Судья Петракова Е.Н. Дело № 33-932/2026, 33-10998/2025 (№ 2-173/2025)

Докладчик Вязникова Л.В. УИД 42RS0029-01-2025-000255-92

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 февраля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего судьи Казачкова В.В.,

судей Котляр Е.Ю., Вязниковой Л.В.,

при секретаре Свининой М.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Вязниковой Л.В. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Яйского районного суда Кемеровской области от 10 ноября 2025 г.

по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, уточнив исковые требования, просит суд взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 160 000 руб.

Требования мотивированы тем, что ответчик приходил к нему на работу 30 марта 2023 г., угрожал физической расправы, 02 сентября 2024 г. - требовал отказаться от участия в аукционе на право заключения договора аренды земельного участка, угрожал физической расправой, оскорблял, угрожал тем, что уничтожит его (истца) и его имущество (намекая 

<

данные изъяты> перекрестке напротив 

<

данные изъяты> проезжая мимо на автомобиле, открыв окно, 

<

данные изъяты>.

Угрозы 

<

данные изъяты> со стороны ФИО2 он воспринимает реальной, опасается осуществления этой угрозы, что вызывает 

<

данные изъяты>

По данным фактам 31 марта 2023 г., 02 сентября 2024 г., 07 октября 2024 г. истец обращался в полицию.

05 декабря 2024 г. в телефонном разговоре ответчик 

<

данные изъяты>

20 марта 2025 г. ответчик в судебном заседании по гражданскому 

<

данные изъяты> в присутствии представителя 

<

данные изъяты> высказался в отношении него оскорбительно и унизительно, чем распространил порочащие и унижающие сведения в местности, где он живет и работает.

Ответчик причинил ему моральный вред в ходе личного общения, в общественных местах в присутствии случайных прохожих, в ходе телефонного разговора высказываниями в неприличной форме, унижающими его честь и достоинство, угрозами. Высказывания ответчика, 

<

данные изъяты>

Решением Яйского районного суда Кемеровской области от 10 ноября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены, с ФИО2 в его пользу взыскана компенсация морального вреда в размере 5000 руб., расходы по оплате государственной пошлины - 3000 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 1 294,20 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное, необоснованное, перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Полагает, что факт незаконности решения подтвержден аудиозаписью (л.д.23) и заключением эксперта (л.д.105-110), в связи с чем, ходатайствует об исследовании в судебном заседании аудиозаписи и оглашении заключения эксперта полностью, поскольку фактически заключение судом изложено не в полном объеме.

Факт оскорбления судьи и судебной власти ответчиком в аудиозаписи 05 декабря 2024 г. судом не принято во внимание.

Полагает, что сумма компенсации морального вреда в размере 5000 руб. незначительна, чрезвычайно мала, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные физические (02 сентября 2024 г. ответчик 

<

данные изъяты>

Полагает, что молодой возраст истца, причина спора, судебные разбирательства в отношении земельного участка, а также то, что истец не просил об отложении судебного заседания в связи с плохим самочувствием, не являются основаниями для взыскания чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы.

Сумма, взысканная с ответчика в пользу истца за лингвистическую экспертизу неправомерно, в нарушение п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", п.68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определена судом с учетом принципа пропорциональности.

Указывает, что суд неправомерно связывает право предоставлять ответчику доказательства с правом на оскорбление истца в судебном заседании, поскольку факт оскорбления истца ответчиком не получил оценки в решении суда, а аудиозапись от 16 апреля 2025г. при подготовке дела 

<

данные изъяты> судом не исследована, что нарушает требования процессуального закона.

Считает ошибочным указание суда на то, что ответчик не отрицал, что запись разговора действительно имела место, однако ответчик не оскорблял истца, тогда как ответчик отрицал принадлежность ему голоса, что также есть на аудиозаписи подготовки дела 16 апреля 2025 (л.д.60).

Считает, что имеются обстоятельства, вызывающие сомнение в объективности и беспристрастности судьи 

<

данные изъяты>., полагает, что суд прямо заинтересована в исходе дела.

Считает, что заявление Грицан писал в кабинете судьи 

<

данные изъяты> г. до начала судебного заседания, в связи с чем нет аудиозаписи судебного заседания от 30 сентября 2025 г.

Полагает, что рассмотрение настоящего дела судьей Петраковой Е.Н. является основанием для отмены решения, так как настоящий спор связан со спором о земельном участке, который также рассматривала судья 

<

данные изъяты>), где суд вынес заведомо незаконное решение, что подтверждено апелляционным определением.

Доводы жалобы о заинтересованности суда в исходе настоящего дела основаны на судебном разбирательстве по делу о земельном споре.

Указывает, что после возобновления производства по настоящему делу в нарушение абз. 2 ч. 7 ст. 113 ГПК РФ суд назначил судебное заседание на следующий день после возобновления производства, в связи с чем ограничил время истцу на подготовку к судебному заседанию после возобновления производства по делу, а после ходатайства истца об отложении разбирательств на более позднюю дату, но не менее чем на 15 дней согласно абз. 2 ч. 7 ст. 113 ГПК РФ, суд отложил судебное заседание всего на 6 дней.

Учитывая фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, характер нравственных страданий истца, множественное нарушение прав истца, продолжающееся на протяжении двух лет, фактически происходит 

<

данные изъяты> ответчиком, факт того, что ответчик до настоящего времени не попросил извинения у истца, факт осуществления ответчиком предпринимательской деятельности, а также, учитывая требования разумности и справедливости, оценивает моральный вред в размере 160000 руб.

На апелляционную жалобу письменные возражения не принесены.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания судом апелляционной инстанции, в том числе путем размещения информации о дате и времени судебного заседания на официальном сайте Кемеровского областного суда в сети Интернет, не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, их отсутствие не препятствует рассмотрению дела, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие сторон.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 31 марта 2023 г. 

<

данные изъяты>. обратился в полицию с заявлением о проведении проверки и привлечении неизвестного ему 

<

данные изъяты> ФИО1

Из объяснения ФИО2 от 04 апреля 2023 г., отобранного в рамках проверки (

<

данные изъяты> следует, что ФИО2, считая себя владельцем земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> на который претендует в том числе и ФИО1, сообщил последнему, что продавать земельный участок он не намерен, угроз в адрес ФИО1 он не высказывал.

04 апреля 2023 г. в возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ по факту обращения ФИО1 31 марта 2023 г. в полицию отказано.

02 сентября 2024 г. ФИО1 обратился в полицию с заявлением, в котором указал, что он является индивидуальным предпринимателем, у него имеется два кабинета в здании по 

<

данные изъяты>, куда пришел ФИО2 и стал требовать от ФИО1, угрожая, отказаться от участия в аукционе на земельный участок, что следует из отказного материала 

<

данные изъяты>, возбужденного по заявлению ФИО1

Из объяснения ФИО2 от 03 сентября 2024 г., отобранного в рамках проверки 

<

данные изъяты> следует, что ФИО2 пришел к ФИО1 для разрешения юридических вопросов по аукциону земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> ФИО1 запросил у ФИО2 большую сумму денег, в результате между ними возник словесный конфликт, и ФИО2 выразился в адрес ФИО1 грубой нецензурной бранью.

Из объяснения ФИО1 от 03 сентября 2024 г., отобранного в рамках проверки (

<

данные изъяты> следует, что ФИО2 пришел к ФИО1 в рабочий кабинет, где ФИО1 оказывает юридическую помощь по различным вопросам, и стал требовать, чтобы он отказался от аукциона земельного участка, расположенного по 

<

данные изъяты>. Когда ФИО1 ответил отказом, ФИО2 выразился в адрес ФИО1 

<

данные изъяты>, от судебно-медицинской экспертизы отказался и просил провести с ФИО2 профилактическую работу.

12 сентября 2024 г. в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава преступления.

31 октября 2024 г. в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 на ответчика от 07 октября 2024 г., согласно которому 05 октября 2024 г. около 10 часов 20 минут на перекрестке напротив 

<

данные изъяты> проезжая мимо истца на автомобиле, остановился, открыл окно автомобиля, 

<

данные изъяты>, отказано в связи с отсутствием состава преступления (л.д.19).

05 декабря 2024 г. в 17 часов 04 минуты ответчик совершил телефонный звонок длительностью 6 минут 34 секунды со своего телефона 

<

данные изъяты> что подтверждается детализацией операций с телефона истца за 

<

данные изъяты>

Во время телефонного разговора ответчик 

<

данные изъяты>.

ФИО2 не отрицал, что запись разговора, предоставленного ФИО1 на флэш-карте, действительно имела место, однако он не оскорблял ФИО1

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта 

<

данные изъяты> в аудиозаписи телефонного разговора от 05 декабря 2024 г. между ФИО1 и ФИО2 содержатся высказывания со значением унизительной оценки лица ФИО1; значение унизительной оценки выражено простой лексикой, а также 

<

данные изъяты> также на аудиозаписи содержится негативная информация о ФИО1 в форме утверждения о фактах, в форме предположения, в форме мнения; содержатся угрозы неконкретизированными действиями ФИО2 в отношении ФИО1 и совершением им конкретных действий в отношении ФИО1 вплоть до убийства (л.д.105-110).

Разрешая спор, суд, установив, что в разговорах между ФИО1 и ФИО2 02 сентября 2024 г. и 05 декабря 2024 г. ФИО2 высказал в адрес ФИО1 оскорбительные выражения, при этом факт оскорбительных выражений в разговоре 02 сентября 2024 г. подтвердил сам ФИО2 в своих письменных объяснениях от 03 сентября 2024 г. в ходе проверки правоохранительными органами, а факт оскорбительных выражений в адрес ФИО1 05 декабря 2024 г. установлен лингвистической экспертизой, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств высказывания в адрес ФИО1 оскорбительных выражений и 

<

данные изъяты> со стороны ФИО2 31 марта 2023 г. и 07 октября 2024 г., пришел к выводу о наличии у истца права на взыскание с ответчика морального вреда по подтвержденным фактам оскорбления истца ответчиком.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая молодой возраст истца, профессионально и на постоянной основе занимающегося оказанием юридических услуг населению, причину возникновения спора между истцом и ответчиком, обстоятельства конфликта между сторонами, судебные разбирательства в отношении земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> во внимание, что ответчик высказывал оскорбительные выражения в адрес истца в телефонном разговоре (05 декабря 2024 г.) и в рабочем кабинете истца (02 сентября 2024 г.), что исключило распространения данного высказывания третьим лицам, однако не снизило степень нарушения нематериальных благ и прав истца, учитывая пережитые истцом нравственные страдания в связи с его оскорблением ответчиком, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, также учитывая поведение истца в судебном заседании, который не заявлял ходатайств об отложении судебного заседания в связи с плохим самочувствием, активно пользовался своими правами, поведение ответчика, определил ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены частично, суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию расходов по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в сумме 3000 рублей, указав, что правило о пропорциональном распределении судебных расходов не применяется, поскольку размер государственной пошлины за подачу искового заявления установлен в твердой денежной сумме в пределах удовлетворенной суммы требований.

При этом, разрешая вопрос о взыскании расходов по оплате лингвистической экспертизы, суд, исходя из процентного соотношения между заявленной и удовлетворенной суммой исковых требований, которое составляет 3,15 %, взыскал с ответчика в пользу истца сумму оплаченной экспертизы в размере 1294,20 руб., что соответствует 3,15 % от 41 088 руб.

С данными выводами суда судебная коллегия согласна в части взыскания компенсации морального вреда в удовлетворенном размере.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 той же статьи), в частности, достоинство личности, охраняемое государством (часть 1 статья 21). Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого. Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда.

Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абз. 6 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

В соответствие с разъяснениями, приведенными в п. п. 50, п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.

Размер компенсации морального вреда в соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно разъяснениям п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, установив фактические юридически значимые обстоятельства дела, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий истца, оценив в совокупности все исследованные доказательства, пришел к верному выводу о наличии у истца права на компенсацию морального вреда.

Нецензурное оскорбление выражает отрицательную оценку личности в неприличной форме, противоречащей принятым в обществе правилам общежития и взаимоотношениям между людьми. Обращение нецензурными словами является по форме неприличным, это циничное обращение с человеком, унижающее честь и умаляющее достоинство, что глубоко противоречит нравственным нормам и правилам поведения в обществе.

Суд первой инстанции верно пришел к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности денежной компенсации морального вреда, поскольку ответчик своими действиями нанес истцу оскорбления, унизил его честь и достоинство, то есть нарушил личные неимущественные права.

Согласно объяснениям ФИО2 

<

данные изъяты>

Согласно выводам судебной лингвистической экспертизы 

<

данные изъяты>, проведенной по ходатайству истца, в телефонном разговоре от 05 декабря 2024 г. содержатся высказывания со значением унизительной оценки личности ФИО1, что выражено просторечной лексикой, а также вульгарной и матерной, в ряде высказываний имеются лингвистические признаки неприличной формы, в ряде высказываний такие признаки отсутствуют; в аудиозаписи от 05 декабря 2024 г. содержится негативная информация о ФИО1, выраженная в форме утверждения о факте вступления в орогенитальные связи ФИО1 с иным лицом, выраженная в форме предположения о совершении неких негативных действий ФИО1 с иным лицом, выраженная в форме мнения о том, что ФИО1 пишет некие жалобы в суд; в аудиозаписи телефонного звонка от 05 декабря 2024 г. содержатся угрозы не конкретизированными действиями ФИО2 в отношении ФИО1 и совершением им конкретных негативных действий 

<

данные изъяты>

В ряде высказываний ФИО2 имеется маркер неуверенности, как следствие, часть информации выражена в форме предположения.

Судебная коллегия считает, что взысканная судом первой инстанции компенсация морального вреда в размере 5000 руб. соответствует характеру причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, отвечает требованиям разумности и справедливости, кроме того, факт причинения телесных повреждений истцу ответчиком, 

<

данные изъяты> материалами настоящего дела не подтвержден.

Оснований для увеличения размера компенсации морального вреда по доводам апелляционных жалобы судебная коллегия не усматривает, так как выводы суда первой инстанции относительно размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда соответствуют положениям норм материального права, регулирующим спорные правоотношения сторон, сделаны на основании совокупности исследованных судом доказательств и при правильном установлении обстоятельств, имеющих значение по делу.

Судебной коллегией не принят во внимание довод жалобы о факте оскорбления судьи и судебной власти ответчиком в ходе телефонного разговора с истцом 05 декабря 2024 г., поскольку предметом разрешаемого спора не являлся, на поставленное судебное решение не влияет, публичный характер оскорбления представителя власти не несет, не влияет на определение размера компенсации морального вреда.

Судебной коллегией отклонен довод жалобы о непринятии во внимание судом факта оскорбления истца ответчиком в ходе подготовки дела 16 апреля 2025 г., поскольку предметом заявленных исковых требований не являлось, факт оскорбления и унизительного обращения ответчика к истцу на аудиозаписи, приобщенной к материалам дела на стр. 60, судебной коллегией не установлен.

Из материалов дела следует, что аудиозапись судебного заседания от 30 сентября 2025 г. отсутствует по техническим причинам. Доказательств участия судьи 

<

данные изъяты> в составлении 29 мая 2025 г. ответчиком заявления не представлено. Рассмотрение иного спора между теми же сторонами свидетельствовать о заинтересованного судьи в исходе дела не свидетельствует.

Доводы жалобы о заинтересованности судьи в исходе дела судебной коллегией отклоняются, поскольку оснований не усматривается, заявление об отводе судьи рассмотрено 20 сентября 2025 г., о чем вынесено мотивированное определение (л.д. 176).

Оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, предусмотренных ч.4 ст.330 ГПК РФ, вопреки доводов апелляционной жалобы ФИО1, судебная коллегия не усматривает.

Иные доводы жалобы относительно нарушения процессуальных и материальных ном права относятся к делу № 

<

данные изъяты> и не могут быть приняты во внимание при рассмотрении настоящего дела, поскольку правового значения не имеют.

Вместе с тем, заслуживает внимание довод истца о неверном распределении судебных расходов по оплате экспертизы.

Судебная коллегия находит, что решение суда в части пропорционального распределения судебных расходов по оплате экспертизы принято с нарушением норм действующего законодательства и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (пункт 1).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10).

В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статьи 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (абзац 2).

Как следует из материалов дела, согласно счету на оплату 

<

данные изъяты> стоимость экспертизы составила 41088 руб.

Оплата судебной экспертизы ФИО1 подтверждена чеками по операции от 28 мая 2025 г. в сумме 30000 руб., от 29 мая 2025 г. в сумме 11088 руб.

Взыскивая с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате экспертизы в размере 1294,20 руб., суд первой инстанции не учел п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек связанных с рассмотрением дела", применил к судебным расходам по требованию, имеющему денежную оценку, направленному на защиту личных неимущественных прав, принцип пропорционального их распределения.

Указанное свидетельствует о допущенных судом первой инстанции нарушениях норм процессуального права, которые могут быть исправлены посредством изменения судебного постановления суда первой инстанции в части разрешения вопроса о судебных расходах по оплате экспертизы.

Поскольку на требования о взыскании компенсации морального вреда принцип пропорционального распределения судебных расходов не распространяется, а других исковых требований, в которых истцу было бы частично отказано, не имеется, судебная коллегия пришла к выводу об удовлетворении заявленных требований истца о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате экспертизы в полном объеме в размере 41088 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Яйского районного суда Кемеровской области от 10 ноября 2025 г. изменить в части распределения расходов по оплате экспертизы.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате экспертизы в размере 41088 рублей.

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Председательствующий В.В. Казачков

Судьи Е.Ю. Котляр

Л.В. Вязникова

Мотивированное апелляционное определение составлено 17 февраля 2026 г.