Дело № 2-187/18

Решение

Именем Российской Федерации

20 июля 2018 г. г. Протвино Московской области

Протвинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего Нестеровой Т.А.,

при секретаре Силаевой С.М.,

с участием представителя истицы ФИО1 – адвоката Соломяновой Ю.А., представителей ответчика АО «Эхо» ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Эхо» о защите прав потребителя, а также рассмотрев требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО6 к АО «Эхо» о защите прав потребителя

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Эхо» о защите прав потребителя и просила взыскать в свою пользу: неустойку за нарушение предусмотренного договором срока передачи объекта долевого строительства (квартиры) за период с 01.07.2017 г. по 30.10.2017 г. в сумме 329 063,44 рублей; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей; штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" в размере 50 % от суммы, присужденной судом в ее пользу, а также судебные расходы.

Требования мотивированы тем, что 20.11.2015 года между ФИО1 и ФИО7 - участниками долевого строительства, и Акционерным обществом «ЭХО» - застройщиком, был заключён договор об участии в долевом строительстве жилого 

<

адрес>Ю, согласно которому застройщик принял на себя обязательство с привлечением других лиц в предусмотренный договором срок построить (создать) многоквартирный дом по адресу: 

<

адрес>, район 

<

адрес>, и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию жилого дома передать соответствующий объект долевого строительства участникам долевого строительства, а те в свою очередь обязуются оплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства. Согласно п. 2.3 договора объектом долевого строительства является квартира (жилое помещение), состоящая из 3 (трёх) комнат, на 16 этаже, со строительным номером 126. Цена договора согласно п. 4.3 Договора составляет 4 584 250 рублей и она была оплачена в полном объёме, что подтверждается фактом перечисления денежных средств на расчётный счёт застройщика. Согласно п.7.1 Договора застройщик должен был передать квартиру на основании подписанного акта приёма-передачи в срок, указанный в п.3.4 Договора, а именно 30 июня 2017 года. Однако, в указанный договором срок застройщиком не было получено разрешение на ввод в эксплуатацию жилого дома, соответственно, квартира по акту приёма-передачи им не была передана. 19.01.2018 г. она обратилась с претензией к ответчику, в которой просила выплатить неустойку за нарушение сроков передачи квартиры. В ответе на претензию застройщик указал, что оснований для выплаты неустойки не имеется, поскольку объект долевого строительства фактически был сдан 25.07.2017 года, что не соответствует действительности, так ка на тот момент не было получено разрешение на ввод дома в эксплуатацию. Таким образом, отказ застройщика от добровольного удовлетворения ее требований является незаконным и нарушает права и законные интересы. На основании ст. 6 Федерального закона "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ" в связи с нарушением предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик обязан уплатить ей как участнику долевого строительства неустойку. Незаконные действия ответчика, связанные с необоснованным отказом от выполнения требований, стали причиной того, что она в течение длительного времени испытывала сильные негативные эмоции и переживания, что выражалось в преобладании плохого настроения, упадке сил, снижении работоспособности, нарушении сна, повышенной раздражительности, из-за чего был нарушен положительный эмоциональный фон при общении с семьей, друзьями и коллегами по работе. Компенсацию морального вреда оценивает в размере 10 000 рублей. 

В судебное заседание ФИО1 не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие с участием представителя, в связи с чем суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ признал возможным рассмотреть дело в отсутствие истицы.

Представитель истицы ФИО1 – адвокат Соломянова Ю.А., на заявленных требованиях настаивала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представители ответчика АО «Эхо» исковые требования не признали, ссылаясь на то, что дом фактически был построен еще в мае 2017 г. 25 мая 2017 г. Главгосстройнадзор Московской области, получив от ответчика заявление о готовности дома, вынес распоряжение о проведении итоговой проверки соблюдения обязательных требований законодательства при строительстве дома. Сроки проведения проверки законом не установлены. Согласно этому Распоряжению было установлено окончание проверки не позднее 03.07.17 г., однако только 21.07.17 г. Главгосстройнадзор Московской области выдал Заключение о соответствии построенного дома требованиям технических регламентов и проектной документации, а 25.07.17 г. указанное заключение было утверждено. После этого ответчик на основании указанных документов подал заявление на выдачу разрешения на ввод дома в эксплуатацию, но поскольку в тот момент изменилось действующее законодательство – все документы должны были быть поданы исключительно в электронном виде, то ввиду неотлаженности соответствующих программ электронного документооборота, объективно возникли сложности при подаче документов – не было данных о необходимом формате документов и т.п. Ответчик своевременно предпринимал действия, направленные на выполнение разъяснений соответствующего органа относительно подачи документов, что подтверждается имеющимися заявками на подачу документов, данными о неточностях, на которые в некоторых случаях не было указано сразу, что потребовало дополнительного времени для их устранения. И только 16.10.17 г. было выдано разрешение на ввод дома в эксплуатацию, после чего был подписан Акт приема – передачи спорной квартиры. 

В силу закона неустойка может быть рассчитана с предполагаемой даты передачи квартиры, а не с предполагаемой даты ввода дома в эксплуатацию. Согласно Договору, передача квартиры должна осуществляться в течение 2-х месяцев от даты получения дольщиками уведомлений о готовности объекта к передаче. В данном случае Уведомление получено стороной истца 27.07.17 г., следовательно, срок передачи квартиры составлял до 27.09.17 г. 

Никаких неблагоприятных последствий для истицы в связи с подписанием акта приема – передачи квартиры 30.10.17 г. не наступило; существенной заинтересованности в использовании спорной квартиры у истицы не было, поскольку она до настоящего времени не приступила к отделочным работам и проживает в другом месте, в связи с чем требование о взыскании неустойки в указанном истицей размере является чрезмерным. В случае удовлетворения требований просили снизить размер неустойки.

Определением суда от 20.07.18 г. к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, по его ходатайству, был привлечен ФИО7, который просил рассмотреть дело в свое отсутствие, в связи с чем суд на основании ст. 167 ГПК РФ признал возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО7

Из заявления ФИО7 следует, что в связи с нарушением ответчиком сроков передачи спорной квартиры, он просит взыскать в свою пользу неустойку за период с 01.07.17 г. По 30.10.17 г. в размере 164 531,72 руб. соразмерно его доли в праве собственности – 1/2.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования ФИО1 и требования ФИО7 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом.

В соответствии с ч. 9 ст. 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее Закон) к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной указанным Федеральным законом.

В силу п.1 ст.6 Закона застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

В соответствии со ст. 10 Закона в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору сторона, не исполнившая своих обязательств или ненадлежаще исполнившая свои обязательства, обязана уплатить другой стороне предусмотренные настоящим Федеральным законом и указанным договором неустойки (штрафы, пени) и возместить в полном объеме причиненные убытки сверх неустойки.

Судебным разбирательством установлено, что 20.11.2015 года между ФИО1 и ФИО7 - участниками долевого строительства и Акционерным обществом «ЭХО» - застройщиком был заключён договор об участии в долевом строительстве жилого дома № (л.д. 53-62, далее Договор), согласно которому застройщик принял на себя обязательство с привлечением других лиц в предусмотренный договором срок построить (создать) многоквартирный дом по адресу: 

<

адрес> и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию жилого дома передать соответствующий объект долевого строительства участникам долевого строительства, а те в свою очередь обязуются оплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства. Объектом долевого строительства является квартира (жилое помещение), состоящая из 3 (трёх) комнат, на 16 этаже, со строительным номером 126. Цена договора согласно п. 4.3 Договора составляет 4 584 250 рублей и она была оплачена в полном объёме, что подтверждается фактом перечисления денежных средств на расчётный счёт застройщика (л.д.35). 

Данные обстоятельства никем из участников судебного разбирательства не оспаривались.

Свои требования сторона истицы основывает на том обстоятельстве, что ответчик должен был передать им квартиру не позднее 30.06.17 г. Ответчик полагает, что передача квартиры должна была осуществляться в течение двух месяцев от уведомления стороны истца о готовности квартиры – с 27.07.17 г. (дата получения уведомления о готовности объекта к передаче) по 27.09.17 г.

В силу п. 2 ч. 4 ст. 4 Закона договор участия в долевом строительстве должен содержать условие о сроке передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику этого строительства.

Согласно п. 3.4. Договора ориентировочный срок ввода многоквартирного дома в эксплуатацию 30.06.2017 г. 

Согласно п. 7.1. Договора передача квартиры ответчиком и принятие ее стороной истца осуществляется на основании подписываемого сторонами акта приема-передачи квартиры в течение 2-х месяцев от даты получения дольщиками уведомления о готовности объекта к передаче.

Проанализировав содержание Договора, суд приходит к выводу, что конкретный срок передачи ответчиком квартиры не указан.

В то же время, в п. 3.4 указан планируемый срок окончания строительства – это срок ввода дома в эксплуатацию 30.06.17 г., а поскольку в силу положений ст. 55 Градостроительного кодекса РФ готовность объекта капитального строительства и соответствие его требованиям действующего законодательства подтверждается именно вводом объекта в эксплуатацию, то исходя из системного толкования условий договора, в т.ч. пункта 7.1, ответчик был обязан передать стороне истицы спорную квартиру в течение двух месяцев от готовности объекта, то есть от ввода его в эксплуатацию, который предусмотрен не позднее 30.06.17 г., то есть должен передать квартиру не позднее 30.08.2017 г. Иное толкование Договора в рассматриваемом случае, например как трактует его ответчик - два месяца от даты получения дольщиками уведомления о готовности объекта к передаче - фактически означало бы, что ответчик, как застройщик, не связан конкретными сроками передачи квартиры, поскольку может направить уведомление в любой срок.

Таким образом, ответчик должен был передать стороне истицы спорную квартиру по Договору не позднее 30.08.17 г., а доводы сторон о необходимости передаче спорной квартиры в указанные ими сроки, отклоняются судом, как необоснованные.

В силу п. 7.2 обязательства ответчика считаются исполненными с момента подписания сторонами Акта приема-передачи квартиры.

Акт приема – передачи квартиры подписан сторонами 30.10.2017 г. (л.д.81). 

С учетом изложенного, проанализировав выше приведенные нормы права и фактические обстоятельства дела, установленные в ходе судебного разбирательства, суд находит обоснованными исковые требования о взыскании в пользу истицы и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, неустойки за нарушение срока передачи им спорной квартиры на основании Акта приема-передачи. При этом суд учитывает, что ответчик фактически признал наличие просрочки, только на иной срок.

Согласно п.2 ст.6 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

Таким образом, размер неустойки за период с 31.08.2017 г. по 29.10.2017 г., с учетом изменения ставки рефинансирования, составит 159 256,85 руб. = (4 584 250 * (9:1/150%) * 18 дн. + 4 584 250 * (8,5:1/150)% * 42 дн. 

Из заявления представителей ответчика следует, что на основании ст. 333 ГК РФ они просят снизить размер неустойки, поскольку фактически квартира была готова к передаче в июле 2017 г., когда истица ее осмотрела, нарушений прав семьи истицы не было, в связи с чем размер неустойки несоразмерен последствиям просрочки.

Согласно статье 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

По смыслу положений статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки является правом суда.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

При этом суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 21 декабря 2000 г. N 263-О, согласно которой положения п. 1 ст. 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Учитывая, что степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, только суд по правилам ст. 67 ГПК РФ вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15 января 2015 г. N 6-О (абзац третий п. 2.2) часть первая статьи 333 ГК Российской Федерации, предусматривающая возможность установления судом баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате совершенного им правонарушения, не предполагает, что суд в части снижения неустойки обладает абсолютной инициативой - исходя из принципа осуществления гражданских прав в своей воле и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК Российской Федерации) неустойка может быть уменьшена судом при наличии соответствующего волеизъявления со стороны ответчика. В противном случае суд при осуществлении судопроизводства фактически выступал бы с позиции одной из сторон спора (ответчика), принимая за нее решение о реализации права и освобождая от обязанности доказывания несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Принимая решение о размере неустойки, суд учитывает выше изложенное, а так же учитывает доводы ответчика, что фактически дом был построен и готов к вводу в эксплуатацию еще в мае 2017 г., то есть до наступления ориентировочного срока ввода дома в эксплуатацию, указанного в Договоре, после чего были поданы документы для последующего оформления ввода дома в эксплуатацию - 25.05.17 г. Главгосстройнадзор Московской области вынес распоряжение о проведении итоговой проверки соблюдения обязательных требований законодательства при проведении строительства дома; при этом срок проверки прямо законом не установлен и проверка проводилась до 03.07.17 г. (л.д. 190); Заключение о соответствии построенного дома требованиям технических регламентов и проектной документации было составлено Главгосстройнадзором Московской области только 21.07.2017 г. (л.д. 189), а утверждено 25.07.17 г. (л.д. 188). После этого ответчик на основании указанных документов подал заявление на выдачу разрешения на ввод дома в эксплуатацию, однако поскольку в тот момент изменилось действующее законодательство – все документы должны были быть поданы только в электронном виде, то ввиду неотлаженности соответствующих программ электронного документооборота, возникли объективные сложности при подаче документов – не было данных о необходимом формате документов и т.п. Ответчик своевременно предпринимал действия, направленные на выполнение разъяснений соответствующего органа относительно подачи документов, что подтверждается имеющимися заявками на подачу документов, данными о неточностях, на которые в некоторых случаях было указано не сразу, что требовало дополнительного времени для их устранения (л.д. 207-219), в связи с чем разрешение на ввод дома в эксплуатацию было выдано только 16.10.17 г., после чего сторона истицы была уведомлена о необходимости подписания Акта приема – передачи спорной квартиры, который был подписан ею только 30.10.17 г. Данные обстоятельства суд признает заслуживающими внимания, и полагает возможным согласиться с доводами ответчика, что просрочка в подписании Акта приема-передачи была обусловлена объективными причинами, препятствующими подписанию акта ранее. 

Кроме этого, суд учитывает, что фактически готовая квартира была осмотрена стороной истицы уже в июле 2017 г. (л.д.75, 82), то есть еще до истечения предусмотренного Договором конечного срока передачи квартиры, после чего ей были переданы ключи и предоставлена возможность проведения отделочных работ, что очевидно свидетельствовало о реальности выполнения ответчиком своих обязательств по постройке квартиры и передаче ее семье истицы в ближайшее время и минимизировало возможные риски, связанные с участием в инвестировании строительства многоквартирного дома. 

Таким образом, суд признает обоснованными доводы ответчика, что стороной истицы не представлено бесспорных доказательств, позволяющих сделать однозначный вывод, что подписание сторонами Акта приёма-передачи спорной квартиры 30.10.17 г. привело к существенному нарушению ее прав, чему соответствует размер неустойки в заявленном истицей размере. 

При таких обстоятельствах суд признает обоснованными доводы стороны ответчика о наличии оснований для снижения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ, поскольку в рассматриваемом случае ее размер явно несоразмерен последствиям нарушения обязательств и неблагоприятных последствий для стороны истицы фактически не наступило, а доводы стороны истицы об отсутствии оснований для снижения размера неустойки, отклоняются судом, как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о необходимости снижения размера неустойки со 159 256,85 руб. до 15 000 руб., что будет соразмерно последствиям нарушения ответчиком обязательств перед стороной истицы. В рассматриваемом случае и таком размере неустойка не является способом незаконного обогащения стороны договора, а является средством полного восстановления нарушенных прав. 

Доводы ответчика о снижении неустойки до 2 000 рублей, в том числе со ссылкой на строительство других объектов недвижимости, в связи с чем взыскание неустойки в большем размере негативно отразится на финансово-экономическом благополучии третьих лиц, поскольку у ответчика может образоваться кредиторская задолженность перед подрядными и иными организациями, и будет невозможным выполнение его обязательств перед другими дольщиками по иным договорам долевого участия в строительстве многоквартирных домов, отклоняются судом, как несостоятельные, поскольку в силу действующего законодательства ответчик осуществляет свою предпринимательскую деятельность на свой риск, в связи с чем его обязательства перед третьими лицами, не связанные с возникшими в рамках настоящего дела правоотношениями, не могут освобождать ответчика от ответственности соразмерно установленным обстоятельствам по настоящему делу.

Истица просила взыскать в свою пользу неустойку фактически в полном размере. Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО7 просил взыскать неустойку исходя из размера его доли в праве собственности на спорную квартиру.

Поскольку самой истице принадлежит на праве собственности 1/2 доли в праве на квартиру, третьему лицу – 1/2, то суд приходит к выводу, что неустойка подлежит взысканию в пользу истицы и третьего лица соразмерно их долям, а не как просила истица.

Таким образом в пользу истицы и третьего лица подлежит взысканию неустойка в размере по 7 500 руб. каждому.

Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст.15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Поскольку в ФЗ от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ вопросы компенсации морального вреда не разрешены, суд приходит к выводу, что в данном случае надлежит применить нормы Закона «О защите прав потребителей», поскольку договор, заключенный между стороной истицы и ответчиком, по его сути потребительский, и отношения по его исполнению подпадают под действие норм этого закона в части неурегулированной ФЗ от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ. Аналогичная правовая позиция изложена в письме Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 1 августа 2005 г. N 0100/5932-05-32 "О правовых основаниях защиты прав потребителей в сфере долевого строительства жилья" и обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за первый квартал 2005 г. по гражданским делам утвержденном постановлениями Президиума Верховного Суда РФ от 4, 11 и 18 мая 2005 г.

На основании изложенного суд находит обоснованными доводы истицы о причинении ей морального вреда. При определении размера компенсации, суд учитывает характер причиненных нравственных страданий, наличие вины ответчика. Вместе с тем, исходя из всех фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу о необходимости снижения размера компенсации морального вреда до суммы 500 рублей, находя этот размер разумным, соразмерным, справедливым и отвечающим фактическим обстоятельствам дела. 

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу положений п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку претензия о выплате неустойки за нарушение сроков передачи объекта долевого строительства (л.д. 44-46), полученная ответчиком, фактически была оставлена без удовлетворения, в пользу истицы и третьего лица подлежит взысканию штраф в размере пятьдесят процентов от присужденной ко взысканию суммы.

В соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ с ответчика в бюджет городского округа Протвино подлежит взысканию государственная пошлина исходя из размера удовлетворенных исковых требований и их характера (требование материального характера и требование о взыскании компенсации морального вреда). 

Принимая решение, суд исходит из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ принципа состязательности сторон, а также из положений ст. 9 ГК РФ согласно которой граждане и юридические лица осуществляют принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению, в связи с чем, суд на основании ч. 2 ст. 195 ГПК РФ основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1, а также требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО6 к АО «Эхо» о защите прав потребителя, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Эхо» в пользу ФИО1 неустойку за нарушение предусмотренного договором от 20.11.2015 г. № 28-6/2014Ю срока передачи объекта долевого строительства (квартиры) за период с 31.08.2017 г. по 29.10.2017 г. в сумме 7 500 рублей; компенсацию морального вреда в размере 500 рублей; штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 4 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании неустойки и компенсации морального вреда в оставшейся без удовлетворения части, отказать. 

Взыскать с АО «Эхо» в пользу ФИО6 неустойку за нарушение предусмотренного договором от 20.11.2015 г. № 28-6/2014Ю срока передачи объекта долевого строительства (квартиры) за период с 31.08.2017 г. по 29.10.2017 г. в сумме 7 500 рублей, а также штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 3 750 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 о взыскании неустойки в оставшейся без удовлетворения части, отказать. 

Взыскать с АО «Эхо» в бюджет городского округа Протвино государственную пошлину в общей сумме 1 182,50 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Протвинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2018 г.

Судья