К делу № 2-871/19

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Краснодар 10 января 2019 г.

Первомайский районный суд г. Краснодара Краснодарского края в составе

председательствующего судьи Берулько Е.Г.,

при секретаре Алексеевой Л.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «КПК» ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «КПК» о взыскании неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договору долевого участия в строительстве, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

В Первомайский районный суд г. Краснодара с вышеуказанными требованиями к ответчику ООО «КПК» обратилась ФИО1, сославшись в обоснование иска на следующие обстоятельства.

30.09.2016 г. она заключила с ответчиком договор № участия в долевом строительстве, по условиям которого ООО «КПК» обязалось построить жилой дом в 

<

адрес> и передать ей как участнику долевого строительства жилое помещение – однокомнатную квартиру № 14 площадью 37,63 кв.м., расположенную на 3 этаже дома.

Договор был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

Цена договора в размере 1 693 350 рублей была оплачена ею в полном объеме и своевременно в соответствии с порядком, установленным договором.

По условиям соглашения предполагаемый срок окончания строительства дома – август 2016 г., срок передачи объекта участнику долевого строительства – в течение двух месяцев после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию.

Учитывая порядок выдачи разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, предельный срок передачи квартиры составлял 09.11.2016 г.

Фактически объект был передан ей 28.12.2017 г.

В соответствии с Федеральным законом «Об участии в долевом строительстве…» срок передачи объекта является существенным условием договора.

Ответчиком неоднократно изменялся срок окончания строительства, что влекло и изменение срока передачи ей объекта, однако зарегистрировать в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю дополнительное соглашение не представилось возможным в связи с невнесением ответчиком изменений в договор страхования гражданской ответственности.

Предложение о заключении дополнительного соглашения о переносе срока окончания строительства на III квартал 2017 г. ей не поступало.

Таким образом, ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по договору, нарушив сроки и порядок уведомления участника долевого строительства об изменении существенных условий договора.

14.07.2018 г. она направила ответчику претензию с требованием выплатить неустойку за нарушение срока передачи квартиры, однако ее требования остались без удовлетворения.

На дату подписания акта приема-передачи 28.12.2017 г. просрочка исполнения обязательств составила 414 дней (с 10.11.2016 г.), размер неустойки - 432 425,14 рублей.

Неудовлетворение направленной в адрес ответчика претензии является основанием для наложения на ответчика штрафа в соответствии со ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей».

Также ей был причинен моральный вред в связи с нарушением прав потребителя услуг, который она оценивает в 50 000 рублей.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ООО «КПК» неустойку за нарушение установленного договором срока передачи объекта долевого строительства в размере 432 425,14 рублей, компенсацию морального вреда размере 50 000 рублей, штраф в размере 50 % от взысканной суммы за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя – 216 212,57 рублей, а также судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 4 500 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала, в своих пояснениях ссылалась на доводы, изложенные в исковом заявлении. Считает, что срок передачи квартиры является существенным условием договора, поэтому должен быть четко определен. Дополнительное соглашение о переносе срока окончания строительства зарегистрировано в установленном порядке не было, поэтому ответчик должен был передать ей квартиру до 10.11.2016 г., то есть по истечении двух месяцев с предусмотренного договором срока окончания строительства. Просила иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «КПК» ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, полагает, что сроки передачи объекта долевого строительства не нарушены, поскольку квартира передана в день получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию, как это и предусмотрено договором и следует из буквального толкования содержания его условий. По мнению ответчика, оснований для взыскания неустойки не имеется, равно как и применения ответственности в виде наложения штрафа и компенсации морального вреда. Кроме того, полагает, что причинение морального вреда не доказано. В удовлетворении требований просила отказать.

Суд, выслушав представителей сторон, установив юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, исследовав и оценив собранные доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, считает, что иск предъявлен обоснованно, но подлежит удовлетворению в части заявленных требований в связи со следующим.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений (ст. 56 ГПК РФ).

Согласно ст. 27 Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» действие настоящего Федерального закона распространяется на отношения, связанные с привлечением денежных средств участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, разрешения на строительство которых получены после вступления в силу настоящего Федерального закона, то есть с 01.04.2005 г.

В соответствии с ч. 1 ст.4 Федерального закона от 30 декабря 2014 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В силу ч. 1 ст. 6 упомянутого Федерального закона застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором и должен быть единым для участников долевого строительства, которым застройщик обязан передать объекты долевого строительства, входящие в состав многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости или в состав блок-секции многоквартирного дома, имеющей отдельный подъезд с выходом на территорию общего пользования, за исключением случая, установленного частью 3 настоящей статьи.

В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере (ч. 2 ст. 6 ФЗ).

Согласно положениям ст. 12 названного Федерального закона обязательства застройщика считаются исполненными с момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства. Обязательства участника долевого строительства считаются исполненными с момента уплаты в полном объеме денежных средств в соответствии с договором и подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства.

В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (ст. 310 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что 30.09.2016 г. между ФИО1 и ООО «КПК» заключен договор № участия в долевом строительстве, по условиям которого застройщик обязался в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) объект и после получения разрешения на ввод его в эксплуатацию передать истцу однокомнатную квартиру № 14 общей проектной площадью 37,63 кв.м., расположенную на 3 этаже в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

адрес>, а ФИО1 обязалась уплатить застройщику предусмотренную договором цену в полном размере и принять квартиру по акту приема-передачи (п. 2.1, 2.2 договора).

Строительство Объекта велось на основании разрешения, выданного 28.08.2013 г., копия которого представлена в материалы дела.

Согласно п. 3 ст. 4 Федерального закона № 214-ФЗ, договор долевого участия зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

Согласно ст. 5 ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ» от 30.12.2004 г. №214-ФЗ в договоре указывается цена договора, то есть размер денежных средств, подлежащих уплате участником долевого строительства для строительства (создания) объекта долевого строительства.

В силу п. 1 ст. 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

Согласно п. 3.1 Договора его цена на момент заключения составляет 1 693 350 рублей из расчета 45 000 рублей за квадратный метр.

Факт оплаты ФИО1 цены договора в соответствии с условиями соглашения и предусмотренным в нем порядком (п. 3.2.1 договора) достоверно установлен и сомнению не подвергался. Подтверждением тому служат имеющиеся в материалах дела копия платежного поручения от 18.10.2016 г. на сумму 670 000 рублей, кредитный договор от 27.09.2016 г. на сумму 1 023 350 рублей (л.д. 41-44), чек-ордер на общую сумму 1 693 350 рублей (л.д. 45).

Пунктом 4.1 договора предполагаемый срок окончания строительства жилого дома определен августом 2016 г., срок передачи объекта участнику долевого строительства – в течение 2-х месяцев после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию.

Установлено, что объекту в настоящее время присвоен адрес: г. Краснодар, Прикубанский внутригородской округ, проезд 2-й им. Димитрова, 29.

Из материалов дела следует, что квартира передана ФИО1 28.12.2017 г., о чем стороны подписали акт приема-передачи объекта долевого строительства (л.д. 46).

14.07.2018 г. ФИО1 в адрес ООО «КПК» направлена претензия с требованиями об оплате неустойки в размере431 550,25 рублей в связи с нарушением срока передачи квартиры (л.д. 62-68), однако ее требования оставлены без ответа и удовлетворения.

Полагая свои права нарушенными ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору, влекущем применение к нему ответственности в виде неустойки, ФИО1 инициировала возбуждение рассматриваемого гражданского дела.

Возражая против иска, представитель ответчика ссылается на то, что срок передачи квартиры участнику долевого строительства не нарушен.

Давая оценку доводам и возражения сторон, суд исходит из следующего.

При инвестировании денежных средств в строительство объекта недвижимости срок передачи участника долевого строительства готового объекта имеет для такого участника принципиальное значение, что находит свое нормативное отражение в тексте закона.

В соответствии с п. 2 ч. 4 ст. 4 Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», договор участия в долевом строительстве должен содержать, среди прочего, срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства. При отсутствии в договоре данного условия такой договор считается незаключенным.

Таким образом, по смыслу ч. 1 ст. 432 ГК РФ, упомянутое выше условие является существенным условием договора.

Как уже было указано, в договоре предусмотрен предполагаемый срок окончания строительства – август 2016 г. и срок передачи объекта – в течение 2-х месяцев после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию.

Из представленных материалов усматривается, что разрешение на ввод объекта в эксплуатацию выдано 28.12.2017 г.

Согласно п. 4.2 Договора, в случае, если строительство жилого дома не может быть завершено в предусмотренный договором срок, застройщик не позднее чем за один месяц до истечения указанного срока обязан направить участнику долевого строительства соответствующую информацию и предложение об изменении условий договора.

Пунктом 3 ст. 6 Федерального закона № 214-ФЗ установлено, что изменение предусмотренного договором срока передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства осуществляется в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Из представленных доказательств видно, что 01.10.2016 г. ООО «КПК» направляло ФИО1 уведомление о том, что предполагаемый срок окончания строительства и срок получения разрешения на ввод в эксплуатацию переносится на IV квартал 2016 г. (л.д. 47).

17.04.2017 г. между сторонами подписано дополнительное соглашение к договору, по условиям которого предполагаемый срок окончания строительства установлен 25.04.2017 г., срок передачи объекта – в течение 2-х месяцев после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию.

Однако указанное соглашение не может быть принято во внимание в подтверждение позиции ответной стороны о переносе срока, поскольку в его государственной регистрации было отказано (л.д. 57-60), а согласно ст. 452 ГК РФ и п. 8.2 заключенного договора все изменения и дополнения к нему считаются действительными, если оформлены в письменном виде, подписаны обеими сторонами и прошли государственную регистрацию.

25.05.2017 г. ООО «КПК» направило в адрес ФИО1 уведомление о внесении изменений в проектную декларацию и переносе срока на III квартал 2017 г.

Определяя срок передачи квартиры участнику долевого строительства, суд исходит из того, что буквальное толкование взаимосвязанных условий договора требует определения срока передачи объекта в опосредованной связи с конкретной датой или календарным периодом, к которому привязаны сроки окончания строительства и ввода дома в эксплуатацию.

В соответствии со ст. 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Между тем, наступление события, с которым застройщик в данном случае связывает начало исчисления срока передачи квартиры участнику долевого строительства – получение разрешения на ввод дома в эксплуатацию, вовсе не является неизбежным.

Получение разрешения на ввод многоквартирного дома или иного объекта недвижимости в эксплуатацию не является событием, которое должно с неизбежностью наступить, и само по себе не может рассматриваться как условие о сроке (определение Верховного Суда РФ от 05.09.2017 г. № 78-КГ17-67).

Сама по себе привязка срока исполнения ДДУ к сроку получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию противоречит положениям ст. 190 ГК РФ: срок сделки должен определяться календарной датой, истечением периода времени или указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. 

Вместе с тем положения ст. 190 ГК РФ не исключают определение срока путем комбинации взаимосвязанных периодов и календарных дат.

В рассматриваемом случае условиями заключенного сторонами договора, взаимосвязанными между собой, срок передачи участнику долевого строительства объекта определен установлением двух последовательных периодов: периода завершения строительства – август 2016 г., а также периода, в течение которого после завершения строительства объект должен быть передан участнику долевого строительства, - не позднее двух месяцев с момента получения разрешения на ввод в эксплуатацию (пункт 4.1 договора).

Принятие во внимание только условия о передаче объекта долевого строительства в течение определенного периода с момента получения разрешения на ввод многоквартирного дома в эксплуатацию как на единственное условие о сроке, без взаимосвязи с условием того же пункта о срок завершения строительства, фактически означало бы отсутствие в договоре участия долевого строительства конкретного срока передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику этого строительства, что недопустимо в силу приведенных выше положений п. 2 ч. 2 ст. 4 Федерального Закона № 214-ФЗ и привело бы к нарушению прав и законных интересов участника долевого строительства вследствие несвязанности застройщика конкретным сроком исполнения обязательства.

Таким образом, по заключенному сторонами договору ответчик должен был передать истцу квартиру не позднее ноября 2016 г., но не позже двух месяцев с момента получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию.

Подобного рода определение срока исполнения обязательства в зависимости от обстоятельства, которое наступит раньше, нормам гражданского права не противоречит.

В этой связи, анализируя условия договора в совокупности с представленными доказательствами, суд соглашается с заявленными истцом доводами и приходит к убеждению о том, что обязательства по передаче участнику долевого строительства квартиры подлежали исполнению застройщиком до 09.11.2016 г. включительно (с учетом положений договора и требований ст. 55 ГрК РФ), поскольку ни один из иных сроков (указанных в уведомлениях и дополнительном соглашении) в установленном порядке не согласован, а в силу ст. 6 Федерального закона № 214-ФЗ застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

Поскольку фактически передача квартиры состоялась 28.12.2017 г., имеет место просрочка исполнения обязательств, продолжительностью 414 дней, что дает истцу право требовать уплаты неустойки, установленной законом.

Взыскание неустойки как способ защиты гражданских прав, прямо предусмотренный ст. 12 ГК РФ, по своей сути, является реализацией одной из мер ответственности за нарушение обязательства.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 20.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ», в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору сторона, не исполнившая своих обязательств или ненадлежаще исполнившая свои обязательства, обязана уплатить другой стороне предусмотренные настоящим Федеральным законом и указанным договором неустойки (штрафы, пени) и возместить в полном объеме причиненные убытки сверх неустойки.

Согласно Указанию ЦБ РФ от 11.12.2015 г. № 3894-У «О ставке рефинансирования Банка России и ключевой ставке Банка России» с 01.01.2016 года Банком России не устанавливается самостоятельное значение ставки рефинансирования Банка России, ставка рефинансирования приравнивается к значению ключевой ставки, определенному на соответствующую дату.

Период просрочки определен истцом с 10.11.2016 г. по 28.12.2017 г., что не противоречит обстоятельствам дела.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Проверяя представленный истцом расчет, суд находит его составленным верно, с учетом изменяющегося в соответствующие периоды размера ключевой ставки.

Таким образом, за указанный период просрочки размер неустойки будет составлять 432 425,14 рублей.

В письменном возражении ответчика, указано, что даже если бы ответчик нарушил условия договора о сроке передачи объекта, то неустойка в заявленном истцом размере явно не соответствовала последствиям нарушения обязательства и подлежит снижению.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно п. 34 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Согласно Правовой позиции Конституционного суда РФ, изложенной в определении от 21.12.2000 г. № 263-О, в соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции РФ именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки - они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции РФ.

Из материалов дела не следует, что в результате нарушения взятых на себя обязательств ответчик получил какую-либо выгоду от несвоевременного исполнения обязательств, либо использовал не по назначению инвестиционные средства или умышленно удерживал объект недвижимости. Кроме того, суд считает необходимым при разрешении данного вопроса принять во внимание, что, ответчиком принимались меры к завершению объекта строительства, которое завершено и квартира передана истцу. При этом, гражданско-правовая ответственность должна компенсировать потери кредитора, а не служить его обогащению.

Исходя из принципов разумности и справедливости, в соответствии со ст. 333 ГК РФ, суд полагает необходимым уменьшить указанную сумму неустойки соразмерно последствиям нарушения обязательств, принимая во внимание обстоятельства данного дела, принятые со стороны ответчика меры по надлежащему исполнению обязательств застройщика, период просрочки исполнения обязательства, отсутствие доказательств негативных последствий нарушения обязательства, а также наличие у ответчика других договоров долевого участия строительства, в том числе с гражданами-дольщиками, в связи с чем дополнительное финансовое бремя может оказать негативное влияние на профессиональную деятельность ответчика, связанную с исполнением обязательств с другими гражданами-дольщиками. С учетом разумного баланса интересов сторон, суд определяет подлежащую взысканию неустойку в размере 30 000 рублей.

Требования о взыскании компенсации морального вреда и штрафа суд считает возможным удовлетворить исходя из следующего.

В части 9 ст. 4 упомянутого Федерального закона имеется прямое указание на то, что к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином - участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной настоящим Федеральным законом.

Поскольку целью заключения договора участия в долевом строительстве являлось приобретение квартиры для личных нужд ФИО1, она является потребителем услуг, оказываемых ООО «КПК».

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992г. № 2300-1, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как установлено судом, ответчиком нарушены обязательства по заключенному договору участия в долевом строительстве. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в вышеназванном Постановлении Пленума № 17 от 28.06.2012 г., установленный факт нарушения прав потребителя является достаточным условием для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах ответчик должен компенсировать истцу причиненный моральный вред, а доводы ответчика об отсутствии доказательств переживания, негативных эмоций и причинения иных страданий отклоняются как не основанные на законе. Каких-либо дополнительных доказательств несения нравственных и физических страданий, исходя из заявленных оснований компенсации морального вреда, в данном случае не требуется.

Суд считает, что заявленная к взысканию сумма компенсации в размере 50 000 рублей является завышенной. Учитывая конкретные обстоятельства дела, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд считает возможным определить в счет компенсации морального вреда, взыскиваемого в пользу ФИО1 с ООО «КПК», 10 000 рублей.

В силу положений части 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Основанием для взыскания штрафа в порядке п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» является невыполнение ответчиком в добровольном порядке требований потребителя, изложенных в претензии.

Как уже было указано, требования направленной истцом претензии в добровольном порядке не удовлетворены.

Оснований для освобождения ответчика от уплаты штрафа при конкретных обстоятельствах дела не имеется.

Поскольку права истца как потребителя действиями ответчика нарушены, квартира приобреталось для личных (семейных) нужд, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, в размере 20 000 рублей ((30 000 + 10 000) х 50 %), что соответствует задачам, установленным законодательством о защите прав потребителей, и не нарушает баланс интересов сторон.

Также суд считает необходимым рассмотреть вопрос о взыскании судебных расходов.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым в соответствии со ст. 94 ГПК РФ относятся расходы на оплату услуг представителя, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные необходимыми расходы.

Истцом заявлено требование о возмещении расходов на оплату услуг юриста по консультированию, составлению претензии и искового заявления в размере 4 500 рублей, факт оплаты которых подтверждается материалами дела (л.д. 77-88).

Учитывая, что решение по делу состоялось в пользу истца, требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя подлежит удовлетворению.

Суд полагает, что размер заявленных истцом расходов на оплату указанных услуг в размере 4 500 рублей не является чрезмерно завышенным, является соразмерным объему проведенной работы, является достаточной и справедливой, не нарушает прав ни одной из сторон по делу.

Таким образом, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в размере 4 500 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец обратилась в суд с иском о защите прав потребителей, то на основании п. 8 ч. 1 ст. 333.20 НК РФ она освобождена от оплаты государственной пошлины. В этой связи с ООО «КПК» в соответствии со ст. 61.3 БК РФ взыскивается в бюджет городского округа государственная пошлина в размере 1 700 рублей и 300 рублей (с исковых требований неимущественного характера о компенсации морального вреда), а всего 2 000 рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 195 ГПК РФ, суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «КПК» о взыскании неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договору долевого участия в строительстве, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворить в части.

Взыскать с ООО «КПК» в пользу ФИО1 неустойку в размере 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 20 000 рублей, судебные расходы в размере 4 500 рублей, а всего общую сумму в размере 64 500 (шестидесяти четырех тысяч пятисот) рублей.

В удовлетворении исковых требований в большем размере отказать.

Взыскать с ООО «КПК» в бюджет городского округа государственную пошлину в размере 2 000 (двух тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Краснодарский краевой суд через Первомайский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Первомайского

районного суда г. Краснодара Е.Г. Берулько