Судья Сутягин С.В. Дело №22- 2036

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 04 декабря 2019 года

Верховный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Малютиной В.И.,

с участием прокурора Герасимова Д.В.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Минагулова М.Ф..

при секретаре Сергеевой О.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела

по апелляционному представлению Глазовского межрайонного прокурора Перевощикова А.В. и апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Глазовского районного суда от 25 сентября 2019 года, которым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ранее судим:

28 апреля 2014 года Балезинским районным судом по п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 5 месяцам лишения свободы, освобожден 29 апреля 2016 года по отбытии срока наказания,

осужден:

25 января 2019 года Балезинским районным судом по ч. 1 ст. 297 УК РФ к обязательным работам на срок 200 часов, наказание не отбыто,

23 июля 2019 года Балезинским районным судом по ч. 2 ст. 297 УК РФ к исправительным работам на срок 8 месяцев с удержанием в доход государства 10% из заработной платы, наказание не отбыто,

обжалуемым приговором от 25 сентября 2019 года 

по ч. 1 ст. 297 УК РФ к обязательным работам на срок300 часов,

по ч. 1 ст. 318 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 10 месяцев,

на основании ч. 2 ст. 69, ст. 71 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено 3 года 11 месяцев лишения свободы,

на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговорам от 25 января 2019 года и от 23 июля 2019 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

заслушав выступление сторон,

установил:

ФИО1 признан виновным в неуважении к суду, выразившемся в оскорблении участника судебного разбирательства - государственного обвинителя ИОА во время судебного заседания в помещении Глазовского районного суда 05 декабря 2019 года (по уголовному делу в отношении КАИ, ШИЕ, ФИО1, ВРД, КАО, ГАВ, ЛВВ, КВС, НСА). 

Кроме того, ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти– помощника прокурора Балезинского района Удмуртской Республики ИОА в связи с исполнением ею должностных обязанностей, в помещении Глазовского районного суда 05 декабря 2018 года, а именно: в том, что он умышленно кинул в ИОА бутылку с водой, которая попала в руку последней, причинив ей физическую боль.

Прокурор в первоначальном апелляционном представлении указывает, что суд в установочной части приговора (на листе 16 приговора) не указал способ применения насилия в отношении представителя власти. При назначении наказания суд необоснованно указал на то, что ФИО1 вину по ч. 1 ст. 297 УК РФ признал частично. В ходе предварительного следствия и в суде ФИО1 последовательно заявлял о полном признании вины по ч. 1 ст. 297 УК РФ и по данному эпизоду преступной деятельности дал признательные показания, которые наряду с прочими доказательствами положены в основу приговора. По эпизоду преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, суд положил в основу приговора показания ФИО1, данные на допросе 12 марта 2019 года до предъявления ему обвинения в совершении этого преступления. На указанном допросе ФИО1 показал, что бросил бутылку с водой в государственного обвинителя, которая попала в государственного обвинителя. ФИО1 фактически сообщил органам предварительного расследования объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, в совершении которого ему впоследствии было предъявлено обвинение. Не смотря на это, суд не обсудил возможность учета явки с повинной в качестве смягчающего наказание обстоятельства. Суд не мотивировал необходимость назначения наказания по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний. 

В дополнительном апелляционном представлении прокурор указывает, что суд при назначении ФИО1 наказания в качестве явки с повинной учел сведения, сообщенные им сотруднику прокуратуры в ходе личного приема, что отражено в карточке личного приема. Между тем в суде исследован протокол объяснения (т.2 л.д. 40), в которых ФИО1 до возбуждения уголовного дела признался в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ. Однако, не смотря на данное обстоятельство, суд не обсудил возможность учета в качестве явки с повинной сведений о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ. Исходя из протокола судебного заседания, карточка личного приема не была исследована в ходе судебного разбирательства. При назначении наказания суд дважды учел наличие судимостей, а также фактические обстоятельства содеянного, способ и характер совершения преступлений, которые являются элементами состава преступления. Приговор содержит существенные противоречия. Так, в установочной части приговора суд указал, что ФИО1 появил неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участников судебного разбирательства. Между тем, обвинение ему предъявлено в оскорблении одного участника судебного разбирательства - государственного обвинителя ИОА Согласно описательно – мотивировочной части приговора ФИО1 признан виновным в совершении данного деяния. Кроме того, суд не указал часть и пункт ст. 58 УК РФ при определении вида режима исправительного учреждения, ограничившись общей ссылкой на ст. 58 УК РФ, предусматривающей возможность назначения различных видов и режимов исправительных учреждений.

Как в первоначальном, так и дополнительном представлении прокурор просит отменить приговор по основаниям неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения уголовно - процессуального закона и направить дело на новое рассмотрение.

Осужденный в своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней указывает, что приговор не отвечает требованиям ч. 2 ст. 297 УПК РФ. В основу приговора положены доказательства, которые были получены с нарушениями уголовно - процессуального закона. В судебном заседании не нашла подтверждения его - ФИО1 причастность к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ. Допрошенные в суде свидетели показали, что не видели попадания бутылкой в плечо прокурора. Свидетель ВСА показал, что он осуществлял безопасность участников процесса, подставил руку, бутылка попала ему по руке и отскочила в правую сторону, попадание бутылки в прокурора не видел. На видеозаписи попадание бутылкой в прокурора не зафиксировано. Суд не исследовал противоречия показаний свидетеля ШТБ и ПКВ, данных в ходе предварительного следствия и в суде. По делу не соблюдена процедура судопроизводства. Суд в нарушение ч. 3 ст. 15 УПК РФ выступал на стороне обвинения. Приговор подлежит отмене по основаниям несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно - процессуального закона и неправильного применения уголовного закона.

В суде апелляционной инстанции прокурор поддержал доводы первоначального и дополнительного представления, просил приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение, в удовлетворении жалобы отказать.

Осужденный и защитник, выражая несогласие с приговором суда, в обоснование своей позиции привели доводы, аналогичные указанным в апелляционной жалобе.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы представлений и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

05 декабря 2018 года в помещении Глазовского районного суда рассматривалось уголовное дело в отношении КАИ, ШИЕ, ФИО1, ВРД, КАО, ГАВ, ЛВВ, КВС, НСА

В судебном разбирательстве по указанному делу участвовала помощник прокурора Балезинского района ИОА в статусе государственного обвинителя на основании поручения прокурора.

Во время судебного разбирательства ФИО1 допустил оскорбления в адрес государственного обвинителя ИОА, выразил их в неприличной форме, грубой нецензурной бранью, унизив честь и достоинство ИОА 

Данные обстоятельства подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, в том числе показаниями самого ФИО1, показаниями потерпевшей, свидетелей, выпиской из протокола судебного заседания, заключением лингвистической экспертизы.

В ходе судебного процесса по указанному уголовному делу также 5 декабря 2018 года судом было вынесено постановление об удалении подсудимых ФИО1 и ШИЕ из зала судебного заседания. Непосредственно сразу после оглашения данного постановления, в зале судебного заседания, в присутствии участников судебного разбирательства ФИО1 бросил в сторону государственного обвинителя ИОА пластиковую бутылку с водой, что подтверждается совокупностью доказательств, на которых основан обжалуемый приговор суда. Указанные действия ФИО1 являлись умышленными и носили оскорбительный характер для потерпевшей. Как показала в судебном заседании ИОА, такое поведение ФИО1 ее также оскорбило (л.д. 15 т. 4).

Таким образом, ФИО1 дважды оскорбил участника судебного разбирательства государственного обвинителя ИОА словесно путем высказывания в неприличной форме и действием, бросив в ее сторону пластиковую бутылку с водой. Оскорбления были выражены в один и тот же день, в течение непродолжительного времени, в одном и том же месте, в зале судебного заседания, в отношении одного и того же участника судебного разбирательства в связи с рассмотрением одного и того же уголовного дела. Такие оскорбления не образуют совокупности преступлений и подлежат квалификации по ч. 1 ст. 297 УК РФ как единое преступление. 

Квалификация действий ФИО1 по ч. 1 ст. 318 УК РФ (по эпизоду действий с использованием пластиковой бутылки) является ошибочно вмененной.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 318 УК РФ, направлено против порядка управления. Деяние, инкриминированное ФИО1, имеет другой видовой объект посягательства – общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность прокурора в связи с рассмотрением дела в суде, и относится к группе преступлений против правосудия, ответственность за которое предусмотрена специальной нормой закона. Ответственность за насильственные действия в отношении прокурора в связи с осуществлением правосудия (в связи с рассмотрением дела в суде) предусмотрена ч. 3 ст. 296 УК РФ. Санкция ч. 3 ст. 296 УК РФ по отношению к санкции ч. 1 ст. 318 УК РФ является более строгой. Применение другой нормы уголовного закона, санкция которой предусматривает более строгое наказание, считается более тяжким обвинением. Изменение судом обвинения на более тяжкое законодателем не допускается. Возвращение судом апелляционной инстанции уголовного дела прокурору по основанию, предусмотренному п. 6 ст. 237 УПК РФ, при отсутствии доводов представлений и жалоб на ухудшение положения осужденного исключается в силу ч. 1 ст. 389. 24 УПК РФ. 

Под насилием, не опасным для жизни и здоровья, в применении которого обвиняется ФИО1, понимаются побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы.

В судебном заседании установлено, что после того, как ФИО1 бросил бутылку с водой, судебный пристав – свидетель ВСА подставил свою руку, бутылка попала ему по руке и отлетела в сторону. По словам потерпевшей в суде, бутылка отлетела от руки пристава в ее плечо, вследствие чего почувствовала боль.

Из имеющихся в деле доказательств следует, что телесных повреждений ИОА не получила, за медицинской помощью не обращалась, на здоровье не жаловалась, о причинении ей боли свидетелям не рассказывала. Показания потерпевшей относительно наличия физической боли носят противоречивый характер. Противоречия не устранены. Иных объективных сведений (доказательств), подтверждающих причинение потерпевшей физической боли непосредственно действиями ФИО1, не представлено.

При изложенных данных суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить на основании п. 3 ст. 389. 15 УПК РФ:

исключить ошибочно вмененную ФИО1 ч. 1 ст. 318 УК РФ,

квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 297 УК РФ - оскорбление участника судебного разбирательства государственного обвинителя ИОА путем высказываний в неприличной форме и действием - броском бутылкой в сторону ИОА, как единое преступление.

В связи с указанными изменениями подлежит исключению из приговора указание на признание ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 318 УК РФ, и на назначение ему наказания по данной статье. Соответственно подлежит исключению из приговора указание на применение ч. 2 ст. 69 УК РФ и смягчению совокупное наказание, назначенное по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить отношение ФИО1 к предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 297 УК РФ, вместо частичного признания вины указать на полное признание вины в совершении данного преступления. Как обоснованно указано прокурором в апелляционном представлении, в ходе предварительного расследования и в суде ФИО1 виновным себя в совершении данного преступления признал в полном объеме.

Оснований для иных изменений либо отмены приговора не имеется. Апелляционные представления и жалобы подлежат удовлетворению частично.

Указание в описательно - мотивировочной части приговора на оскорбление «участников» вместо «участника» судебного разбирательства, на что ссылается прокурор в апелляционном представлении в обоснование своих требований, является очевидной технической ошибкой.

На л.д. 40 т. 2 содержится копия приговора от 28 апреля 2014 года, а не протокол объяснения ФИО1, как это указано прокурором в представлении. 

Доводы апелляционного представления о том, что при назначении наказания суд дважды учел наличие судимостей, а также фактические обстоятельства содеянного, способ и характер совершения преступлений, являются необоснованными. 

Требование об изменении либо отмене приговора по основанию несправедливости приговора в поданных прокурором представлениях не содержится.

Назначенное судом наказание по ч. 1 ст. 297 УК РФ соответствует требованиям ст. 6, 60, ч. 2 ст. 68 УК РФ. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, процедура судопроизводства по делу соблюдена. 

Нарушений правил подсудности, пределов судебного разбирательства, а также принципа состязательности сторон, предусмотренных ст. 32, ст. 252, ст. 15 УПК РФ, не допущено.

Процессуальные права участников уголовного судопроизводства не нарушены.

Заявленные ходатайства судом рассмотрены.

Стороны в представлении доказательств не ограничены.

Представленные доказательства исследованы. 

Доказательства, на которых основан приговор суда, получены с соблюдением требований уголовно - процессуального закона.

На основании изложенного, руководствуясь 389. 20, 389. 28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционное представление и апелляционную жалобу удовлетворить частично.

Приговор Глазовского районного суда от 25 сентября 2019 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить часть 1 ст. 318 УК РФ как ошибочно вмененную ФИО1

Считать, что ФИО1 совершено единое преступление – оскорбление участника судебного разбирательства прокурора (государственного обвинителя) ИОА путем высказывания в неприличной форме и действием – броском бутылкой в сторону ИОА

Квалифицировать действия ФИО1 единой частью 1 статьи 297 УК РФ.

Уточнить отношение ФИО1 к предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 297 УК РФ, вместо частичного признания вины указать на полное признание вины в совершении данного преступления.

Исключить указание на признание ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и на назначение ему наказания по данной статье.

Исключить указание на применение ч. 2 ст. 69 УК РФ.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, ч. 2 ст. 72 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного по ч. 1 ст. 297 УК РФ (приговором Глазовского районного суда от 25 сентября 2019 года) с наказанием, назначенным приговорами Балезинского районного суда от 25 января 2019 года и от 23 июля 2019 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ на срок 11 месяцев с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

Меру пресечения в виде заключения под стражу по настоящему уголовному делу в отношении ФИО1 отменить.

Председательствующий:

Копия верна: