К делу №2-1074/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Белореченск 06 июня 2018 года

Белореченский районный суд Краснодарского края в составе: председательствующего судьи Пятибратовой И.В., 

при секретаре Сафоновой С.И., 

с участием представителя истца УПФ РФ /ГУ/ в Белореченском районе по доверенности ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в Белореченском районе Краснодарского края к ФИО2 о взыскании денежной суммы, 

УСТАНОВИЛ:

Истец просит суд взыскать с ФИО2 в свою пользу незаконно полученную ежемесячную компенсационную выплату за период времени с 01.11.2011 года по 30.11.2017 год в сумме 87 600 рублей. 

В обоснование заявленных требований истец пояснил, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является получателем социальной пенсии по инвалидности с ДД.ММ.ГГГГ года и ежемесячной компенсационной выплаты к пенсии в связи с осуществлением за ним ухода как за нетрудоспособным лицом, инвалидом 1 группы с ДД.ММ.ГГГГ года в Государственном учреждении - Управлении Пенсионного Фонда Российской Федерации в Белореченском районе Краснодарского края.ДД.ММ.ГГГГ года ФИО2 одновременно с лицом, осуществляющим за ним уход - ФИО3, написали заявления об установлении ежемесячной компенсационной выплаты к пенсии в связи с осуществлением ФИО3 ухода за нетрудоспособным лицом - ФИО2 ФИО3 при подаче заявления на осуществление ухода за ФИО2 уведомила УПФ РФ в Белореченском районе о том, что не осуществляет трудовую деятельность, в связи с чем, к пенсии ФИО2 была назначена ежемесячная компенсационная выплата.При подаче ДД.ММ.ГГГГ года заявлений ФИО2 и ФИО3 были уведомлены о необходимости безотлагательно извещать УПФ РФ о поступлении на работу и других обстоятельствах, влекущих прекращение компенсационной выплаты.Для осуществления контроля и проверки сведений о работе на граждан, осуществляющих уход за нетрудоспособными пенсионерами, Управлением ПФР была проведена работа по запросу выписок из индивидуального лицевого счета застрахованного лица. В результате проведенной работы установлено, что ухаживающее лицо ФИО3 осуществляла трудовую деятельность в период с 01.11.2011 года пo 30.11.2017 год. Таким образом, в результате несообщения факта работы ФИО3, ответчик ФИО2 неосновательно получал ежемесячную компенсационную выплату за вышеуказанный период в общей сумме 87 600 рублей. С заявлением о прекращении ежемесячной компенсационной выплаты в связи с трудоустройством ФИО3, ни ФИО2, ни ФИО3 в УПФР в Белореченском районе Краснодарского края не обращалась, то есть обязанность, установленная п. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а так же п.12 ст. 12.1 ФЗ РФ от 17.07.1999года № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», п.10 Правил от 04.06.2007г. №343 по безотлагательному представлению в УПФР сведений о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты, исполнена не была.ФИО2 13.12.2017 г. был уведомлен сотрудниками УПФР о прекращении компенсационной выплаты и наличии переплаты. Для решения вопроса о погашении задолженности ответчик в УПФР не явился.Решением Комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан Управления Пенсионного фонда РФ в Белореченском районе от 26.03.2018 года ФИО2 было рекомендовано погасить образовавшуюся по его вине переплату в сумме 87 600 рублей, однако до настоящего времени сумма переплаты не погашена.

Представитель истца по доверенности ФИО1 в судебном заседании просила исковые требования удовлетворить, подтвердив все вышеизложенное. 

Ответчик ФИО2 надлежащим образом извещенный о времени и месте, в судебное заседание не явился, но представил в суд возражение, согласно которому, просит отказать в удовлетворении иска, применив срок исковой давности, рассмотреть дело в его отсутствие. В обоснование своей позиции, содержащейся в возражениях на исковое заявление, ФИО2 пояснил, что с получением имеющихся на данный момент сведений о перечисленных ему компенсационных выплатах, признает их избыточность и намерен их вернуть частями Управлению ПФР на условиях мирового соглашения, которое может быть заключено, если суд применит заявляемый им трёхлетний срок исковой давности и будут рассмотрены обстоятельства, изложенные ниже. Просит учесть, что истребуемые Управлением ПФР сумма в размере 87 600 рублей, является для него весьма существенной, а кроме ежемесячной пенсии, других доходов у него нет. В вину ответчикам истец вменяет неуведомение его о трудоустройстве ФИО3 Поэтому поводу у них состоялось несколько разговоров с ФИО3: один - напомнили ей о необходимости уведомить Управление ПФР, второй - о том, что она подала соответствующее заявление в Управление ПФР. Эти же сведения она подтвердила и после получения писем от Управления ПФР в декабре 2017 г. и январе 2018 г., однако подтвердить это чем-либо ещё, например копией такого заявления с отметкой о приёме его Управлением ПФР, нет возможности. Однако с учётом того, что обычный срок хранения документов составляет пять лет, представляется, что в качестве доказательств этого обстоятельства могут быть приняты объяснения ФИО3 в суде, а также подтверждены такими документами как: справками о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2011 год, когда ФИО3 трудоустроилась, и за последующие годы; документами по форме СЗИ-6 «Сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица», который выдан ФИО3 по её запросу Управлением ПФР. В вышеуказанных документах содержатся сведения, идентифицирующие личность: СНИЛС, ИНН, номер документа,удостоверяющего личность. Эти же сведения содержатся и в квартальных и годовых отчётах, представляемых в Управление ПФР организацией, в которой трудится ФИО3 Вышеприведённые обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что при нормальном исполнении Управлением ПФР и его работниками своих функций и обязанностей, они обязаны были и имели возможность своевременно - с получением годового отчёта работодателя ФИО3 за 2011 год - выявить факт её трудоустройства и прекратить компенсационные выплаты. С учётом того, что соответчик ФИО3 утверждает, что она извещала Управление ПФР о своём трудоустройстве, есть основание предполагать в действиях работников УПФР халатность или злонамеренность. Кроме того, установление момента, когда истец узнал или должен был узнать о трудоустройстве соответчика ФИО3, необходим также и для исчисления срока исковой давности. Соответчик ФИО3, излагая историю своего посещения Управления ПФР, сообщала, что работник Управления ПФР, принимая документы, интересовалась, необходим ли ФИО3 трудовой стаж за период ухода за инвалидом. Получив утвердительный ответ, работник Управления ПФР потребовал представить дополнительные документы. ФИО3 затребованные дополнительные документы не приносила и не представляла. Её уход за инвалидом в трудовой стаж оформлен не был. Это обстоятельство могло быть использовано работниками Управления ПФР для начисления трудового стажа иному, чем ФИО3, лицу. В качестве доказательств, подтверждающих и опровергающих эти предположения, могут быть помесячные ведомости или иные документы, в которых указаны инвалид, лицо, осуществляющее уход за инвалидом и размер денежной компенсации, а также ведомости или иные документы по учёту трудового стажа лиц, осуществляющих уход за инвалидами. Данное обстоятельство, если оно будет подтверждено, позволяет возложить на истца бремя доказывания того, что именно ФИО3 указана как лицо, осуществляющее уход за инвалидом (л.д.21-22). 

Третье лицо, на стороне ответчика, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3, надлежащим образом извещенная о времени и месте, в судебное заседание не явилась, но представила в суд заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, в удовлетворении иска просит отказать, применив срок исковой давности (л.д.20). 

Выслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд считает правильным исковые требования удовлетворить по следующим основаниям. 

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является получателем социальной пенсии по инвалидности с 01.05.2002 года и ежемесячной компенсационной выплаты к пенсии в связи с осуществлением за ним ухода как за нетрудоспособным лицом, 

<

данные изъяты>. 

18.06.2009 года ФИО2, одновременно с лицом, осуществляющим за ним уход - ФИО3, написали заявления об установлении ежемесячной компенсационной выплаты к пенсии в связи с осуществлением ФИО4 ухода за нетрудоспособным лицом - ФИО2 (л.д.5-6). 

Одновременно с написанием вышеуказанных заявлений, ФИО3, а именно 18.06.2009 года уведомила УП РФ /ГУ/ в Белореченском районе о том, что не осуществляет трудовую деятельность (л.д.5), в связи с чем, к пенсии ФИО2 была назначена ежемесячная компенсационная выплата.

Также, 18.06.2009 года ФИО3 была уведомлена о необходимости безотлагательно извещать истца о поступлении на работу и других обстоятельствах, влекущих прекращение компенсационной выплаты.

В ходе проведенной истцом проверки, в ноябре 2017 года был выявлен факт осуществления ФИО3 трудовой деятельности в период времени с 01.11.2011 года по 30.11.2017 год, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д.16) и выпиской из лицевого счета застрахованного лица (л.д.33-35).

В соответствии с Указом Президента РФ от 26.12.2006 г. №1455 «Окомпенсационных выплатах лицам, осуществляющим уход за нетрудоспособными гражданами», указанная выплата устанавливается к пенсии нетрудоспособного лица, если за ним осуществляет уход трудоспособный гражданин, который не осуществляет работу и иную деятельность, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию.

Во исполнение вышеназванного Указа, Постановлением Правительства РФ от 04.06.2007 № 343 утверждены Правила осуществления ежемесячных компенсационных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за инвалидом Iгруппы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также за престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет.

Согласно п.2 Правил, ежемесячная компенсационная выплата назначается проживающим на территории Российской Федерации лицам, осуществляющим уход за инвалидом I группы (за исключением инвалидов с детства I группы), а также престарелым, нуждающимся по заключению лечебного учреждения в постоянном постороннем уходе либо достигшим возраста 80 лет (нетрудоспособные граждане).

Согласно п.З Правил, компенсационная выплата устанавливается лицу, осуществляющему уход, в отношении каждого нетрудоспособного гражданина на период осуществления ухода за ним.

Указанная выплата производится к назначенной нетрудоспособному гражданину пенсии и осуществляется в течение этого периода в порядке, установленном для выплаты соответствующей пенсии.

Пунктом 10 Правил установлено, что лицо, осуществляющее уход, обязано в течение 5 дней известить орган, осуществляющий выплату пенсии, о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления компенсационной выплаты.

На основании ч. 5 ст.26 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" пенсионер обязан извещать пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Согласно ч.12 ст.12.1 ФЗ РФ от 17.07.1999 года № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» пенсионер обязан безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, и уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой граждане подлежат обязательному пенсионному страхованию, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты.

В нарушение вышеуказанных норм закона ни ответчик ФИО2, ни ФИО3 к истцу с заявлением о прекращении ежемесячной компенсационной выплаты в связи с осуществлением ФИО3 трудовой деятельности не обратились, что подтверждено пояснениями ответчика ФИО2, содержащихся в возражениях, на основании чего, исковые требования подлежат удовлетворении. 

Отказывая ответчику ФИО2 в требовании о применении срока исковой давности суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 195 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Согласно ст.200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как установлено в судебном заседании и подтверждено материалами дела, факт обнаружения незаконной выплаты ФИО2 был обнаружен Управлением Пенсионного фонда РФ в Белореченском районе Краснодарского края в ноябре 2017 года, из чего следует, что истцу только в ноябре 2017 года стало известно о нарушении своего права, в связи с чем срок, обращения с данным иском в суд истцом не пропущен. 

Кроме того, согласно вышеуказанному законодательству на ответчике и третьем лице лежит обязанность по безотлагательному представлению в УПФ РФ в Белореченском районе сведений о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращения выплат, что последними исполнено не было. 

Поскольку выплаты производились ФИО2, следовательно денежная сумма должна быть взыскана с него. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2, проживающего по адресу: 

<

адрес> в пользу Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда РФ в Белореченском районе Краснодарского края, юридический адрес: 

<

...> незаконно полученную компенсационную выплату за период времени с 01.11.2011 года по 30.11.2017 год в сумме 87 600 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Белореченский районный суд в течение месяца.

Судья И.В. Пятибратова