УИД: 25RS0010-01-2019-004203-60

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Дело № 2-93/2020

12 октября 2020 года

г. Находка

Приморского края

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Довгоноженко В.Н., при секретаре Кукушкиной Я.В., с участием пом. прокурора г. Находки Швец О.В., истца ФИО1 и представителя истца по устному ходатайству ФИО2, рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного вследствие недостатка товара, компенсации морального вреда, потребительского штрафа и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного вследствие недостатка товара, компенсации морального вреда, потребительского штрафа и судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 20.10.2018 г. между ней и ИП ФИО3 был заключен договор № 1684 на изготовление корпусной мебели (шкафа-купе). Заказ был исполнен в полном объеме 27.12.2018 г. В последующем, 13.06.2019 г., её сын - 

<

.........> рождения, открыл дверцу шкафа, и она, выпав с мест крепления, полетела ему на голову. Поскольку в этот момент она (истец) находилась рядом, то в целях смягчения удара ребенка, перехватила дверь на себя, а так как она находилась на седьмом месяце беременности, то испугавшись за собственное состояние, оттолкнула ее в сторону, в результате чего дверь отлетела и повредила натяжной потолок над шкафом-купе и стену рядом с ним. Сразу после этого на лбу у ребенка она увидела ссадину, у неё самой начались спазмы в области живота. 15.06.2019 г. она обратилась с претензией к ответчику, на что 21.06.2019 г. ей был дан ответ, в котором указано, что ответчиком недостаток товара устранен, что подтверждает факт некачественно установленного шкафа-купе, а также о том, что требование об оплате ремонта потолка удовлетворению не подлежат. Более того, представителем ответчика было сообщено, что они могут разобрать шкаф-купе и отремонтировать потолок, но за счет потребителя и при оплате 30% стоимости самого шкафа-купе. Согласно заключения специалиста ИП ФИО4 № 37-07/19 от 31.07.2019 г., размер материального ущерба (разорван натяжной потолок, необходим монтаж, вещь потеряла свою функциональность, а так же повреждена стена) составляет 41 060 руб. Кроме того, после происшедшего, она была вынуждена обратиться к детскому врачу-неврологу, так как её стало беспокоить изменение в поведении ребенка. На приеме 29.06.2019 г. врач-невролог зафиксировала обращение, но видимых отклонений не обнаружила, при этом выписала лекарства, которые были приобретены истцом на сумму 1 655 руб. В настоящее время поведение ребенка не изменилось, периодически, без видимой причины, он начинает часто моргать. Полагая свои права, как потребителя, нарушенными, ввиду установки товара ненадлежащего качества, просила взыскать с ответчика в свою пользу в возмещение материального ущерба - 41 060 руб., расходы на экспертизу – 4300 руб., расходы на приобретение лекарственных средств для ребенка по назначению врача – 1655 руб., а также компенсировать в денежной форме причиненные моральные страдания в сумме 100000 руб. (переживала за здоровье сына, сама находясь в состоянии беременности, в настоящее время возникли проблемы в грудным вскармливанием ввиду недостатка молока), а также потребительский штраф – 20530 руб.

Истец ФИО1 и её представитель – ФИО2 – в судебном заседании заявленные требования поддержали. Дополнительно по иску пояснили, что дверь шкафа, в результате падения которой причинен ущерб, является распашной, её открывал ребенок, потянув за ручку, и она просто выпала с места крепления, поэтому истец настаивает, что падение стало возможным исключительно в результате некачественной установки. Сам факт некачественной установки мебели подтвержден ответчиком, поскольку недостаток был устранен его сотрудниками 14.06.2020 г. в связи с претензиями истца. Об устранении недостатка ответчик акт не составлял. По делу проведена судебная экспертиза, но её результат истца не устраивает, поскольку на один из вопросов эксперт не ответил, в настоящее время дверь вновь шатается, поскольку крепления её вес не выдерживают. Кроме того, эксперт не обратил внимание, что при первичной (не судебной экспертизе) было установлено, что на двери есть сколы и повреждения, которые соответствуют повреждениям на потолке. До настоящего времени повреждения на потолке не устранены, ответчик их устранять отказался, истец предлагала, чтобы ответчик разобрал шкаф, она бы произвела ремонт потолка, а затем бы шкаф был собран вновь, но ответчик пояснил, что данные работы он может выполнить только на возмездной основе, в размере 30 % от стоимости шкафа, поэтому истец отказалась. Факт получения ребенком телесных повреждений истец не фиксировала, имело место просто обращение к неврологу в платную клинику, поскольку в рамках ОМС истец не смогла записать сына на прием, и покупка лекарств для ребенка. Моральный вред истец обосновывает своими страданиями, переживаниями за ребенка, ранее к неврологу им не приходилось обращаться, а в настоящее время сын боится подходить к шкафу и просит, чтобы кто-то открывал его. Истец не отрицает, что подтолкнула дверь вверх, но сделала это инстинктивно, чтобы защитить ребенка.

Ответчик – ИП ФИО3 – в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом заказной корреспонденцией, которая возвращена в суд в связи с истечением срока хранения.

Представитель ИП ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 23.10.2019 г. – в суд также не прибыл, извещен надлежаще, согласно уведомления от 30.07.2020 г. (л.д.102). Ранее в судебном заседании 27.11.2019 г. против удовлетворения иска возражал, в письменных возражениях от 23.10.2019 г. просил о назначении судебной экспертизы на предмет установления механизма образования повреждений установленной ответчиком мебели, а также указал следующее. Действительно, между сторонами имел место вышеуказанный договор, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство изготовить и установить для истца шкаф с двумя откатными и одной распашной дверцей. В процессе установки шкафа сотрудниками ответчика был поцарапан натяжной потолок, поэтому по договоренности сторон ответчик своими силами и за свой счет установил истцу новый натяжной потолок. Таким образом, ответчик старается решить вопросы клиентов путем переговоров и удовлетворить их требования в разумных пределах. 13.06.2019 г. истец обратилась к ответчику с претензией о том, что у вышеуказанного шкафа отвалилась распашная дверца. Приехавший на вызов сотрудник ответчика обнаружил, что дверь стоит отдельно от шкафа, однако её крепления не повреждены. Поэтому без замены каких-либо деталей он установил дверь обратно в шкаф. Несмотря на то, что под условия гарантийного ремонта данный случай не подпадал, ответчик произвел данную работу безвозмездно. При этом ответчик сомневается, что падающая по направлению вниз дверь могла оставить те повреждения на стене и потолке, на которые ссылается истец. Поэтому ответчик готов возместить истцу ущерб только в том случае, если экспертным заключением будет установлено, что ущерб причинен именно выпадением двери шкафа.

При указанных обстоятельствах, на основании ст. 167 ГПК РФ, 165.1 ГК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в п.п.67-68 Постановления Пленума от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат), дело рассмотрено в отсутствие стороны ответчика, с учетом письменного отзыва (л.д.59) и по имеющимся в деле доказательствам (ч.2 ст.150 ГПК РФ).

Суд, заслушав сторону истца, заключение помощника прокурора г.Находка, полагающего, что иск подлежит частичному удовлетворению, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" разъяснено, что применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Согласно статье 9 Федерального закона "О введении в действие части второй ГК РФ" от 26.01.1996 года N 15-ФЗ в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК РФ, а также правами, предоставленными потребителю Законом РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее по тексту – ФЗ «О защите прав потребителей»)

Исходя из преамбулы указанного ФЗ, потребителем признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности; исполнителем - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, изложенными в п. 28 Постановления N 17 от 28.06.2012 г. "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце. Исключение составляют случаи продажи товара ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков.

В судебном заседании установлено, что 20.10.2018 г. между сторонами был заключен договор № 1684 на изготовление и установку в срок 28 рабочих дней корпусной мебели (шкафа-купе), по условиям которого ответчик принял на себя обязательство изготовить и установить по адресу: 

<

.........>, шкаф (в прихожей) с двумя откатными и одной распашной дверцей (по спецификации). Гарантийный срок эксплуатации составил 12 месяцев, т.е. до 20.10.2019 г., мебель была установлена сотрудниками компании ответчика 27.12.2018 г.

Согласно п.4.9 договора, ответственность заказчика была предусмотрена только в случае, если замеры заказа последний производит лично (т.е. принимает риски несоответствия заказа габаритам помещения), чего в данном случае не установлено, а также (п.5.1) в случае поломки изделий, возникшей в результате их (изделий) неправильной эксплуатации.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, что 13.06.2019 г. её сын - 

<

.........> года рождения, открыл распашную дверцу вышеуказанного шкафа, и она, выпав с мест крепления, полетела ему на голову. Поскольку в этот момент она (истец) находилась рядом, то в целях смягчения удара ребенка, перехватила дверь на себя, а так как она находилась на седьмом месяце беременности, то испугавшись за собственное состояние, оттолкнула ее в сторону, в результате чего дверь отлетела вверх и повредила натяжной потолок над шкафом-купе и стену рядом с ним. 

В связи со случившимся истец обратилась к ответчику и 14.06.2019 г. сотрудник компании ответчика, прибыв в квартиру истца, установил дверь на место. При этом, как указал в отзыве ответчик, приехавший на вызов сотрудник ответчика обнаружил, что дверь стоит отдельно от шкафа, однако её крепления не повреждены, поэтому он установил дверь обратно в шкаф без замены каких-либо деталей. Однако, вопреки положениям ст.56 ГПК РФ, возлагающей на сторону обязанность доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование возражений, в ходе судебного разбирательства ответчик данные доводы не подтвердил, ограничившись ходатайством о назначении экспертизы, а истец в своей последующей письменной претензии от 15.06.2019 г. прямо указала, что приехавший для установки двери сотрудник ответчика пояснил, что монтаж мебели (креплений) изначально был произведен некачественно.

Так, из названной претензии от 15.06.2019 г. следует, что истец потребовала у ответчика своими силами и за свой счет заменить поврежденный падавшей дверью натяжной потолок в прихожей, для чего демонтировать данный шкаф, а затем, по окончании ремонта потолка, произвести его (шкафа) монтаж.

Однако 21.06.2019 г. ответчик в требованиях истца отказал, в обоснование принятого решения указал, что ремонт двери ответчиком уже произведен, а ремонт подвесного потолка под действие договора от 20.10.2018 г. не подпадает, поскольку изготовитель отвечает только за переданный им товар.

Поэтому 11.07.2019 г. истец обратилась за независимой оценкой ущерба. Стоимость восстановительного ремонта, исходя из заключения ИП ФИО4 № 37-07/19 от 31.07.2019 г., составила 41 060 руб. (разорван натяжной потолок, повреждена стена), данное заключение ответчиком в установленном порядке не оспорено. При этом актом осмотра от 11.07.2019 г. подтвержден факт наличия повреждений полотна натяжного потолка и стены в районе расположения шкафа.

Возражая против удовлетворения иска, именно представитель ответчика ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления механизма образования повреждений на потолке и стене в квартире истца в месте расположения указанного шкафа.

Заключением эксперта № 04-02/2020 от 25.05.2020 г., выполненным на основании определения суда от 27.11.2019 г. ООО «Центр Судебной экспертизы», с натурным осмотром имущества в присутствии представителя ответчика установлено, что распашная дверь в вышеуказанном шкафу на момент осмотра (31.01.2020 г., 25.03.2020 г.) надежно закреплена посредством штатных распашных механизмов, что исключает возможность выпадения при открытии, однако определить, в каком техническом состоянии находились детали креплений двери по состоянию на 13.06.2019 г., не представилось возможным.

По мнению суда, последний вывод согласуется с доводами как истца, так и ответчика, в той их части, что ответчик надлежащим образом устранил повреждение на следующий день после его возникновения, не устанавливая механизма его образования, что косвенно действительно может свидетельствовать о том, что требования потребителя были законными.

Вместе с тем, экспертом был сделан однозначный вывод о том, что указанные в заключении специалиста от 31.07.2019 г., выполненном в досудебном порядке, повреждения потолка не могли образоваться в результате падения двери шкафа, а повреждения стены – могли.

Однако, учитывая, что и данное заключение ответчиком не оспорено, суд считает, что указанный документ может быть принят в качестве надлежащего доказательства по делу, подтверждающего, что падение двери, повлекшее причинение материального ущерба, имело место быть, а доказательств обратного ответчиком не представлено.

Кроме того, после падения двери шкафа, от прямого попадания которой на малолетнего ребенка последнего уберегла сама истец, «отбросив» дверь по направлению вверх, истец была вынуждена обратиться к детскому врачу-неврологу ввиду негативных изменений в поведении ребенка (стал плаксивым, испуганным, боится самостоятельно открывать шкаф, часто моргает). 

Факт обращения к врачу на возмездной основе подтвержден копией талона (чека) на прием к врачу – 850 руб. (л.д.9), копией выписки из медицинской карты (л.д.10), копией рецепта с назначением препаратов: глицин, магне-в-6, копиями кассовых чеков на их приобретение (л.д.11,12), в том числе: 01.07.2020 г. – глицин (66,50 руб.), магне-в-6 (483 руб.),; 20.07.2019 г. – магне-в-6 (483 руб.) (приобретение стоматологического геля метрогил-дента на сумму 262 руб., а также витаминного комплекса юнивит кидс (357 руб.) судом не рассматривается, поскольку к назначению вышеуказанного специалиста не относится).

Также суд не может принять во внимание доводы истца о невозможности получения лечения в рамках программы ОМС, поскольку доказательств последнего истец не представила.

Как указано в преамбуле Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 14.10.2020 г.) права потребителей являются неотъемлемой составляющей общих прав человека, а их охрана ? одним из приоритетных направлений государственной политики.

В п. 1 ст. 14 ФЗ «О защите прав потребителей» предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Право потребителя на полное возмещение убытков, причиненных ему вследствие недостатков выполненной работы, предусмотрено также в п. 1 ст. 29 названного закона.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 31 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. N 17, убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. 

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что на исполнителя возлагается ответственность за убытки, причиненные потребителю вследствие недостатков выполненной работы.

Поэтому, как указал Верховный суд РФ в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018) (ред. от 26.12.2018), для правильного разрешения спора суду надлежит дать оценку вопросу о наличии либо об отсутствии причинно-следственной связи между недостатками (товара) и понесенными истцом убытками, а также определить размер этих убытков с разумной степенью достоверности.

На основании изложенного, суд соглашается с доводами стороны истца, не опровергнутыми ответчиком, о том, что обращение в суд с иском о взыскании расходов на устранение недостатков работы (при том, что ответчик сразу устранил неисправность, но отказал в оплате расходов на устранение последствий неисправности в виде падения двери шкафа), действительно в данном случае может рассматриваться как способ защиты права истца, предусмотренный ФЗ «О защите прав потребителей», на возмещение данных расходов.

В связи с этим суд считает возможным частично удовлетворить исковые требования о возмещении материального ущерба, взыскав с ответчика в пользу истца в счет возмещения материального ущерба - 41060 руб., расходы на приобретение лекарств для несовершеннолетнего в сумме 1032,50 руб. (66,50 + 483 + 483), расходы по оплате услуг оценщика – 4300 руб., как вид судебных расходов (ст.98 ГПК РФ), но отказав в возмещении расходов на получение врачебной помощи для ребенка на возмездной основе, а также на приобретение аптечных товаров не по назначению врача (850 + 262 + 357) по вышеизложенным мотивам, на чем также акцентировал внимание суда представитель прокуратуры г.Находка, давая заключение по делу.

Статья 15 ФЗ «О защите прав потребителей» предусматривает, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения организацией прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Поскольку в судебном заседании установлено, что ответчиком были нарушены права истца, как потребителя, суд полагает, что требования о взыскании морального вреда (переживание за ребенка, находясь в состоянии беременности) являются законными и обоснованными и подлежат удовлетворению. 

Вместе с тем, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, суд, с учетом требований разумности и справедливости, полагает обоснованным и достаточным взыскать с ответчика в пользу истца в качестве компенсации морального вреда 5 000 руб.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с организации за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

Пунктом 46 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28.06.2012 г. разъяснено, что предусмотренный п. 6 ст. 13 ФЗ «О защите прав потребителей» штраф подлежит взысканию в пользу потребителя, таким образом, указанный штраф фактически представляет собой неустойку как способ обеспечения обязательства по исполнению законных требований потребителя (ст. 330 ГК РФ).

В силу п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" штраф с ответчика не подлежит взысканию только в том случае, если он добровольно удовлетворит требования потребителя. 

Поэтому суд считает, что наличие судебного спора по данному делу указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, в связи с чем потребительский штраф подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Подпунктом 3 п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 20 предусмотрено, что применение статьи 333 ГК РФ возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащий уплате штраф явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства, по заявлению ответчика с указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера штрафа является допустимым.

Однако в данной части требований мотивированных возражений от ответчика не поступило.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию потребительский штраф в сумме 23030 руб. (41060 + 5 000): 2, поскольку в расчет суммы штрафа входит и размер компенсации морального вреда, и при отсутствии оснований к снижению суммы указанного вида потребительской санкции.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.36 НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден в силу ФЗ «О защите прав потребителей», подлежит взысканию с ИП ФИО3 в доход бюджета Находкинского городского округа пропорционально удовлетворенных судом исковых требований в размере 1462,78 руб. из расчета по иску (41060 + 1032,50), поскольку сумма потребительского штрафа и судебных расходов на оценку ущерба при исчислении размера госпошлины не учитывается, а также с учетом требований неимущественного характера о компенсации морального вреда – 300 руб., а всего – 1762,78 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ИП ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного вследствие недостатка товара, компенсации морального вреда, потребительского штрафа и судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 41060 руб., расходы по оплате услуг оценщика – 4300 руб., компенсацию морального вреда 5000 руб., расходы на лекарства для несовершеннолетнего – 1032,50 руб. и потребительский штраф – 23030 руб. Всего взыскать 74422,50 руб.

Взыскать с ИП ФИО3 в пользу бюджета Находкинского городского округа госпошлину в размере 1762,78 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Приморского краевого суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Находкинский городской суд.

Судья В.Н. Довгоноженко 

Мотивированное решение составлено 16 октября 2020 года.