РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июля 2021 г. г. Ростов-на-Дону

Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Браславцева С.В., при секретаре судебного заседания Степаненко Л.С., с участием ответчика, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-149/2021 по исковому заявлению командира войсковой части №00000 к бывшему военнослужащему этой же воинской части 

<

...> ФИО1 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части №00000 обратился в суд с исковым заявлением о привлечении бывшего командира 2 автомобильной роты ФИО1 к полной материальной ответственности на общую сумму 156 829 руб. 82 коп.

Исковые требования основаны на том, что в ходе проверки финансово-экономической и хозяйственной деятельности этой воинской части по вопросам продовольственного обеспечения за период с 1 января 2018 г. по 21 августа 2020 г. было выявлено, что ряд военнослужащих 2 автомобильной роты прибывали в филиал № 1 ФГКУ «412 ВГ» МО РФ (далее – госпиталь) и находились на излечении без аттестатов на продовольствие, а в ходе административного расследования установлено, что рапорта на снятие личного состава с котлового довольствия в день убытия военнослужащих в госпиталь не поступали в несекретное делопроизводство части или поступали туда несвоевременно, в результате чего военнослужащие одновременно стояли на котловом довольствии в столовой войсковой части №00000 и в столовой госпиталя.

Надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания представители командира войсковой части №00000 и привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица начальника Управления финансового обеспечения МО РФ по Ставропольскому краю, на финансовом обеспечении которого состоит войсковая часть №00000, в суд не явились.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал и показал, что он своевременно, сразу же после того, как он узнавал от дежурного фельдшера о госпитализации того или иного подчиненного военнослужащего, он подавал соответствующий рапорт в несекретное делопроизводство воинской части. Также он обратил внимание суда на то, что его рапорта, поданные в течение служебного времени, могли быть зарегистрированы и реализованы как в течение этого дня, так и на следующий день, а в случае, если такой день выпадал на пятницу или на предпраздничный день, то приказ об убытии военнослужащего в госпиталь, и, соответственно, выдача продовольственного аттестата могли состояться по независящим от него причинам только в понедельник или в первый рабочий день после выходных дней. Кроме того ответчик пояснил, что в справке-расчете указаны также военнослужащие, которые не являлись его подчиненными в период убытия в госпиталь.

Выслушав ответчика, изучив материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается, в том числе, к материальной ответственности.

Условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также порядок возмещения причиненного ущерба регулируются Федеральным законом от 12 июля 1999 г. N 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Федеральный закон). 

Пунктом 2 ст. 9 этого Федерального закона предусмотрено, что в случае, если причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится в соответствии с решением суда по иску, предъявленному командиром воинской части.

В соответствии со ст. 5 этого Федерального закона военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба как в случаях, когда ущерб причинен в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации, так и в случае, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов.

При этом в силу ст. 3 этого Федерального закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине прямой действительный ущерб (далее - ущерб), а обязанность доказать наличие этой вины в силу ст. 56 ГПК РФ лежит на истце.

В соответствии со ст. 358 Устава внутренней службы ВС РФ (в редакции, действующей на дату рассматриваемых событий, далее – УВС) солдаты и сержанты направляются в медицинский пункт полка дежурным по роте под командой санитарного инструктора роты или старшего, назначенного из числа больных. После осмотра врачом (фельдшером) заболевшие, в зависимости от характера заболевания, направляются для лечения в лазарет медицинского пункта полка или в госпиталь.

Статьей 362 УВС установлено, что на стационарное лечение вне расположения полка военнослужащие направляются командиром полка, а для оказания неотложной помощи в отсутствие врача – дежурным фельдшером (санитарным инструктором) по медицинскому пункту с одновременным докладом начальнику медицинской службы полка и дежурному по полку. Доставка больных в лечебное учреждение осуществляется санитарным транспортом полка в сопровождении фельдшера (санитарного инструктора). При направлении на лечение в стационарных условиях вне расположения полка военнослужащие, кроме прочего, должны иметь при себе аттестат на продовольствие.

Пункт 5 Руководства по продовольственному обеспечению военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и некоторых других категорий лиц, а также обеспечению кормами (продуктами) и подстилочными материалами штатных животных воинских частей в мирное время, утвержденного приказом МО РФ от 21 июня 2011 г. № 888, предусматривает, что военнослужащие зачисляются на продовольственное обеспечение приказом командира воинской части, а основанием для их зачисления на продовольственное обеспечение является, помимо прочего, аттестат военнослужащего, а в случае срочного поступления на лечение в военно-медицинское учреждение военнослужащий зачисляется на продовольственное обеспечение на основании приказа начальника военно-медицинского учреждения. Одновременно из воинской части, из которой убыл военнослужащий, запрашивается его аттестат (заверенная копия талона аттестата).

Аналогичные нормы содержатся и в п. 591 Руководства по медицинскому обеспечению Вооруженных Сил РФ на мирное время, утвержденного приказом начальника Тыла Вооруженных Сил РФ - заместителя Министра обороны РФ от 15 января 2001 г. № 1 (далее – Руководство), согласно которому при срочном направлении военнослужащих на стационарное лечение с больным пересылается только медицинская книжка, остальные документы доставляются дополнительно в трехдневный срок. 

Согласно п. 10 Руководства, если воинская часть прикреплена на продовольственное обеспечение к другой воинской части, то в довольствующую воинскую часть представляются выписки из приказа командира воинской части, прикрепленной на продовольственное обеспечение, о прибытии (убытии) и зачислении на продовольственное обеспечение (снятии с продовольственного обеспечения) военнослужащих.

При этом ст. 363 УВС установлено, что обо всех военнослужащих, поступивших на стационарное лечение вне расположения полка, начальник военно-медицинского учреждения обязан в тот же день сообщить командиру полка, из которого эти военнослужащие прибыли.

Из материалов дела видно и это не оспаривалось ответчиком, что он в период, охваченной проверкой по вопросам продовольственного обеспечения, а именно в период с 1 января 2018 г. по 21 августа 2020 г. состоял в должности командира 2 автомобильной роты и, в силу ст. 144, 145 УВС РФ отвечал за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты, обязан был организовывать своевременное получение, правильную эксплуатацию и ремонт вооружения, военной техники и другого имущества роты, проверять не реже одного раза в месяц их наличие, состояние и учет, руководить ротным хозяйством, своевременно обеспечивать военнослужащих роты положенным довольствием, заботиться о быте своих подчиненных и вникать в их нужды, следить за соблюдением ими правил личной гигиены, как это верно указано в исковом заявлении. Кроме того Супрун обязан был вести учет личного состава роты, всегда точно знать его численность по списку, налицо и в расходе.

Также по делу установлено, что продовольственное обеспечение войсковой части №00000 организовано в войсковой части №00000.

Кроме того из материалов дела видно, что врио заместителя командира батальона по тылу – начальником тыла войсковой части №00000 на основании результатов вышеуказанной проверки 30 апреля 2021 г. была составлена справка-расчет № 4 на удержание денежных средств за военнослужащих войсковой части №00000 2 автомобильной роты, находившихся на стационарном лечении в госпитале без продовольственных аттестатов, в которую включены 194 военнослужащих, которые в указанные в этой справке периоды пребывали в госпитале без снятия с котлового довольствия в воинской части.

Из заключения по материалам административного расследования, проведенного начальником штаба войсковой части №00000, следует, что Супрун в нарушение порядка зачисления военнослужащих на продовольственное обеспечение рапорта на снятие личного состава с котлового довольствия в день убытия военнослужащих в госпиталь не подавал, либо они поступали в несекретное делопроизводство части несвоевременно, в связи с чем вышеуказанные военнослужащие стояли на котловом довольствии одновременно в столовой войсковой части №00000 и в столовой госпиталя.

Из этого же заключения усматривается, что изложенные действия Супруна повлекли перерасход 512 суточных дач, что причинило ущерб государству на общую сумму 156 829 руб. 82 коп.

Между тем, как усматривается из представленных выписок из приказов командира войсковой части №00000 на убытие указанных в справке-расчете № 4 от 30 апреля 2021 г. военнослужащих в госпиталь, в эту справку включен ряд военнослужащих, в отношении которых Супрун не осуществлял административно-хозяйственные функции, не подавал и не должен был подавать рапорта на их снятие с продовольственного обеспечения. Это касается таких военнослужащих по призыву, как Г2., В1., Г1., А1., М1. и других, которые не проходили службу во 2 автомобильной роте.

В период госпитализации таких военнослужащих, как Р1., Х1., Ш1. и других, рапорта на их убытие в госпиталь подавались не Супруном, а лицом, временно исполняющим обязанности командира 2 автомобильной роты.

Военнослужащий М2. при убытии в феврале 2020 г. в госпиталь проходил военную службу не по призыву, как ошибочно указано в справке-расчете, а по контракту.

В ряде случаях задержка в издании приказа об убытии в госпиталь, и, соответственно, выдача продовольственного аттестата, были обусловлены тем обстоятельством, что военнослужащие убывали в госпиталь непосредственно из лазарета, не прибывая в расположение роты, в связи с чем Супрун не мог знать о местонахождении больного подчиненного.

Кроме того задержки в издании приказа об убытии в госпиталь были связаны с организацией работы несекретного делопроизводства в выходные и праздничные дни, то есть связаны с обстоятельствами, к которым Супрун не имеет отношения.

При проведении административного расследования все вышеизложенные обстоятельства не были установлены на основании конкретных фактов, свидетельствующих о непосредственной причастности Супруна к образованию ущерба, а вывод о причастности Супруна к несвоевременному снятию госпитализированных военнослужащих 2 автомобильной роты с продовольственного обеспечения сделан исключительно исходя из материалов проверки, проведенной сотрудниками Межрегионального управления ведомственного финансового контроля и аудита МО РФ (по Южному военному округу), которые произвели лишь сверку с продовольственной службой госпиталя и выявили, что ряд военнослужащих прибывали в госпиталь и находились на лечении без аттестатов на продовольствие.

Отсутствие Супруна на службе по уважительным причинам (отпуск, командировка и т.д.) либо временное исполнением им обязанностей по другой воинской должности при проведении административного расследования по внимание также не принято.

Между тем в тех случаях, как, к примеру, при убытии В2. с 26 марта 2020 г. в госпиталь, когда рапорт командира 2 автомобильной роты был подан только 1 апреля 2020 г., Супрун находился в отпуске с 27 февраля 2020 г. по 14 апреля 2020 г., а его обязанности были возложены на заместителя командира 2 автомобильной роты, в связи с чем вины Супруна в этом не усматривается.

Таким образом следует признать, что вина Супруна к образованию этого ущерба в ходе административного расследования не установлена.

Также суд отмечает, что большинство приказов командира войсковой части №00000 изданы в день или на следующий день после регистрации рапорта командира 2 автомобильной роты, а военнослужащие сняты с котлового довольствия в каждом случае со следующего дня после издания приказа, однако ничем не подтвержденные данные, касающиеся периодов пребывания военнослужащих в госпитале без снятия с котлового довольствия в воинской части, и изложенные в справке-расчете, не соответствуют этим приказам.

Таким образом, на основании представленных из войсковой части №00000 материалов вину и непосредственную причастность Супруна к причинению ущерба установить не представляется возможным.

Более того, анализируя вышеизложенные правовые нормы в их совокупности и взаимосвязи, суд не находит оснований полагать, что ответчик Супрун, исполняя обязанности командира 2 автомобильной роты, может быть причастен к причинению вышеуказанного ущерба, поскольку из совокупности этих норм следует, что на указанное должностное лицо не возлагаются обязанности по совершению каких-либо действий, направленных на снятие подчиненных военнослужащих с продовольственного обеспечения при их госпитализации.

Также суд отмечает, что военнослужащие должны иметь при себе продовольственные аттестаты еще до убытия в госпиталь, а их выдача возможна не иначе, как по приказу командира воинской части, а в случае необходимости срочной госпитализации военнослужащие на законных основаниях подлежат зачислению на продовольственное обеспечение на основании приказа начальника военно-медицинского учреждения.

Таким образом следует признать, что поскольку иных данных о причастности к несвоевременному снятию военнослужащих 2 автомобильной роты с продовольственного довольствия материалы административного расследования не содержат, то ответчик не подлежит материальной ответственности за ущерб, выявленный в результате проверки вопросов организации продовольственного обеспечения в войсковой части №00000.

При таких обстоятельствах, учитывая, что доказательств, свидетельствующих о том, что материальный ущерб причинен в результате виновных действий Супруна, суду не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для привлечения Супруна к материальной ответственности.

С учетом вышеизложенного, оснований для удовлетворения исковых требований командира войсковой части №00000 не имеется.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска командира войсковой части №00000 к бывшему военнослужащему этой же воинской части 

<

...> ФИО1 о возмещении материального ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным и гражданским делам Южного окружного военного суда через Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Браславцев 

Мотивированное решение составлено 2 августа 2021 г.