судья Казанаева И.Н. дело № 22-6296/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 декабря 2019 г. г. Ставрополь

Судья Ставропольского краевого суда Саркисян В.Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Михайляном К.А., 

с участием прокурора Горбатко Л.И., осужденных А.А.Б. и М.Е.Л. и их защитника адвоката Минасян И.В. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Минасян И.В. в интересах осужденных А.А.Б. и М.Е.Л. на приговор Советского районного суда Ставропольского края от 01 июля 2019 г., которым

А.А.Б., несудимый, осужден по п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года со штрафом в размере 50 000 рублей;

в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное А.А.Б. наказание в виде лишения свободы признано условным с установлением осужденному испытательного срока на 2 года и возложением на него обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного;

в соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ испытательный срок постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу с зачетом в испытательный срок времени, прошедшего со дня провозглашения приговора;

дополнительный вид наказания в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно;

М.Е.Л., несудимая, осуждена по ч. 1 ст. 171 УК РФ к штрафу в размере 80 000 рублей;

освобождена от наказания на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Изложив кратко содержание приговора и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденных и адвоката в поддержку жалобы, мнение прокурора об оставлении приговора без приговора,

УСТАНОВИЛА:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, признаны виновными:

А.А.Б. в совершении в период с ** ***** **** г. по ** ***** **** г. незаконного предпринимательства, т.е. осуществления предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженной с извлечением дохода в особо крупном размере - в сумме ** *** *** рублей, в том числе по предварительному сговору с М.Е.Л. в период с ** ******* **** г. по ** **** **** г.;

М.Е.Л. в совершении в период с ** ****** **** г. по ** ****** **** г. по предварительному сговору с А.А.Б. незаконного предпринимательства, т.е. осуществления предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженной с извлечением дохода в крупном размере - в сумме * *** *** рублей.

Согласно приговору эти действия совершены в результате строительства жилых домов: А.А.Б. в пос. ************ г. ********* *********** края для К.С.А., в пос. *********** ************* района *********** края для Д.Т.М. и в г. ************* *************** края для К.А.Н. – с извлечением дохода за три объекта на общую сумму * *** *** рублей; А.А.Б. и М.Е.Л., группой лиц по предварительному сговору, в г. ************ *********** края для Л.Г.Н. и в г. ********** ************ района *********** края для Ч.Н.В. – с извлечением дохода за два объекта на общую сумму * *** *** рублей. 

В апелляционной жалобе адвокат Минасян И.В.считает приговор в отношении А. и М. незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, приводя следующие доводы. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия в действиях А. и М. составов инкриминируемых им преступлений. В соответствии с п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре» обвинительный приговор должен содержать описание преступного деяния с указанием места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании не установлено время и место возникновения умысла у А. и М. на совершение преступления в группе лиц по предварительному сговору. В судебном заседании не доказано, что А. размещал объявления, не установлены и не допрошены состав рабочих, которые занимались строительством указанных в приговоре жилых домов. Не установлены места, где якобы А. приобретал строительные материалы для строительства жилых домов, не представлены проектно-сметные и архитектурные документации от имени А., как это указано в приговоре и в обвинительном заключении. Ни в судебном заседании, ни на предварительном следствии не разграничены суммы затрат собственных средств А. и заказчиков. Суд не в полной мере учел показания допрошенных в судебном заседании свидетелей К.С.А., Д.Т.М., К.А.Н. и Л.Д.П., которые указали, что во время строительства их жилых домов ими частично оплачивались, как работы рабочих по строительству дома, так и стоимость строительных материалов. Кроме того, свидетели так же показали, что А. во время строительства указанных домов возвращал им некоторые суммы, которые свидетели давали А. для покупки строительных материалов. Свидетели в судебном заседании не называли, какие конкретно суммы те передали А. за строительство домов. Просит приговор отменить, возвратить дело прокурору.

В ходе апелляционного рассмотрения дела А., М. и их защитник-адвокат высказались за удовлетворение жалобы. При этом адвокат, поддержанный осужденными, дополнительно отметила следующее. В судебном заседании суда первой инстанции были оглашены показания свидетеля ЛД.П., данные в ходе предварительного расследования, в которых свидетель называл различные суммы, переданные А. При оглашении протокола дополнительного допроса, в котором появилась сумма * *** *** рублей, свидетель Л.Д.П. не подтвердил принадлежность ему (свидетелю) подписи в протоколе. В связи с таким заявлением свидетеля суд выделил материалы и направил их прокурору ********* района для проведения проверки в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ. Однако, не дождавшись результатов данной проверки, суд постановил приговор, указав на извлечение дохода в сумме * *** *** рублей. При этом в нарушение требований постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» в приговоре не отражено, какие именно показания свидетеля Л.Д.П. суд принял во внимание. Не смотря на то, что суд исключил квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», суд необоснованно признал данное обстоятельство отягчающим наказание обстоятельством. Факт предварительного сговора между А. и М. не нашел своего подтверждения, так как ни на предварительном следствии, ни в судебном разбирательстве не установлено время, место и способ такого сговора. Не установлено, какую сумму средств А. тратил из своих денежных средств, а какую из денежных средств заказчиков. В суде сторона защиты ходатайствовала о назначении судебно-строительной экспертизы для установления сумм денежных средств, потраченных на строительство домов. В приговоре не описана роль М., не указано, какие услуги предоставляла М., какие строительные работы выполняла. Договор строительного подряда между Ч.Н.В. и М. носит гражданско-правовой характер и не подтверждает факт занятия М. незаконной предпринимательской деятельностью. Суд необоснованно положил в приговор заключение судебно-почерковедческой экспертизы по подписи М. в указанном договоре строительного подряда, поскольку выводы эксперта носят вероятностный характер. В приговоре не указано, с какими именно доказательствами согласуются показания свидетелей К., Д., К., Л.Д.П. и Ч.Н.В. При этом в материалах дела отсутствуют письменные доказательства, подтверждающие показания свидетелей в части передачи Д., К. и Л.Д.П. А. денежных средств и их размеров. Заключение компьютерной экспертизы не является относимым доказательством и не свидетельствует о виновности осужденных, поскольку экспертиза не выявила в компьютере, изъятом в ходе обыска, ни одного удаленного файла, документа относительно строительства домов. Не являются относимыми доказательствами и показания свидетеля Л.В.Т., так как этот свидетель показал, что познакомился с А. в **** г., тогда как А. вменяется совершение преступления до этого. Не раскрывают обстоятельства дела и показания свидетеля П.В.В. о том, что А. с Ч.Н.В. приезжал к нему, чтобы заказать окна, но не заказали. Свидетель Д. говорила на предварительном следствии о сумме * *** *** рублей, а суд установил * *** *** рублей. Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2014 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» суд должен исходить из общей суммы дохода, извлеченного участниками группы. Так как суд разделил суммы извлеченного дохода, то из суммы ** *** *** рублей, признанной в качестве дохода, извлеченного А., следовало вычесть сумму * *** *** рублей, которая судом определена как доход М. Это означает, что у А. отсутствует особо крупный размер дохода. При квалификации деяния М. по ч. 1 ст. 171 УК РФ суд не указал сумму извлеченного дохода. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении дела прокурору. Просит приговор отменить, возвратить дело прокурору или направить дело на новое судебное рассмотрение.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

При этом препятствия для апелляционного рассмотрения дела, связанные с неознакомлением защитника осужденных с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, судом первой инстанции были устранены после выполнения указаний суда апелляционной инстанции, содержащихся в постановлении от 02 октября 2019 г.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает следующее.

Вопреки доводам стороны защиты выводы суда первой инстанции о виновности осужденных соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, изложенных и надлежаще оцененных судом в приговоре.

В обоснование своих выводов суд правомерно сослался на: 

- показания свидетелей К.С.А., Д.Т.М., К.А.Н., Л.Д.П. и Ч.Н.В. об обстоятельствах договоренности с А. относительно строительства жилых домов для них, передачи денежных средств А. для приобретения материалов и выполнения работ по строительству жилых домов;

- протоколы осмотра участков местности и строений, подтверждающих показания названных свидетелей о наличие возведенных строений по адресам, которые установлены приговором суда;

- протоколы выемки и осмотра договора строительного подряда № 54 от ** ***** **** г. между М. и Ч.Н.В., дополнения к договору, расписок М. о получении денежных средств от Ч.Н.В. за строительство жилого дома;

- договор строительного подряда № 54 и дополнение к договору, расписки М. о получении денежных средств от Ч.Н.В.;

- заключение почерковедческой экспертизы № 396 от 21 декабря 2017 г., согласно которому подписи в договоре строительного подряда № 54 от ** ****** **** г., дополнении к договору и расписках от имени М.Е.Л вероятно выполнены самой М.;

- выписки из ФГБУ «ФКП Росреестра», согласно которым по установленным судом в приговоре адресам в г. *********, г. ************* и г. ************ зарегистрированы права собственности на жилые дома;

- выписку из ЕГРИП о прекращении М.Е.Л. с 31 июля 2013 г. деятельности в качестве индивидуального предпринимателя и выписку из ЕГРЮЛ о постановке 21 февраля 2017 г. А.А.Б. на учет в налоговом органе в качестве учредителя и директора ООО «****** ****». Эти данные при отсутствии иных сведений подтверждают то, что в установленный в приговоре период преступного деяния осужденные осуществляли предпринимательскую деятельность без регистрации.

Приговор содержит достаточно полный анализ доказательств, а суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ произвел их проверку и оценку, сопоставив друг с другом.

Приведенные выше доказательства в совокупности с другими, изложенными в приговоре, позволили суду квалифицировать действия:

А. по п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ как незаконное предпринимательство, т.е. осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере;

М. по ч. 1 ст. 171 УК РФ как незаконное предпринимательство, т.е. осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере.

При этом суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что продолжаемое преступление, совершенное осужденными, окончено в г. *********** ********** района ************* края.

Квалифицируя деяния подсудимых, суд правомерно признал излишней ссылку органа предварительного расследования на ч. 2 ст. 35 УК РФ, обоснованно исключил из квалификации деяний признак «группой лиц по предварительному сговору», отметив, что ч.ч. 1 и 2 ст. 171 УК РФ не содержат данного квалифицирующего признака.

При этом в описании преступного деяния, признанного доказанным, суд правомерно отразил, что действия А. и М. по незаконному предпринимательству, связанные со строительством жилых домов в г. ************ для Л.Г.Н. и в г. ************* для Ч.Н.В., были совершены группой лиц по предварительному сговору.

В этой связи вопреки доводам стороны защиты суд обоснованно признал в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание обоих осужденных, совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Отклоняя доводы о неправомерной квалификации деяния А. по признаку «с извлечением дохода в особо крупном размере» ввиду того, что суд разделил общий размер дохода, определив для Мю доход в * *** *** рублей, которые, по мнению адвоката, подлежали вычету из ** *** *** рублей, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Из обстоятельств дела усматривается, что А. незаконное предпринимательство, связанное со строительством домов для К., Д. и К., было совершено самостоятельно, в результате чего размер извлеченного дохода за три объекта составил * *** *** рублей.

В последующем в продолжение своего преступного умысла на незаконное предпринимательство А. свои действия, связанные со строительством жилых домов для Л.Г.Н. и Ч.Н.В., совершил по предварительному сговору с М., в результате чего размер извлеченного дохода за эти два объекта составил * *** *** рублей.

При таких обстоятельствах суд правильно определил размер извлеченного дохода для А. в ** *** *** рублей из расчета сложения сумм * *** *** рублей и * *** *** рублей, а для М. в * *** *** рублей.

Причем сумма извлеченного дохода в * *** *** рублей не подлежала, как вычету из ** *** *** рублей, так и разделу в связи с наличием двух виновных, действовавших группой лиц по предварительному сговору.

В этой связи с учетом примечания к ст. 170.2 УК РФ суд правильно определил А. и М. размеры извлеченного дохода соответственно «в особо крупном размере» и «в крупном размере».

При этом вопреки доводам стороны защиты при квалификации деяния подсудимого по соответствующим пункту, части и статьи УК РФ по признаку «в крупном размере» или «особо крупном размере» не требуется указания на денежное выражение соответствующего размера. Это излагается в описании преступного деяния, признанного доказанным, что и имеет место в приговоре.

Доводы о необходимости разграничения затрат А. своих собственных средств и денежных средств заказчиков не состоятельны.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2014 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» под доходом в ст. 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением этой деятельности.

На это же суд обоснованно указал в приговоре.

Так как А., а в последующем и М. получали денежные средства от заказчиков во исполнение взятых на себя обязательств по строительству жилых домов для них, размером извлеченного дохода является общая сумма денежных средств без учета затрат на строительные материалы и найма других лиц для выполнения работ по строительству жилых домов.

Суд дал оценка доводам в защиту подсудимых и доказательствам, с соблюдением п. 2 ст. 307 УПК РФ привел мотивы, по которым отклонил эти доводы, признал достоверными одни доказательства и отверг другие.

Содержание приговора и протокола судебного заседания свидетельствуют о соблюдении судом положений ст. 15 УПК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты у суда первой инстанции отсутствовали основания для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Оцененные судом в приговоре доказательства опровергают доводы об отсутствии в действиях осужденных составов преступлений, по которым они признаны виновными обжалуемым приговором.

Наличие предварительного сговора между А. и М. при осуществлении незаконной предпринимательской деятельности, связанной со строительством жилых домов для Л.Г.Н. и Ч.Н.В., вытекает из обстоятельств совершенных ими действий, подтверждаемой совокупностью доказательств, включающих показания Л.Д.П. и Ч.Н.В.

Из показаний указанных свидетелей следует, что для заключения с ними договоров строительного подряда А. и М. прибыли вместе, сами договора были заключены с М.

В последующем Ч.Н.В. передавал денежные средства М., о чем та предоставляла расписки о получении денежных средств.

Вышеприведенное заключение судебно-почерковедческой экспертизы подтвердило вероятность того, что подписи в договоре строительного подряда № 54 от ** ****** **** г. между М. и Ч.Н.В., дополнении к договору и расписках от имени М. выполнены самой М.

Вопреки доводам адвоката наличие некатегоричного вывода в заключении эксперта не опровергает относимость и допустимость данного заключения.

Заключение эксперта, как и любое другое доказательство, не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке в совокупности с другими доказательствами, исследованными и оцененными судом.

Показания свидетеля Ч.Н.В. о заключении договора с М., его (свидетеля) же и свидетеля Ч.Н.В. показания об обстоятельствах передачи денежных средств во исполнение договора в совокупности с заключением судебно-почерковедческой экспертизы подтверждают соучастие М. в незаконном предпринимательстве.

То, что судом первой инстанции не был исследован письменный документ о заключении договора между М. и Л.Г.Н. на строительство дома, не опровергает показания свидетеля Л.Д.П. о наличии такого соглашения и совместные действия А. и М. по выполнению взятых на себя обязательств по строительству дома.

Причем тот факт, что свидетель Л.Д.П. в документах по возведению дома указывал свою мать Л.Г.Н., на которую в последующем было зарегистрировано право собственности на дом, не опровергает доказанность вины осужденных по извлечению дохода в результате незаконной предпринимательской деятельности, связанной со строительством этого дома.

Вопреки доводам стороны защиты отсутствие других письменных документов о заключении договоров по строительству жилых домов и о получении А. и М. денежных средств от заказчиков жилых домов не может опровергать доказанность осуществления осужденными незаконной предпринимательской деятельности.

У суда не было оснований не доверять показаниям свидетелей К., Д. и К. об обстоятельствах достижения договоренности с А. на строительство дома и показаниям свидетеля Л.Д.П. о такой же договоренности с А. и М., а также показаниям названных свидетелей в части передачи денежных средств за строительство.

Тот факт, что Д. в ходе предварительного расследования заявляла о передаче денежных средств в сумме, превышающей * *** *** рублей, не препятствовало суду первой инстанции признать достоверной заявленную ею в судебном разбирательстве сумму.

Придя к таким выводам, суд апелляционной инстанции исходит из того, что А. и М. инкриминировалось, а они признаны виновными в осуществлении предпринимательской деятельности без регистрации, что по своей сути предполагает осуществление такой деятельности без оформления соответствующей документации.

Причем отсутствие проектно-сметной и архитектурной документации от имени А. не исключает доказанность такой деятельности.

Показания свидетелей К., Д., К., Л.Д.П. и Ч.Н.В. в совокупности с другими доказательствами, в том числе протоколами осмотра местности и строений, свидетельствующих о возведении строений, подтверждают установленные в приговоре обстоятельства.

Так как доказанность передачи соответствующих сумм денежных средств А. и М. не вызывает сомнений, то суд апелляционной инстанции не считает, что для определения полученных осужденными сумм от заказчиков требовалось производство судебно-строительной экспертизы.

Вопреки жалобе приговор содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, которое соответствует п. 1 ст. 307 УПК РФ.

Вышеприведенный подход суда апелляционной инстанции к вопросу о предварительной согласованности действий А. и М. опровергает доводы стороны защиты о необходимости установления времени и места возникновения умысла у А. и М. на осуществление незаконной предпринимательской деятельности.

Получение А. и М. от заказчиков оговоренных денежных средств, отсутствие сомнений относительно этих сумм, которые, как указано выше, являются размером извлеченного дохода без учета затрат, не требуют установления мест приобретения строительных материалов, лиц и организаций, которые в последующем по согласованию с осужденными вели строительные работы на объектах индивидуального жилья.

Отражение в описании преступного деяния разработанного А. плана совершения преступления, включающего определение круга обязанностей осужденных в связи с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности, вытекающих из обстоятельств дела, не опровергает доказанность последующих действий осужденных.

Показания свидетелей Л.Д.П. и Ч.Н.В. о роли М. при заключении договоров, последующие получения осужденной денежных средств от Ч.Н.В., опровергают доводы адвоката о том, договор строительного подряда между Ч.Н.В. и М. носит гражданско-правовой характер и не подтверждает факт занятия М. незаконной предпринимательской деятельностью.

Так как действия М. являются свидетельством реализации умысла А. на оказание гражданам услуг по строительству жилых домов без регистрации предпринимательской деятельности, то согласованность действий А. и М. по оказанию услуги строительства жилых домов для Л.Д.П. и Ч.Н.В. указывает на осуществление ею предпринимательской деятельности без регистрации.

Подлежат отклонению и доводы о недостоверности показаний свидетеля Л.Д.П., который в ходе предварительного расследования заявлял о разных суммах денежных средств, переданных А.

Как следует из протокола судебного заседания, после оглашения показаний ЛД.П., ранее данных в ходе предварительного расследования, при выяснении обстоятельств, связанных с передачей им денежных средств А., свидетель однозначно заявил, что денежные средства передавались 4 раза равными долями по *** *** рублей, что составило * *** *** рублей.

При таких обстоятельствах, когда суд положил в основу приговора показания свидетеля в судебном заседании, направление выделенных из дела материалов прокурору ************ района для проведения проверки в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ по факту фальсификации протокола допроса Л.Д.П. не требовало от суда получения результатов такой проверки.

Отклоняя доводы относительно заключения компьютерной экспертизы № 784 от 07 ноября 2017 г., суд апелляционной инстанции отмечает, что результаты экспертизы выявили изображения зданий, поэтажных планов домов, что в совокупности с другими доказательствами является косвенным подтверждением умысла осужденных на осуществление незаконной деятельности по указанию услуг гражданам по строительству жилых домов.

Судом правильно оценены показания свидетелей Л.В.Т. и П.В.В. в совокупности с другими доказательствам, поскольку их показания, в том числе показания П. о приезде А. и Ч.Н.В. для заказа дверей, являются косвенным подтверждением осуществления А. деятельности по строительству домов по заказу граждан.

Правильно квалифицировав действия осужденных, суд с соблюдением требований ст. ст. 6, 43, 60, 61, 63 УК РФ справедливо назначил А. основное наказание в виде лишения свободы и дополнительное наказание в виде штрафа, а М. основное наказание в виде штрафа.

В приговоре приведены мотивы назначения наказаний, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

При этом суд первой инстанции правомерно применил в отношении А. положения ст. 73 УК РФ к основному наказанию, не найдя оснований для применения ст. 64 УК РФ, и освободил М. от наказания вследствие истечения срока давности уголовного преследования.

Исходя из фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд правильно не счел возможным изменение категории преступления, совершенного А., на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суд правомерно не усмотрел правовых оснований замены А. наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке ст. 53.1 УК РФ. Препятствием этому является также применение положений ст. 73 УК РФ, что исключает назначение реальных принудительных работ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

А потому апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

При этом возникавшие у стороны защиты после постановления приговора вопросы о нарушении судом тайны совещательной комнаты не подтверждаются материалами дела.

Однако в приговор следует внести изменение, не связанное с доводами жалобы.

В нарушение ч. 4 ст. 308 УПК РФ суд при назначении А. дополнительного наказания в виде штрафа в резолютивной части приговора не указал информацию, необходимую в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа, предусмотренными законодательством РФ о национальной платежной системе.

В связи с этим резолютивная часть приговора подлежит дополнению указанием на перечисление суммы штрафа в УФК по Ставропольскому краю ГУ МВД России по Ставропольскому краю, чьим подразделением осуществлено предварительное расследование по настоящему уголовному делу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Советского районного суда Ставропольского края от 01 июля 2019 г. в отношении А.А.Б. изменить:

в резолютивной части указать на перечисление суммы штрафа, назначенного А.А.Б. в качестве дополнительного наказания, в УФК по Ставропольскому краю (ГУ МВД России по Ставропольскому краю): ИНН 

<

***>, КПП 263401001, р/с 

<

***>, отделение г. Ставрополь, БИК банка 040702001, ОКТМО 07701000, КБК 18811621010016000140.

В остальной части приговор в отношении А.А.Б. и этот же приговор в отношении М.Е.Л. оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение с учетом ч. 2 ст. 128 УПК РФ вынесено 16 декабря 2019 г.

Судья