44г-42/18

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Волгоградского областного суда

г. Волгоград ДД.ММ.ГГГГ

Президиум Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего Подкопаева Н.Н.,

членов президиума: Клочкова А.В., Сарницкого С.Н., Сундукова С.О., Туленкова Д.П., Поволоцкой И.А., Свиридовой Ю.В., Соловьевой Н.А., 

при секретаре Мякишевой Ю.И.,

на основании определения судьи Волгоградского областного суда Мороха Е.А. от 06 марта 2018 года о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции,

по докладу судьи Волгоградского областного суда Мороха Е.А.,

рассмотрев истребованное по кассационной жалобе общества с ограниченной ответственностью «ВолТек Пром» на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 июля 2017 года,

гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ВолТек Пром» (далее - ООО «ВолТек Пром», Общество) к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «ВолТек Пром» обратилось в суд с иском к ФИО1 и ФИО2 о признании недействительным заключенного между Обществом и ФИО1 договора от 10 сентября 2015 года купли-продажи недвижимого имущества: части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, расположенного по адресу: 

<

адрес>; части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, расположенного по адресу: 

<

адрес>; встроенного нежилого помещения площадью 

<

.......> кв. м, расположенного по адресу: 

<

адрес>, применении последствия недействительности сделки, восстановлении права собственности ООО «ВолТек Пром» с внесением в ЕГРП соответствующей записи, прекращении права собственности ФИО1 на указанное недвижимое имущество.

В обоснование исковых требований, с учетом изменения оснований исковых требований путем их дополнения в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ООО «ВолТек Пром» указало, что 10 сентября 2015 года между ООО «ВолТек Пром» в лице генерального директора ФИО2, в качестве Продавца, и ФИО1, в качестве Покупателя, был заключен договор купли-продажи указанного недвижимого имущества по цене, существенно ниже рыночной, в ущерб интересам Общества, который был очевиден для участников сделки на момент ее заключения. Кроме того, на заключение договора не было получено согласие учредителя Общества, которое является обязательным. Оплату по договору Общество не получило.

Решением Волжского городского суда Волгоградской области от 22 марта 2017 года исковые требования ООО «ВолТек Пром» удовлетворены частично. Договор купли-продажи недвижимого имущества от 10 сентября 2015 года признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки.

На ФИО1 возложена обязанность возвратить в собственность ООО «ВолТек Пром» часть комбината питания площадью 

<

.......> кв. м с кадастровым номером № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>; часть комбината питания площадью 

<

.......> кв. м с кадастровым номером № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>; встроенное нежилое помещение с кадастровым номером № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>.

Право собственности на указанные объекты недвижимости ФИО1 прекращено, ООО «ВолТек Пром» – восстановлено. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ООО «ВолТек Пром» отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 июля 2017 года решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано. 

В кассационной жалобе, поданной ООО «ВолТек Пром» ставится вопрос об отмене апелляционного определения как незаконного. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав представителей ООО «ВолТек Пром» по доверенностям ФИО3, ФИО4, ФИО5, поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения ФИО2, президиум приходит к следующему.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум Волгоградского областного суда приходит к выводу о том, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции, которые выразились в следующем.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ООО «ВолТек Пром» имеет единственного участника, которым является Ч.

ФИО2 на основании решения единственного участника ООО «ВолТек Пром» № 

<

...> от 30 мая 2014 года был назначен на должность генерального директора ООО «ВолТек Пром» с 01 июня 2014 года сроком на три года.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц генеральным директором ООО «ВолТек Пром» является Т., о чем 08 августа 2016 года в реестр внесена соответствующая запись.

Пунктами № 

<

...> и № 

<

...>. Устава ООО «ВолТек Пром», утвержденного решением единственного участника общества № 

<

...> от 20 августа 2015 года, предусмотрено, что основным предметом и видом деятельности Общества является сдача внаем собственного недвижимого имущества.

Основным видом деятельности ООО «ВолТек Пром» является аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (код 

<

.......>).

ООО «ВолТек Пром» на основании договора купли-продажи недвижимого имущества № 

<

...> от 19 декабря 2006 года являлось собственником встроенного нежилого помещения, общей площадью 

<

.......> кв. м, расположенного на 1-м этаже здания жилого дома, литера помещения: № 

<

...>, находящего по адресу: 

<

адрес>.

На основании договора купли-продажи недвижимого имущества № 

<

...> от 19 декабря 2006 года ООО «ВолТек Пром» являлось также собственником встроенного нежилого помещения, общей площадью 

<

.......> кв. м, расположенного на 1-м этаже здания жилого дома, литер помещения: № 

<

...>, находящегося по адресу: 

<

адрес>.

10 сентября 2015 года между ООО «ВолТек Пром» в лице генерального директора ФИО2, действовавшего на основании Устава, в качестве Продавца, и ФИО1, в лице представителя по доверенности У., в качестве Покупателя, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 

<

.......> рублей; части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 

<

.......> рублей; встроенного нежилого помещения площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 

<

.......> рублей (далее - Договор купли-продажи недвижимого имущества от 10 сентября 2015 года).

В тот же день (10 сентября 2015 года) сторонами договора купли-продажи был подписан передаточный акт.

Согласно пункту № 

<

...> договора купли-продажи цена продажи недвижимого имущества в размере 

<

.......> рублей должна была быть передана Покупателем Продавцу в срок до 30 ноября 2015 года. Указанная отсрочка платежа по соглашению сторон не влечет за собой возникновение залога в силу закона у Продавца на отчуждаемые объекты недвижимости.

Переход права собственности по договору купли-продажи прошел государственную регистрацию.

Из заключения судебной экспертизы № 

<

...> от 10 февраля 2017 года следует, что рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на 10 сентября 2015 года с учетом налога на добавленную стоимость составляет 

<

.......> рублей, в том числе: стоимость части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес> – 

<

.......> рублей; стоимость части комбината питания площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес> – 

<

.......> рублей; стоимость встроенного нежилого помещения площадью 

<

.......> кв. м, кадастровый № 

<

...>, по адресу: 

<

адрес> – 

<

.......> рублей.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истца, руководствуясь пунктом 1 статьи 166, статьей 167, пунктом 2 статьи 174, пунктом 1 статьи 454, пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что рыночная стоимость недвижимого имущества существенно превышает цену продажи, в результате заключения оспариваемого договора истцу причинен ущерб, который был очевиден для покупателя ФИО1, сделка от 10 сентября 2015 года является крупной, на ее совершение в нарушение статьи 46 Федерального закона Российской Федерации от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не было получено согласие единственного участника общества, что свидетельствует о ее недействительности. 

Проверяя решение суда в апелляционном порядке, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, апелляционная инстанция со ссылкой на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указала, что применительно к пунктам 4, 5 статьи 46 Федерального закона Российской Федерации от 08 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» оспаривание сделки, совершенной обществом с ограниченной ответственностью, по мотиву нарушения порядка получения, согласия участников на ее совершение, возможно лишь на основании статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако таких оснований не заявлялось.

С выводом суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с правовым основанием иска, не учел, что суд первой инстанции правильно применил к возникшим отношениям положения Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что рыночная стоимость недвижимого имущества существенно превышает цену продажи, в результате заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 10 сентября 2015 года истцу причинен очевидный для покупателя ущерб, данная сделка является крупной, на ее совершение согласие единственного участника ООО «ВолТек Пром» отсутствует.

При этом определение способа защиты прав принадлежит истцу. Фактическим обстоятельствам дела заявленное в иске правовое основание иска – пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации не противоречит.

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимыми обстоятельствами для вывода о недействительности сделки по данному основанию являются причинение ущерба для юридического лица в результате совершенной сделки, а также то, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица. 

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

На эти же руководящие разъяснения сослался суд второй инстанции, однако, неверно их истолковал и применил.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Оба основания были установлены районным судом. 

Так, судом установлено, что проданное недвижимое имущество являлось единственным имуществом, используемым в уставной деятельности продавца, его отчуждение произведено по значительно заниженной цене в ущерб интересам Общества. Приобретая имущество по заниженной цене, ФИО1 сама, являясь участником иного общества с ограниченной ответственностью (ООО 

<

.......>), не могла не знать о необходимости получения согласия единственного участника общества на совершение крупной сделки.

Делая выводы о наличии у директора полномочий на подписание договора отчуждения недвижимости общества со ссылкой на учредительные документы, апелляционная инстанция оставила без внимания, что в соответствии с положениями статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки (пункт 1). По общему правилу решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества (пункт 3). Крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника (пункт 5).

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 мая 2014 года № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено: лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), то есть факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Суд установил, что сделка по выводу спорной недвижимости из собственности истца являлась крупной и требовала одобрения единственного участника, поскольку в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ основным видом деятельности истца поименовано лишь управление собственным или арендованным имуществом. При этом отчужденный комплекс являлся единственным активом, за счет которого Общество извлекало прибыль.

В этой связи убеждения апелляционной инстанции в легитимности совершенной директором сделки на законе не основаны.

Опровергая выводы районного суда об убыточности сделки, апелляционная инстанция указала на необоснованность сравнения продажной цены с установленной экспертизой рыночной стоимостью.

При этом апелляционной инстанцией отмечено, что спорная недвижимость приобретена в 2006 году, данных о том, что истец в течение периода владения недвижимым имуществом производил существенные вложения в эти основные средства, значительно увеличившие их балансовую стоимость, суду представлено не было. Делая выводы о том, что, исходя из размера покупной цены недвижимого имущества для ООО «ВолТек Пром» в сумме 

<

.......> рублей и длительности периода последующего использования обществом этого имущества в своих целях, оно было реализовано по спорному договору со значительной прибылью для общества.

Апелляционной инстанцией также отмечено, что рыночная стоимость недвижимого имущества в заключении судебной экспертизы определена с учетом налога на добавленную стоимость в размере 18% (НДС), тогда как стороны договора купли-продажи недвижимого имущества не являются плательщиками данного налога. Стоимость же недвижимого имущества без учета НДС по заключению судебной экспертизы составляет менее двукратного превышения цены договора купли-продажи недвижимого имущества от 10 сентября 2015 года, а потому такое превышение само по себе не может свидетельствовать о наличии явного ущерба для истца в результате заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 10 сентября 2015 года и о значительно невыгодных для него условиях этого договора.

Между тем, в законе в качестве критериев оценки убыточности названы цена договора и рыночная стоимость. Условий о необходимости налоговых вычетов из цены сделки Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит. Выводы апелляционной инстанции приведены без ссылок на закон. Тогда как все юридически значимые по делу обстоятельства районным судом были установлены и проверены: рыночная цена сделки, и реальная стоимость имущества, и убыточность сделки.

Отвергая в качестве доказательства выводы судебной экспертизы, апелляционная инстанция приняла в качестве доказательства справку ООО 

<

.......> от 03 сентября 2015 года, давая анализ цене квадратного метра спорного недвижимого имущества, фактически производя математические расчеты рыночной стоимости имущества. 

Между тем, для определения юридически значимых обстоятельства, в том числе рыночной стоимости спорной недвижимости, необходимы специальные познания. 

В силу статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

На основании части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту (часть 1).

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам (часть 2 данной статьи).

Не приняв в качестве доказательства заключение судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции сослался на фактические обстоятельства дела, оценив, в частности, цену спорной недвижимости.

Однако суд апелляционной инстанции не учел, что такой вопрос не мог быть преодолен посредством выяснения фактических обстоятельств дела, а требовал специальных познаний, которыми суд не обладает, и мог быть разрешен на основании выводов судебной экспертизы, при недостаточной ясности которых суду следовало назначить дополнительную или повторную судебную экспертизу.

Нарушение норм материального и процессуального права, допущенное судом апелляционной инстанции является существенным, поскольку повлияло на исход дела и привело к неверному разрешению спора, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене.

При новом рассмотрении дела необходимо учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 июля 2017 года по гражданскому делу по иску общества с ограниченной ответственностью «ВолТек Пром» к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отменить, и дело направить на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда.

Председательствующий подпись Н.Н. Подкопаев