Дело № 12-61/2019

РЕШЕНИЕ

г. Владимир 04 апреля 2019 года

Судья Ленинского районного суда г.Владимира Пискунова И.С. в судебном заседании по адресу: 

<

...>, 

рассмотрев жалобу защитника Гиндулина Д.Р. на постановление мирового судьи судебного участка №6 Ленинского района г.Владимира от 28.12.2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.19.20. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесенное в отношении ФИО1,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка №6 Ленинского района г.Владимира от 28.12.2018 года, резолютивная часть которого оглашена 25.12.2018 года, директор ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных» ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.19.20 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 20000 рублей.

В жалобе, поданной в Ленинский районный суд г. Владимира, защитник Гиндулин Д.Р. выражает несогласие с указанным постановлением мирового судьи, вынесенным в отношении ФИО1, и просит его отменить, в связи с существенным нарушением процессуальных требований КоАП РФ. Жалобу мотивировал тем, что мировой судья пришел к ошибочному выводу о квалификации правонарушения по ч.3 ст.19.20 КоАП РФ, а не по ч.2 ст.19.20. КоАП РФ. Вменяемые нарушения лицензионных требований не являются грубыми ввиду отсутствия последствия, установленные ч.11 ст.9 Федерального закона от 04.05.2011 год №99-ФЗ «О лицензировании отдельных вдов деятельности», поскольку не установлено возникновение угрозы либо причинения вреда жизни и здоровью граждан, вреда животным. В свою очередь, протокол об административном правонарушении не содержит указания на то, в чём проявились последствия вменяемых нарушении и какими доказательствами подтверждается их наступление, что, по мнению защитника, является существенным недостатком протокола, влекущим необходимость его возвращение должностного лицу. Протокол об административном правонарушении от 30.10.2018 года и акт проверки от 25.10.2018 года являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу вывода о виновности ФИО1, поскольку проверка, состоявшаяся в октябре 2018 года, не включена в ежегодный план, к проведению проверки привлечены сотрудники ФГБУН ГНЦ ВБ «Вектор», не имеющего аккредитации в качестве органа инспекции, что является грубым нарушением требований Федерального закона от 26.12.2008 года №294-ФЗ «О защите юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля». Помимо прочего защитник обращает внимание на допущенные, по его мнению, мировым судьей нарушения требований ст.24.4. КоАП РФ, выразившиеся в нерассмотрении письменных ходатайств с вынесением соответствующих определений. Кроме того, полагает постановление не отвечающим требованиям ст.29.10 КоАП РФ и немотивированным, указывая, что оно не содержит оценку доказательств и доводов стороны защиты, свидетельствующих о необоснованном вменении и необходимости исключения 17 пунктов нарушений, указанных в постановлении. С учетом изложенного, защитник Гиндулин Д.Р. выражает несогласие с выводами мирового судьи и просит постановление отменить с прекращением производства по делу.

В судебное заседание ФИО1, доверив представление своих интересов в ходе рассмотрения жалобы защитникам Гиндулину Д.Р. и Потапову И.Ю.. О времени и месте рассмотрения жалобы извещался надлежащим образом. На основании положений ч.2 ст.25.1. КоАП РФ и п.4 ч.2 ст.30.6. КоАП РФ, жалоба рассмотрена в отсутствие ФИО1.

По тем же основаниям защитники Гиндулин Д.Р. и Потапов И.Ю. поддержали жалобу в судебном заседании. Не согласились с вменяемыми нарушениями, полагая их недоказанными, формальными и не образующими объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.19.20. КоАП РФ. Отметили, что исполнение предписания Управления Роспотребнадзора по Владимирской области, выданного по результатам проверки, в данном случае являлось вынужденной мерой и не означает согласие с вмененными нарушениями. Привели доводы о том, что мировым судьей не исследовался вопрос о надлежащем субъекте ответственности и виновности ФИО1, указывая, что руководитель Учреждения осуществляет надлежащий контроль и принимает исчерпывающие меры в целях соблюдения требований биологической безопасности. 

Представитель Управления Роспотребнадзора по Владимирской области ФИО2 в судебном заседании не согласилась с доводами жалобы, изложив позицию административного органа в письменном отзыве, представленном суду. Полагала, что плановая выездная проверка ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных» в рамках лицензионного контроля организована и проведена Управлением в рамках своих полномочий, без нарушения требований Федерального от 26.12.2008 года №294-ФЗ «О защите юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив доводы жалобы, материалы дела об административном правонарушении и дополнительно представленные документы, судья приходит к следующим выводам.

В силу положений ст.30.6. КоАП РФ проверка законности и обоснованности вынесенного постановления производится на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов. Судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В силу положений п.19 ч.1 ст.12 Федерального закона от 04 мая 2011 года № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» деятельность в области использования возбудителей инфекционных заболеваний человека и животных (за исключением случая, если указанная деятельность осуществляется в медицинских целях) и генно-инженерно-модифицированных организмов III и IV степеней потенциальной опасности, осуществляемая в замкнутых системах подлежит лицензированию.

Порядок лицензирования данного вида деятельности установлен Положением о лицензировании деятельности в области использования возбудителей инфекционных заболеваний человека и животных (за исключением случая, если указанная деятельность осуществляется в медицинских целях) и генно-инженерно-модифицированных организмов III и IV степеней потенциальной опасности, осуществляемой в замкнутых системах, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 16 апреля 2012 года № 317 (в ред. от 06 марта 2015 года) (далее – Положение о лицензировании).

Лицензирование деятельности осуществляет Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (п.2 Положения о лицензировании).

Согласно п.3 Положения о лицензировании лицензируемая деятельность включает работы и услуги по перечню согласно приложению.

В соответствии с п.2 Приложения к Положению о лицензировании к перечню выполняемых работ относятся экспериментальные, диагностические исследования, производственные работы, хранение ядов биологического происхождения (в том числе бактериальных токсинов), их производственных, музейных штаммов и материала зараженного или с подозрением на зараженность II - IV групп патогенности.

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2013 года № 64 утверждены санитарно-эпидемиологические правила СП 1.3.3118-13 «Безопасность работы с микроорганизмами I - II групп патогенности (опасности)» (далее – СП 1.3.3118-13).

Согласно п.п. 1.2, 1.3 СП 1.3.3118-13 санитарные правила устанавливают требования к организационным, санитарно-противоэпидемическим (профилактическим), инженерно-техническим мероприятиям, направленным на обеспечение личной и общественной безопасности, защиту окружающей среды при работе с патогенными биологическими агентами I - II групп. Санитарные правила предназначены для юридических и физических лиц, проводящих на территории Российской Федерации работы с патогенными биологическими агентами I - II групп, объектами и материалами, содержащими или подозрительными на содержание микроорганизмов I - II групп патогенности и их соблюдение является обязательным для юридических лиц, проводящих работы, виды которых указаны в п. 1.4 СП 1.3.3118-13.

В соответствии с п.п.«е» п.5 Положения о лицензировании соблюдение лицензиатом, выполняющим работы в соответствии с пунктами 1 - 5 Приложения к настоящему Положению, требований санитарных правил по обеспечению безопасности работ, проводимых с возбудителями инфекционных заболеваний человека и животных, в соответствии с Федеральным законом «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

При этом под грубым нарушением понимается невыполнение лицензиатом требований, предусмотренных пунктом 4 и подпунктами «а», «б» и «в(1)» пункта 5 настоящего Положения, повлекшее за собой последствия, установленные частью 11 статьи 19 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности».

Частью 3 статьи 19.20 КоАП РФ установлена административная ответственность за осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), если специальное разрешение (лицензия) обязательно (обязательна), в виде наложения административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей.

Согласно примечанию к статье 19.20 КоАП РФ понятие грубого нарушения устанавливается Правительством Российской Федерации в отношении конкретного лицензируемого вида деятельности.

Установлено, что ФГБУ «ВНИИЗЖ» осуществляет деятельность по выполнению экспериментальных, диагностических исследований, производственных работ, хранению микроорганизмов, их производственных, музейных штаммов и материала, зараженного или с подозрением на зараженность II-IV групп патогенности на основании лицензии №, действующей бессрочно, выданной Федеральной службой Роспотребнадзора 15.04.2005 года и переоформленной на основании решения лицензирующего органа от 16.03.2015 года №200.

На основании распоряжения врио руководителя Управления Роспотребнадзора по Владимирской области от 26.09.2018 года №367 в период с 05.10.2018 года по 25.10.2018 года в отношении ФГБУ «ВНИИЗЖ», осуществляющего деятельность по адресу: 

<

...> была проведена плановая выездная проверка в рамках лицензионного контроля деятельности в области использования возбудителей инфекционных заболеваний человека и животных.

Выявленные нарушения лицензионных требований отражены в акте проверки от 25.10.2018 года и послужили основанием для составления в отношении директора ФГБУ «ВНИИЗЖ» ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.19.20. КоАП РФ.

Постановлением мирового судьи от 28.12.2018 года ФИО1 признан виновным в том, что являясь директором ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных», допустил осуществление возглавляемым им Учреждением деятельности с нарушением санитарных норм и правил по обеспечению безопасности работ с возбудителями инфекционных заболеваний, являющимися грубым нарушением лицензионных требований, которые в постановлении сгруппированы в 22 пункта и заключаются в следующем:

1) внутренняя отделка помещений референтной лаборатории диагностики ящура, участка стерилизации сточных вод и виварного комплекса: поверхность пола, стен, потолка в лабораторных помещениях «заразной» зоны имеют многочисленные отслоения лакокрасочного покрытия, щели, имеются следы многочисленных протечек. Плиточное покрытие на полу «заразной» зоны в референтной лаборатории диагностики ящура со сколами (нарушение п. 2.3.11 СП 1.3.2322-08 «Безопасность работы с микроорганизмами III- IV групп патогенности (опасности) и возбудителями паразитарных болезней»);

2) В нарушении п. 2.3.22 СП 1.3.3118-13 "Безопасность работы с микроорганизмами I-II групп патогенности (опасности)" (далее - СП 1.3.3118-13) корпусы светильников в помещениях "заразной" зоны референтной лаборатории диагностики ящура не герметичны; 

3) В нарушении п. 2.3.24 СП 1.3.3118-13 места ввода инженерных коммуникаций из «чистой» зоны в «заразную» зону в референтной лаборатории диагностики ящура, участка стерилизации сточных вод и виварного комплекса не герметизированы с применением упругих прокладок и строительных герметиков, частично герметизированы с помощью монтажной пены, (электрика, монометры, трубы, водоснабжение, пароснабжение);

4) В нарушении п. 2.3.27 СП 1.3.3118-13 в помещениях "заразной" зоны у референтной лаборатории диагностики ящура (автоклавная) и лаборатории профилактики болезней птиц (сектор живых вакцин) допущены подвесные потолки;

5) В нарушении п. 2.3.28 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура, участка стерилизации сточных вод и виварного комплекса не проводятся проверки ОСК (ограждающие строительные конструкции) на герметичность (окна, двери, стены, потолок, пол);

6) В нарушении п. 2.3.29 СП 1.3.3118-13 системы водоснабжения заразной зоны не защищены техническими средствами для предотвращения обратного тока воды в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе;

7) В нарушении п. 2.3.33 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе не осуществляется постоянный контроль аэродинамического сопротивления фильтров очистки воздуха, а также не проводится проверка средней скорости воздушных потоков в открытых дверных проемах на границах зон в санпропускниках с периодичностью 1 раз в 6 месяцев. Предоставленные «Протоколы испытаний целостности вытяжной системы «банки» не соответствуют требованиям приложения 9, а именно: отсутствуют данные о сопротивлении фильтров очистки воздуха (ФОВ) и заключение о возможности использования фильтров для обеспечения требуемой защиты эффективности очистки вентиляционного воздуха, протоколы не утверждены руководителем учреждения;

8) В нарушении п. 2.3.39 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе протоколы проверки боксов микробиологической безопасности не соответствуют требованиям приложения 10 СП 1.3.3118-13. а именно: протоколы не утверждены руководителем учреждения;

9) В нарушении п. 1.2.11 приложения 11 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе частично воздуховоды вентиляционных систем не герметичны, а также выполнены не из листовой стали с антикоррозийным покрытием, а из фольги. Фланцы к воздуховодам не приварены сплошным швом. Допущено устройство фланцевых соединений на участках герметичных воздуховодов, выходящих из «заразной» зоны в «чистую» зону;

10) В нарушении п. 1.4.4 приложения 11 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура не у всех приемников сточных вод предусмотрены гидрозатворы;

11) В нарушении п. 1.4.8 приложения 11 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура и участке стерилизации сточных вод конструкция приемников стоков не позволяют производить дезинфекцию сети самотечной канализации путем заполнения ее дезинфицирующим раствором;

12) В нарушении п. 1.4.9 приложения 11 СП 1.3.3118-13 сети спецканализации не герметичны, не замкнуты, сообщаются с воздухом помещения заразной зоны не через линию, снабженную ступенью фильтров очистки воздуха, а напрямую. В ходе проверки выявлены многочисленные течи фланцевых соединений выдерживателей на участке стерилизации сточных вод, а также по валу насосов, перекачивающих сточные воды;

13) В нарушении п. 2.3.8 СП 1.3.3118-13 на границе зон в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе установлены двери, герметичность которых не подтверждена документами;

14) В нарушении п. 2.3.17 СП 1.3.2322-08 в референтной лаборатории диагностики ящура и виварном комплексе допущено использование мебели из древесины;

15) В нарушение пункта 2.12.21 СП 1.3.3118-13 в референтной лаборатории диагностики ящура и участке стерилизации сточных вод отсутствует план-конспект проведения тренировочных занятий по ликвидации аварийных ситуаций;

16) В нарушении п. 21 приложения 1 раздела 3 СП 1.3.3118-13 согласно журнала 778к-18 от 10.10.2018 г. температура на выдерживается на участке стерилизации сточных вод составляла от 119 до 122 градусов Цельсия, а должна была составить 126+-2 градуса Цельсия с временем обеззараживания 60 мин;

17) В нарушение приложения 6 СП 1.3.3118-13 в СОП-ББ-052/01, СОП-ББ-035/01 и ОСОП-ТБ-146/02 не указан класс респиратора, который применяется в качестве средства индивидуальной защиты органов дыхания при работе с ПБА. 

18) В нарушении п. 2.8.13 СП 1.3.3118-13 в СОП-ББ-001/04 отсутствует информация o порядке проведения заключительной дезинфекции в помещениях «заразной» зоны в референтной лаборатории диагностики ящура;

19) В нарушении п. 1 приложения 9 СП 1.3.3118-13, п. 5.1.4 ОСОП-ТБ-146/02 допускает перенос срока замены фильтра руководителем структурного подразделения при согласовании с начальником ОББ и ВСР;

20) В нарушении п. 2.1.2 приложения 11 СП 1.3.3118-13 на системах водоснабжения в 7 референтной лаборатории диагностики ящура отсутствует бак разрыва струи;

21) В нарушение п.2.3.33 СП1.3.3118-13, устанавливающего необходимость поддержания разрежения в помещениях «заразной» зоны, раздел 3 СОП-023/03, регламентирует поддержание избыточного давления в этих помещениях;

22) В журнале учета движения ПБА №156к-15 обнаружены множественные системные ошибки, например на стр. 3 в первой строке обнаружена фактическая ошибка по учету количества укупорок ПБА, а именно: к концу дня вместо 1 ампулы указано 4. В строке 17 на стр. 3 на конец дня - 0 укупорок, а в строке 18 на начало дня 1 укупорка. На конец рабочего дня вместо 1 укупорки указано 4. На странице 6 строке 1 на начало рабочего дня указано 8 укупорок с ПБА, в течение дня было посеяно 4 укупорки и еще было получено 8 укупорок, таким образом общее количество укупорок составило 20, в этот день было уничтожено 5 укупорок и передано 7 укупорок, и на конец рабочего дня должно остаться 8 укупорок, а по факту указано 7, что свидетельствует о нарушение требований к учету и хранению ПБА в соответствии с СП 1.2.036-95 «Порядок учета, хранения, передачи и транспортирования микроорганизмов 1-IV групп патогенности».

Оспариваемым постановлением ФИО1 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.3 ст.19.20 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 20000 рублей.

Между тем, с состоявшимся постановлением мирового судьи в полной мере согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Согласно статье 26.1 КоАП РФ к числу обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, относятся: наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность лица в совершении административного правонарушения, обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

В соответствии с положениями ст.26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

Собранные по делу доказательства подлежат оценке по правилам ст. 26.11 КоАП РФ с точки зрения их относимости, допустимости и их достаточности в совокупности для установления юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению по делу об административном правонарушении. 

При этом, обязанность доказывания факта нарушений, образующих административно наказуемое деяние, в данном случае возложена на административный орган в лице территориального органа Роспотребнадзора.

Согласно п.2.3.28 СП 1.3.3118-13 проверка ОСК на герметичность проводится в два этапа - визуально (обмыливанием) и по методу падения давления. Визуальный, приборный и инструментальный контроль над возможным появлением локальных утечек воздуха через ОСК в процессе эксплуатации необходимо проводить не реже 1 раза в 12 месяцев во время проведения планово-предупредительного ремонта (ППР). При обнаружении локальных утечек воздуха через ОСК необходимо принять меры по их ликвидации.

В ходе рассмотрения дела защитниками представлены соответствующе протоколы проверок герметичности ОСК, сведения о которых внесены в журнал регистрации проверок подразделений (т.2 л.д.146-196). Поскольку непредоставление указанных документов в ходе проведения проверки само по себе не свидетельствует о наличии нарушения, судья приходит к выводу, что вменяемое ФИО1 нарушение, указанное в пункте 5 постановления подлежит исключению. 

Аналогичным образом не находит своего объективного подтверждения и подлежит исключению нарушение, указанное в пункте 7 постановления в части непроведения проверок средней скорости воздушных потоков в открытых дверных проемах на границах зон в санпропускниках с периодичностью 1 раз в 6 месяцев в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе, ввиду предоставления опровергающих наличие данного нарушения письменных доказательств (т.3 л.д.108-167).

Пункт 2.3.39 СП регламентирует, в том числе проверки боксов микробиологической безопасности I, II и III классов на соответствие требованиям, а приложение 10 – классификацию боксов и методики проверок.

Нарушение указанных требований (пункт 8 постановления), вменено необоснованно, поскольку в материалах дела имеются достоверные и достаточные доказательства осуществления таких проверок. При этом, отсутствие утверждающей резолюции руководителя на бланке протокола не свидетельствует о наличии события нарушения упомянутого положения Правил.

Пунктом 1.4.4 приложения 11 СП 1.3.3118-13 предусмотрено, что у каждого приемника сточных вод, присоединяемого к сети канализации, предусматривается гидрозатвор. Конструкция гидрозатвора не должна допускать его опорожнения при появлении давления или разрежения в канализационной сети.

Поскольку ни в акте проверки, ни в протоколе об административном правонарушении не конкретизированы приемники, у которых отсутствовал гидрозатвор, а также не указан его вид или тип, с достоверностью установить нарушение указанных требований СП 1.3.3118-13 не представляется возможным, в связи с чем, пункт 10 также подлежит исключению из объема вмененных нарушений.

В соответствии с п.2.3.8 СП 1.3.3118-13 на границе зон необходимо устанавливать герметичную дверь, на которую должен быть нанесен знак «Биологическая опасность». 

Учитывая, что несоответствие дверей требованиям герметичности ФИО1 не вменялось, а документы, подтверждающие их герметичность, были представлены в ходе рассмотрения дела (л.д.23-117 т.4), нарушения нормативных требований п.2.3.8, указанных в пункте 13 постановления своего объективного подтверждения не находит.

Пункт 21 приложения 1 раздела 3 СП 1.3.3118-13 предусматривает три способа обеззараживания. При этом формулировка вмененного нарушения (пункт 16 постановления) не позволяет надлежащим образом установить его наличие, защитниками в ходе рассмотрения дела заявлялось об осуществлении обеззараживания путем кипячения, а административный орган по журналу 778к-18, исходя из временного периода обеззараживания, зафиксировал способ обеззараживания – автоклав, однако письменные доказательства, представленные по делу, не позволяют опровергнуть доводы защиты в указанной части.

Приложение 6 СП 1.3.3118-13, несоблюдение которого констатируется в пункте 17 постановления, не содержит требования об указании класса респиратора в документах учреждения, при этом не применение определенного средства индивидуальной защиты органов дыхания не вменялось.

Нарушение требований пункта 2.8.13 СП 1.3.3118-13, выразившееся в отсутствии информация о порядке проведения заключительной дезинфекции в помещениях «заразной» зоны в референтной лаборатории диагностики ящура в СОП-ББ-001/04 (пункт 18 постановления), также вменено необоснованно, поскольку и подлежит исключению из оспариваемого постановления мирового судьи, поскольку пункт 2.8.13 содержит положения о порядке и осуществлении дезинфекции помещений, в том числе заключительной, и не предусматривает обязательного дублирования в СОП данной информации. Таким образом, отсутствие в СОП-ББ-001/04 информации о порядке проведения заключительной дезинфекции «заразной» зоны не может свидетельствовать о не соблюдении юридическим лицом п.2.8.13 СП. 

Согласно п.1 приложения 9 СП СП 1.3.3118-13 замену фильтров очистки воздуха (ФОВ) приточных и вытяжных систем проводят в процессе планово-предупредительных ремонтов при достижении предельно допустимого перепада давлений, установленного проектом или службой главного инженера организации, исходя из требований непревышения (исключения возможности превышения). Замена фильтров очистки воздуха других типов осуществляется при увеличении исходного сопротивления фильтра при номинальной производительности в 2 раза. Внеплановые замены фильтров очистки воздуха осуществляются в случаях превышения нормативного значения коэффициентов проницаемости.

Формулировка вмененного в пункте 19 постановления нарушения не свидетельствует о несоблюдении указанных требований СП, в связи с чем, это нарушение подлежит исключению из постановления мирового судьи.

В соответствии с п.2.1.2 приложения 11 СП 1.3.3118-13 во время работы с ПБА снабжение помещений «заразной» зоны холодной и горячей водой должно осуществляться по снабжающим системам, оснащенным устройствами, препятствующими обратному току жидкости (например, через баки для разрыва струи, клапаны обратного тока и т.п.).

Полное опорожнение баков для разрыва струи с холодной и горячей водой в процессе эксплуатации не допускается. Баки могут опорожняться полностью только после прекращения работы с ПБА и проведения полной заключительной дезинфекции в обслуживаемых ими помещениях «заразных» зон. В случае аварийного опорожнения баков и (или) гидрозатворов работа в обслуживаемых ими помещениях «заразной» зоны должна быть прекращена, трубопроводы соответствующего холодного и горячего водопровода обеззаражены и в помещениях проведена заключительная дезинфекция.

Оспаривая нарушение, указанное в пункте 20 постановления, в ходе рассмотрения дела защитники указывали на то, что в помещениях «заразной» зоны референтной лаборатории диагностики ящура системы горячего и холодного водоснабжения оснащены клапанами обратного тока воды (что подтверждается фотографиями на (л.д.4,8 т.3), тем самым с учетом альтернативности технического решения для воспрепятствования обратному току жидкости требование п.2.1.2 приложения 11 к СП выполняется.

Данное нарушение подлежит исключению из объема вмененных, ввиду отсутствия в указанной норме Правил конкретного устройства, препятствующего обратному току жидкости. При этом отсутствие клапанов в акте проверки не зафиксировано и в протоколе об административном правонарушении не вменялось.

Положения пункта 2.3.33 СП СП 1.3.3118-13 регулируют работу систем вентиляции и предусматривают минимальную величину разрежения воздуха в помещениях заразной зоны. При этом в ходе проверки нарушения установленных данным пунктом нормативных требований административным органом не выявлено.

Поскольку пункт 2.3.33 СП СП 1.3.3118-13 не регламентирует содержание внутренних локальных документов, указание в разделе 3 СОП- 023/03 определенных положений не может свидетельствовать о наличии события нарушения в указанной части (пункт 21).

Вменяемое в пункте 22 нарушение требований к учету и хранению ПБА в соответствии с СП 1.2.036-95 «Порядок учета, хранения, передачи и транспортирования микроорганизмов I-IV групп патогенности», подлежит исключению постановления мирового судьи, поскольку фактически не установлено какое-либо конкретное нарушение санитарно-эпидемиологических требований и правил по учету и хранению. При этом указание на ошибочное с точки зрения административного органа заполнение журнала не свидетельствует об обратном.

Поскольку нарушения, перечисленные в пунктах 5, 7 (в части), 8, 10, 13, 16-22 постановления не подтверждены доказательствами, с достоверностью опровергающими позицию защиты, в силу положений ст.1.5. КоАП РФ, они подлежат исключению из общего объема нарушений, вменяемых ФИО1, что не влияет на законность и обоснованность постановления в целом.

Наличие нарушений в остальной части и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной ч.3 ст.19.20. КоАП РФ, сомнения у суда не вызывает и подтверждается совокупностью доказательств, приведенных в постановлении мирового судьи, которым дана надлежащая оценка с точки зрения допустимости, достоверности и достаточности.

Нарушение нормативных требований п.2.3.11 СП 1.3.2322-08 к внутренней отделке помещений, п.2.3.22, п.2.3.24 СП 1.3.3118-13 к герметичности светильников и инженерных коммуникаций установлено в ходе проверки визуально и отражено в акте, составленным по результатам проверки, который получил надлежащую правовую оценку в постановлении мирового судьи. Каких-либо специальных процедур для выявления и фиксации данного нарушения, в том числе проведение лабораторных испытаний, не требовалось. При этом, доводы о неприменимости СП 1.3.2322-08 не могут быть приняты во внимание, поскольку требования к мероприятиям в лаборатории, работающей с микроорганизмами I-II группы патогенности, не могут быть ниже, чем требования к лаборатории, работающей с микроорганизмами III- IV группы.

Нарушение требований п.2.3.27 СП 1.3.3118-13 в части наличия подвесных потолков отражено в акте проверки и подтверждено фототаблицей к нему, в связи с чем, возражения защитников в указанной части несостоятельны. 

Согласно п.2.3.29 СП 1.3.3118-13 в помещениях «заразной» зоны, где проводятся работы с ПБА, не допускается установка системы водоснабжения, не защищенной техническими средствами для предотвращения обратного тока воды.

Данное нарушение вопреки доводам защиты установлено должностными лицами административного органа при посещении помещений «заразной» зоны референтной лаборатории диагностики ящура и участка стерилизации сточных вод, зафиксировано в акте проверки. В судебном заседании представитель Управления Роспотребнадзора по Владимирской области, участвовавшая в проведении проверки, пояснила, что клапаны обратного тока визуально не были обнаружены, за исключением одного, установленного на транзитный пожарный водовод сразу при проходе сверх лежащего этажа через перекрытие.

Наличие на момент проверки нарушений, указанных в пункте 7 постановления в части признанной судом обоснованной, заключающихся в неосуществлении постоянного контроля аэродинамического сопротивления фильтров и требований в оформлению протоколов испытаний, фактически не оспаривается защитниками, со ссылкой на их формальный характер и фактическое устранение. 

Согласно п.1.2.11 приложения 11 СП воздуховоды вентиляционных систем должны быть герметичны, выполняться из листовой стали с антикоррозийным покрытием, устойчивым к обработке дезинфицирующими составами на сварке с минимальным количеством фланцевых соединений. Фланцы к воздуховодам должны привариваться сплошным швом. Устройство фланцевых соединений на участках герметичных воздуховодов, проходящих через помещения других групп и классов, не допускается.

Нарушение указанных требований, вопреки позиции защиты подтверждается материалами дела, которым судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка. Каких-либо специальных процедур для выявления этого нарушения объективно не требовалось, существо нарушения изложено подробно и надлежащим образом, позволяющим установить и проверить событие нарушения.

Согласно п.1.4.8 приложения 11 СП заключительная дезинфекция сети самотечной канализации производится путем заполнения ее дезинфицирующим раствором. Сети заполняются поэтажно, начиная с первого этажа, с удалением воздуха и установкой заглушек у каждого приемника стоков.

Между тем, в референтной лаборатории диагностики ящура и участке стерилизации сточных вод конструкция приемников стоков не позволяет производить дезинфекцию сети самотечной канализации путем заполнения ее дезинфицирующим раствором. Защитники полагают данное нарушение необоснованным и малозначительным, ссылаясь на то, в подвале здания, в котором располагается референтная лаборатория диагностики ящура, на канализационных трубах установлены краны, которые позволяют перекрывать сеть самотечной канализации и производить дезинфекцию путем заполнения её дезинфицирующим раствором, при этом подвал не посещали проверяющие.

В ходе проведения проверки при осмотре помещений было установлено отсутствие отсечных устройств инфицированной канализации (кранов), что отражено в акте проверки. Оснований не доверять представленным административным органом в этой части доказательствам не имеется. Кроме того, принятие Учреждением мер по устранению данного нарушения, о чём свидетельствуют представленные в материалы дел документы, объективно свидетельствует о его наличии на момент проведения проверки.

В соответствии с п.1.4.9 сети спецканализации должны быть герметичными, замкнутыми, сообщаемыми с воздухом помещений «заразной» зоны линией, снабженной одной ступенью фильтров очистки воздуха.

Между тем, в ходе проведения проверки административным органом установлено, что сети спецканализации не герметичны, не замкнуты, сообщаются с воздухом помещения заразной зоны не через линию, снабженную ступенью фильтров очистки воздуха, а напрямую. Кроме того, выявлены многочисленные течи фланцевых соединений выдерживателей на участке стерилизации сточных вод, а также по валу насосов, перекачивающих сточные воды.

Наличие указанного нарушения защитники не оспаривали в ходе рассмотрения жалобы, указав на его устранение и полагая, что, имевшие место протечки, не представляют угрозы биологической безопасности. 

Несогласие защитников с нарушением требований п.2.3.17 СП 1.3.3.118-13 не может быть принято во внимание, поскольку факт наличия мебели из древесины зафиксирован в акте проверки, оснований подвергать сомнению который не усматривается.

Отсутствие в Учреждении на момент проверки плана-конспекта проведения тренировочных занятий по ликвидации аварийных ситуаций, предусмотренного п.2.12.21 СП 1.3.3118-13, отражено в акте проверки и по существу не оспаривается стороной защиты. 

Наличие указанных выше нарушений подтверждено имеющимися в деле доказательствами, полученными в соответствии с положениями ст.26.2 КоАП РФ и оцененными судьей по правилам ст.26.11 КоАП РФ.

Доводы жалобы, касающиеся нарушения требований Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» повторяют позицию защиты, выраженную в суде первой инстанции, являлись предметом проверки мировым судьей и получили надлежащую оценку в постановлении, не согласиться с которой оснований не имеется. 

На основании п.1.1 ч.2 ст.20 Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» к грубым нарушениям, влекущим за собой недействительность результатов проверки, относится нарушение требований, предусмотренных п.п.7 и 9 ст.2 указанного закона (в части привлечения к проведению мероприятий по контролю не аккредитованных в установленном порядке юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и не аттестованных в установленном порядке граждан).

Из материалов дела следует, что к проведению проверки действительно привлекались лица, не имеющие соответствующей аккредитации или аттестации и не являющиеся сотрудниками организаций, имеющих такую аккредитацию.

Из положений п.1.1 ч.2 ст.20 указанного закона следует, что перечисленные лица не могли быть привлечены к участию в проверке в качестве экспертов. Однако какие-либо экспертизы по делу названными лицами не проводились.

В связи с изложенным их привлечение к проведению проверки не является основанием для признания в порядке, предусмотренном ч.3 ст.26.2 КоАП РФ, всех доказательств по делу об административном правонарушении полученными с нарушением требований закона.

Доводы жалобы о нарушении порядка организации проверки, недопустимости её результатов ввиду отсутствия в ежегодном плане сведений о проведении плановой проверки в октябре 2018 года исследовались мировым судьей и обосновано отклонены, как не состоятельные. Плановая выездная проверка ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных» была включена в ежегодный сводный план с указанием месяца её проведения – сентябрь 2018 года и даты начала проверки – 28.09.2018 года. Согласно распоряжению Управления Роспотребнадзора по Владимирской области №367 от 26.09.2018 года, копия которого вручена ФИО1 27.09.2018 года, период проведения проверки указан с 28.09.2018 года по 25.10.2018 года. При этом, тот факт, что к проведению проверки административный орган фактически приступил 05.10.2018 года, то есть в пределах периода, установленного распоряжением, не свидетельствует о нарушении требований ч.3 ст.9 Федерального закона Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

Ссылка защитников в данном вопросе на определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.07.2016 года №1468-О, постановление Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2017 года №50-АД17-1, а также правоприменительную практику Окружных Арбитражных судов и судов общей юрисдикции других субъектов не состоятельна, поскольку указанные судебные акты касаются иных фактических обстоятельств, нежели имеют место по настоящему делу.

С доводами жалобы о неверной юридической квалификации действия ФИО1 согласиться нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с п.6 Положения грубым нарушением лицензионных требований является несоблюдение лицензиатом требований, предусмотренных п.5 Положения, повлекшее за собой последствия, установленные ч.11 ст.19 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности».

Подпунктом «е» п.5 Положения предусмотрена обязанность лицензиата соблюдать требования санитарных правил по обеспечению безопасности работ, проводимых с возбудителями инфекционных заболеваний человека и животных, в соответствии с Федеральным законом «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

На основании п.1 ч.11 ст.19 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» исчерпывающий перечень грубых нарушений лицензионных требований в отношении каждого лицензируемого вида деятельности устанавливается положением о лицензировании конкретного вида деятельности. При этом к таким нарушениям лицензионных требований могут относиться нарушения, повлекшие за собой возникновение угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, а также угрозы чрезвычайных ситуаций техногенного характера.

Отсутствие в протоколе об административном правонарушении указания на грубость вмененных нарушений не является существенным недостатком протокола, поскольку оценка характера допущенных нарушений с точки зрения степени их опасности и возможных негативных последствий осуществлена мировым судьей в ходе рассмотрения дела по существу и отражена в оспариваемом постановлении. 

Деятельность ФНБУ «ВНИИЗЖ» связана с повышенной опасностью для окружающих, поскольку ряд микроорганизмов, с которыми работает Учреждение, относятся со II группе патогенности и являются возбудителями опасных инфекционных заболеваний. В этой связи, допущенные нарушения требований санитарно-эпидемиологических требований к обеспечению безопасности при работе с патогенными биологическими агентами, в части, признанной обоснованной, могли повлечь за собой негативные последствия и привести к недопустимому риску для жизни, здоровья людей и животных, что свидетельствует о наличии реальной угрозы.

Таким образом, мировой судья в целом пришел к правильному выводу о том, что допущенные нарушения представляют угрозу причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, а, следовательно, являются грубыми.

В соответствии со статьей 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

В силу примечания к указанной норме должностным лицом является, в том числе лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных и муниципальных организациях.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что директор ФГБУ «ВНИИЗЖ» ФИО1 ненадлежащим образом и не в полном объеме исполнение его должностные обязанности, не приняты исчерпывающие меры в целях соблюдения в возглавляемом им Учреждении требований лицензионного законодательства в деятельности, связанной с использованием возбудителей инфекционных заболеваний человека и животных.

Таким образом, ФИО1, будучи должностным лицом, осуществляющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, обоснованно привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.3 ст.19.20 КоАП РФ.

Срок давности привлечения к административной ответственности и порядок привлечения лица к административной ответственности мировым судьей соблюдены. Право на защиту в ходе рассмотрения дела не нарушено. Административное наказание в виде административного штрафа назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст.3.1, ст.3.5, ст.4.1, ст.4.2. КоАП РФ, в пределах санкции ч.3 ст.19.20. КоАП РФ, является справедливым и минимальным, в связи с чем, оснований для его смягчения с учетом исключения части нарушений не имеется.

Поскольку письменные ходатайства защитника фактически сводились к несогласию с вменяемыми нарушениями и юридической квалификацией содеянного, вынесение отдельных определений по каждому из них не требовалось, поскольку мотивированные выводы о наличии события и состава административного правонарушения подлежат изложению в итоговом постановлении по делу. 

Постановление мирового судьи является достаточно мотивировано и в целом отвечает требованиям ст.29.10. КоАП РФ.

Существенных нарушений норм процессуальных требований, не позволивших всесторонне и объективно рассмотреть дело, не допущено. Предусмотренных ст.24.5. КоАП РФ обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, и оснований для применения положений ст.2.9. КоАП РФ не установлено. 

Вместе с тем, на основании положений п.2 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ постановление мирового судьи подлежит изменению путем исключения выводов о нарушении ФИО1 лицензионных требований, перечисленных 5, 7 (в части непроведения проведению проверок средней скорости воздушных потоков в санпропускниках в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе) 8, 10, 13, 16, 17, 18, 19, 20, 21 и 22 постановления, что в данном случае не ухудшает положение лица, в отношении которого осуществляется производство по делу, и не влияет на законность постановления в иной части.

Руководствуясь п.2 ч.1 ст.30.7, ст.30.8. КоАП РФ, судья

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка №6 Ленинского района г.Владимира от 28.12.2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.19.20. КоАП РФ, вынесенное в отношении ФИО1, - изменить.

Исключить из постановления выводы о нарушении ФИО1 лицензионных требований, перечисленные в пунктах 5, 7 (в части непроведения проведению проверок средней скорости воздушных потоков в санпропускниках в референтной лаборатории диагностики ящура, участке стерилизации сточных вод и виварном комплексе) 8, 10, 13, 16-22.

В остальной части постановление мирового судьи оставить без изменения, а жалобу защитника Гиндулина Дениса Ривкатовича, – без удовлетворения.

Судья И.С. Пискунова