Дело № 2-71/2024 (2-676/2023) 

УИД 32RS0012-01-2023-000620-19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 февраля 2024 года г. Карачев Брянской области 

Карачевский районный суд Брянской области в составе председательствующего судьи Сениной В.В.,

при помощнике ФИО1,

с участием ответчика ФИО2,

её представителя по доверенности ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» к ФИО2 о признании договора страхования недействительным и применении последствий недействительности сделки,

установил:

страховое акционерное общество «РЕСО-Гарантия» обратилось в Карачевский районный суд Брянской области с иском к ФИО2 о признании договора страхования недействительным и применении последствий недействительности сделки. Требования мотивированы тем, что 26 сентября 2022 года между САО «РЕСО-Гарантия» и ФИО9. заключен договор страхования от несчастных случаев или болезней №, на страхование имущественных интересов застрахованного лица (ФИО10.), связанных с его смертью в результате несчастного случая или болезней, установлением инвалидности 1 или 2 группы в результате несчастного случая или болезней, сроком действия с 27 сентября 2022 года по 26 сентября 2023 года. 19 мая 2023 года в САО «РЕСО-Гарантия» поступило заявление на страховую выплату в связи с наступлением события, имеющего признаки страхового случая – смерти застрахованного лица ФИО11., наступившей ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, при заключении договора страхования застрахованное лицо – ФИО12., подписывая анкету-заявление (приложение к страховому полису), указав в заявлении, что не имеет никаких заболеваний, умышленно сообщил ложные сведения о состоянии своего здоровья, что подтверждается медицинской документацией. Так, из медицинской документации следует, что у ФИО13. 22 апреля 2022 года были диагностированы 

<

данные изъяты>; 15 ноября 2022 года у ФИО14 диагностированы 

<

данные изъяты>; 29 ноября 2022 года у ФИО15. диагностирована 

<

данные изъяты>; 15 декабря 2022 года у ФИО17 установлена 

<

данные изъяты>; 26 декабря 2022 года у ФИО18. диагностирован 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. Согласно медицинскому свидетельству о смерти ФИО19 умер ДД.ММ.ГГГГ по причине 

<

данные изъяты>. Просит суд признать недействительным договор страхования № от 26 сентября 2022 года, заключенный между САО «РЕСО-Гарантия» и ФИО20., и применить последствия недействительности сделки.

В возражениях на иск представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО3 просит отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, поскольку в деле не установлено совокупности необходимых условий для удовлетворения иска, а именно не представлено доказательств прямого умысла страхователя на предоставление страховщику заведомо ложных сведений о своем здоровье. С целью проверки обстоятельств, препятствующих совершению сделки, у истца имелось право, предусмотренное договором страхования, самостоятельно запросить информацию о состоянии здоровья страхователя, чего им сделано не было.

САО «РЕСО-Гарантия» явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовало, просило рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании ответчик ФИО2 и её представитель по доверенности ФИО3 возражали против удовлетворения заявленного иска, ссылаясь на то, что в исковых требованиях указаны обстоятельства, не имеющие существенного значения для рассмотрения данного дела, то есть для заключения договора страхования, поэтому оспариваемый договор не подлежит признанию недействительным по основаниям, изложенным в иске. Истцом не доказан факт заведомого сообщения ФИО21 ложных сведений при заключении оспариваемого договора. Как следует из материалов дела смерть ФИО22 (страховой случай) наступила от 

<

данные изъяты>. Истцом не представлено доказательств того, что выявленная у ФИО23 до заключения договора страхования 

<

данные изъяты> способствовала наступлению его смерти. Довод истца о том, что при указании ФИО24 заболеваний, имеющих значение при заключении договора, договор страхования был бы заключен на иных условиях, является голословным и не нашедшим своего подтверждения в ходе рассмотрения данного дела. 

В судебное заседание представитель истца ФИО4 и представитель третьего лица ПАО «Сбербанк России» не явились, о дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, надлежащим образом извещенных о рассмотрении дела.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» объектами страхования жизни могут быть имущественные интересы, связанные с дожитием граждан до определенных возраста или срока либо наступлением иных событий в жизни граждан, а также с их смертью (страхование жизни).

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статья 179 ГК РФ предусматривает, что сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии со ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случай); о размере страховой суммы; о сроке действия договора. 

Согласно ч. 1 ст. 944 ГК РФ страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Согласно п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 945 ГК РФ при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Данное право страховщика корреспондирует положениям статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», которой императивно закреплено, что событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 26 сентября 2022 года между страховщиком - САО «РЕСО-Гарания» и страхователем – ФИО25 заключен договор страхования № на срок с 27 сентября 2022 года по 26 сентября 2023 года, размер страховой суммы – 2 350 000 рублей.

Согласно указанным в полисе страхования № условиям страховыми рисками являются: смерть застрахованного в результате несчастного случая или заболевания; установление застрахованному I или II группы инвалидности в результате несчастного случая или заболевания, страховая премия составляет 17 558 рублей 97 копеек. Выгодоприобретателями по случаю смерти застрахованного лица в договоре указаны его наследники по закону.

Сторонами не оспаривалось, и также подтверждается материалами дела (кассовый чек от 26 сентября 2022 года), что страховая премия оплачена страхователем ФИО26. в размере 17 558 рублей 97 копеек.

8 мая 2023 года, в период действия договора страхования № от 26 сентября 2022 года, застрахованное лицо ФИО27. умер. Согласно актовой записи о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ года причиной смерти ФИО28 явились: 

<

данные изъяты>

Согласно п. 1 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. 

Согласно ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Из материалов наследственного дела № следует, что 17 мая 2023 года ответчик ФИО2 обратилась к нотариусу Карачевского нотариального округа Брянской области ФИО5 с заявлением о принятии наследства после смерти 

<

данные изъяты> – ФИО29. Заявление удостоверено нотариусом и зарегистрировано в реестре за №, то есть ФИО2, являясь наследником умершего ФИО30., приняла наследство подачей соответствующего заявления нотариусу по месту открытия наследства.

С учетом положений ст. ст. 1152, 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации 

<

данные изъяты> – ФИО2 является наследником, принявшим наследство ФИО31 подав соответствующее заявление нотариусу по месту открытия наследства.

Согласно сообщению ОВМ ОМВД России по Карачевскому району от 8 сентября 2023 года ФИО2 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

адрес>

19 мая 2023 года ФИО2, будучи наследником, принявшим наследство после смерти ФИО32 а также выгодоприобретателем по закону, обратилась в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о выплате страхового возмещения по договору страхования № после смерти ФИО6

В договоре страхования № от 26 сентября 2022 года, путем акцепта полиса (уплаты страховой премии) застрахованное лицо ФИО33 подтвердил, что в настоящем времени ему не назначено (и никогда не было назначено в прошлом) какое-либо лечение или обследование, связанное с нижеследующими заболеваниями или подозрениями на них, а также он не страдает ни одним из данных заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты>; там же ФИО34. дал разрешение любому учреждению, предприятию, имеющему какую-либо информацию о состоянии его здоровья, сообщить эту информацию в страховую компанию «РЕСО-Гарантия»; дал разрешение страховщику запрашивать и получать медицинские сведения по фактам его обращения за оказанием медицинской помощи, состоянии здоровья и диагнозах, и иные сведения, 

<

данные изъяты>

Из материалов дела следует, что указанное согласие ФИО35 не отозвано, то есть действительно, что не оспорено участниками процесса в ходе судебного разбирательства по данному делу. 

Согласно выписке из медицинской карты больного ГБУЗ «Карачевская ЦРБ» (по состоянию на 25 апреля 2022 года) следует, что у ФИО36 диагностировано в качестве основного заболевания: 

<

данные изъяты>

Из выписки из медицинской карты стационарного больного ГБУЗ «Городская клиническая онкологическая больница № 1» (по состоянию на 29 марта 2023 года) следует, что у ФИО37 диагностировано в качестве основного заболевания 

<

данные изъяты>; сопутствующего заболевания – 

<

данные изъяты>

Согласно выписке из амбулаторной карты № ГБУЗ «Карачевская ЦРБ» (по состоянию на 8 мая 2023 года) следует, что у ФИО38 29 апреля 2022 года была диагностирована 

<

данные изъяты>; 18 марта 2023 года у ФИО39 диагностирован 

<

данные изъяты>, который подтвердился 3 апреля 2023 года и 8 мая 2023 года.

Согласно справке о смерти № от 23 мая 2023 года причиной смерти ФИО40. явились: 

<

данные изъяты>.

Согласно посмертному эпикризу ФИО41. с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года проходил стационарное лечение в ГБУЗ «Выгоничская ЦРБ» с диагнозом: 

<

данные изъяты>

Таким образом, из исследованных судом документов следует, что у умершего ФИО42. диагностировано злокачественное новообразование преддверия привратника, которое и явилась основным заболеванием и непосредственной причиной смерти ФИО43. Впервые оно диагностировано 18 марта 2023 года, то есть после заключения оспариваемого договора страхования. До 26 сентября 2022 года (день заключения договора) хирургических вмешательств и госпитализаций по поводу данного заболевания у ФИО44 не было, за медицинской помощью в связи с этим ФИО45. не обращался. Причинно-следственной связи между 

<

данные изъяты>, послужившей причиной смерти ФИО46., и диагностированными у него до 26 сентября 2022 года заболеваниями не выявлено.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что смерть ФИО47. наступила не от заболевания, не указанного страхователем при заключении договора, а от заболевания, которое ранее у застрахованного лица не диагностировалось, не сообщенные страхователем сведения о состоянии здоровья не стали причиной наступления страхового случая.

С учетом положений п. 1 ст. 56 ГПК РФ суд учитывает, что истцом в обоснование данного иска не представлено доказательств наличия у застрахованного ФИО48. на момент заключения договора с САО «РЕСО-Гарантия» заболевания, послужившего в дальнейшем причиной его смерти.

Доказательства прямого умысла страхователя на предоставление ложной информации в материалах дела отсутствуют. Как следует из материалов дела, ФИО49. сообщил страховщику САО «РЕСО-Гарантия» известные ему сведения о здоровье, подтвердив отсутствие заболеваний, содержащиеся в стандартном бланке страхового полиса. Соответствие этих сведений действительности страховщик не оспаривал.

В случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств, либо сомнений в их достоверности страховщик мог сделать письменный запрос в адрес страхователя для их конкретизации. Однако страховщик такой запрос не направлял и не воспользовался своим правом проверить состояние здоровья застрахованного лица, а также достаточность представленных страхователем сведений.

Поскольку страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и вследствие этого более сведущим в определении факторов риска, не выяснил обстоятельства, влияющие на степень риска, а страхователь не сообщил страховщику заведомо ложные сведения о своем здоровье, то страховщик согласно пункту 2 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации не может требовать признания недействительным договора страхования как сделки, совершенной под влиянием обмана.

Договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, то есть факта заведомо ложного сообщения сведений о состоянии здоровья, а также при доказанности того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. При этом, под сообщением заведомо ложных сведений понимается не просто неправильная информация, в данном случае относительно состояния здоровья ФИО50 на момент заключения договора, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика.

Исследованные судом медицинские документы свидетельствуют о том, что у страхователя имелись основания не считать себя больным, поскольку состояние здоровья позволяло ему работать.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что умысла со стороны ФИО51. ввести в заблуждение истца по поводу состояния своего здоровья, не имелось. Доказательств обратного суду истцом не представлено.

Диагноз «

<

данные изъяты>» впервые был поставлен ФИО52. 26 декабря 2022 года, что свидетельствует об отсутствии у ФИО53. сведений об указанном заболевании непосредственно до заключения договора страхования, соответственно, о намерении введения страховой компании в заблуждение относительно состояния своего здоровья.

При разрешении данного спора суд исходит из того, что тот факт, что при заключении оспариваемого договора страхования страхователь ФИО54. не сообщил страховщику обстоятельства о наличии у него такого заболевания как 

<

данные изъяты>, не влечет утрату случайности и вероятности смерти страхователя, не имеет существенного значения для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, поскольку причинная связь между ранее диагностированными заболеваниями и смертью страхователя ФИО55 отсутствует.

При разрешении данного спора суд также учитывает, что при заключении договора страхования страхователь ФИО56. давал разрешение на предоставление любым лечебным учреждениям и/или врачам страховой компании любых сведений, составляющих врачебную 

<

данные изъяты>, что давало истцу, как профессиональному участнику рынка страховых услуг, воспользоваться правом на проведение обследования страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья, в связи с чем в случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности САО «РЕСО-Гарантия» было не лишено возможности сделать письменный запрос в адрес страхователя (другого лица или в компетентный орган, медицинское учреждение) для их конкретизации.

По настоящему делу соответствующий запрос страховщиком САО «РЕСО-Гарантия» не направлялся, дополнительные сведения не истребовались, своим правом проверить состояние здоровья ФИО57. САО «РЕСО-Гарантия» не воспользовалось.

При таких обстоятельствах ответственность за ненадлежащую оценку степени страхового риска страховщиком не может быть возложена на застрахованное лицо либо выгодоприобретателя.

Исследовав и оценив в соответствии с положениями статей 12, 56, 67 ГПК РФ предоставленные в материалы дела доказательства в совокупности, проанализировав фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о прямом умысле ФИО58 на сообщение САО «РЕСО-Гарантия» заведомо ложных сведений о состоянии своего здоровья, при этом причина смерти ФИО59. не связана с имеющимися у него заболеваниями, установленными до заключения оспариваемого договора; САО «РЕСО-Гарантия», являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, при заключении оспариваемого договора с ФИО6 не проявило должной внимательности и осмотрительности, не выяснило обстоятельства, влияющие на степень риска при заключении оспариваемого договора, вследствие чего исковые требования о признании недействительным договора страхования, как сделки совершенной под влиянием обмана, о применении последствий недействительности сделки, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований Страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» к ФИО2 о признании договора страхования недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Брянской областной суд через Карачевский районный суд Брянской области.

Председательствующий . В.В. Сенина

Решение в окончательной форме изготовлено 19 февраля 2024 года.

.

.

.

.

.

.

.