Дело 2-1073/2020 (2-7419/2019;)78RS0014-01-2019-007807-30 

2 июля 2020 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре Прорубщикове Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании недействительным (в части) решения общего собрания собственников многоквартирного дома, 

установил:

ФИО1, являясь собственником нежилого помещения № площадью 470,5 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес> обратился в суд с иском к ответчикам, подписавшим протокол № 1 общего собрания собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, которым оформлены принятые 25.05.2019 решения собственников, о признании недействительным одного из таких решений, принятого по вопросу № 8, которым «признаны нарушенными права собственников помещений в МКД по адресу: 

<

адрес>, собственником ФИО1».

В обоснование иска указано, что истец, вопреки, принятому решению, ничьих прав не нарушал, напротив, полагает, что оспариваемым решением были нарушены его права, против которого он голосовал, поскольку он является предпринимателем, его нежилое помещение вовлечено в коммерческую деятельность, сдаётся, а сведения о принятом общим собранием собственников дома решении размещаются на информационных стендах, что наносит ущерб репутации истца.

Кроме того, истец полагает, что принятое решение не относится к компетенции общего собрания собственников, поскольку нежилое помещение истца никогда к общему имуществу дома не относилось. Процедура созыва и проведения собрания ответчиками нарушена, кворум отсутствует, подсчёт голосов произведен неверно, а иной возможности проверить законность принятия оспариваемого решения у истца, кроме как путем обращения в суд с одновременным ходатайством об истребовании всех документов, касающихся проведения собрания, в том числе и для подсчёта голосов, у истца не имеется. 

В судебном заседании представитель истца ФИО7 наставила на удовлетворении иска по изложенным в нём, а также в письменных объяснениях основаниям, отметила, что после изучения всех документов, представленных Государственной жилищной инспекцией Санкт-Петербурга по оспариваемому решению собрания собственников, а также сведений о собственниках помещений многоквартирного, предоставленных Управлением Росреестра Санкт-Петербурга, ею были выявлены несоответствия в заполнении бюллетеней голосования, сведения о собственниках квартир не соответствуют реестру, общая площадь помещений, используемая в расчётах, ни чем не подтверждена, протокол счётной комиссией не составлялся, в связи с чем достоверно определить кворум невозможно, кроме того, полномочия у собрания собственников на принятие оспариваемого истцом решения отсутствуют в связи с тем, что решение о нарушении чьих-либо прав может быть принято только судом.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 и представитель ответчика ФИО8 – ФИО9 в судебном заседании против удовлетворения иска возражали по изложенным в отзыве и дополнениям к нему основаниям, указали, что бюллетени голосования состояли из двух страниц, на первой из которых размещен оспариваемый истцом вопрос, на второй волеизъявление голосующего, выявленные представителем истца несовпадения данных в реестре собственников, который был предоставлен инициаторам собрания управляющей организацией, с данными собственников в бюллетенях не влекут недействительность принятого решения, поскольку истцом не представлены доказательства отсутствия у голосовавших прав собственности в отношении помещении многоквартирного дома, разница в площади помещений дома незначительна и на кворум, отсутствие которого истцом не доказано, не влияет. 

Кроме того, ответчики настаивали на том, что оспариваемое истцом решение было принято в отношении части технического подвала дома, право собственности на которое оформлено истцом, в связи с тем, что данное помещение № 5-Н относится к общему имуществу собственников дома, из чего следует, что полномочия у собрания на принятие решения имелись.

Выслушав доводы представителя истца, возражения явившихся ответчиков и их представителя, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 46 Жилищного кодекса РФ /далее – ЖК РФ/ решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от общего числа голосов принимающих участие в данном собрании собственников помещений в многоквартирном доме, за исключением предусмотренных пунктами 1 - 3.1 части 2 статьи 44 ЖК РФ решений, которые принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме. Решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме оформляются протоколами в порядке, установленном общим собранием собственников помещений в данном доме.

Согласно части 3 статьи 48 Жилищного кодекса РФ количество голосов, которым обладает каждый собственник помещения в многоквартирном доме на общем собрании собственников помещений в данном доме, пропорционально его доле в праве общей собственности на общее имущество в данном доме.

В силу части 5 статьи 46 Жилищного кодекса Российской Федерации решение общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, принятое в установленном настоящим Кодексом порядке, по вопросам, отнесенным к компетенции такого собрания, является обязательным для всех собственников помещений в многоквартирном доме, в том числе для тех собственников, которые не участвовали в голосовании.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 104 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правила главы 9.1 ГК РФ применяются к решениям собраний постольку, поскольку законом или в установленном им порядке не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 181.1 ГК РФ).

В частности, главой 6 ЖК РФ установлены специальные правила о порядке проведения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, принятия ими решений, а также основания и сроки оспаривания таких решений. Нормы главы 9.1 ГК РФ к решениям названных собраний применяются в части, не урегулированной специальными законами, или в части, конкретизирующей их положения, например, о сведениях, указываемых в протоколе (пункты 3 - 5 статьи 181.2 ГК РФ), о заблаговременном уведомлении участников гражданско-правового сообщества о намерении обратиться в суд с иском об оспаривании решения собрания (пункт 6 статьи 181.4 ГК РФ), об основаниях признания решения собрания оспоримым или ничтожным (пункты 1, 2, 7 статьи 181.4, статья 181.5 ГК РФ).

К нарушениям порядка принятия решения, в том числе могут быть отнесены нарушения, касающиеся созыва, подготовки, проведения собрания, осуществления процедуры голосования (подпункт 1 пункта 1 статьи 181.4 ГК РФ).

Решение собрания не может быть признано недействительным в силу его оспоримости при наличии совокупности следующих обстоятельств: голосование лица, права которого затрагиваются этим решением, не могло повлиять на его принятие, и решение не может повлечь существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 ГК РФ).

К существенным неблагоприятным последствиям относятся нарушения законных интересов, как самого участника, так и гражданско-правового сообщества, которые могут привести, в том числе к возникновению убытков, лишению права на получение выгоды от использования имущества гражданско-правового сообщества, ограничению или лишению участника возможности в будущем принимать управленческие решения или осуществлять контроль за деятельностью гражданско-правового сообщества.

Решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания (пп. 1 ч. 1 ст. 181.4 ГК РФ), либо если у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия (пп. 2 ч. 1 ст. 181.4 ГК РФ).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец на момент проведения в период с 25.04.2019 по 25.05.2019 общего собрания собственников помещений, расположенных в 

<

адрес>, в очно-заочной форме, являлся собственником нежилого помещения общей площадью 470,5 кв.м, расположенного на первом этаже в подвале указанного дома. 

Согласно объявлению, размещенному на информационном стенде указанного жилого дома, 25.04.2019 должно было состояться общее собрание собственников помещений в очном порядке, а голосование по всем вопросам повестки собрания, которая также приведена в указанном объявлении, должно было проходить в заочном порядке до 25.05.2019. В качестве повестки дня под порядковым номером 8 было указано «о подтверждении нарушения прав собственников помещений в доме» /л.д.9 т.2/.

В протоколе № 1 годового общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, проводимого в форме очно-заочного голосования, оформленного и подписанного всеми ответчиками по делу 25.05.2019, указано, что на дату проведения собрания собственники владеют 7 184,22 кв.м всех жилых и нежилых помещений, что составляет 100 % голосов, в общем собрании приняли участие собственники и их представители, владеющие 61,444 % голосов, тем самым, установлено, что на момент проведения собрания кворум имелся.

По восьмому вопросу, затрагивающему интересы истца в данном споре, на собрании слушали ФИО2, одновременно избранную председателем собрания, которая сообщила, что в 2017 году собственником нежилых помещений в подвале дома ФИО1 было оформлено право собственности на часть технического подвала, являющегося общим имуществом всех собственников /площадь 38 кв.м/, ранее захвачена часть придомовой территории для благоустройства дополнительного входа в подвал без согласия остальных собственников, в связи с чем было предложено признать нарушенными права собственников помещений многоквартирного дома таким оформлением в собственность ФИО1 части общедомового имущества /л.д.16-30 т.1/.

Согласно протоколу общего собрания за принятие указанного решения проголосовало 74 собственника, что составило 74,2 % от общего числа проголосовавших, против принятия решения проголосовало 2 собственника, одним из которых являлся истец, что подтверждается имеющимся в материалах дела бюллетенем голосования /л.д.31-33 т.1/, что составило 12,19 % от числа проголосовавших, количество воздержавшихся по данному вопросу составило 11 голосов, что составляет 13,29 % от числа проголосовавших.

Таким образом, было принято решение о признании нарушенными прав собственников помещений в МКД по адресу: 

<

адрес> собственником ФИО1, не согласившись с которым и не оспаривая остальные принятые на данном голосовании решения, истец обратился в установленные законом сроки обжалования с настоящим иском в суд.

Проверяя законность принятого общим собранием собственников дома решения по вопросу № 8, оспариваемого истцом, на предмет компетенции собрания принимать подобные решения, суд исходит из того, что порядок использования объектов общего имущества многоквартирного дома определен главой 6 ЖК РФ, где указано, что принятие решений о пользовании общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме иными лицами относится к компетенции общего собрания собственников помещений в качестве органа управления многоквартирным домом и допускается при условии, что принятие такого решения не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц (ч. 3 ст. 36, п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 4 ЖК РФ отношения, связанные с пользованием общим имуществом собственников помещений многоквартирных домов, регулируются жилищным законодательством.

Согласно ч. 1 ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, перечисленное в данной норме, то есть имущество, предназначенное исключительно для обслуживания более одного помещения в данном доме. В частности, пп. 1 и 3 ч. 1 указанной статьи предусмотрено, что собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы), а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома. Аналогичная норма содержится в п. 1 ст. 290 ГК РФ.

В силу подп. "а" п. 1 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491, состав общего имущества определяется собственниками помещений в многоквартирном доме.

В соответствии с ч. 2 ст. 36 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных этим Кодексом и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме.

В силу ч. 4 ст. 36 и п. 3 ч. 2 ст. 44 ЖК РФ по решению собственников помещений в многоквартирном доме, принятому на общем собрании таких собственников, объекты общего имущества в многоквартирном доме могут быть переданы в пользование иным лицам в случае, если это не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц.

Из материалов дела следует и не оспаривалось истцом, что изначально в указанном многоквартирном доме ему принадлежали нежилые помещения 3-Н, 6-Н и 7-Н, общей площадью 439,4 кв.м, право собственности на которые было зарегистрировано 22.01.1998 на основании протокола от 30.10.1997 № 4 собрания участников ООО «Криолит» /л.д.57-59 т.1/.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости по состоянию на 02.04.2019, ФИО1 является обладателем нежилого помещения №-Н площадью 470,5 кв.м, расположенного в подвале вышеуказанного многоквартирного дома и образованного в результате объединения помещений с кадастровыми номерами № /помещение 3-Н/ и № /помещение 5-Н/, в связи с чем вновь образованному помещению был присвоен № по данным кадастрового учёта от 20.04.2017 /л.д.9-15,60-65 т.1/.

Поскольку первая приватизации жилого помещения – 

<

адрес> многоквартирном доме, где расположены вышеуказанные нежилые помещения, согласно справке начальника жилищного отдела Администрации Московского района Санкт-Петербурга была произведена 09.03.1993 /л.д.56 т.1/, а до передачи нежилого помещения № с кадастровым номером № в 2017 году истцу, сведения о зарегистрированных права на указанный объект по состоянию на 24.11.2016 в ЕГРП отсутствовали /л.д.66 т.1/, полагая данное нежилое помещение относящимся к общему имуществу многоквартирного дома, ответчики включили в повестку голосования вопрос в отношении указанного имущества и его пользования истцом.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Закона РСФСР от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в РСФСР", которая с 1 марта 2005 г. утратила силу в связи с введением в действие Жилищного кодекса РФ, собственники приватизированных жилых помещений в доме государственного или муниципального жилищного фонда становились совладельцами инженерного оборудования и мест общего пользования дома.

По смыслу указанных норм с момента начала реализации гражданами права на приватизацию жилья, предусмотренного Законом о приватизации жилищного фонда, жилой дом, в котором была приватизирована хотя бы одна квартира (комната), утрачивал статус объекта, находящегося исключительно в муниципальной собственности. Поэтому правовой режим подвальных помещений, как относящихся или не относящихся к общей долевой собственности нескольких собственников помещений в таких жилых домах, должен определяться на дату приватизации первой квартиры в доме.

В то же время, если по состоянию на указанный момент подвальные помещения жилого дома были предназначены (учтены, сформированы) для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома, то право общей долевой собственности домовладельцев на эти помещения не возникает. При этом остальные подвальные помещения, не выделенные для целей самостоятельного использования, переходят в общую долевую собственность домовладельцев как общее имущество дома.

При указанных обстоятельствах и положениях закона на момент проведения собрания и принятия оспариваемого истцом решения, собственники многоквартирного дома вправе были полагать, что приобретенное истцом нежилое помещение 5-Н, с учётом его правового статуса до перехода права собственности на него к ФИО1, могло относится к общему имуществу дома, а поскольку вопросы пользования общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме отнесены к компетенции общего собрания собственников помещений, правовых оснований для признания оспариваемого истцом решения ничтожным по данному мотиву не имеется. 

В данной ситуации до разрешения спора в судебном порядке относительно принадлежности спорного нежилого помещения собственники многоквартирного дома обоснованно полагали свои права на вышеуказанную часть подвала в многоквартирном доме истцом нарушенными, за что и в большинстве проголосовали. 

Выявленные истцом нарушения в оформлении бюллетеней голосования, в частности, не позволяющие установить волеизъявление голосовавшего собственника по вопросам, расположенным на первых двух страницах в связи с совершением подписи только на третьей странице; разность почерков на страницах бюллетеней, наличие дат, позже даты голосования, что, по мнению истца, ставит под сомнение достоверность всех, переданных по итогам голосования в Государственную жилищную инспекцию Санкт-Петербурга бюллетеней и свидетельствует об их подмене, в отсутствие доказательств намеренного совершения подобных действий ответчиками, как и заявлений со стороны проголосовавших о непринадлежности им подписей в указанных истцом бюллетенях, не могут быть приняты судом в пользу недействительности решения собрания, оспариваемого истцом только в части восьмого вопроса, за положительное решение по которому проголосовало подавляющее большинство, а против только 2 собственника, одним из которых является сам истец.

Не могут быть отнесены к существенным нарушениям и расхождения сведений в реестре собственников и с аналогичными сведениями, указанными в бюллетенях голосования, поскольку, действительно п. 2 ч. 5.1 ст. 48 Жилищного Кодекса РФ требует указания сведений о документе, подтверждающем право собственности лица, участвующего в голосовании, однако данное нарушение не является существенным, если соответствующее лицо действительно принимало участие в голосовании, тем более что сведения о собственниках помещений жилого дома во всяком случае подлежат установлению судом и имеются в материалах дела, поскольку представлены Управлением Росреестра Санкт-Петербурга.

Кроме того, указанные собственники не заявляли о подложности решений, принятых от их имени, не заявляли о том, что они не принимали участие в общем собрании, в связи с чем оснований не доверять решению указанных истцом собственников у суда не имеется.

Каких-либо существенных нарушений в порядка созыва, подготовке и проведении собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания, истцом не выявлено и судом не установлено.

Разрешая спор по существу, суд исходит из положений части 6 статьи 46 Жилищного кодекса РФ, в силу которой собственник помещения в многоквартирном доме вправе обжаловать в суд решение, принятое общим собранием собственников помещений в данном доме с нарушением требований ЖК РФ, в случае, если он не принимал участие в этом собрании или голосовал против принятия такого решения и если таким решением нарушены его права и законные интересы. Заявление о таком обжаловании может быть подано в суд в течение шести месяцев со дня, когда указанный собственник узнал или должен был узнать о принятом решении. Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование указанного собственника не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и принятое решение не повлекло за собой причинение убытков указанному собственнику.

Таким образом, исходя из анализа указанной нормы, для признания решения общего собрания недействительным, необходимо, во-первых, чтобы такое решение было принято с нарушением требований Жилищного кодекса РФ (например, с нарушением правил о компетенции общего собрания; при отсутствии кворума; в случае выхода за пределы повестки дня собрания; при принятии решения простым большинством голосов, хотя требовалось принятие квалифицированным большинством); во-вторых, чтобы собственник не принимал участия в соответствующем общем собрании или голосовал против принятого решения; в-третьих, чтобы решением были нарушены его права и законные интересы.

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего дела, полная совокупность указанных обстоятельств не установлена, голосование ФИО1 против принятия оспариваемого решения, не могло повлиять на результаты голосования, факт причинения истцу каких-либо убытков оспариваемым решением общего собрания не доказан, а при принятии оспариваемого решения существенных нарушений действующего законодательства не установлено. 

Решение по восьмому вопросу повестки дня общего собрания принято большинством голосов от общего числа голосов, принимавших участие в собрании, подсчёт голосов произведен с учётом общей площади жилых и нежилых помещений, указываемой управляющей организацией ООО «Жилкомсервис № 3 Московского района» в квитанциях на оплату жилищно-коммунальных услуг, а разница с размером площади, указанной в реестре управляющей компании, незначительна, что также не могло повлиять на подсчёт голосов.

Более того, при соблюдении истцом требования ч.6 ст.181.4 Гражданского кодекса РФ о заблаговременном уведомлении собственником помещений многоквартирном дома о намерении обратиться с таким иском, собственники нежилых помещений, в случае нарушения их права на участие в оспариваемом собрании, а также остальные собственники жилых помещений, принимавшие и не принимавшие участие в принятии оспариваемого ФИО1 решения, к настоящему иску в порядке, установленном процессуальным законодательством, не присоединились.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12, 56, 57, 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительным решения по вопросу № 8 общего собрания собственников помещений многоквартирного дома по адресу: 

<

адрес>, оформленного протоколом № 1 от 25.05.2019 – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья