Гражданское дело № 2-43/2021 (№ 2-779/2021)

УИД: 66RS0032-01-2020-001484-28

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 15 марта 2021 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

05 марта 2021 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, допущенного к участию в деле на основании устного ходатайства, 

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности № 3 от 18 января 2021 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-43/2021 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии, назначении досрочной страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО1 с учетом последующего уточнения исковых требований в соответствии с положениями статьи 39 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации (л.д. 87-94) обратилась в суд с вышеуказанным иском к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области (далее по тексту – ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области), указав, что 28 августа 2020 года подала ответчику заявление о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», однако решением № 1104262/20 от 16 октября 2020 года ей отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием необходимого специального стажа. Специальный трудовой стаж истца, принятый к зачету составил 20 лет 05 месяцев 11 дней, общий страховой стаж составил 29 лет 09 месяцев 11 дней. При этом, из специального стажа ответчиком в том числе были исключены период работы с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13, с 01 июля 2013 года по 02 сентября 2015 года в качестве учителя информатики в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (в том числе период с 31 августа 2015 года по 02 сентября 2015 года – отпуск без сохранения заработной паты), с 01 июля 2013 года по 31 августа 2014 года в качестве учителя информатики в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (в том числе периоды с 12 июля 2013 года по 31 августа 2013 года, с 14 июля 2014 года по 31 августа 2014 года – отпуска без сохранения заработной платы), с 01 июля 2016 года по 27 августа 2020 года в качестве учителя информатики в ГКОУ СО для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» (в том числе периоды 16 сентября 2016 года, 01 декабря 2017 года, с 12 февраля 2020 года по 13 февраля 2020 года, - отпуска без сохранения заработной платы, а также периоды с 25 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 24 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года – курсы повышения квалификации). Не согласившись с данным решением, истец просила включить периоды работы: с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13; с 01 сентября 2014 года по 01 сентября 2015 года, с 01 сентября 2016 года по 01 сентября 2017 года, с 01 сентября 2017 года по 01 сентября 2018 года, с 01 сентября 2018 года по 01 сентября 2019 года, с 01 сентября 2019 года по 01 сентября 2020 года, в качестве учителя информатики в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», в качестве преподавателя в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС», в том числе период с 01 сентября 2016 года по 16 июня 2017 года в качестве учителя информатики в МАОУ СОШ № 10 имени воина - интернационалиста ФИО4; с 01 сентября 2020 года по 01 сентября 2021 года в качестве преподавателя в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС», в качестве учителя информатики в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи»; с 25 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 24 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя информатики в ГБУОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» в специальный стаж и возложить на ответчика обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 28 августа 2020 года.

В судебном заседании истец и представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле на основании устного ходатайства, исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении с учетом уточнения, поддержали; просили исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности № 3 от 18 января 2021 года, исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать, представила в материалы дела отзыв на исковое заявление с учетом дополнений, в котором настаивала на правомерности обжалуемого решения ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости (л.д. 39-42, 180-185), поскольку оценка пенсионных прав истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости произведена пенсионным органом в полном соответствии с требованиями закона с учетом выполнения нормы педагогической нагрузки.

Заслушав истца и ее представителя, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд полагает иск подлежащим частичному удовлетворению. 

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Так, из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июня 2004 года № 11-П в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, развивается система социальных служб; каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 7; статья 37, часть 3; статья 39, часть 1).

Важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Государственные пенсии в соответствии со статьей 39 (часть 2) Конституции Российской Федерации устанавливаются законом.

В соответствии с частью 2 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с настоящим Федеральным законом. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в названный Федеральный закон.

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

В силу пункта 19 части 1 статьи 30 названного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам: лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 30).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу указанного Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу указанного Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30). 

Из материалов дела следует, что 28 августа 2020 года ФИО1, *** года рождения обратилась в ГУ - УПФ РФ в г. Кировграде и г. Верхнем Тагиле Свердловской области, представив документы для досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности в соответствии с пунктом 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»; решением ответчика № 1104262/20 от 16 октября 2020 года ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимого специального стажа, который согласно указанному решению составил 20 лет 05 месяцев 11 дней, что менее требуемых законом 25 лет; индивидуальный пенсионный коэффициент составил 120,363 (л.д. 13- 74 – копия пенсионного дела, 75-77 – выписка индивидуального персонифицированного учета).

Свое решение ответчик мотивировал тем, что периоды работы с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13, поскольку наименование учреждения не соответствует Списку должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации № 781от 29 октября 2002 года; с 01 июля 2013 года по 02 сентября 2015 года в качестве учителя информатики в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (в том числе период с 31 августа 2015 года по 02 сентября 2015 года – отпуск без сохранения заработной паты), с 01 июля 2013 года по 31 августа 2014 года в качестве учителя информатики в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (в том числе периоды с 12 июля 2013 года по 31 августа 2013 года, с 14 июля 2014 года по 31 августа 2014 года – отпуска без сохранения заработной платы), с 01 июля 2016 года по 27 августа 2020 года в качестве учителя информатики в ГКОУ СО для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» (в том числе периоды 16 сентября 2016 года, 01 декабря 2017 года, с 12 февраля 2020 года по 13 февраля 2020 года, - отпуска без сохранения заработной платы, а также периоды с 25 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 24 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года – курсы повышения квалификации), поскольку не выполнена в эти периоды норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки); имеющие место в указанные периоды работы отпуска без сохранения заработной платы и курсы повышения квалификации, поскольку их включение не предусмотрено Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 111 июля 2002 года № 516.

Так. действуя в пределах предоставленного ему полномочия, Правительство Российской Федерации постановлением от 29 октября 2002 года № 781 утвердило Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее по тексту – Список и Правила от 29 октября 2002 года № 781), которые применяются при досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», а также при исчислении периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в порядке, установленном Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665 (далее Список № 781 и Правила № 781).

Кроме того, предусмотрено применение Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № 1067 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей», с применением положений абзаца 3 пункта 3 указанного постановления - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с -1 ноября 1999 года по 31 декабря 2001 года включительно; Списка профессий и должностей работников народного образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей дает право на пенсию за выслугу лет по правилам статьи 80 Закона РСФСР «О государственных пенсиях в РСФСР», утвержденный постановлением Совета Министров РСФСР от 06 сентября 1991 года № 463 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей дает право на пенсию за выслугу лет», с применением положений пункта 2 указанного постановления - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01 января 1992 года по 31 октября 1999 года включительно (далее Список № 463); Перечня учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства»), - для учета периодов педагогической деятельности, имевшей место до 01 января 1992 года (далее Список № 1397).

Таким образом, для оценки пенсионных прав истца подлежит применению как законодательство, действующее на момент обращения ее в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии (Список № 781 и Правила № 781), так и законодательство, действовавшее в спорные периоды работы истца (Список № 1067).

Из приведенных нормативных положений следует, что право на досрочное назначение страховой пенсии по старости имеют лица, непосредственно осуществлявшие педагогическую деятельность не менее 25 лет в учреждениях для детей, предусмотренных Списками. При этом право на досрочное назначение страховой пенсии в связи с осуществлением педагогической деятельности предоставляется лицу при соблюдении одновременно двух условий: работы в соответствующих должностях и работы в соответствующих учреждениях.

В соответствии с пунктом 4 Правил № 781 периоды выполнявшейся до 01 сентября 2000 года работы в должностях в учреждениях, указанных в списке, засчитываются в стаж работы независимо от условия выполнения в эти периоды нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки), а начиная с 01 сентября 2000 года - при условии выполнения (суммарно по основному и другим местам работы) нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки), установленной за ставку заработной платы (должностной оклад), за исключением случаев, определенных настоящими Правилами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в том числе, трудовой книжки, уточняющей справки № 740 от 04 сентября 2020 года в период с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года истец работала в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13 (л.д. 15-17, 11-12).

Так, Списком № 463 в разделе «Наименование учреждений» предусмотрены детские дома всех типов и наименований, школы и школы-интернаты всех типов и наименований, а в разделе «Наименование должностей» - должность учителя.

Списком № 781 в пункте 1 раздела «Наименование должностей» также предусмотрена должность учителя, а в разделе «Наименование учреждений» - общеобразовательные учреждения, в частности, школы всех наименований (пункт 1.1); общеобразовательные учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе, школа-интернат, детский дом, детский дом-школа (пункт 1.3).

Таким образом, проанализировав представленную в материалы дела уточняющую справку № 740 от 04 сентября 2020 года ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» ГКОУ СО «Верхнетагильский детский дом-школа», из которой следует, что с момента образования и по 31 декабря 1992 года Верхнетагильская школа-интернат № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей являлась структурным подразделением городского отдела народного образования г. Кировграда; с 01 сентября 1990 года по 31 августа 1991 года на основании решения Кировградского Совета народных депутатов № 122 от 24.05.1990 г. Верхнетагильская школа-интернат № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей имела название Верхнетагильский детский дом № 25, средняя школа № 13; с 01 сентября 1991 года на основании решения № 198 от 14 июня 1991 года Кировградского Совета народных депутатов Верхнетагильский детский дом № 25, средняя школа № 13 изменила название и по 15.02.1995 г. именовалась Верхнетагильский комплекс детский дом-школа; с 01 января 1993 года на основании Приказа № 104-д от 22 декабря 1993 года приобрела статус юридического лица; с 16 февраля 1995 года на основании Постановления главы местного самоуправления г. Верхний Тагил № 33 от 16 февраля 1995 года принят Устав учреждения и по 28.05.1998 г. Верхнетагильский комплекс детский дом-школа имел название «Верхнетагильский комплекс государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13» (свидетельство о государственной регистрации IY-КИ №432 от 16 февраля 1995 года); с 29 мая 1998 года внесены изменения в Устав и на основании Постановления № 226 от 29 мая 1998 года главы администрации Муниципального образования г. Верхний Тагил «Верхнетагильский комплекс государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13» сменил название на «Верхнетагильское государственное образовательное учреждение детский дом-школа для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (свидетельство о государственной регистрации 1У-КИ №432/1 от 29 мая 1998 года); с 04 марта 200 года на основании Приказа Министерства общего и профессионального образования Свердловской области № 07-д от 27 июля 2004 года «Верхнетагильское государственное образовательное учреждение детский дом-школа для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» переименовано в «Государственное образовательное учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа»; с 30 ноября 2006 года на основании Свидетельства о внесении записи в Единый государственный реестр юридических лиц Государственное образовательное учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» переименовано в Государственное образовательное учреждение Свердловской области для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» (свидетельство за государственным регистрационным номером 2069621029949 от 30 ноября 2006 года); с 02 сентября 2011 года на основании Свидетельства о внесении записи в Единый государственный реестр юридических лиц Государственное образовательное учреждение Свердловской области для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» на основании Постановления Правительства Свердловской области № 588-ПП от 25 мая 2011 года «О создании государственных казённых образовательных учреждений Свердловской области наделении Министерства общего и профессионального образования Свердловской области полномочиями учредителя подведомственных государственных казённых и бюджетных учреждений Свердловской области» и Приказа Министерства общего и профессионального образования Свердловской области № 39-д от 12 августа 2011 года переименовано на Государственное казённое образовательное учреждение Свердловской области для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» (свидетельство за государственным регистрационным номером 2116621014904 от 01 сентября 2011 года); с 01 февраля 2016 года на основании свидетельства о внесении записи в Единый государственный реестр юридических лиц Государственное казенное образовательное учреждение Свердловской области для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Верхнетагильский детский дом-школа» на основании Приказа Министерства общего и профессионального образования Свердловской области № 661-д от 24 декабря 2015 года «О переименовании и внесении изменений в уставы государственных казенных образовательных учреждений Свердловской области» переименовано на Государственное казённое общеобразовательное учреждение Свердловской области «Верхнетагильский детский дом-школа» (свидетельство за государственным регистрационным номером 2169658207244 от 28 января 2016 года), суд приходит к выводу о том, что период работы истца с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13 подлежит зачету в специальный педагогический стаж, поскольку в данный период истец выполняла обязанности в должности и в учреждении, предусмотренных как Списком № 463, так и Списком № 781, при этом, в соответствии с пунктом 4 Правил № 781 периоды выполнявшейся до 01 сентября 2000 года работы в должностях в учреждениях, указанных в списке, засчитываются в стаж работы независимо от условия выполнения в эти периоды нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки).

Вопреки ошибочным доводам стороны ответчика, о том, что указанный период не подлежит включению в специальный стаж, поскольку наименование учреждения, в котором истец осуществляла трудовую деятельность в данный период, не предусмотрено Списками, суд отклоняет как несостоятельные, поскольку, во-первых, Список № 463 предусматривает включение в специальный педагогический стаж работу воспитателем в детских домах всех типов и наименований, а во-вторых, Верхнетагильский комплекс образовательного учреждения включал в себя как детский дом, так и среднюю школу, т.е. объединял два типа образовательных учреждений для детей (пункты 1.1 и 1.3 раздела «Наименование учреждений» Списка № 781), работа учителем в каждом из которых дает право на досрочную пенсию по старости, при этом пункт 1.1 предусматривает школы всех наименований.

Разрешая требования истца в части включения в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периодов работы (суммарно) с 01 сентября 2014 года по 01 сентября 2015 года, с 01 сентября 2016 года по 01 сентября 2017 года, с 01 сентября 2017 года по 01 сентября 2018 года, с 01 сентября 2018 года по 01 сентября 2019 года, с 01 сентября 2019 года по 01 сентября 2020 года, в качестве учителя информатики в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», в качестве преподавателя в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС», в том числе период с 01 сентября 2016 года по 16 июня 2017 года в качестве учителя информатики в МАОУ СОШ № 10 имени воина - интернационалиста ФИО4, включая периоды с 25 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 24 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя информатики в ГБУОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковый требований истца в указанной части по следующим основаниям.

Так, оценив и проанализировав представленные в материалы дела утоняющие справки и кадровые документы истца в отношении вышеуказанных периодов работы истца, суд, соглашаясь с позицией стороны ответчика, приходит к выводу о том что оценка пенсионных прав истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости произведена пенсионным органом в указанной части в полном соответствии с требованиями закона с учетом сведений индивидуального персонифицированного учета, а также выполнения суммарно нормы рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) как по основному месту работы, так и по совместительству, с учетом имевших место в указанные периоды работы отпусков без сохранения заработной платы, которые с учетом положений пунктов 4, 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных, Постановлением Правительства Российской Федерации № 516 от 11 июля 2002 год, не подлежат зачету в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, а именно: 

период работы с 01 сентября 2014 года по 31 января 2015 года зачтен пенсионным органом в специальный стаж суммарно по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (0,5 ставки) и в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (0,5 ставки); период с 01 февраля 2015 года по 30 июня 2015 года зачтен по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (1,0 ставки). В свою очередь период работы с 01 июля 2015 года по 02 сентября 2015 года не может быть зачтен в специальный стаж, поскольку в указанный период не выполнена суммарно норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) ни по месту работы в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,11 ставки), ни в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (0,5 ставки), в том числе в указанный период имели место быть отпуска без сохранения заработной платы (с 31 августа 2015 года по 02 сентября 2015 года, с 01 июля 2015 года по 13 июля 2015 года и с 14 июля 2015 года по 31 августа 2015 года), а трудовые отношения в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» имели срочный характер на период с 01 сентября 2014 года по 30 июня 2015 года;

- период работы истца с 03 сентября 2015 года по 30 июня 2016 года зачтен в специальный стаж суммарно по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (0,9 ставки) и в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,11 ставки). В свою очередь период работы с 01 июля 2016 года по 01 сентября 2016 года не может быть зачтен в специальный стаж, поскольку в указанный период не выполнена суммарно норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) ни по месту работы в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,17 ставки), ни в ГБУ СО «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи «Ресурс» (0,5 ставки), в том числе в указанный период имел место быть отпуск без сохранения заработной платы (с 19 июля 2016 года по 01 сентября 2016 года), а трудовые отношения в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» имели срочный характер на период с 01 сентября 2015 года по 30 июня 2016 года;

- в специальный стаж истца зачтен период работы с 01 сентября 2016 года по 04 июня 2017 года суммарно по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (0,7 ставки) и МАОУ МОШ № 10 (0,33 ставки); в свою очередь период работы с 05 июня 2017 года по 31 августа 2017 года не может быть зачтен в специальный стаж, поскольку в указанный период не выполнена суммарно норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) ни по месту работы в МАОУ МОШ № 10 (0,33 ставки), ни в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,16 ставки), в том числе в указанный период имели место быть отпуска без сохранения заработной платы (с 05 июня 2017 года по 16 июня 2017 года. 16 сентября 2016 года), а трудовые отношения в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» имели срочный характер на период с 01 сентября 2016 года по 30 июня 2017 года (л.д.).

- период работы с 03 сентября 2018 года по 29 июня 2019 года зачтен в специальный стаж истца по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (1,0 ставки); в свою очередь периоды работы с 01 сентября 2018 года по 02 сентября 2018 года, с 30 июня 2019 года по 01 сентября 2019 года не могут быть зачтены в специальный стаж, поскольку в указанный период не выполнена суммарно норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) по месту работы в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,16 ставки), в том числе в указанный период имели место быть отпуска без сохранения заработной платы (с 05 июня 2017 года по 16 июня 2017 года. 16 сентября 2016 года), а трудовые отношения в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» имели срочный характер на период с 03 сентября 2018 года по 29 июня 2019 года; 

- период работы с 02 сентября 2019 года по 30 июня 2020 года зачтен в специальный стаж истца по месту работы в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» (1,0 ставки); в свою очередь периоды работы 01 сентября 2019 года по 02 сентября 2019 года, с 30 июня 2020 года по 28 августа 2020 года не может быть принят к зачету в специальный стаж, поскольку в указанный период не выполнена суммарно норма рабочего времени (педагогической или учебной нагрузки) по месту работы в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» (0,33 ставки), в том числе в указанный период имели место быть отпуска без сохранения заработной платы (с 05 июня 2017 года по 16 июня 2017 года, 16 сентября 2016 года), а трудовые отношения в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС» имели срочный характер на период с 01 сентября 2020 года по 30 июня 2021 года.

Что касается требований истца в части включения в специальный стаж периодов с 25 сентября 2017 года по 29 сентября 2017 года, с 24 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года – курсы повышения квалификации в период работы в качестве учителя информатики в ГБУОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», суд отмечает, что систематическое повышение профессионального уровня является обязанностью педагогического работника, наличие специального образования является необходимым условием на занятие педагогической деятельностью (статьи 46, 48 Федерального закона № 273-ФЗ от 29 декабря 2012 года «Об образовании в Российской Федерации»), следовательно, в силу положений подпункта «д» пункта 6 Положения о лицензировании образовательной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 октября 2013 года № 966, части 1, 4 статьи 196, статьи 187 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктов 4 и 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, работнику, направленному на обучение и повышение квалификации, гарантируются такие же трудовые права, как и лицам, трудящимся полное рабочее время, по сути, законодателем установлено, что период нахождения работника на курсах повышения квалификации приравнивается к выполнению своих прямых обязанностей по должностям, то есть периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, в связи с чем они подлежат включению в специальный стаж для назначения страховой пенсии по старости. 

Между тем, принимая во внимание, что в специальный стаж истца зачтены периоды работы с 01 сентября 2017 года по 30 июня 2018 года и с 03 сентября 2018 года по 29 июня 2019 года в качестве преподавателя ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС», которые поглощают периоды нахождения на курсах повышения квалификации, то правовых оснований для повторного включения периодов нахождения на курсах повышения квалификации по месту работы в ГБУОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», у суда не имеется. 

Не имеется у суда правовых оснований и для включения в специальный стаж истца периодов работы с 01 сентября 2020 года по 01 сентября 2021 года в качестве преподавателя в ГАПОУ СО «Кировградский техникум ПТС», в качестве учителя информатики в ГБОУ СО «Верхнетагильский центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи», поскольку на момент подачи истцом заявления 28 августа 2020 года о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», предметом оценки, при принятии пенсионным органом решения от 16 октября 2020 года, не являлись. Доводы стороны истца об обратном, основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, в связи с чем подлежат отклонению.

Принимая во внимание, что с учетом периодов, включенных как ответчиком так и судом, специальный стаж истца на соответствующих видах работ составил менее необходимых 25 лет для назначения досрочной страховой пенсии по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400 «О страховых пенсиях» (23 года 10 месяцев 13 дней), следовательно, обязанности у пенсионного органа назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с даты обращения истца за ее назначением – 28 августа 2020 года, не возникла. 

Более того, согласно части 1.1 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости лицам, имеющим право на ее получение независимо от возраста в соответствии с пунктами 19 - 21 части 1 настоящей статьи, назначается не ранее сроков, указанных в приложении 7 к настоящему Федеральному закону.

В соответствии с Приложением № 7 к указанному закону при возникновении права на страховую пенсию в 2020 году срок ее назначения - не ранее чем через 24 месяцев со дня возникновения права, в 2021 году – не ранее чем через 36 месяцев со дня возникновения права, в 2022 году – не ранее чем через48 месяцев со дня возникновения права.

При этом согласно части 3 статьи 10 Федерального закона № 350-ФЗ от 03 октября 2018 года «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» и которые в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 1 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков.

Таким образом, в силу приведенных нормативных положений, право у истца на досрочную страховую пенсию в связи с осуществлением педагогической деятельности возникнет только в 2022 году, в связи с чем такая пенсия может быть ей назначена не ранее чем через 48 месяцев со дня возникновения права на нее получение.

При изложенных обстоятельствах, решение пенсионного органа № 1104262/20 от 16 октября 2020 года в части отказа ФИО1 во включении в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, периода работы с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13 является незаконным. 

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Из материалов дела следует, что стороной истца понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей (чек-ордер от 30 ноября 2020 года).

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области о включении периодов в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, признании права на досрочное назначение страховой пенсии, назначении досрочной страховой пенсии по старости удовлетворить частично.

Возложить обязанность на государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области включить ФИО1 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», период работы с 26 декабря 1994 года по 28 мая 1998 года в качестве учителя информатики в Верхнетагильском комплексе детский дом-школа, Верхнетагильском комплексе государственного образовательного учреждения детский дом № 25 для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, средняя школа № 13.

В удовлетворении исковых требований в остальной части, отказать.

Взыскать в пользу ФИО1 с государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Кировграде и городе Верхнем Тагиле Свердловской области расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева