Дело № 2-2151/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 мая 2018 года г. Белгород 

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи – Сторчак О.А. 

при секретаре – Лисицкой О.А.

с участием истца ФИО1

представителя Министерства Финансов РФ – ФИО2 

представителя СУ СК РФ по Орловской области ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Б.С.В. о взыскании с казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

УСТАНОВИЛ:

Дело инициировано Б.С.В. который обратился в суд с иском о взыскании с казны РФ компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 2000000 руб.

В обоснование требований указал, что Приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 05.07.2017 был оправдан по ч. 6 ст. 290, ст. 289 УК РФ в связи с не установлением события преступления на основании п.1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ. Апелляционным определением Белгородского областного суда от 16.08.2017 оправдательный приговор оставлен без изменения, вступил в законную силу.

12.09.2013 СУ СК РФ по Орловской области в отношении него возбуждено уголовное дело № 18220 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ

12.05.2014 указанное уголовное дело № 18220 выделено в отдельное производство.

18.02.2014 в отношении него было возбуждено уголовное дело № 29009 по ч.1 ст. 286, ст. 289 УК РФ. В тот же день предъявлено обвинение по ст. 289, ч. 1 ст. 286 УК РФ, которое перепредъявлено по тем же статьям УК РФ 15.07.2014.

Обвинение следственными органами предъявлялось несколько раз, в окончательной редакции обвинение предъявлено 18.11.2016.

Как указывает истец, в отношении него применялась подписка о невыезде и надлежащем поведении (28.02.2014); он привлекался в качестве гражданского ответчика, на его имущество накладывался арест, произведена его опись.

17.11.2016 он был задержан в порядке ст. 91, 92 УПК РФ 19.11.2016 Заводским районным судом г. Орла в отношении него применена мера пресечения в виде домашнего ареста, срок которой неоднократно продлевался в общей сложности до 8 месяцев, т.е. до 16.07.2017

Срок предварительного следствия продлевался до 40 мес. т.е. до 10.12.2016. 27.12.2016 уголовное дело поступило в суд. Судебное разбирательство длилось с 27.01.2017 по 05.07.2017, оправдательный приговор вступил в силу 16.08.2017.

В течение 3,5 лет он претерпевал нравственные страдания и переживания. Просит суд при принятии решения учесть, что он обвинялся в совершении тяжких преступлений, наказание за которое предусматривает лишение свободы на срок от 8 до 15 лет. Государственные обвинители просили суд назначить наказание сроком 10 лет лишения свободы. Указывает, что был лишен нормальной полноценной жизни, возможности спокойно работать и отдыхать, подвергался мерам уголовного преследования и процессуального принуждения, находился в унизительном положении подозреваемого, обвиняемого и подсудимого, вынужден был многократно выезжать в г. Орел по первому требованию следователя, пребывал в состоянии неуверенности, дискомфорта и стресса. Производство по уголовному делу носило крайне затяжной характер, что подорвало его здоровье. С конца 2013 по 2015 неоднократно находился на стационарном лечении в различных медицинских учреждениях, был лишен возможности передвижения по своему усмотрению, не мог покидать пределы домовладения без разрешения следователя и суда.

В связи с уголовным преследованием приказом начальника УЭБиПК УМВД России по Белгородской области был отстранен от занимаемой должности "название должности" впоследствии в связи с назначением на должность иного лица лишен права претендовать на ее замещение, в связи с чем, назначен на должность "название должности" 

Таким образом, при отсутствии какой-либо вины он лишился занимаемой должности "название должности" и был назначен на неравнозначную должность, что являлось для него унизительным, нанесло ущерб его репутации и достоинству.

Все это повлекло причинение и материального ущерба и морального вреда, поскольку с сентября 2013 года прекратились ежемесячные выплаты за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, особые условия службы, за работы с лицами, оказывающими содействие на конфиденциальной основе, был лишен премиальных выплат. В приказах указанное обосновывалось привлечением его к уголовной ответственности, с указанными приказами знакомилось большое количество руководителей и прочих сотрудников органов внутренних дел и коллег по работе.

Истец Б.С.В. в судебном заседании поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ ФИО2 возражала против удовлетворения требований в заявленном объеме. Указала, что сумма является завышенной, медицинские документы, имеющиеся в деле, не свидетельствуют об ухудшении состояния здоровья истца. Обратила внимание суда, что Б.С.В. согласился на перевод на нижестоящую должность, в связи с чем, ухудшения трудовых прав истца в связи с уголовным преследованием не произошло.

Представитель прокуратуры Белгородской области Рыбникова Н.С., в настоящем судебном заседании участия не принимала, ранее в судебном заседании указала, что требования заявлены в завышенном размере, удовлетворению в полном объеме не подлежат, имеются основания для снижения суммы компенсации морального вреда до разумных пределов. Обратила внимание суда, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о тяжести нравственных или физических страданий, обосновывающих предъявленную сумму. 

Представитель СУ СК России по Орловской области ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований в заявленном объеме. Обратил внимание суда на то обстоятельство, что законность возбуждения уголовного дела по ч.4 ст. 159 УПК РФ, ч.1 ст. 286, ст. 2889 УК РФ подтверждена судебным постановлением. Указанные дела возбуждались при наличии достаточных поводов и оснований. Проведение следственных действий было продиктовано требованиями ст. 73 УПК РФ о необходимости установления объективной истины по делу. Отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между возбуждением уголовного дела и состоянием здоровья истца. Само по себе обращение за медицинской помощью не является доказательством того, что заболевания возникли в результате уголовного преследования.

Решение о временном отстранении истца от выполнения служебных обязанностей "название должности" было принято начальником УМВД России по Белгородской области по собственной инициативе, а не на основании постановления суда по ходатайству следователя. Полагал заявленную сумму компенсации вреда завышенной.

Иные лица, привлеченные для участия в судебном разбирательстве в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, письменную позицию по делу не представили.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав стороны, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

В ст. 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст.ст. 133-139, 397 и 399).

Таким образом, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу положений пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования

В ходе разбирательства судом установлено, что 12.09.2013 возбуждено уголовное дело № 18220 в отношении "название должности" Б.С.В. по ч. 4 ст. 159 УК РФ. 01.10.2013 указанное уголовное дело объединено с уголовным делом № 29067, возбужденным в отношении ФИО4 28.05.2012.

18.02.2014 в отношении Б.С.В. возбуждено уголовное дело № 29009 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286, ст. 289 УК РФ.

Постановлением следователя от 12.05.2014 уголовное дело в отношении Б.С.В. по факту совершения им преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159, ст. 289, ч. 1 ст. 286 УК РФ выделено в отдельное производство № 18220.

Постановлением от 15.07.2014 уголовное преследование Б.С.В. в части подозрения в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ прекращено по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, впоследствии указанное постановление неоднократно отменялось и уголовное преследование по ч. 4 ст. 59 УПК РФ продолжалось.

Из материалов уголовного дела следует, что первоначально обвинение Б.С.В. предъявлено 18.02.2014 по ст. 289, ч.1 ст. 286 УК РФ. неоднократно редакция обвинения и его объем изменялись 15.07.2014 ( т.11 л.д.228- 239), 25.11.2014 ( обвинение по ст. 289, п.в, ч.3 ст. 286 УК РФ(т.31 л.д. 143-145, 156-168); 30.06.2015 (ст. 289, ч. 1 ст. 286 УК РФ ( т.36. л.д. 156-168); 04.03.2016 по ст. 289, ч. 1 ст. 286 УК РФ ( т.43 л.д. 6-18); 06.10.2016 по ст. 289 УК РФ, ч.6 ст. 290 УК РФ ( т.46, л.д. 187-199)

Окончательно обвинение Б.С.В.. по ст. 289 УК РФ, ч.6 ст. 290 УК РФ предъявлено 18.11.2016 (т. 48 л.д. 32-45).

Предварительное расследование до направления дела в суд длилось с 12.09.2013 по 27.12.2016 (в общей сложности свыше 3 лет, 3 месяцев), судебное разбирательство длилось с 27.01.2017 по 05.07.2017. Оправдательный приговор постановлен судом 05.07.2017. Общая продолжительность уголовного преследования составила 3 года 10 мес.

Б.С.В. находился под следствием (1393 дня).

Преступления, по которым в отношении Б.С.В. возбуждены уголовные дела - ч. 4 ст. 159 УК РФ, ст. 289, ч. 1 ст. 286, ч. 6 ст. 290 УК РФ относятся к категории небольшой, средней тяжести и тяжким преступлениям. Наказание за совершение совокупности преступлений предусмотрено законом в виде лишения свободы на срок до 15 лет лишения свободы.

Из материалов уголовного дела следует, что в рамках расследования к Б.С.В. органами предварительного расследования применялись меры процессуального пресечения. 

28.02.2014 Железнодорожным районным удом г. Орла отказано в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении Б.С.В. меры пресечения в виде домашнего ареста ( т.11 л.д. 145).

Так, 28.02.2014 в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ( т.11, л.д. 150). 

В силу положений ст. 102 УК РФ подписка о невыезде и надлежащем поведении состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого: 1) не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда; 2) в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд; 3) иным путем не препятствовать производству по уголовному делу.

17.11.2016 Б.С.В. задержан в порядке ст. 91, 92 УК РФ, содержался в ИВС УМВД России по г Орлу до 19.11.2016. Указанный срок пребывания в ИВС засчитан в срок домашнего ареста.

По ходатайству о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, Постановлением судьи Заводского районного суда г. Орла от 19.11.2016 Б.С.В. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, установлены ограничения: запрет покидать жилище, расположенное по адресу: 

<

адрес> за исключением случаев посещения медицинских учреждений при наличии соответствующих оснований, без письменного разрешения следователя; запрет перемены места проживания без разрешения следователя.

В силу положений УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение.

Применение меры пресечения в виде домашнего ареста длилось почти 8 мес. (594дня) с 17.11.2016 до 05.07.2017 (с учетом задержания в порядке ст. 91 УПК РФ).

Оправдательный приговор в отношении Б.С.В. постановлен Октябрьским районным судом г. Белгорода 05.07.2017, вступил в силу после апелляционного обжалования 16.08.2017.

При принятии решения суд также учитывает, что в связи с возбуждением уголовного дела и уголовным преследованием Б.С.В. был отстранен от занимаемой должности "название должности".

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле приказами начальника УМВД России по Белгородской области от 13.09.2013 №, от 25.02.2014 № 

Приказом № от 16.07.2015 Б.С.В. назначен на должность "название должности".

Приказом начальника УМВД России по Белгородской области № от 28.01.2016 он был временно отстранен от должности ("название должности").

После вынесения судом оправдательного приговора приказом Начальника УМВД России по Белгородской области № от 12.07.2017 Б.С.В. допущен к выполнению служебных обязанностей по прежней должности "название должности".

Вместе с тем не могут быть приняты во внимание доводы истца о лишении его права занимать указанную должность ("название должности") в связи с уголовным преследованием. Как следует из материалов дела и пояснений самого истца, по истечении длительного времени отстранения его от должности, ему было предложено занять должность "название должности", на что он согласился.

В результате добровольного отказа от занимаемой ранее должности на указанную вакантную должность был назначен другой сотрудник.

Законом предусмотрено сохранение должности за лицом, отстраненным от исполнения служебных обязанностей на неопределенный срок до окончания производства по делу, в связи с чем, доводы о понижении его в должности и невозможности в настоящее время ее занимать в результате уголовного преследования, не могут быть приняты судом во внимание.

При принятии решения суд учитывает, что на момент возбуждения уголовного дела Б.С.В. к административной и уголовной ответственности не привлекался, занимал высокую должность в органах внутренних дел, имел репутацию добропорядочного гражданина и профессионала своего дела.

В рамках расследования уголовного дела с 18.02.2014 Б.С.В. был в статусе обвиняемого по делу, обвинение предъявлялось ему несколько раз, изменялось, дополнялось, окончательное обвинение предъявлено ему 18.11.2016, уголовное дело неоднократно возвращалось для проведения дополнительного расследования..

С участием Б.С.В.. проводились следственные действия – допросы, очные ставки, обыски, в том числе, в жилище, истец принимал участие в судебных разбирательствах, по заявлениям в порядке ст. 125 УПК РФ. и проч., при этом следственные действия проводились в г. Орле.

Суд принимает во внимание, что факт возбуждения уголовного преследования в отношении Б.С.В. имел широкий резонанс в средствах массовой информации. Информация о привлечении к уголовной ответственности распространялась в сети интернет как посредствам размещения статей, так и на центральных телевизионных каналах, о возбуждении уголовного дела снимались и транслировались репортажи, что, безусловно, причиняло Б.С.В. нравственные страдания и переживания, порочило его честь, достоинство, его доброе имя, тем более, что он занимал высокий пост в органах внутренних дел.

Заявляя о компенсации морального вреда и обосновывая сумму вреда, истец указывает, что его репутация как честного человека, много лет отработавшего в органах полиции, была запятнана.

Суд принимает во внимание, что в течение срока расследования уголовного дела Б.С.В. неоднократно обращался с жалобами, ходатайствами в рамках расследуемого уголовного дела в органы СУ СК России, прокуратуры, суд.

Суд учитывает состояние здоровья истца, а также то обстоятельство, что в период расследования по уголовному делу истец неоднократно проходил лечение в стационаре, в связи с чем, производство по уголовному делу приостанавливалось.

Из материалов дела следует, что истец страдает 

<

диагноз>. В период осуществления предварительного расследования (16.07.2015-31.07.2015) ему ставился диагноз 

<

диагноз>

Содержание медицинской документации свидетельствует о том, что уголовное преследование истца сказывалось на состоянии его здоровья. Кроме того, течение 

<

диагноз> болезни усугубляется стрессом, после прекращения уголовного преследования, как следует из мед. документации, состояние здоровья Б.С.В. стабилизировалось.

С учетом подтверждения в ходе судебного разбирательства факта незаконного уголовного преследования истца, принимая во внимание, что обязанность по возмещению вреда, причиненного лицу незаконным уголовным преследованием, возложена на государство, имеются основания для взыскания в пользу Б.С.В.. компенсации морального вреда.

Исходя из содержания статей 133 - 139, 397 и 399 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из требований разумности и справедливости, исходит из характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, принимает во внимание индивидуальные особенности истца – человека, страдающего хроническими заболеваниями, которые, в силу сложившейся длительной психотравмирующей ситуации, обострялись.

Ссылки истца на распространение информации о его уголовном преследовании, подтверждены представленными суду сведениями с интернет-сайтов, в которых имеются сведения о привлечении его как высокопоставленного чиновника системы МВД к уголовной ответственности.

Суд также учитывает длительность уголовного преследования 3 года 10 месяцев (1393 дня).

Кроме того, суд принимает во внимание имеющиеся в уголовном деле материалы, характеризующие истца как добропорядочного человека, при отсутствии сведений о привлечении его к административной и уголовной ответственности, сотрудника органов внутренних дел, что причинило истцу дополнительные переживания и беспокойства в связи с формированием негативного отношения к нему как к сотруднику органов внутренних дел.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного суда Российской Федерации от 18 января 2011 года N 47-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К. на нарушение его конституционных прав статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации", ни статья 133 УПК РФ, ни указанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации не связывают принятие решения о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда только с наличием вынесенного в отношении гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, а также решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2005 года N 242-О).

При определении суммы компенсации морального вреда суд руководствуется принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, исходит из материалов конкретного дела, учитывает личность истца, его моральные качества, качества личности и психоэмоциональные особенности, состояние его здоровья.

С учетом изложенных обстоятельств, суд полагает доказанным факт причинения истцу уголовным преследованием морального вреда и нравственных страданий.

Суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации в сумме 2000000 руб. является завышенным, с учетом совокупности изложенных обстоятельств, размер компенсации вреда суд определяет в сумме 400000 руб.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Б.С.В. о взыскании с казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в размере 2000000руб. удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу Б.С.В. компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в сумме 400000 руб.

В остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение месяца со дня его принятия решения в окончательной форме.

Судья