов Министерства труда Российской Федерации» более не действует, суд полагает, что его положения в части, не противоречащей ТК РФ, могут использоваться организациями, деятельность которых, так или иначе, предполагает ведение работ в полевых условиях.

Постановлением № 56 было определено, что полевые условия – это особые условия производства геолого-разведочных и топографо-геодезических работ, связанные с необустроенностью труда и быта работающих и размещением производственных объектов за пределами населенных пунктов городского типа.

В оспариваемых актах объект, на котором произошел несчастный случай, охарактеризован следующим образом: площадка скважины ПО 308 Северо-Русского лицензионного участка, на участке расположен открытый склад трубной продукции разной номенклатуры, монтируемая буровая установка, буровое оборудование, площадка, где осуществляется погрузочно-разгрузочные работы.

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, что данные, изложенные в актах, противоречат их содержанию, а именно – характеристика объекта не относится к полевым условиям работ, ремонт автомобиля истцом не производился, кузов автомобиля поднят не был, при этом предупреждающих знаков и информационных табличек на указанном объекте не было. 

Данные обстоятельства не могут с достоверностью свидетельствовать о нарушении истцом требований охраны труда, в связи с чем не могут являться сопутствующей причиной, способствующей несчастному случаю, а также не свидетельствуют о наличии вины в действиях ФИО2

При таких обстоятельствах, исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению, указание о наличии сопутствующей причины по вине истца ФИО2 подлежит исключению из оспариваемых актов. 

Доводы ответчика ООО «ЯмалАТЦ» о том, что указное требование не подлежало рассмотрению в рамках настоящего дела, поскольку разрешается в ином порядке, подлежат отклонения, поскольку основаны на неверном толковании норм процессуального права, так как указанное требование подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства в рамках трудового спора.

Разрешая требования иска о взыскании с ООО «ЯмалАТЦ» утраченного заработка, суд учитывает следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 184 Трудового кодекса РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса РФ).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, беременность и роды, рождение ребенка (детей), уход за ребенком в возрасте до полутора лет и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (пункт 1.1 статьи 7 названного закона).

В статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется:

1) в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ определено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».

Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений части 1 статьи 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ, исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).

При этом Федеральным законом от 24 июня 1998 г. № 125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в данной ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса РФ.

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно п.п. 1, 3 ст. 1086 ГК РФ размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Как следует из материалов дела, и не оспаривалось сторонами, 7 мая 2018 года с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате чего он получил травму, что подтверждается актами о несчастном случае на производстве, исследованными в судебном заседании.

ФИО2 в связи с полученной 7 мая 2018 года производственной травмой с указанной даты и по настоящее время является нетрудоспособным, что подтверждается листками нетрудоспособности. За период временной нетрудоспособности ФИО2 выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере 333 470 рублей 38 копеек.

С учетом оплаты труда по трудовому договору, включая расчеты по оплате сверхурочной работы, среднемесячный заработок ФИО2 за 6 месяцев до получения травмы составляет 146 449 рублей 62 копейки. 

Размер утраченного заработка, исходя из данного размера среднего заработка, за период нетрудоспособности с 7 мая 2018 года по 31 декабря 2019 года составит: 146 449, 62 рубля * 20 месяцев – 3 584, 90 рублей (заработная плата, выплаченная в мае 2018 года) = 2 925 407 рублей 50 копеек.

Из представленных в материалах дела расчетов следует, что заработная плата, которую истец мог получить превышает сумму пособия по временной нетрудоспособности, и утрата истцом заработка находится в причинно-следственной связи с повреждением здоровья при исполнении им трудовых обязанностей, и неполученная истцом за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие причинения вреда здоровью заработная плата, исчисленная исходя из его среднемесячного заработка, за вычетом суммы пособия по временной нетрудоспособности, является утраченным заработком, подлежащим возмещению ответчиком.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что с ответчика ООО «ЯмалАТЦ» в пользу истца подлежит возмещению разница между размером пособия по временной нетрудоспособности и размером заработка истца, который он мог бы иметь за указанный период временной нетрудоспособности в размере 2 591 937 рубля 12 копеек (2 925 407 рубля 50 копеек - 333 470 рублей 38 копеек).

Доводы ответчика ОАО «ЯмалАТЦ» о том, что он не является надлежащим ответчиком по указанному требованию, подлежат отклонению как ошибочные, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что в момент получения травмы ФИО2 находился на работе, исполнял трудовые обязанности. Тот факт, что в момент получения травмы ФИО2 находился на территории другого предприятия, работниками которого причинен вред его здоровью, не освобождает работодателя от обязанности нести ответственность по возмещению своему работнику утраченного заработка.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика ООО «НЭУ» компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 постановления Пленума ВС РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). 

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В судебном заседании установлено, что на момент получения травмы истцом он находился на территории, где работники ООО «НЭУ» производили работы. Согласно актам о несчастном случае на производстве, причиной наступления получения травмы ФИО2 явились виновные действия работников ООО «НЭУ» - Д.. и Г. выразившиеся в нарушение требований должностных инструкций, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2

По указанному факту в отношении работника ООО «НЭУ» Г. возбуждено уголовное дело, которое на основании постановления Тазовского районного суда ЯНАО прекращено по нереабилитирующему основанию – с применением судебного штрафа в соответствии со ст. 25.1 УПК РФ.

Таким образом, между наступлением вреда здоровью ФИО2 и действиями работника ответчика ООО «НЭУ» имеется причинно-следственная связь.

Согласно пояснениям представителя истца, в результате причинения тяжкого вреда здоровью истцу причинены нравственные и моральные страдания, которые выразились в утрате трудоспособности, длительном лечении, которое причиняет ему физическую боль, в том числе путем оперативного вмешательства. В результате полученной травмы истец ограничен в самостоятельном передвижении, хромает, что доставляет ему неудобства. В связи с указанным он также испытывает материальные трудности, поскольку его доход снизился.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред, степень нравственных страданий, перенесенных истцом, требования разумности, соразмерности и справедливости, суд считает правильным, взыскать с ответчика ООО «НЭУ» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Доводы ответчика ООО «ЯмалАТЦ» о том, что в рамках уголовного дела истцу уже возмещен вред, суд находит ошибочными, поскольку сумма компенсации, выплаченная Г.. потерпевшему ФИО2 составляет 100 000 рублей, при этом возмещение потерпевшему указанной денежной компенсации направлено на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему в рамках уголовного дела, которое было учтено судом при прекращении уголовного дела в отношении Г.

Также подлежат отклонению доводы ответчика ООО «ЯмалАТЦ» о том, что принимая дополнения исковых требования, судом нарушены положения ч. 1 ст. 39 ГПК РФ, в результате чего изменены предмет и основание иска, поскольку они являются ошибочными и основанными на неверном толковании норм права.

На основании ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с указанным с ответчиков в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина: с ОО «ЯмалАТЦ» в размере 26 443 рубля 72 копейки, с ООО «НЭУ» в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 24, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЯмалАвтотехцентр» - удовлетворить частично.

Восстановить ФИО2 срок обращения в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании оплаты за сверхурочную работу за период с 1 декабря 2017 года по 5 мая 2018 года.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЯмалАвтотехцентр» в пользу ФИО2 оплату за сверхурочную работу за период с 1 декабря 2017 года по 5 мая 2018 года в размере 740 353 рубля 75 копеек, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 256 452 рубля 39 копеек, утраченный заработок за период с 7 мая 2018 года по 31 декабря 2019 года в размере 2 591 937 рублей 12 копеек, а всего – 3 588 743 рубля 26 копеек.

Признать недействительными акты о несчастном случае на производстве № 1 от 21 мая 2018 года, № 2 от 14 сентября 2018 года, № 3 от 22 февраля 2019 года в части, исключить из данных актов указание в п. 9 на сопутствующую причину «проведение ремонта транспортного средства водителем-экспедитором ООО «ЯмалАТЦ» ФИО2 в полевых условиях без согласования с руководителем ООО «ЯмалАТЦ», а также с руководителем (ответственным ха безопасное проведение работ) ООО «НЭУ», а также в п. 10 указание на ФИО2, как на лицо, допустившее нарушение требований охраны труда.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЯмалАвтотехцентр» в доход местного бюджета г. Губкинский государственную пошлину в размере 26 443 рубля 72 копейки.

Исковые требования ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Нова Энергетические Услуги» - удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Нова Энергетические услуги» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Нова Энергетические услуги» в доход местного бюджета г. Губкинский государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Губкинский районный суд ЯНАО.

Председательствующий: подпись Е.В. Скусинец

Решение в окончательной форме изготовлено 4 сентября 2020 года.

(...)