Дело № 2-8-18 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Пермь 16 мая 2018 года 

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Налимова А.В.,

при секретаре судебного заседания Задворных О.С., 

с участием государственного обвинителя Бурды Е.Ю.,

потерпевших Б., Р1.,

защитника Шистерова А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, дата рождения, уроженца ****, зарегистрированного по адресу: ****, проживающего по адресу: ****, не трудоустроенного, имеющего среднее общее образование, в браке не состоящего, гражданина ****, судимого:

- 29 июля 2015 года Кунгурским городским судом Пермского края по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 1 год;

- 20 мая 2016 года Кунгурским городским судом Пермского края по пп.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ч.4 ст.74, ст.70 УК РФ отменено условное осуждение по приговору от 29 июля 2015 года и назначено наказание по совокупности приговоров в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы. Освобожден 29 сентября 2017 года по отбытию наказания,

задержанного в порядке ст.91-92 УПК РФ 27 ноября 2017 года, заключенного под стражу 28 ноября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.«а» ч.3 ст.158, п.«в» ч.4 ст.162, пп.«а», «в», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил: 

кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище;

разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, 

убийство двух лиц, заведомо для него находящихся в беспомощном состоянии: первого сопряженное с разбоем, второго с целью скрыть другие преступления.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

в один из дней в период с 20 по 25 ноября 2017 года, в вечернее время, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, действуя из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, взломав гвоздодером установленное на дверях запирающее устройство, незаконно проник в дом Б., расположенный по адресу: **** и тайно похитил оттуда принадлежащий Б. DVD – проигрыватель торговой марки «ВВК» стоимостью 694 рубля 80 копеек. С похищенным DVD – проигрывателем ФИО1 с места преступления скрылся и распорядился им по своему усмотрению.

25 ноября 2017 года, в вечернее время, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, действуя из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, незаконного проник в дом, расположенный по адресу: ****. Находившаяся в доме престарелая, не способная самостоятельно передвигаться, Р2., дата рождения, обнаружив присутствие в доме постороннего человека, закричала, после чего ФИО1 решил совершить нападение на нее с целью хищения ее имущества и убийства. При этом, для ФИО1 было очевидно, что в силу возраста и состояния здоровья Р2. не может оказать ему сопротивления, то есть находится в беспомощном состоянии. Подойдя к лежащей на кровати Р2., применяя насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшей, используя в качестве оружия принесенный с собой нож, ФИО1 нанес им Р2. 9 ударов в область грудной клетки, живота и левой кисти, причинив телесные повреждения в виде проникающих (3) ранений передней поверхности грудной клетки слева, проникающих ранений (4) живота с повреждением прямой мышцы живота, мягких тканей в эпигастральной области, хрящевой части 7-го ребра слева, хрящевой части 4-го ребра слева, межреберных мышц в 4-ом межреберье слева, грудины в области соединения тела с мечевидным отростком, межреберных мышц слева в 6-ом межреберье и полным поперечным переломом 6-го ребра слева, с повреждением передней, левой боковой и задней поверхности сердечной сорочки, левого легкого, передней поверхности левого и правого желудочков и верхушки сердца, левой боковой полуокружности аорты на уровне 10 грудного позвонка, малого сальника, левой доли печени, желудка, поджелудочной железы, ранения мягких тканей (1) в проекции гребня левой подвздошной кости, ранения (1) левой кисти с повреждением мягких тканей и диафиза пятой пястной кости, сопровождавшихся внутренним и наружным кровотечением с развитием острой массивной кровопотери, квалифицирующихся, как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений Р2. скончалась. После этого, ФИО1 завладел лежащими под подушкой Р2. деньгами в сумме 200 рублей. 

Совершив разбойное нападение и убийство Р2., осознавая, что находившийся в комнате в момент преступлений, лишенный возможности самостоятельно передвигаться престарелый Р3., дата рождения, был очевидцем происшедшего и может изобличить его в причастности к преступлениям, с целью скрыть указанные выше преступления, ФИО1 решил совершить убийство Р3. При этом, ФИО1 осознавал, что в силу возраста и состояния здоровья Р3. не может оказать ему сопротивления, то есть находится в беспомощном состоянии. Подойдя к лежащему на кровати Р3., ФИО1 нанес ему ножом 11 ударов в область грудной клетки и живота, причинив телесные повреждения в виде проникающего торакоабдоминального колото-резаного ранения с повреждением межреберных мышц и пристеночной плевры, сердечной сорочки, сердца, диафрагмы, печени, проникающих (10) колото-резаные ранений живота с повреждением хрящевой части реберной дуги, желудка, поджелудочной железы, левой почки, поперечно-ободочной кишки, брыжейки и стенок тонкого кишечника, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением с развитием острой массивной кровопотери, квалифицирующихся, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлекших смерть потерпевшего.

Вина ФИО1 в совершении преступлений подтверждается приведенными ниже доказательствами.

Кража имущества Б.

Подсудимый ФИО1 полностью признал свою вину в совершении преступления, от дачи показаний отказался, подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии.

При допросе в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что ориентировочно 20 ноября 2017 года, в вечернее время, он распивал спиртное у себя дома. Находясь в состоянии алкогольного опьянения, он решил совершить кражу из дома Б., расположенного в селе ****. Взяв гвоздодер, он подошел к дому Б. и взломал навесной замок на дверях пристроя. Зайдя в дом, он взял из холодильника продукты питания и сложил их в сумку. В комнате дома он обнаружил DVD – проигрыватель, который также сложил в сумку. Уходя, он вставил обратно петлю, на которой крепится навесной замок. Придя домой, он спрятал DVD – проигрыватель под матрас кровати, а продукты сложил в холодильник (т.3 л.д.182-183).

Из протокола явки с повинной ФИО1 от 2 декабря 2017 года следует, что предположительно 20 ноября 2017 года он совершил кражу из дома мужчины по имени Б., расположенного в селе ****. Украл продукты питания и DVD – проигрыватель. В дом проник, взломав запирающее устройство на входной двери (т.3 л.д.158). 

Потерпевший Б. показал, что ему принадлежит дом по адресу: ****. 20 ноября 2017 года, когда он уезжал в город Пермь, в доме все было в порядке. Вернувшись 25 ноября 2017 года, около 23 часов, он обнаружил пропажу из дома продуктов питания, не представляющих для него материальной ценности, а также DVD – проигрывателя марки «ВВК», стоимостью 694 рубля 80 копеек. Как он понял, в дом проникли, выдернув петлю с замком, которую потом вставили обратно. В доме на полу, на холодильнике и в других местах, он обнаружил жженые спички. Впоследствии похищенные продукты питания и DVD – проигрыватель были возвращены ему сотрудниками полиции. 

Свидетель У. показал, что является оперуполномоченным полиции. Получив информацию о краже в селе **** он вспомнил, что видел продукты, похожие на похищенные, при осмотре дома ФИО1, проведенном после совершения двойного убийства. Он побеседовал с ФИО1 в следственном изоляторе. Последний написал явку с повинной, сообщил, что похищенное имущество находится у него дома. В ходе производства обыска в доме ФИО1 были обнаружены похищенные продукты питания. В комнате под матрасом был обнаружен DVD – проигрыватель. 

Из показаний свидетеля М1. следует, что потерпевший Б. его дядя. 25 ноября 2017 года в вечернее время Б. пришел к нему и сообщил, что в его дом проникли, взломав замок. Из дома похитили DVD – проигрыватель и продукты питания.

Свидетель М2. дала показания аналогичные показаниям М1..

Вина ФИО1 подтверждается также:

- протоколом осмотра места происшествия – дома № ** по улице **** в селе **** Кунгурского района Пермского края от 1 декабря 2017 года, из которого следует, что на внешней поверхности входной двери дома, возле петли для навесного замка, обнаружены следы орудия взлома, множественные повреждения в виде сколов и вмятин древесины (т.3 л.д.127-134);

- протоколом обыска от 22 декабря 2017 года, которым зафиксирован факт обнаружения и изъятия в доме ФИО1 по адресу: ****, DVD-проигрывателя торговой марки «ВВК», гвоздодера, двух банок кофе, макаронных изделий, конфет и пластиковой емкости с медом (т.3 л.д. 165);

- протоколом осмотра предметов, изъятых в доме ФИО1 в ходе обыска от 25 декабря 2017 года, которым, в частности, установлена модель DVD-проигрывателя, его индивидуальные особенности (т.3 л.д.176-177).

Из заключения эксперта от 30 января 2018 года следует, что рыночная стоимость DVD – проигрывателя торговой марки «ВВК» модели «DVP 155SI» с учетом фактического состояния составляет 694 рубля 80 копеек (т.4 л.д.219-229).

Согласно копии свидетельства о государственной регистрации права жилой дом по адресу: **** принадлежит на праве собственности Б. (т.5 л.д. 76).

Проанализировав исследованные доказательства, суд приходит к выводу об их относимости, допустимости и в своей совокупности достаточности для разрешения дела.

Суд считает достоверными показания подсудимого, потерпевшего и свидетелей, поскольку они последовательны, непротиворечивы, взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются протоколами следственных действий и другими доказательствами. Основания для самооговора подсудимым, оговора его потерпевшим и свидетелями не установлены.

Приведенными выше доказательствами достоверно установлена причастность ФИО1 к совершению преступления.

Вина ФИО1 подтверждается его собственными показаниями, которые согласуются с показаниями потерпевшего и протоколом осмотра места происшествия о способе проникновения в жилище, перечне похищенного имущества, протоколом обыска, в ходе которого в доме подсудимого было обнаружено и изъято орудие взлома, а также похищенное имущество. 

Исследованными доказательствами установлено, что подсудимый ФИО1, действующий из корыстных побуждений, тайно, противоправно и безвозмездно изъял имущество, принадлежащее на праве собственности Б., причинив последнему материальный ущерб. С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся и распорядился им по своему усмотрению. 

Таким образом, ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества. Преступление является оконченным.

Исследованными доказательствами установлено также, что с целью хищения имущества ФИО1 незаконно, без разрешения собственника - Б., вторгся в жилой дом последнего. Таким образом, нашел свое подтверждение вмененный подсудимому квалифицирующий признак кражи, а именно совершение ее с незаконным проникновением в жилище.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную в незаконным проникновением в жилище.

Суд исключает из обвинения подсудимого хищение продуктов питания, так как со слов потерпевшего они не представляют для него материальной ценности, в результате их хищения ущерб ему причинен не был.

Разбойное нападение на Р2. и убийство Р4..

Подсудимый ФИО1 полностью признал свою вину в совершении преступлений, подтвердил явку с повинной и свои показания, данные в ходе предварительного следствия по делу.

В явке с повинной, датированной 27 ноября 2017 года, ФИО1 указал, что около 5 дней назад он находился дома, употреблял спиртное. Будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения он взял нож и пошел в деревню ****, в дом, где проживали дедушка с бабушкой, к которым он раньше заходил с А1.. Пошел именно в указанный дом, так как знал, что в доме имеется брага - он хотел похитить ее и выпить. Из дома ушел, когда на улице было темно. Подойдя к дому, он перелез через забор, так как ворота были заперты на навесной замок. Бабушка и дедушка были неходячими, за ними ухаживала женщина, которая запирала ворота на ночь. Путь до дома он освещал спичками. Зайдя в дом, входные двери которого были открыты, он сразу прошел к холодильнику. Он открыл дверь холодильника, после чего его увидела бабушка. Она начала кричать, громко спрашивать: «Кто ты? Что тебе надо?». Бабушка схватила телефон и хотела куда-то позвонить, но не успела. Он подошел к ней, достал из кармана нож и, держа его в правой руке, нанес не менее 5 ударов в область груди. После этого, он пошел убивать дедушку, так как тот увидел его лицо, узнал его. Дедушка не кричал, поскольку был парализован. Он нанес дедушке в область груди не менее 5 ударов ножом. Он понял, что бабушка и дедушка скончались. Брагу он не нашел. После этого, зная, что у бабушки под подушкой храниться кошелек с деньгами, он достал его и взял оттуда деньги в сумме 200 рублей. Забрав деньги, он вышел во двор, перелез через забор и пошел домой по берегу реки ****. По пути он выбросил в реку нож и перчатки, в которых он был в момент преступления. Ранее он обнаружил, что запачкал кровью перчатку и рукав куртки. На следующий день он купил на похищенные деньги бутылку водки «Пермская» и пачку сигарет «Опал» (т.1 л.д.150-152).

Из показаний ФИО1, данных им при допросе в качестве подозреваемого, следует, что в день преступления он употреблял спиртное, выпил около литра водки. Вечером спиртное закончилось, однако хотелось выпить еще. Он пошел к Р4., чтобы украсть у них брагу. Ранее, около 2 лет назад, они с А1. бывали у Р4. и похищали у них брагу, которая стояла на кухне. Он был одет в «пятнистую» ветровку, штаны черного цвета, галоши красного цвета. На руках у него были рабочие перчатки черного цвета. Чтобы открыть дверь в дом он взял с собой нож.

Когда он подошел к дому Р4., двери ограды были закрыты на навесной замок. Свет в доме не горел. Он знал, что Р4. дома, так как они на улицу не выходят. Он перелез через забор в ограду дома. В ограде света не было, поэтому он освещал себе дорогу спичками. Дверь в пристрой дома был открыта. Он осветил спичками крыльцо и зашел в дом. Открыв дверь холодильника, он стал искать брагу, он не нашел ее. В это время Р4. закричала: «Кто там? Что вам надо?». Он зашел в комнату и увидел Р4., которая лежала на кровати в комнате справой сторону в дальнем углу. Он увидел, что Р4. держит у уха мобильный телефон, подумал, что та хочет позвонить соседям, которые придут и вызовут полицию. Испугавшись, что его «посадят» он решил ударить Р4. ножом. Он подошел к кровати Р4. и нанес ей не менее 5 ударов ножом в грудь. Он вспомнил, что Р4. хранила деньги под подушкой, на которой спит, приподнял подушку и нашел кошелек. Достав из кошелька 200 рублей, купюрами по 100 рублей, он вернул кошелек на место. Положив деньги в карман, он пошел к кровати Р4., которая стоит слева от входа в комнату, чтобы убить его, так как тот видел, как он наносил удары ножом Р4.. Р4. лежал на спине вдоль кровати, на нем был памперс, глаза его были открыты. Он нанес Р4. не менее 5 ударов ножом. После первого удара Р4. что-то сказал, встать он даже не пытался. Совершив преступления, он вышел из дома, перелез через забор и пошел домой. Идя домой по берегу реки ****, он выбросил в воду нож и перчатки. На следующий день он купил в магазине бутылку водки и пачку сигарет «Опал». В дом Р4. он ходил один. Х. в день убийства не видел (т.1 л.д.184-188).

При проверке на месте ФИО1 продемонстрировал, каким образом он проник в дом потерпевших, нанес им удары ножом и похитил деньги, как покинул дом потерпевших, проследовал к реке ****, показал примерное место, где он выбросил перчатки и нож. 

Также ФИО1 пояснил, что жег спички на кухне, показал что, пошел в комнату, так как у Р4. были под подушкой деньги. Увидев его, та стала кричать, хотела кому-то позвонить. Он достал нож и, подойдя к ней, нанес ей не менее пяти ударов ножом. После того, как Р4. перестала дышать, он достал у нее из-под подушки кошелек и взял из него деньги. Затем он пошел к Р4., который видел, что он сделал и также ударил его ножом не менее пяти раз (т.1 л.д.201-212).

В ходе допроса в качестве обвиняемого 30 ноября 2017 года ФИО1 показал, что в доме Р4. он был два раза, последний раз весной 2016 года. Р4. в тот день сидели на кроватях, рядом с Р3. стояла трость. Он знал, что Р4. пожилые люди, пенсионеры, что за ними ухаживают работники соцзащиты. В его присутствии Р4. доставала из-под подушки деньги и давала их А1., поэтому 25 ноября 2017 года он думал, что под подушкой у Р4. есть деньги. У него была возможность уйти из дома Р4. после того, как Р4. закричала, однако он не сделал этого, так как «голова не работала» - он был пьян. Он хотел взять денег у Р4., чтобы купить спиртного. Когда он подходил к потерпевшим они не пытались подняться, после нанесения ударов ножом остались лежать в том же положении, что и до нападения на них (т.3 л.д.6-13).

После предъявления обвинения в окончательной редакции, при допросе в качестве обвиняемого 20 марта 2018 года, ФИО1 полностью признал свою вину, подтвердил ранее данные показания и указал, что убил Р3. за то, что тот видел, как он убивал Р4., как брал деньги из кошелька. Он думал, что Р3. может рассказать о нем полиции или соседям и его снова отправят в тюрьму (т.5 л.д.65-70).

После оглашения явки с повинной, протоколов допросов и проверки показаний на месте ФИО1 пояснил, что последовательность происходивших событий наиболее верно отражена им при проверке показаний на месте.

Потерпевший Р1. показал, что убитые Р4. его родители. На момент гибели матери было ** лет, отцу - **. Родители были инвалидами, были парализованы, не могли самостоятельно передвигаться. Левая рука матери не действовала, правая работала плохо, однако она могла держать телефон, могла говорить. У отца левая рука была парализована, правая двигалась, разговаривал он плохо. Ежедневный уход за родителями осуществляла социальный работник С., он приезжал и помогал им в выходные.

24 ноября 2017 года он приехал к родителям. На следующий день он повез Г., который гостил у родителей, домой, в деревню ****. С ними поехала М3.. Из дома они уехали около 20 часов. Перед отъездом он по просьбе матери достал из-под подушки, на которой она лежала, кошелек и дал Г. 150 рублей. В кошельке, который он вернул на место, оставалось 200 рублей, купюрами по 100 рублей. Уезжая, он закрыл на замок ворота, двери в дом не закрывал. Назад они вернулись вдвоем с М3. около 23 часов 30 минут. М3. ушла домой, а он, загнав во двор машину, вошел в дом. Он обратил внимание, что двери в дом были открыты. В комнате горел только светильник над кроватью у матери, обстановка нарушена не была, родители лежали на кроватях. Поскольку отец лежал с открытым ртом, он решил, что тот умер и сообщил об этом матери. Когда он подошел к ней, он понял, что она тоже мертва. Включив свет, он увидел у родителей кровь, после чего вызвал скорую и полицию. Времени было 0 часов 15 минут. До приезда полиции он обнаружил на кухне лежащие у холодильника жженые спички. Также он обратил внимание, что телефон, который обычно лежал рядом с матерью, лежит на столе, на значительном расстоянии от нее. 

С места, где лежала мать, обзор кухни затруднен мебелью. Отец также не мог видеть происходящее на кухне, поскольку лежал головой ко входу.

Свидетели М3. и Г. дали показания аналогичные показаниям Р4. (т.1 л.д.104-108, т.5 л.д.49-52).

Свидетель Х. показала, что была знакома с потерпевшими. В августе 2017 года она ухаживала за Р4. в больнице. Р4. была частично парализована – не ходила, у нее двигалась только одна рука. Постоянный уход за Р4. осуществляла С.. Р3. также был парализован.

25 ноября 2017 года, около 21 часов, на перекрестке улиц **** и **** в деревне **** она встретила ФИО1. Последний был выпивший, у него с собой было полбутылки водки. Они с ФИО1 пошли к ферме, где распили водку, после чего вернулись обратно. Дойдя до дома Р4. ФИО1 сел на скамейку, а она пошла домой. Домой вернулась около 22 часов. Около 5 часов приехали сотрудники полиции, от которых ей стало известно, что Р4. убиты. Ножа в указанный вечер у ФИО1 она не видела, намерения пойти к Р4. он не озвучивал, через забор в ограду дома Р4. в ее присутствии не перелезал. 

В связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания Х. данные ею на предварительном следствии.

На предварительном следствии Х. поясняла, что после встречи с ФИО1, около 20 часов 45 минут, они прошли в район фермы, где употребляли спиртное. В ходе употребления спиртного она видела у ФИО1 нож, длиной около 20 сантиметров. Когда они возвращались назад, ФИО1 сказал, что пойдет в дом к Р4. за деньгами. Она сказала, что у них уже не горит свет (в доме горел только светильник, расположенный рядом с кроватью Р4.). Пройдя дом Р4., они остановились у столба. ФИО1 сказал, что хочет своровать деньги у Р4.. Она видела, как он подошел к дому Р4., сел на лавку, посидел около 10 минут, после чего встал на лавку, а затем на забор палисадника и прыгнул в ограду дома. Испугавшись она ушла домой. Домой пришла в 21 час 45 минут (т.1 л.д.142-146).

На очной ставке с ФИО1 свидетель Х. дала аналогичные показания. Кроме того, Х. показала, что после озвученного ФИО1 намерения сходить к Р4. за деньгами сообщила ему, что Р4. спят, что они инвалиды, «лежачие», однако это не остановило ФИО1, он сказал, что все равно пойдет к ним (т.3 л.д.64-71).

Свои показания Х. подтвердила и при проверке их на месте (т.1 л.д.189-196).

После оглашения показаний Х. заявила, что опасается ФИО1 в связи с совершенным им ранее в отношении нее преступлением. Вместе с тем Х. заявила, что правдивые показания даны ею в суде.

Свидетель А3. показал, что сожительствует с Х.. 25 ноября 2017 года Х. ушла из дома около 18-19 часов. Вернулась в десятом часу, после чего из дома не отлучалась. Под утро 26 ноября 2017 года приехали сотрудники полиции, со слов которых им стало известно, что Р4. убиты. 

Из показаний свидетеля А1. следует, что потерпевших Р4. он знает с детства. Ему известно, что Р4. парализованы, за ними ухаживает социальный работник по имени С.. С ФИО1 он также знаком с детства, их связывают дружеские отношения. Последний раз они с ФИО1 были в доме Р4. весной 2016 года. Р4. не ходила, была больна. Он купил у Р4. телефон, который вернул на следующий день. Р4., в свою очередь, возвратила ему полученные за телефон деньги. Также, когда они с ФИО1 приходили в дом Р4., они без их разрешения взяли немного браги, которая была во фляге, стоявшей на кухне (т.5 л.д.12-14).

Согласно показаниям свидетеля С. она является социальным работником. На протяжении двух лет она осуществляла уход за Р4.. Р4. была парализована, не могла самостоятельно передвигаться и принимать пищу. Р3. также не ходил, был частично парализован. В связи с имеющимся у него заболеванием ему одевали памперс. Она навещала Р4. 2 раза в день. На ночь она запирала ворота, ведущие на улицу на замок. Ночью Р4. включала светильник, который находился над ее кроватью. Р4. лежал на кровати слева от входа в комнату, а Р4. справа. Видеть происходящее на кухне Р4. не могла, обзору мешала стоявшая в комнате мебель. Деньги Р4. хранила в кошельке, лежавшем у нее под подушкой.

Свидетель А2. показала, что работает врачом общей практики в местной больнице. С потерпевшими Р4. она знакома с 2006 года. Они оба являлись инвалидами 2 группы, при этом имелись показания для оформления им 1 группы инвалидности. И Р4. и Р3. не могли передвигаться, были частично парализованы, ежедневный уход за ними осуществляла ФИО2. Р4. правильно понимали происходящее, однако в силу возраста и состояния здоровья не могли оказать никакого сопротивления.

Из показаний свидетеля Ш. следует, что он работает фельдшером «скорой помощи». По роду деятельности он был знаком с потерпевшими Р4., неоднократно выезжал к ним на вызов. Они были людьми преклонного возраста, инвалидами. 

В один из дней в ноябре 2017 года, в ночное время, поступил вызов в деревню ****. Диспетчер пояснил, что пострадавшие, скорее всего, уже мертвы. Когда они приехали, на месте происшествия – у дома Р4. уже была полиция. Трупы Р4. находились в доме, на кроватях. У обоих имелись колото-резаные ранения груди и живота. Порядок в доме нарушен не был. 

Вина ФИО1 подтверждается также:

- протоколом осмотра места происшествия от 26 ноября 2017 года, которым зафиксированы результаты осмотра дома по адресу: ****. Так, в частности, зафиксирован факт обнаружения и изъятия с пола площадки крыльца спички со следами термического воздействия. Две другие спички со следами термического воздействия обнаружены и изъяты с пола на кухне. В комнате дома, на кроватях, стоящих слева от входа и в правом дальнем углу, обнаружены трупы Р3. и Р2. с множественными телесными повреждениями. Под подушкой, на кровати, где находился труп Р2., обнаружен и изъят кошелек. На столе, в комнате, обнаружен телефон «Нокия». Кроме того, у кровати, на которой был обнаружен труп Р3., был изъят фрагмент стеновой панели со следами вещества, похожего на кровь (т.1 л.д.4-79);

- протоколом осмотра предметов от 26 ноября 2017 года, в том числе телефона «Нокия» и кошелька, изъятых с места происшествия, которым установлены индивидуальные особенности данных предметов, факт отсутствия в кошельке денег (т.1 л.д.87-103);

- заключением эксперта № 1880 от 1 декабря 2017 года, из выводов которого следует, что на спичках, изъятых с площадки крыльца и с пола кухни при осмотре места происшествия, обнаружены следы пота, которые произошли от лица мужского пола (т.4 л.д.63-70);

- заключением эксперта № 2 от 22 февраля 2018 года, согласно выводам которого, на спичках, изъятых с пола пристроя и с пола кухни при осмотре места происшествия, биологические следы принадлежат ФИО1 с вероятностью 99, 99 % (т.4 л.д.177-193).

- протоколом обыска, которым зафиксирован факт обнаружения и изъятия в доме ФИО1 по адресу: **** двух пустых бутылок из-под водки «Пермская», пачки из-под сигарет «Опал», предметов одежды, в том числе шести курток (т.1 л.д.158-161);

- протоколом осмотра места происшествия от 1 декабря 2017 года, которым зафиксирован факт обнаружения на льду на реке ****, в районе автомобильного моста, разделяющего Кунгурский и Ординский районы Пермского края, трикотажной перчатки черного цвета (т.3 л.д.17-36);

- протоколом осмотра предметов от 6 декабря 2017 года, в том числе куртки защитного цвета, изъятой в ходе обыска в доме ФИО1 и перчатки, изъятой со льда на реке ****. В ходе осмотра в карманах куртки обнаружены два коробка спичек, на рукаве куртки обнаружены пятна коричневого цвета, похожие на кровь. Пятна коричневого цвета обнаружены также при визуальном осмотре перчатки (т.3 л.д.72-111);

- заключением эксперта № 956 от 10 января 2018 года, из выводов которого следует, что на перчатке, изъятой на реке ****, найдена кровь, выявлены белок человека и птицы. На куртке защитного цвета, изъятой в ходе обыска в доме ФИО1, стеновой панели, изъятой с места преступления, обнаружена кровь человека (т.4 л.д. 78-85);

- заключением эксперта № 2 от 22 февраля 2018 года, согласно которому следы крови на перчатке, изъятой на реке **** и куртке защитного цвета, изъятой в ходе обыска доме ФИО1, принадлежат потерпевшему Р3., с вероятностью 99, 99 % (т.4 л.д.177-193);

- заключением эксперта № 311 от 16 января 2018 года, из которого следует, что повреждения на рубашке (блузке) и на макропрепарате кожных покровов с «передней поверхности грудной клетки слева», повреждение на макропрепарате кожных покровов с «области гребня левой подвздошной кости» и повреждение на макропрепарате кожных покровов с «внутренней поверхности левой кисти» от трупа Р2., являются колото-резаными. Повреждения могли быть причинены в результате воздействий колюще-режущего орудия типа клинка ножа (т.4 л.д.92-128); 

- заключением эксперта № 860 от 12 декабря 2017 года, из выводов которого следует, что смерть Р2. наступила в результате множественных (9) колото-резаных ранений тела: проникающих (3) ранений передней поверхности грудной клетки слева, проникающих ранений (4) живота с повреждением прямой мышцы живота, мягких тканей в эпигастральной области, хрящевой части 7-го ребра слева, хрящевой части 4-го ребра слева, межреберных мышц в 4-ом межреберье слева, грудины в области соединения тела с мечевидным отростком, межреберных мышц слева в 6-ом межреберье и полным поперечным переломом 6-го ребра слева, с повреждением передней, левой боковой и задней поверхности сердечной сорочки, левого легкого, передней поверхности левого и правого желудочков и верхушки сердца, левой боковой полуокружности аорты на уровне 10 грудного позвонка, малого сальника, левой доли печени, желудка, поджелудочной железы, ранения мягких тканей (1) в проекции гребня левой подвздошной кости, ранения (1) левой кисти с повреждением мягких тканей и диафиза пятой пястной кости в совокупности сопровождавшихся внутренним и наружным кровотечением с развитием острой массивной кровопотери.

Множественные колото-резаные ранения образовались в результате девяти воздействий предметом или орудием, обладающим колюще-режущими свойствами в период времени от нескольких минут до десятка минут до наступления смерти и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Все телесные повреждения образовались прижизненно, одно вслед за другим, в промежутке времени от нескольких минут до десятка минут до наступления смерти женщины.

После образования телесных повреждений потерпевшая могла совершать какие-либо самостоятельные действия в резко ограниченном объеме, однако с увеличением объема и темпа кровопотери должна была утратить данную способность.

Смерть Р4. наступила в период времени не менее 36 часов до момента исследования ее трупа (27 ноября 2017 года в 10 часов 30 минут) (т.4 л.д.4-16);

- заключением эксперта № 312 от 18 января 2018 года, согласно которому повреждения (11) на макропрепарате кожных покровов «с передней поверхности грудной клетки» от трупа Р3. являются колото-резаными. Колото-резаные раны и соответствующие им колото-резаные повреждения на флисе переда кофты (толстовки) были причинены в результате воздействий колюще-режущего орудия типа клинка ножа (т.4 л.д.135-158);

- заключением эксперта № 861 от 12 декабря 2017 года, согласно которому при судебно-медицинской экспертизе трупа Р3. обнаружены телесные повреждения механического происхождения: проникающее торакоабдоминальное колото-резаное ранение с повреждением межреберных мышц и пристеночной плевры, сердечной сорочки, сердца, диафрагмы, печени; проникающие (10) колото-резаные ранения живота с повреждением хрящевой части реберной дуги, желудка, поджелудочной железы, левой почки, поперечно-ободочной кишки, брыжейки и стенок тонкого кишечника.

Данные повреждения сопровождались наружным и внутренним кровотечением с развитием острой массивной кровопотери, привели к наступлению смерти потерпевшего и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Вышеуказанные повреждения образовались прижизненно от 11 воздействий предметом или орудием, обладающим колюще-режущими свойствами, типа клинка ножа и т.п.

После причинения колото-резаных ранений смерть Р3. наступила в течение ближайших нескольких минут, в начальный период которых он мог совершать какие-либо самостоятельные действия в ограниченном, уменьшающемся объеме, однако с увеличением объема и темпа кровопотери должен был утратить данную способность.

Все вышеуказанные повреждения образовались одно вслед за другим, через короткий промежуток времени.

Смерть Р3. наступила не менее, чем за 36 часов до момента исследования его трупа в морге (27 ноября 2017 года в 13 часов) (т.4 л.д.22-34).

- заключением эксперта № 310 от 21 декабря 2017 года, из выводов которого следует, что на лицевой поверхности представленного на экспертизу фрагмента стеновой панели, изъятой с места преступления, обнаружены следы подсохшей буроватой жидкости, похожей на кровь. Указанные следы являются брызгами, каплями с потеками, помарками типа мазков отпечатков (т.4 л.д.165-169);

Исходя из дат рождения Р3. (дата) и Р4. (дата), подтверждающихся копиями их паспортов, на момент убийства им было ** и ** лет соответственно (т.5 л.д.80, 87).

Согласно справке Управления пенсионного фонда РФ в городе Кунгуре и Кунгурском районе Пермского края, а также удостоверению, выданному Управлением социальной защиты населения Кунгурского района, Р3. и Р4. являлись инвалидами 2 группы, получателями пенсии по старости и ежемесячной денежной выплаты по инвалидности (т.5 л.д.37, 93-95).

Из представленных по запросу органов предварительного следствия копий документов следует, что 1 октября 2015 года ТУ Минсоцразвития края по Кунгурскому городскому округу и Кунгурскому муниципальному району принято решение о предоставлении социального обслуживания на дому Р4. в связи с утратой последней способности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, обеспечивать основные жизненные потребности. В связи с принятым решением ООО «УК «***» с Р4. заключен договор о предоставлении социальных услуг и социального обслуживания на дому, за ней закреплен социальный работник С..

1 марта 2017 года аналогичное решение принято в отношении Р3.. С последним также заключен договор о предоставлении социальных услуг и социального обслуживания на дому, за ним закреплен социальный работник С. (т.5 л.д.99-120, 124-125).

Проанализировав исследованные доказательства, суд приходит к выводу об их относимости, допустимости и в своей совокупности достаточности для разрешения дела по существу.

Оценивая показания подсудимого об обстоятельствах касающихся непосредственно совершения им преступлений, суд приходит к выводу об их достоверности, поскольку они достаточно последовательны, логичны, объективно подтверждаются протоколами следственных действий и заключениями экспертов. Основания для самооговора подсудимым не установлены.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что об обстоятельствах непосредственно предшествовавших преступлениям, достоверные показания дала на предварительном следствии свидетель Х.. 

Суд считает достоверными показания Х., которые были даны ею на предварительном следствии, поскольку они последовательны, даны спустя непродолжительное время после описываемых в них событий, подтверждены свидетелем на месте, а также на очной ставке с ФИО1. 

Х. не смогла внятно объяснить суду причину частичного изменения ею показаний в суде. При этом, как указано выше, заявила, что опасается ФИО1. Опасения Х. за свою жизнь и здоровье, наряду со значительным временем, прошедшим с момента преступлений, по мнению суда, и послужили причиной изменения ею показаний.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего Р1. и других свидетелей об известных им обстоятельствах происшедшего. Показания указанных лиц последовательны, непротиворечивы, взаимно дополняют друг друга, подтверждаются иными исследованными судом доказательствами.

Приведенными выше доказательствами в их совокупности достоверно установлена причастность ФИО1 к совершению преступлений. 

Вина ФИО1 установлена его собственными признательными показаниями, которые согласуются с результатами осмотра места происшествия, объективно подтверждаются заключениями экспертов о локализации обнаруженных у потерпевших телесных повреждений и механизме их образования, наличии пота подсудимого на спичках, обнаруженных на крыльце и в доме Р4., крови потерпевшего Р3. на куртке ФИО1, его перчатке, найденной в указанном подсудимым месте и другими доказательствами. 

Показаниями подсудимого и другими доказательствами установлено, что ФИО1 совершил нападение на Р4. с целью хищения ее имущества. В ходе нападения ФИО1 нанес потерпевшей телесные повреждения, квалифицирующиеся, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, то есть применил насилие, опасное для ее жизни и здоровья, после чего завладел ее деньгами.

Таким образом, установлено, что ФИО1 совершил разбой с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Нашел свое подтверждение и квалифицирующий признак разбоя – с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку, как установлено показаниями подсудимого и заключениями экспертов, для нанесения потерпевшей телесных повреждений, ФИО1 использовался нож.

Также исследованными доказательствами установлено, что с целью совершения преступления, ФИО1 незаконно, вопреки воле собственника и проживающих в его доме на законных основаниях лиц, проник в жилище Р4..

ФИО1 не оспаривает, что смерть потерпевших наступила в результате его преступных действий.

О наличии у ФИО1 прямого умысла на причинение смерти Р4. свидетельствуют его собственные показания об этом, нанесение им со значительной силой множественных ударов в область жизненно важных органов потерпевших. 

Поскольку ФИО1 лишил жизни двух человек, нашел свое подтверждение квалифицирующий признак убийства, установленный пунктом «а» части 2 статьи 105 УК РФ. 

Вопреки доводам защитника, квалифицирующий признак, указанный в пункте «в» части 2 статьи 105 УК РФ, а именно убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, также нашел свое подтверждение.

Из допросов потерпевшего, свидетелей и исследованных документов следует, на момент убийства Р4. было ** лет, Р3. – **. Они оба являлись инвалидами, ввиду имевшихся у них заболеваний были лишены способности передвигаться, ограничены в движениях, не могли самостоятельно обслуживать себя. Таким образом, в силу возраста и физического состояния потерпевшие не могли оказать сопротивление нападавшему, то есть находились в беспомощном состоянии.

То, что возраст и состояние здоровья потерпевших были известны подсудимому, прямо следует из протокола его явки с повинной и показаний, в которых он указал, что ранее бывал в гостях у Р4., знал, что они пожилые, не способные передвигаться люди, уход за которыми осуществляет социальный работник. О состоянии здоровья потерпевших сообщала подсудимому перед преступлением и свидетель Х.. Как показал ФИО1, в момент нападения потерпевшие никакого сопротивления ему не оказывали.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что для ФИО1 была очевидна беспомощность потерпевших перед ним, что должно учитываться при квалификации его действий.

Анализируя обстоятельства преступлений, суд приходит к выводу о том, что убийство Р4. было сопряжено с разбоем, тогда как убийство Р3. совершено ФИО1 с целью сокрытия разбойного нападения на Р4. и ее убийства. 

Суд приходит к данным выводам исходя из следующего.

Согласно показаниям ФИО1, он проник в дом Р4. с целью совершения хищения. То есть, подсудимый изначально действовал из корыстных побуждений. После вопроса потерпевшей, кто находится в доме, ФИО1 зная о состоянии ее здоровья, ее неспособности передвигаться, имея возможность будучи неузнанным беспрепятственно покинуть дом, не сделал этого. Не обнаружив на кухне дома спиртное, ФИО1 продолжил совершать действия, направленные на завладение чужим имуществом. Зная, что потерпевшая хранит под подушкой деньги, ФИО1 совершил нападение на нее, нанеся ей ножом телесные повреждения, от которых наступила ее смерть, после чего завладел ее имуществом. Таким образом, действия ФИО1, направленные на лишение жизни потерпевшей, были совершены с целью завладения ее имуществом, то есть ФИО1 совершил убийство, сопряженное с разбоем.

После совершения убийства Р4. и завладения ее деньгами, осознав, что за его действиями наблюдал Р3., который может опознать его и сообщить о его причастности к преступлениям, ФИО1, согласно его собственным показаниям, решил убить Р3., для чего нанес ему множественные ножевые ранения, следствием которых стала смерть потерпевшего. При этом, действия направленные на завладения чужим имуществом были уже выполнены ФИО1. Для него было очевидно, что потерпевший в силу возраста и состояния здоровья не способен помешать ему удержать похищенное имущество и скрыться с ним. Таким образом, суд приходит к выводу, что убийство Р3. было совершено ФИО1 с целью скрыть совершенные им ранее преступления, о чем фактически указывает в своих показаниях и сам ФИО1.

Принимая во внимание изложенное выше, суд квалифицирует действия ФИО1 по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также по пп. «а», «в», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц, заведомо для виновного находящихся в беспомощном состоянии, сопряженное с разбоем, с целью скрыть другие преступления. 

Согласно заключению комиссии экспертов № 1194 от 19 декабря 2017 года ФИО1 хроническим психическим расстройством либо слабоумием не страдал и не страдает в настоящее время, а у него имеется синдром зависимости от алкоголя средней стадии. Выявленные у ФИО1 нарушения психики выражены не столь значительно, не сопровождаются грубыми нарушениями интеллекта, памяти, критических способностей и не лишают его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Инкриминируемое ему деяние ФИО1 совершил вне какого-либо временного психического расстройства, а в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения. По своему психическому состоянию ФИО1 мог в тот период времени осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей, может принимать участие в следственных действиях и судебных заседаниях. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.4 л.д.236-238).

Исходя из заключения экспертов в области психологии и психиатрии, основанного на непосредственном обследовании подсудимого, медицинской документации и материалах дела, данных о личности и поведении подсудимого в ходе производства по делу, суд признает ФИО1 вменяемыми в отношении инкриминируемых ему преступных деяний и подлежащим уголовной ответственности. 

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о его личности, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Гайсин ранее судим, по местам жительства и отбывания наказания характеризуется удовлетворительно, состоит на учете у врача нарколога.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 за совершенные преступления, в соответствии с п.«и» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ суд признает явки с повинной, полное признание своей вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а по преступлению, предусмотренному п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, кроме того, активное способствование розыску и возвращению имущества, добытого в результате преступления.

Доводы защитника о наличии у ФИО1 тяжелого заболевания не подтверждаются самим подсудимым, опровергаются имеющейся в деле справкой (т.5 л.д.153). 

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у ФИО1 малолетнего ребенка также не имеется. Достоверных сведений о наличии у подсудимого ребенка суду не представлено. Как указал сам ФИО1 отцовство на ребенка, который якобы у него имеется, не оформлено, его воспитанием он не занимался, участия в его материальном содержании не принимал. 

Обстоятельствами, отягчающим наказание ФИО1, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63, ч.11 ст.63 УК РФ, суд признает рецидив преступлений, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Суд признает в действиях подсудимого наличие рецидива преступлений, поскольку ФИО1, имеющим судимость за ранее совершенные умышленные преступления, вновь совершены умышленные преступления. 

На основании ч.2 ст.18 УК РФ рецидив преступлений является опасным.

С учетом наличия в действиях подсудимого рецидива преступлений наказание за совершенные преступления должно быть назначено ему по правилам ч.2 ст.68 УК РФ.

Факт употребления ФИО1 спиртных напитков и нахождения его в момент преступлений в состоянии алкогольного опьянения достоверно установлен показаниями самого подсудимого и свидетеля Х.. 

Исходя из характера и степени общественной опасности преступлений, которые, как поясняет сам подсудимый, были совершены им под воздействием алкоголя, вызваны желанием продолжить употребление спиртного, данных о личности ФИО1, страдающего алкогольной зависимостью (т.5 л.д.149), суд приходит к выводу о том, что состояние алкогольного опьянения отрицательно повлияло на поведение подсудимого, обусловило совершение им преступлений и должно быть признано отягчающим его наказание обстоятельством.

С учетом указанных выше обстоятельств, тяжести и общественной опасности совершенных преступлений, отнесенных к категориям тяжких и особо тяжких, наличия наряду со смягчающими, отягчающих наказание обстоятельств, в целях восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1, предупреждения совершения им новых преступлений, суд приходит к выводу о том, что за каждое преступление ему должно быть назначено наказание в виде реального лишения свободы с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы. 

Исходя из совершения ФИО1 преступлений против собственности, их тяжести и общественной опасности, в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых имущественных преступлений, суд считает необходимым назначить ему также дополнительное наказание в виде штрафа за преступления, предусмотренные п.«а» ч.3 ст.158, п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ. 

При определении размера штрафа суд учитывает имущественное положение осужденного. ФИО1 не работает, иного постоянного источника дохода не имеет. Вместе с тем, он является совершеннолетними и трудоспособным, имеет возможность трудоустройства, получения заработной платы или иного дохода в будущем.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением ФИО1 во время или после совершения преступлений, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, по делу не установлено. Оснований для применения ст.64 УК РФ не имеется.

Исходя из фактических обстоятельств преступлений, степени их общественной опасности, вида и размера назначаемого наказания, наличия обстоятельств, отягчающих наказание, категории преступлений изменению на менее тяжкие не подлежат.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 должно быть назначено в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания в виде лишения свободы надлежит исчислять с даты постановления приговора. 

На основании ст.72 УК РФ следует зачесть в срок лишения свободы время задержания и содержания ФИО1 под стражей. 

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы ФИО1 надлежит отбывать после освобождения из исправительного учреждения.

В связи с осуждением ФИО1 к реальному лишению свободы, на основании ч.2 ст.97 УПК РФ, избранная в отношении него мера пресечения в виде заключения под стражу должна быть оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Потерпевшим Р1. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1000000 рублей. 

Подсудимый ФИО1 признал исковые требования потерпевшего.

На основании ст.151, 1099-1101 ГК РФ суд также считает исковые требования потерпевшего о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению в полном объеме. При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности и справедливости. Суд учитывает степень перенесенных Р1. нравственных страданий, связанных с утратой родителей, умышленный характер преступления, совершенного ФИО1, его материальное положение, возраст и трудоспособность, возможность трудоустройства в будущем.

На предварительном следствии из средств федерального бюджета был оплачен труд адвокатов Е. и Ч., осуществлявших защиту ФИО1 по назначению следователя, в размерах 632 рубля 50 копеек и 14053 рубля соответственно (т.3 л.д.185, т.5 л.д.181, 183, 206, 208).

Указанные выше суммы является процессуальными издержками по делу.

Подсудимый ФИО1 не возражал против взыскания с него процессуальных издержек.

Поскольку расчет процессуальных издержек является верным, подсудимый не отказывался от защитников, сведений о его имущественной несостоятельности не имеется, суд, руководствуясь ст.132 УПК РФ, считает необходимым взыскать процессуальные издержки с ФИО1 в полном объеме. 

Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешается судом в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«а» ч.3 ст.158, п.«в» ч.4 ст.162, пп.«а», «в», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы, со штрафом в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, с ограничением свободы на срок 6 месяцев; 

- по п.«в» ч.4 ст.162 УК РФ в виде 9 лет лишения свободы, со штрафом в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей, с ограничением свободы на срок 9 месяцев;

- по пп.«а», «в», «з», «к» ч.2 ст.105 УК РФ в виде 18 лет лишения свободы, с ограничением свободы на срок 1 год.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ назначить ФИО1 окончательное наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний в виде 22 лет лишения свободы, со штрафом в размере 100000 (сто тысяч) рублей, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Установить ФИО1 ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. 

Возложить на ФИО1 обязанность два раза в месяц являться в указанный выше специализированный государственный орган для регистрации.

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 назначить в исправительной колонии строгого режима.

Срок лишения ФИО1 свободы исчислять с 16 мая 2018 года. 

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с 27 ноября 2017 года по 15 мая 2018 года.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования Р1. о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1 в пользу Р1. компенсацию морального вреда в размере 1 000000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки в размере 14 685 (четырнадцать тысяч шестьсот восемьдесят пять) рублей 50 копеек.

Вещественные доказательства по делу:

- DVD – проигрыватель торговой марки «ВВК» - возвратить потерпевшему Б.;

- мобильный телефон «Нокия», дверные ручки, навесные замки с ключом, клавиши выключателя, кошельки – возвратить потерпевшему Р1.;

- одежду ФИО1: куртки, олимпийки, штаны, футболку, галоши, сапоги по ходатайству осужденного - уничтожить;

- ножи, куртку синего цвета, наволочки, фрагмент стеновой панели, перчатки, веревку, рубашку с трупа Р2., кофту с трупа Р3. – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае обжалования приговора в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий - подпись