Решение

Именем Российской Федерации

п. Нижний Ингаш 21 июля 2020 года 

Нижнеингашский районный суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Смольская Т.С., 

при секретаре Парчевской О.В., 

с участием: помощника прокурора Нижнеингашского района Волкова Р.А., истца ФИО1, представителя ответчика – ОМВД России по Нижнеингашскому району ФИО2 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи гражданское дело № 2-53/2020 (УИД 24RS0038-01-2020-000005-56) по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями его содержания в изоляторе временного содержания ОМВД России по Нижнеингашскому району в размере 60 000 рублей. 

Свои требования истец мотивировал тем, что в период с 23.03.2011 года по 20.01.2012 года, с временным отсутствием, он содержался в изоляторе временного содержания ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края в условиях, не соответствующих требованиям закона. Так в нарушение всех предусмотренных норм, в камерах в которых он содержался была нарушена санитарная норма площади камер на 1 человека; имеющийся санузел был установлен без соблюдения требований приватности; в камерах отсутствовало нормальное освещение и вентиляция; не было доступа свежего воздуха, из – за отсутствия в оконных проемах форточек для проветривания; отсутствовал бак с питьевой водой, отсутствовала горячая вода; не было оборудовано место для умывания, в связи с чем приходилось умываться над унитазом; камеры не были обеспечены электророзетками; обеденный стол был расположен так, что приходилось садиться на кровать и дотягиваться до стола). Поскольку содержание было бесчеловечным и унижающим его честь и достоинство просил взыскать компенсацию морального вреда.

Определениями суда от 21.11.2019 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю, в качестве третьего лица – ГУМВД Росси по Красноярскому краю. 

Участие истца в судебном заседании обеспечено посредством видеоконференц-связи. 

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям изложенным в иске просил суд их удовлетворить и взыскать с ответчика МВД России компенсацию морального вреда в полном объеме. 

Представитель ответчика – ОМВД России по Нижнеингашскому району ФИО2 (полномочия проверены) иск не признала, поддержала доводы, изложенные в письменном возражении, в удовлетворении иска просила отказать, так как истцом не доказан ни факт причинения ему морального вреда, ни его размер, ни причинно-следственная связь между действиями сотрудников полиции и указанным вредом. Кроме того суду пояснила, что в камерах ИВС имеются центральное отопление, водоснабжение, в каждой камере имеются бачки для хранения питьевой воды, вентиляция, камеры оборудованы санузлами. Освещение камер являлось достаточным, так как имелся оконный проем, а также две лампочки, одна из которых выключалась на ночь, чтобы приглушить освещенность помещения. Санузел в камерах отделялся перегородками с целью обеспечения приватности. Здание изолятора было оборудовано пожарной сигнализацией, приточно-вытяжной вентиляцией. В камерах в целях безопасности отсутствуют электрические розетки. При необходимости спецконтингенту побриться электрической бритвой, питание осуществляется под наблюдением наряда от электрической розетки, установленной в камерном блоке. 

Представитель ответчика - Министерства внутренних дел Российской Федерации, в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю, не прибыли, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, просили суд рассмотреть дело в их отсутствие, суду представили возражения, согласно которым считают, что требования истца удовлетворению не подлежать, поскольку истец не представил доказательства причинения ему нравственных и физических страданий, а так же наступивших последствий причинения вреда и наличие причинно – следственной связи между противоправными действиями ответчика и наступившим вредом, истцом в суд представлено не было. Кроме того. Считают себя не надлежащим ответчиком по делу.

Представитель третьего лица – ГУМВД России по Красноярскому краю, в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

По смыслу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства; поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве.

Дело рассмотрено в отсутствии не явившихся участников процесса согласно ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав истца, представителя ответчика, заключение помощника прокурора Волкова Р.А., полагавшего, что имеются законные основания для частичного удовлетворения требований истца, при этом просил взыскать меньшую сумму с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации провозглашено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2 Конституции).

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст. 18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (ст. 1100 ГК РФ).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 года № 950 (далее Правила внутреннего распорядка ИВС).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее Федерального закона) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ст. 7 указанного Федерального закона местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции, следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных войск федеральной службы безопасности.

В силу ст. 15 Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании ст. 23 Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

В силу положений ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается представленными суду документами, согласно техническому паспорту, изолятор временного содержания построен в 2005 году, имеется 6 камер, рассчитанных на 11 человек, санпропускник отсутствует, имеется дезкамера, каждая камера оборудована санузлом. В изоляторе центральное отопление, в наличии противопожарный инвентарь. Площадь камеры № 3 – 9,36 кв.м., площадь камер № 4 и №5 – 9,38 кв.м., площадь камеры № 6 – 8,8 кв.м.

Как следует из фототаблицы, камеры оборудованы индивидуальными спальными местами, столами для приёма пищи, полками для туалетных принадлежностей и вешалками для верхней одежды, имеется естественное от оконного проема и искусственное освещение (два плафона), кран для подачи воды. Все камеры ИВС оборудованы встроенным санитарным узлом с приватной деревянной перегородкой высотой более 1 метра, которая полностью отсекает санузел от жилой секции и имеет режим приватности.

Судом установлено, что истец ФИО1 в определенные периоды с 25.04.2011 года по 28.04.2011 года, с 16.05.2011 года по 18.05.2011 года, с 31.05.2011 года по 07.06.2011 года, с 17.06.2011 года по 22.06.2011 года, с 12.08.2011 года по 19.08.2011 года, с 30.08.2011 года по 31.08.2011 года, с 19.09.2011 года по 22.09.2011 года, с 16.11.2011 года по 17.11.2011 года, с 14.12.2011 года по 16.12.2011 года, с 13.01.2012 года по 20.01.2012 года, помещался в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края, затем переправлялся в ФКУ СИЗО-5 

<

адрес>.

Из книги покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, и пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что норма санитарной площади на одного человека в период содержания истца в камерах не всегда соблюдались, так с 25.04.2011 года по 28.04.2011 года истец содержался в камере № 6 площадью 8,8 кв.м. (количество человек в камере 1 чел.); с 16.05.2011 года по 18.05.2011 года, истец содержался в камере № 4 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 31.05.2011 года по 07.06.2011 года, истец содержался в камере № 5 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 17.06.2011 года по 22.06.2011 года, истец содержался в камере № 3 площадью 9,36 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 12.08.2011 года по 19.08.2011 года, истец содержался в камере № 4 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере: 12.08.2011 года – 2 чел., 13.08.2011 года по 15.08.2011 года включительно – 3 чел., с 16.08.2011 года – 17.08.2011 года – 4 чел.); с 30.08.2011 года по 31.08.2011 года, истец содержался в камере № 4 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 19.09.2011 года по 22.09.2011 года, истец содержался в камере № 3 площадью 9,36 кв.м. (количество человек в камере: с 19.09.2011 года по 22.09.2011 года – 4 чел.); с 16.11.2011 года по 17.11.2011 года, истец содержался в камере № 3 площадью 9,36 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 14.12.2011 года по 16.12.2011 года, истец содержался в камере № 5 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.); с 13.01.2012 года по 20.01.2012 года, истец содержался в камере № 4 площадью 9,38 кв.м. (количество человек в камере 2 чел.). 

Таким образом, в период времени с 13.08.2011 года по 15.08.2011 года в камере №4 помимо ФИО1 находились еще два лица, при том, что площадь данной камеры составляет 9,38 кв.м., с 16.08.2011 года по 17.08.20011 года в этой же камере находились еще три лица, помимо истца; с 19.09.2011 года по 22.09.2011 года в камере № 3 помимо ФИО1 находились еще три лица, при том, что площадь данной камеры составляет 9,36 кв.м.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела доводы ФИО1 в части переполненности камер, обеспечения его меньшей площадью (4 метра на одного человека), чем это предусмотрено действующим законодательством, отсутствия надлежащей вентиляции, нашли свое подтверждение при недоказанности в силу ст. 56 ГПК РФ иных заявленных в иске нарушений. 

Иных нарушений условий содержания истца в камерах ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району судом не установлено. Доводы истца не нашли своего подтверждения и противоречат материалам дела. Оснований полагать, что в камерах освещение было недостаточным, не имеется. Представитель ответчика в судебном заседании не отрицал наличие освещения в камерах в ночное время, однако это было необходимо в целях безопасности и для наблюдения за происходящим, при этом на ночь оставалась включенной лишь лампочка, располагающаяся над дверью камеры. Суд также считает необоснованными доводы истца о несоответствии санузлов требованиям приватности, так как установлено, что имелись перегородки, отделяющие санузел от остального помещения. 

Обосновывая свои требования, истец указывает на перенесенные им нравственные страдания из-за пережитых им негативных эмоций и переживаний, нахождения в условиях, унижающих его человеческое достоинство.

Факт содержания истца в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району в условиях, не соответствующих установленным нормам, в части переполненности камер и отсутствие вентиляции, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда правомерными. 

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из характера и степени причиненных ему нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, периода времени, в течение которого истец находился в ненадлежащих условиях содержания, индивидуальных особенностей потерпевшего, и с учетом принципов разумности и справедливости определяет его в сумме 1000 рублей, в остальной части требований следует отказать.

Принимая во внимание положения ст. ст. 125, 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ, подп. 1 п. 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ и пп. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 № 699, суд считает правильным, что взыскание вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) территориального органа внутренних дел, следует осуществить с Российской Федерации в лице МВД России как главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000 (одна тысяча) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Нижнеингашский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия судом мотивированного решения.

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено 28 июля 2020 года.