Дело № 2-69/2019 КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Билибино 24 июня 2019 года

Билибинский районный суд Чукотского автономного округа в составе:

председательствующего судьи Осипова С.Ф.,

при секретаре Александровой О.О.,

истицы ФИО1,

представителя ответчиков – Администрации муниципального образования Билибинский муниципальный район Чукотского автономного округа и Муниципального предприятия «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Администрации муниципального образования Билибинский муниципальный район Чукотского АО и к Муниципальному предприятию «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино о признании срочного трудового договора, заключенным на неопределенным срок, о взыскании заработной платы, взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась 29.04.2019 в суд с иском к Администрации муниципального образования Билибинский муниципальный район Чукотского АО (далее по тексту – Администрация МО БМР) и к Муниципальному предприятию «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино (далее по тексту – МП «Пищевой комбинат») с требованиями о взыскании заработной платы, взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и взыскании денежной компенсации морального вреда.

В обосновании иска указано, что с 07.11.2012 ФИО1 трудоустроена главным бухгалтером на предприятии МП «Пищевой комбинат». Постановлением Администрации МО БМР от 20.10.2014 принято решение о ликвидации МП «Пищевой комбинат», утверждена ликвидационная комиссия и её руководителем назначена ФИО1 

В последующем распоряжением главы муниципального образования Билибинский муниципальный район Чукотского АО от 27.02.2015 №47-рг ФИО1 с 04.03.2015 назначена директором МП «Пищевой комбинат». С ФИО1 был заключен срочный трудовой договор на исполнение обязанностей директора на период с 04.03.2015 до 07.10.2015. Пунктом п.4 трудового договора установлена оплата труда и социальное обеспечение руководителя. 17.03.2015 постановлением Администрации МО БМР внесены изменения в состав ликвидационной комиссии в связи с кадровыми изменениями, где руководитель ликвидационной комиссии ФИО1 поименована как директор МП «Пищевой комбинат». 

О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия ФИО1 не была предупреждена в письменной форме, с приказом о прекращении срочного трудового договора не ознакомлена. По истечению 07.10.2015 срока трудового договора ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора, а ФИО1 продолжала работать и выполнять трудовую функцию директора МП «Пищевой комбинат» с ведома Администрации МО БМР. Поэтому, на основании ст. 58 ТК РФ, условие о срочном характере трудового договора утратили силу, и трудовой договор стал считаться заключенным на неопределенный срок. 

По окончанию срочного трудового договора заработной платы ни как директор МП «Пищевой комбинат» ни как руководитель ликвидационной комиссии она не получала, расчетных листков также не получала. В Управлении финансов, экономики и имущественных отношений Администрации МО БМР (далее по тексту УФЭиИО МО БМР) объяснили невыплату заработной платы отсутствием денежных средств, и что при их поступлении будет погашена задолженность. 

С 01.02.2019 постановлением Администрации МО БМР назначен новый руководитель ликвидационной комиссии МП «Пищевой комбинат». Заявление на увольнение или освобождение от должности директора она не писала. С приказом об увольнении не знакомилась. Обещанной выплаты за труд не получила по настоящее время. 

Истица полагает, что незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, который выразился в стрессе, депрессии, бессоннице, ухудшении состояния здоровья. Также она была вынуждена прекратить обучение сына в ВУЗе с 06.02.2019 в связи с отсутствием денежных средств для оплаты обучения, сыну пришлось уйти в академический отпуск, что также принесло истице моральные страдания. На основании изложенного, истица просит: признать отношения трудовыми; взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу задолженность по заработной плате в размере 3 336 465,52 руб., денежную компенсацию за задержку выплат в размере 610 138,27 руб. и денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

Ответчиками были представлены письменные возражения, в которых они требования не признали и просили отказать в их удовлетворении, так как условия прекращения срочного трудового договора, предусмотренные ст.79 ТК РФ были соблюдены. О прекращении срочного трудового договора истица была предупреждена в письменной форме 30.09.2015 под роспись, т.е. не менее чем за три календарных дня до увольнения.

Договора с ФИО1 как с руководителем ликвидационной комиссии не заключались. В период с 17.03.2015 по 01.02.2019 истица самостоятельно как руководитель ликвидационной комиссии МП «Пищевой комбинат» осуществляла деятельность по расчетам с кредиторами, в том числе расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовым договорам. 

Финансово-хозяйственная деятельность МП «Пищевой комбинат» руководителем ликвидационной комиссии ФИО1 была полностью остановлена, выпуск и реализация продукции не производилось, наемные работники с 2015 года по настоящее время отсутствовали, начисление заработной платы не производилось, налоговая и страховая отчетность о суммах начисленной заработной платы и (или) иных выплат за указанный период отсутствует, отчеты о среднесписочной численности работников предприятия в налоговые органы в связи с их отсутствием не предоставлялись (л.д.102-103, 160-162).

В предварительном судебном заседании 20.05.2019 истица ФИО1 уточнила исковые требования и просила: срочный трудовой договор от 04.03.2015г. на основании ч.4 ст.58 ТК РФ признать заключенным на неопределенный срок, так как ни одна из сторон не потребовала его расторжения в связи с истечением срока действия срочного трудового договора; взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу заработную плату с 20.10.2015 по 29.04.2019 в размере 3 336 465,52 руб.; взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу проценты (денежную компенсацию) в размере 1/300 действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная с 10.11.2015 по 29.04.2019 в размере 610 138,27 руб.; взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 

В судебном заседании 05.06.2019 истица ФИО1 представила новые расчеты взыскиваемых сумм и увеличила исковые требования и просила: 

– на основании ч.4 ст.58 ТК РФ признать срочный трудовой договор от 04.03.2015 заключенным на неопределенный срок;

– взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу заработную плату с 20.10.2015 по 31.05.2019 в размере 3 336 465,52 руб.; 

– взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу проценты (денежную компенсацию) в размере 1/150 действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная с 10.11.2015 по 10.05.2019 в размере 1 291 163,15 руб.; 

– взыскать с МП «Пищевой комбинат» в её пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Истица ФИО1 категорически отрицала факт её уведомления о прекращении срочного договора в связи с истечением срока действия. Письменное уведомление от 30.03.2015 она не видела и не подписывала (т.1 л.д.164). Полагает, что она до сих пор является директором МП «Пищевой комбинат», поскольку её никто не увольнял и с приказом не знакомил. О распоряжении главы МО Билибинский муниципальный район от 01.10.2015 №№ о прекращении 07.10.2015 действия, заключенного с ней срочного трудового договора, она узнала лишь 20.05.2019 (л.д.201) при ознакомлении с материалами настоящего гражданского дела. 

Кроме того, учредителем юридического лица с 20.10.2014 она была назначена и выполняла работу как руководитель ликвидационной комиссии МП «Пищевой комбинат» до 01.02.2019, при этом какие-либо договора в письменной форме об оплате её труда как руководителя ликвидационной комиссии, она не заключала.

Пояснила, что в спорный период в МП «Пищевой комбинат» она работала одна на должности директора, все остальные должности были сокращены в связи с ликвидацией предприятия, а работники уволены ещё до октября 2015 года. Коммерческой деятельностью, предусмотренной уставом, предприятие не занималось, продукцию с начала января 2015 года не выпускало. Все документы и печать предприятия находилась в её распоряжении. Финансирование, выделяемое учредителем из бюджета, поступали на погашение кредиторской задолженности, задолженности по налогам и на погашение текущих затрат (в частности, на почтовые расходы, на подачу объявлений в газету). После окончания срока трудового договора в её трудовой функции ничего не изменилось. Она каждый рабочий день находилась на рабочем месте по адресу: 

<

адрес>. По этому же адресу находится её рабочее место генерального директора в ООО «Салют», которое арендует это помещение. Ключи от этого помещения по адресу 

<

адрес> находились только у неё по 24.06.2019. Новому составу ликвидационной комиссии она ключи ранее не передавала, так как там находились товарно-материальные ценности ООО «Салют» и МП «Пищевой комбинат», за сохранностью которых она смотрела. 

До 20.10.2015 она сама себе начисляла и выплачивала заработную плату в размере, установленном срочным трудовым договором. С указанной даты она перестала начислять и выплачивать себе заработную плату «из-за отсутствия денежных средств, не хотела отягощать предприятие, чтобы не появлялись новые пени, штрафные санкции и т.д.», а также в связи с тем, что «продления трудового договора не было». Журнал начисления заработной платы она не вела с 20.10.2015 из-за отсутствия начисления заработной платы.

В течение почти 4 лет она не обращалась в суд с требованием о взыскании заработной платы, поскольку «реально опасалась давления психологического, физического, морального, и другого со стороны Администрации МО БМР». В ближайшее время ООО «Салют» уйдет из арендованного помещения по адресу 

<

адрес> давления на неё, негативных последствий для ООО «Салют» уже не будет.

Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме и пояснила, что в соответствии с требованиями ст. 79 ТК РФ истица была в письменной форме 30.09.2015 уведомлена о расторжении, заключенного с ней трудового договора, в связи с истечением его срока и сама собственноручно расписалась в уведомлении. Распоряжением главы МО Билибинский муниципальный район от 01.10.2015 №-рг, на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ, ст.20 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" и Устава МО Билибинский муниципальный район срочный трудовой договор с ФИО1 прекращен 07.10.2015 в связи с истечением его срока. После этого истица трудовую функцию директора МП «Пищевой комбинат» не выполняла. Деятельность МП «Пищевой комбинат» полностью приостановлена, выпуск и реализация продукции не производилось, заработная плата не начислялась, отчеты о среднесписочной численности работников предприятия в связи с их отсутствием в налоговые органы не представлялись, что свидетельствует о том, что трудовая деятельность не велась. Истица осуществляла свою деятельность как руководитель ликвидационной комиссии по ликвидации юридического лица, в соответствии со ст.ст. 63, 64 ГК РФ погашала текущие расходы, необходимые для осуществления ликвидации, принимала меры по удовлетворению требования его кредиторов.

По месту нахождения МП «Пищевой комбинат» по адресу: 

<

адрес> истица осуществляет деятельность как генеральный директор и единственный учредитель ООО «Салют», а именно: выпуск и реализацию продукции на арендованном у МП «Пищевой комбинат» имуществе. ФИО1 без согласия собственника фактически сама с собой заключила договор аренды муниципального имущества, поскольку одновременно являлась руководителем арендатора (руководителем ликвидационной комиссии) и арендодателя, т.е. заинтересованным лицом. Договор аренды Арбитражным судом уже признан недействительным.

Совпадение рабочего места истицы в ООО «Салют» с местом нахождения МП «Пищевой комбинат» не свидетельствует о выполнении истицей трудовой функции именно директора МП «Пищевой комбинат». ООО «Салют» ежедневно пользуется имуществом МП «Пищевой комбинат», выпускает на нём свою продукцию и реализует её. 

В трудовой книжке истица сама внесла запись от 19.10.2015 №29 о прекращении трудового договора в связи с окончанием его срока. А представленный суду вкладыш к трудовой книжке с записью от 20.10.2015 №30 об аннулировании записи №29 является не достоверным, выполнен с нарушением правил ведения учета трудовой книжки (т.1 л.д.212-213). На титульном листе вкладыша печать отсутствует и скорее всего, данный вкладыш был изготовлен истицей после 06.02.2019, когда печать предприятия у неё была изъята. Истица знала, что с ней трудовые отношения прекратили, поэтому во всех договорах, которые заключались от имени МП «Пищевой комбинат», во всей переписке она указывала себя как руководитель ликвидационной комиссии. 

Представитель ответчиков ФИО2 просила в удовлетворении иска отказать, в том числе, в связи с пропуском истом установленного федеральным законом (ч.1 ст.392 ТК РФ) месячного срока обращения в суд по спору об увольнении.

Выслушав истицу, представителя ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно Уставу МП «Пищевой комбинат» учредителем Предприятия является Управление финансов, экономики и имущественных отношений Администрации муниципального образования Билибинский муниципальный район, орган, уполномоченный собственником имущества. Координацию и регулирование деятельности Предприятия осуществляют отраслевые Управления и отделы Администрации МО БМР (т.1 л.д.186-196).

Постановлением Администрации МО БМР от 20.10.2014 № №, в соответствии со ст. 61 ГК РФ и Федеральным законом от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" принято решение о ликвидации МП «Пищевой комбинат». Тем же постановлением утверждена ликвидационная комиссия, руководителем которой назначена истица ФИО1 в то время занимавшая должность главного бухгалтера МП «Пищевой комбинат» (т.1 л.д.182).

Распоряжением Главы Администрации МО БМР от 27.02.2015 № № с 04.03.2015 ФИО1 назначена директором МП «Пищевой комбинат» ГП Билибино (т.1 л.д.163).

04.03.2015 между Главой муниципального образования Билибинский муниципальный район и ФИО1 заключен срочный трудовой договор, регулирующий отношения связанные с исполнением последней обязанностей директора МП «Пищевой комбинат». Согласно п.7.1 срочный трудовой договор вступает в силу с 04.03.2015 и прекращается 07.10.2015 (т.1 л.д.236-239).

ФИО1 обязалась: добросовестно и разумно руководить предприятием, при этом руководствоваться законами, иными нормативными актами, Уставом предприятия и настоящим трудовым договором; обеспечить своевременную выплату заработной платы работникам предприятия в денежной форме (п.3.1.1, п.3.1.2.). Заработная плата руководителю выплачивается за счет средств предприятия (п.4.1). Трудовая книжка руководителя ведется и храниться на предприятии (п.7.3). 

17.03.2015 Постановлением Администрации МО БМР № № внесены изменения в Постановление Администрации МО БМР от 20.10.2014 № №. в части состава ликвидационной комиссии, где руководитель ликвидационной комиссии ФИО1 поименована как директор МП «Пищевой комбинат» (т.2 л.д.63-64).

30.09.2015 Главой Администрации в адрес директора МП «Пищевой комбинат» ФИО1, на основании п.2 ч.1 ст.77, ст.79 ТК РФ направлено письменное уведомление (исх.№01-02-13/2193) о прекращении срочного трудового договора с истечением срока действия. На уведомлении в графе «ФИО1» имеется подпись об ознакомлении и дата 30.09.2015 (т.1 л.д.164). 

01.10.2015 распоряжением Главы МО Билибинский муниципальный район №№, на основании п.2 ч.1 ст.77, ст.79 ТК РФ, ст.20 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" и Устава МО Билибинский муниципальный район, прекращено действие срочного трудового договора с директором МП «Пищевой комбинат» ФИО1 07.10.2015. Распоряжение разослано, в том числе в МП «Пищевой комбинат» и ФИО1 (т.1 л.д.165, т.2 л.д.65 на обороте).

Представитель ответчиков пояснила, что подтвердить факт вручения распоряжения истице не представляется возможным, так соответствующие журналы и разностные книги уже утрачены по прошествии длительного времени. 01.02.2019 Постановлением Администрации МО БМР № внесены изменения в Постановление Администрации МО БМР от 20.10.2014 №. в части состава членов ликвидационной комиссии, истица исключена из его состава, руководителем комиссии назначена ФИО6 – начальник отдела экономики УФЭиИО МО БМР (т.1 л.д.29-30, т.2 л.д.66-67).

06.02.2019 истица по акту передала ФИО6 часть документов предприятия, в том числе и печать МП «Пищевой комбинат» (т.1 л.д. 170-172).

Статья 46 Конституции РФ гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод. Право на судебную защиту относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод; данное конституционное право - это не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

Во исполнение указанных предписаний Конституции РФ во взаимосвязи с ее статьей 37 (часть 2), признающей право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения, Трудовой кодекс РФ устанавливает в ст. 392 сроки для обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров и порядок восстановления этих сроков в случае их пропуска.

Согласно ч.1 ст.392 ТК ТФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В рассматриваемом случае с 2012 года между сторонами возникли трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения, регулирование которых в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса РФ, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; нормативными правовыми актами органов местного самоуправления; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (ст.5 ТК РФ).

Настоящий спор является индивидуальным трудовым об увольнении, т.е. неурегулированным разногласием между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права (ст.381 ТК РФ) при прекращении срочного трудового договора с истицей в связи с истечением срока его действия распоряжением от 01.10.2015 №-рг.

Предусмотренный федеральным законом месячный срок для обращения в суд по спорам об увольнении, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (определения от 20 декабря 2005 года N 482-О, от 20 февраля 2007 года N 123-О-О, от 24 января 2008 года N 7-О-О), выступает в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений; сам по себе этот срок не может быть признан неразумным и несоразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на труд, в случае незаконного расторжения трудового договора по инициативе работодателя и является достаточным для обращения в суд.

Лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в срок, установленный федеральным законом, по уважительным причинам, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 63 от 28 декабря 2006 года) называет в качестве таких уважительных причин обстоятельства, которые могут расцениваться как препятствовавшие работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора: болезнь истца, нахождение в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжело больным членом семьи (пункт 5).

Поскольку ответчиками суду не представлены доказательства о дате вручения истице приказа об увольнении (распоряжения от 01.10.2015 №-рг о прекращении срочного трудового договора), то предусмотренный ч.1 ст.392 ТК РФ месячный срок для реализации истицей своего права обращения в суд за разрешением спора об увольнении подлежит исчислению со дня выдачи трудовой книжки.

Истцом суду представлена её трудовая книжка № №, в которой под №29 29.10.2015 произведена запись: «Уволена в связи с окончанием срока трудового договора, пункт 2 статьи 77, ст.79 Трудового кодекса. Директор ФИО1». В графе «На основании чего внесена запись» указано «Приказ №02л/с от 19.10.2015», Запись заверена печатью МП «Пищевой комбинат» (т.1 л.д. 203-211).

Как пояснила истица в судебном заседании, эта трудовая книжка велась и хранилась в МП «Пищевой комбинат», находилась в сейфе, в её личном распоряжении. Запись №29 была произведена ей лично. В период с 06.10.2015 до 19.10.2015 она была временно нетрудоспособна (т.1 л.д.71-72). Поэтому 19.10.2015 по окончанию срочного трудового договора и периода временной нетрудоспособности она произвела запись №29 об увольнении. 

Доводы же истицы, что на следующий день 20.10.2015 запись №29 она признала недействительной, вынесла приказ и произвела соответствующую запись №30 во вкладыше № № к трудовой книжке (т.1 л.д.212-213), суд считает недостоверными и логически не согласующимися с её последующими действиями. 

Так 15.12.2017 истица к заявлению о назначении пенсии в Управление ПФР по Билибинскому району Чукотского АО приложила трудовую книжку АТ-II № вместе с другим вкладышем ВТ-I №. Во вкладыше имеются записи: 20.10.2015 под №30 о принятии на работу в ООО «Салют» на должность заместителя генерального директора (приказ №6 от 20.10.2015); 01.07.2017 под №31 о назначении на должность генерального директора ООО «Салют» (приказ №16 от 01.07.2017); 17.09.2017 под №32 об увольнении по собственному желанию. В выписке из лицевого счета застрахованной ФИО1 период трудовой деятельности в МП «Пищевой комбинат» указан по 19.10.2015 (т.2 л.д.7-25). 

Представленный суду 16.05.2019 вкладыш ВТ-I № к трудовой книжке с единственной записью от 20.10.2015 №30 о признании записи №29 в трудовой книжке ФИО1 недействительной (т.1 л.д.218) оформлен с нарушением Правил ведения и хранения трудовых книжек, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16.04.2003 N 225 (далее – Правила) и Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденной Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации N 69 от 10.10.2003.

В нарушение требований п. 39 Правил в трудовой книжке истицы отсутствует штамп с надписью "Выдан вкладыш" с указанием серии и номера представленного суду вкладыша.

Без такого указания представленный истицей суду вкладыш на основании п. 38 Правил является недействительным, поскольку не может быть отнесен к трудовой книжке ФИО1

Кроме того, согласно п. 41 Правил в книге учета движения трудовых книжек и вкладышей в них, которая ведется кадровой службой или другим подразделением организации, оформляющим прием и увольнение работников, регистрируются все трудовые книжки, принятые от работников при поступлении на работу, а также трудовые книжки и вкладыши в них с указанием серии и номера, выданные работникам вновь. Вместе с тем, данная книга учета, которая могла бы подтвердить достоверность вкладыша ВТ-I №№, не представлена истицей в материалы дела.

В нарушение требований п.2.2 Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденной Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 10.10.2003 №69, на первой странице вкладыша ВТ-I №№ (титульном листе) отсутствует печать МП «Пищевой комбинат». 

При этом приказ от 20.10.2015 №2л/с о признании записи №29 в трудовой книжке ФИО1 недействительной (т.1 л.д.218) не может сам по себе, вопреки вышеизложенным доводам истицы, подтверждать её позицию, так как является односторонним документом, подписанным самой истицей. 

В ходе судебного разбирательства, после исследования судом вкладыша № № на вопросы судьи истица показала, что сведения о своей работе в ООО «Салют» она в трудовую книжку и во вкладыш никогда не вносила, поскольку заработную плату в обществе не получала, а представленный суду вкладыш № № является единственным. В последующем, после оглашения судом содержания копии вкладыша № № из пенсионного дела истицы, приобщенной по ходатайству представителя ответчика, истица не смогла логически объяснить наличие двух вкладышей с двумя взаимоисключающими записями под №30 от 20.10.2015. При этом показала, что все записи во вкладышах № № и № № были произведены ей лично. 

При отсутствии на предприятии, руководителем которого до спорного периода была сама истица, Книги учета движения трудовых книжек, Журнала учета приказов по личному составу и совпадении номеров приказов, на основании которых внесены записи № 29 и №30, представленные суду приказ от 20.10.2015 №2л/с и вкладыш ВТ-I №6187874 к трудовой книжке могли быть изготовлены истицей непосредственно для рассматриваемого настоящего спора, уже после передачи 06.02.2019 новому руководителю ликвидационной комиссии печати МП «Пищевой комбинат». 

Вывод суда об осведомленности истицы до 20.10.2015 о прекращении с ней срочного трудового договора, и о возможной фальсификации истицей доказательств по гражданскому делу согласуется также и с её действиями после истечения срока действия трудового договора. 

Так с 20.10.2015 истица прекратила ведение табеля учета рабочего времени, начисление заработной платы себе, приказы о предоставлении себе очередных отпусков не издавала, правом на компенсацию расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно не пользовалась. Указанное противоречит её пояснениям о продолжении исполнения ей трудовой функции директора предприятия и, безусловно, свидетельствует об осведомленности о прекращении срочного трудового договора. Её довод, что это обусловлено отсутствием денежных средств у предприятия и не желанием «отягощать предприятие» суд считает неубедительным. За период работы до истечения срока трудового договора задолженности по заработной плате истица не имеет, и ранее такого желания не проявляла.

В тоже время с 20.10.2015 в переписке с органами местного самоуправления, с государственными учреждениями и в ходе процессуальных действий, проведенных в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, ФИО1 занимаемую должность и место работы сама указывала как «руководитель ликвидационной комиссии», либо как «генеральный директор ООО «Салют». Переписка учредителя предприятия с ФИО1 также велась как с руководителем ликвидационной комиссии. С учредителя предприятия и с Администрации МО БМР истица требовала не заработную плату директора МП «Пищевой комбинат», а оплату с 20.10.2015 за работу «руководителем ликвидационной комиссии». Ни в одном из представленных суду документах с 20.10.2015 истица не указывала себя как директор МП «Пищевой комбинат» (т.1 л.д. 23-28, 31, 62, 64, 88, т.2 л.д.48-49,50-52, 53-54, 55-56). 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что с 19.10.2015 истица, являясь лицом, ответственным за ведение трудовых книжек, произведя в своей книжке соответствующие записи об увольнении, узнала об окончании срочного трудового договора. После этого её трудовая книжка находилась в её распоряжении, что с учетом обстоятельств дела отождествляется судом с «выдачей трудовой книжки». Поэтому, предусмотренный ч.1 ст.392 ТК РФ месячный срок для реализации истицей своего права обращения в суд за разрешением спора об увольнении, судом исчисляется с 19.10.2015. 

Следовательно, при обращении истицы в суд 20.05.2019 с требованием о признании срочного трудового договора от 04.03.2015 заключенным на неопределенный срок, месячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении был пропущен.

Указанные истицей причины пропуска срока обращения в суд с данным требованием (обещание учредителя рассчитаться за работу после завершения ликвидации предприятия, и опасения давления со стороны Администрации МО БМР), в нарушение требований ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, истицей не доказаны. Кроме того эти причины сами по себе не могут быть признаны уважительными, поскольку не только не повлияли на начало исчисления срока, но не могли препятствовать предъявлению искового требования в суд в установленный законом срок. 

Учитывая, что граждане по своему усмотрению избирают предусмотренные законом способы защиты нарушенного права, незнание истцом действующего законодательства не влияют на исчисление срока обращения в суд и не свидетельствуют об его пропуске по уважительным причинам, так как не исключают возможности обращения за квалифицированной юридической помощью.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в части требований о признании срочного трудового договора от 04.03.2015 заключенным на неопределенный срок истица пропустила установленный федеральным законом срок без уважительных причин и основания для его восстановления отсутствуют. Поэтому в удовлетворении указанной части исковых требований следует отказать в связи с пропуском без уважительных причин срока обращения в суд, без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абз. 2 ч. 6 ст. 152, ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Исковые требования о взыскании заработной платы с 20.10.2015, процентов (денежной компенсации) за задержку заработной платы и денежной компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению, так как согласно объяснению, содержащемуся в исковом заявлении и пояснений истицы, они являются производными от основного требования о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, в удовлетворении которого судом отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации муниципального образования Билибинский муниципальный район Чукотского АО и к Муниципальному предприятию «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино:

– о признании срочного трудового договора от 04.03.2015 заключенным на неопределенный срок;

– о взыскании с Муниципального предприятия «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино заработной платы с 20.10.2015 по 31.05.2019 в размере 3 336 465 рублей 52 копеек; 

– о взыскании с Муниципального предприятия «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино процентов (денежной компенсации) в размере 1/150 действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная с 10.11.2015 по 10.05.2019 в размере 1 291 163 рублей 15 копеек; 

– о взыскании с Муниципального предприятия «Пищевой комбинат» городского поселения Билибино в её пользу денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей,

отказать в связи с пропуском без уважительных причин установленного федеральным законом срока обращения в суд.

Решение может быть обжаловано в суд Чукотского автономного округа с подачей апелляционной жалобы, представления через Билибинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 27 июня 2019 г.

Судья подпись С.Ф. Осипов

Копия верна.

Судья С.Ф. Осипов