Дело № 2-9/2018

Решение

Именем Российской Федерации

25 июня 2018 г. г. Вышний Волочек

Вышневолоцкий городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Станововой А.А.

при секретаре Ивановой А.Е. 

с участием истца ФИО9, его представителя ФИО10

ответчика ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к ФИО11 о признании недействительным договора дарения жилого дома, применении последствий недействительности сделки и взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО9 обратился в суд с иском к ФИО11, в котором, с учетом последующих уточнений, просил признать недействительным договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 22 декабря 1992 г. между ФИО9 и ФИО, с одной стороны, и ФИО11 с другой стороны, применить последствия недействительности сделки в виде приведения сторон договора дарения в первоначальное положение, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись 

<

№> от 12 ноября 2012 г. о праве собственности ФИО11 на вышеуказанный жилой дом, а также взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что матери истца – ФИО1, умершей 

<

дата>, на праве собственности принадлежал жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Наследниками на имущество ФИО1, в том числе и на жилой дом, в равных долях являлись дети наследодателя – ФИО9 и ФИО, которые получили свидетельства о праве на наследство по закону. После смерти ФИО в наследство на 1/2 долю спорного жилого дома вступил его сын – ФИО11, который также стал пользоваться данным жилым домом. В 2012 г. ответчик выгнал истца из дома и тогда же ФИО9 стало известно, что дом принадлежит ФИО9 на основании договора дарения от 22 декабря 1992 г., заключенного между сторонами. Истец просит признать недействительным данный договор дарения и применить последствия недействительности состоявшейся сделки дарения, ссылаясь в обоснование своих доводов на то, что данный договор он не подписывал и никогда его не видел. В связи с неправомерными действиями ответчика, а также в связи с тем, что истец длительный период, а именно с 2012 г. по 2016 г. не может восстановить справедливость, ФИО9 просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Определением судьи от 25 августа 2017 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области.

Истец ФИО9 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО10 в судебном заседании поддержал заявленные истцом исковые требования, пояснив, что в оспариваемом договоре дарения отсутствуют подписи сторон договора, имеются лишь то, что договор удостоверен неуполномоченным лицом; в договоре отсутствуют сведения об экземплярах договора для всех его участников; ответы, представленные ООО 

<

данные изъяты> по своему содержанию разные; подпись ответчика в договоре отличается от его подписи в материалах регистрационного дела по спорному жилому дому.

Ответчик ФИО11 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что договор дарения заключался добровольно.

Также ответчик в судебном заседании заявил о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд, поскольку об оспариваемом договоре дарения истец узнал в 2012 г., о чем указано в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО12 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом; ранее в судебных заседаниях просила в удовлетворении исковых требований отказать, полагая их необоснованными. 

Третье лицо, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещено, просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. 

Заслушав объяснения истца и его представителя, ответчика, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Из свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 

<

дата> г. государственным нотариусом Вышневолоцкой государственной нотариальной конторы ФИО2, наследниками на имущество ФИО1, умершей 

<

дата>, в равных долях являются ФИО9 и ФИО; наследственное имущество, на которое выдано свидетельство состоит из жилого бревенчатого дома общей полезной площадью 25 кв.м с надворной постройкой, находящегося в деревне 

<

адрес>; жилой дом принадлежит наследодателю на праве личной собственности на основании справки администрации Терелесовского сельского Совета народных депутатов Вышневолоцкого района Тверской области.

Указанное свидетельство удостоверено государственным нотариусом и зарегистрировано в реестре за 

<

№>.

Суд учитывает, что в свидетельстве о праве на наследство по закону не указан номер дома, являющегося объектом наследственных правоотношений, однако принадлежность наследодателю ФИО1 именно жилого дома под номером 

<

№> в 

<

адрес> сторонами и иными лицами, участвующими в деле не оспаривалось.

Таким образом, с 

<

дата> ФИО9 и ФИО принадлежало каждому по 1/2 доле жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Истец оспаривает договор дарения от 22 декабря 1992 г., указывая на его незаконность и отсутствие волеизъявления на заключение данной сделки.

Согласно договору дарения жилого дома от 22 декабря 1992 г. (далее – договор дарения от 22 декабря 1992 г.), ФИО и ФИО9 подарили ФИО11 полное домовладение, состоящее из жилого дома и сарая в 

<

адрес>, общей площадью 32,7 кв.м, жилой площадью – 25,0 кв.м, расположенного на земельном участке площадью 120 кв.м. Указанное домовладение принадлежит ФИО и ФИО9 на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного Вышневолоцкой Государственной нотариальной конторой от 

<

дата> 

<

№>.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случае, когда содержание соответствующего условия предписано закона или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Таким образом, ФИО и ФИО9, как собственники спорного жилого дома, могли им распоряжаться, в том числе путем отчуждения. 

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Договор дарения от 22 декабря 1992 г. удостоверен главой администрации Терелесовского сельского Совета Тверской области ФИО7, а также зарегистрирован в реестре за 

<

№>.

Согласно справке Вышневолоцкого филиала ГУП «Тверское областное БТИ» от 12 сентября 2017 г. № 1362, по состоянию на 1 февраля 1998 г. правообладателем жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, является ФИО11 на основании договора дарения жилого дома от 22 декабря 1992 г. 

<

№>.

Таким образом, договор дарения от 22 декабря 1992 г. в установленном законом порядке был зарегистрирован в Вышневолоцком бюро технической инвентаризации.

В дальнейшем договор дарения от 22 декабря 1992 г. прошел государственную регистрацию, произведена регистрация права собственности ответчика на спорный жилой дом 

<

№> от 12 ноября 2012 г., что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости 

<

№> и 

<

№> от 14 сентября 2017 г., а также свидетельством о государственной регистрации права серии 

<

№> от 12 ноября 2012 г.

В силу положений закона, закрепленных в пункте 1, абзаце первом и втором пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Суд рассматривает заявление стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судами только по заявлению стороны в споре независимо от истечения срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор дарения жилого дома заключен между сторонами 22 декабря 1992 г.

Суд приходит к выводу о том, что о природе сделки ФИО9 знал в момент подписания договора – 22 декабря 1992 г., поскольку из пункта 7 договора дарения следует, что он составлен в 3 экземплярах, один из которых хранится в делах Терелесовского исполкома сельского Совета Тверской области, два экземпляра выданы дарителям и одаряемому ФИО11

Также администрацией Терелесовского сельского поселения представлен журнал нотариальных дел за 1992 г., в котором стоит подпись, в том числе, ФИО9, как дарителя по договору от 22 декабря 1992 г.

С исковым требованием истец обратился 24 августа 2017 г., то есть за пропуском годичного срока исковой давности.

Кроме того суд учитывает, что 27 августа 2012 г. ФИО9 обращался в Вышневолоцкий городской суд с исковым заявлением к ФИО11 об устранении препятствий в пользовании жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>. Из текста указанного искового заявления следует, что 30 апреля 2012 г. ФИО9 находился в спорном жилом доме, куда приехал ФИО11 и сообщил, что дом полностью принадлежит ему, после чего выгнал его из дома.

Определением Вышневолоцкого городского суда гражданское дело по иску ФИО9 было передано по подсудности для рассмотрения мировому судье судебного участка № 5 города Вышнего Волочка и Вышневолоцкого района Тверской области, где определением мирового судьи от 12 ноября 2012 г. оставлено без рассмотрения в связи с повторной неявкой сторон в назначенные судебные заседания.

19 июня 2013 г. ФИО9 обратился в МО МВД России «Вышневолоцкий» по факту, в том числе, создания со стороны ФИО11 препятствий в пользовании истцу жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>. Из текста постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 10 июля 2014 г. следует, что 27 апреля 2012 г. ФИО9 находился в указанном выше дачном доме, в это время к нему приехал ФИО11, который стал возмущаться тому, что ФИО9 находился в доме не один, хотя и разрешал приезжать ему только одному. В ходе проверки выявлено, что дачный дом, согласно свидетельства о государственной регистрации полностью принадлежит ФИО11

Таким образом, из указанных выше документов усматривается, что ФИО9 было известно о совершении оспариваемого договора еще с 27 апреля 2012 г. 

В статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Доказательств пропуска срока исковой давности по уважительной причине истцом не представлено.

С учетом изложенного суд считает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения с иском в суд. 

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Однако суд считает необходимым рассмотреть и материальную сторону заявленного искового требования.

Истец оспаривает договор дарения от 22 декабря 1992 г., указывая на его незаконность по той причине, что он его не подписывал, то есть указывает на отсутствие волеизъявления на отчуждение доли жилого дома.

Суд учитывает, что договор дарения жилого дома заключен 22 декабря 1992 г., то есть до вступления в силу Гражданского кодекса Российской Федерации, соответственно суд полагает необходимым руководствоваться нормами Гражданского кодекса РСФСР (в ред. от 21 марта 1991 г.).

Так в силу ст.48 Гражданского кодекса РСФСР (в ред. от 21.03.1991), Недействительна сделка, не соответствующая требованиям закона. По недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены в законе.

Статьей 41 Гражданского кодекса РСФСР предусмотрено, что Сделками признаются действия граждан и организаций, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав или обязанностей. Сделки могут быть односторонними и двух- или многосторонними (договоры).

Согласно ст. 44 Гражданского кодекса РСФСР, сделки граждан между собой на сумму свыше ста рублей, за исключением сделок, указанных в статье 43 настоящего Кодекса, и иных сделок, указанных в законодательстве Союза ССР или РСФСР, а также другие сделки граждан между собой, в отношении которых закон требует соблюдения письменной формы, должны совершаться в письменной форме.

Письменные сделки должны быть подписаны лицами, их совершающими.

Если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или по каким-либо иным причинам не может собственноручно подписаться, то по его поручению сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована организацией, в которой работает или учится гражданин, совершающий сделку, либо жилищно-эксплуатационной организацией по месту его жительства, либо администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором он находится на излечении, либо нотариальным органом, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно.

В рамках рассмотрения настоящего дела ФИО9 оспаривал факт собственноручного подписания договора дарения и отсутствие воли на отчуждение своей доли жилого дома ответчику.

Для проверки доводов истца ФИО9 определением суда по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, порученная Федеральному бюджетному учреждению «Ярославская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации.

На разрешение судебной почерковедческой экспертизы были поставлены вопросы: 

- кем, ФИО9 либо иным лицом, выполнена рукописная запись «ФИО9» в договоре дарения от 22 декабря 1992 г. в разделе «Подпись»;

- кем, ФИО9 либо иным лицом, выполнена подпись под номером «2» в журнале «Нотариальные дела. 1992-…» (запись 

<

№> от 22.12. Даритель: ФИО 

<

дата> г. ФИО9 

<

дата>. Одариваемый ФИО11 

<

дата> г. 

<

адрес>. Договор дарения жилого дома в 

<

адрес>);

- имеются ли признаки выполнения рукописной записи «ФИО9» в договоре дарения от 22 декабря 1992 г. в разделе «Подписи» иными лицами с подражанием почерку ФИО9;

- имеются ли признаки выполнения подписи под номером «2» в журнале «Нотариальные дела. 1992-…» (запись 

<

№> от 22.12. Даритель: ФИО 

<

дата> ФИО9 

<

дата> Одариваемый ФИО11 

<

дата> 

<

адрес>. Договор дарения жилого дома в 

<

адрес>) иными лицами с подражанием подписи ФИО9.

Из заключения эксперта 

<

№> от 21 мая 2018 г. следует, что рукописные записи «ФИО9», расположенные в 2-х экземплярах договора дарения целого жилого дома от 22 декабря 1992 г., заключенного между ФИО, ФИО9 и ФИО11, выполнены самим ФИО9. Признаки характерные для выполнения исследуемых рукописных записей другим лицом с подражанием почерку ФИО9 отсутствуют. Подпись от имени ФИО9, расположенная в журнале «Нотариальные дела. 1992-…» (запись 

<

№> от 22.12. Даритель: ФИО 

<

дата> ФИО9 

<

дата> Одариваемый ФИО11 

<

дата> 

<

адрес>. Договор дарения жилого дома в 

<

адрес>), выполнена самим ФИО9. Признаки характерные для выполнения исследуемых рукописных записей другим лицом с подражанием почерку ФИО9 отсутствуют.

Исследование проводилось по документам, содержащим свободные образцы почерка ФИО9, а также по документам содержащие экспериментальные образцы почерка ФИО9, образцы которого были получены в соответствии с требованиями статьи 81 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о чем 12 декабря 2017 г. составлен протокол об отобрании экспериментальных образцов почерка. 

Изложенные в заключении судебной почерковедческой экспертизы выводы каких-либо сомнений у суда не вызывают, они являются категоричными. 

Доказательств, опровергающих выводы указанного заключения, стороной истца суду не представлено, компетентность эксперта - не опровергнута.

Судебная почерковедческая экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 79, 80, 84, 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основана на нормах действующего законодательства. 

Содержание статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации эксперту разъяснено, о чем им дана подписка.

Суд принимает данное экспертное заключение в качестве допустимого доказательства по делу.

По смыслу положений статей 55, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, которое отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании показала, что зимой 2011 г. истец позвонил ей и попросил у нее документы на квартиру для оформления каких-то документов в социальной защите; в папке с документами, которую она смотрела вместе с истцом, был договор дарения жилого дома в 

<

адрес>; в спорный дом истца возил муж свидетеля, сейчас за домом следит только ответчик.

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется, поскольку сам истец не отрицает факт встречи со свидетелем и передачи ему документов, среди которых находился договор дарения жилого дома. 

Из показаний свидетелей ФИО4 и ФИО5 следует, что спорный жилой дом остался ФИО9 и его брату по наследству от матери; ФИО9 пользовался жилым домом до 2012 г., куда он приезжал и жил ежегодно с апреля по октябрь; в 2012 г. между ФИО9 и ФИО11 случился конфликт, после которого ответчик выгнал истца из дома и по поддельному (со слов истца) договору зарегистрировал свое право собственности на жилой дом.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показал, что до 2012 г. он неоднократно ездил к ФИО9 в деревню в летний период времени; со слов ФИО9 знает, что племянник выгнал истца из дома, поскольку это его дом; также со слов истца знает, что истец и его брат собирались отдать дом ответчику, но только по завещанию, однако ответчик подделал документы; в день, когда была совершена сделка дарения, истец находился на работе, но сам очевидцем событий 1992 года он (ФИО6) не был; ему известно, что о договоре дарения истец узнал только в 2012 г.

Однако суд ставит под сомнение показания вышеуказанных свидетелей ФИО4, и ФИО5 и ФИО6, очевидцами событий 1992 года и заключения договора дарения данные лица не были, об обстоятельствах дела знают только со слов истца. 

Суд отдает предпочтение экспертному заключению как доказательству, поскольку разрешение вопроса о подлинности подписи дарителя в договоре дарения и журнале нотариальных дел связано со специальными познаниями, которыми обладают эксперты.

В этой связи суд полагает, что свидетельские показания о конфликте между сторонами, состоявшемся в 2012 г., не подтверждают то обстоятельство, что истец не знал о заключенном договоре дарения от 22 декабря 1992 г., напротив, показаниями свидетелей подтверждено, что о наличии зарегистрированного права ФИО11 на спорный жилой дом истцу было известно в тот период времени.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что договор дарения от 22 декабря 1992 г. подписан не Главой администрации Терелесовского сельского Совета Тверской области, а секретарем, в связи с чем данный договор не удостоверен надлежащим образом.

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что с 1987 г. по 2004 г. он работал в администрации Терелесовского сельского поселения (ранее – Исполком Терелесовского сельского Совета), был сначала председателем, а потом Главой; в 1992 г. был оформлен договор дарения, согласно которому ФИО9 и ФИО подарили жилой дом в 

<

адрес> ФИО11; сделка была совершена в обеденный перерыв по просьбе ФИО, который привез ФИО9; все нотариальные сделки совершались в присутствии свидетеля и его заместителя ФИО8; дарители всегда предупреждаются о последствиях совершенной сделки; ФИО9 тогда лично сказал, что доля дома ему не нужна, поскольку у него никого нет, а ФИО11 сказал, что разрешит ФИО9 пользоваться домом; истец пользовался домом, свидетель его видел в нем; при подписании договора дарения присутствовали ФИО9, ФИО, ФИО11, свидетель и его заместитель; договор оформляла ФИО8, она же и расписывалась в договоре, так как это входило в ее обязанности, в договоре стоит печать сельского Совета; волеизъявление и дееспособность дарителей и одаряемого была проверена.

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется, поскольку он не заинтересован в исходе дела, его показания согласуются с иными доказательствами по делу, в частности с заключением эксперта. 

Согласно ст.256 Гражданского кодекса РСФСР (в ред. от 21 марта 1991 г.), по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества. Дарение гражданином имущества государственной, кооперативной или другой общественной организации может быть обусловлено использованием этого имущества для определенной общественно полезной цели.

В соответствии с абз.3 ст.257 названного Кодекса, договоры дарения жилого дома и строительных материалов должны быть заключены в форме, установленной соответственно статьями 239 и 239.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с абз.2 ст.239 Гражданского кодекса РСФСР (в ред. от 21 марта 1991 г.), договор купли-продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов.

Согласно ст. 5 Положения о государственном нотариате, утвержденного Указом ПВС РСФСР от 30 сентября 1965 г., пункту 2 Инструкции о порядке выполнения нотариальных действий исполнительными комитетами районных, городских, поселковых и сельских Советов депутатов трудящихся, утвержденной Постановлением СМ РСФСР от 31 мая 1967 г., нотариальные действия в исполнительных комитетах районных, городских, поселковых и сельских Советов депутатов трудящихся совершают председатель, секретарь или член исполнительного комитета, на которых по решению исполнительного комитета соответствующего Совета возложено выполнение нотариальных функций.

Законом РСФСР «О сельском, поселковом Совете депутатов трудящихся РСФСР» от 19 июля 1968 г. предусмотрено, что секретарь исполнительного комитета сельского, поселкового Совета депутатов трудящихся подготавливает материалы к сессиям Совета, заседаниям его исполнительного комитета, ведет протоколы заседаний исполкома, следит за своевременным доведением до исполнителей решений Совета и его исполнительного комитета, отвечает за делопроизводство, учет и отчетность, сохранность документов Совета, выполняет другие обязанности, возложенные на него исполнительным комитетом сельского, поселкового Совета.

Договор дарения от 22 декабря 1992 г. удостоверен секретарем исполкома сельского Совета, зарегистрирован в исполкоме Терелесовского сельсовета в реестре за 

<

№>, что соответствует требованиям закона, действовавшего в спорный период времени.

Доводы стороны истца о том, что в договоре дарения от 22 декабря 1992 г. отсутствуют подписи сторон, суд находит несостоятельными. 

В указанном договоре имеются рукописные подписи с указанием фамилии, имени и отчества дарителей и одаряемого, отсутствие росписи последних в договоре правового значения не имеет, поскольку не является безусловным основанием для признания договора недействительным, а сам факт подписания договора подобным образом не нарушает требования закона.

Суд отклоняет довод стороны истца о том, что в договоре дарения от 22 декабря 1992 г. и материалах регистрационного дела фамилия, имя и отчество ФИО11 написано разным почерком, поскольку ответчиком в судебном заседании не оспаривался факт личного написания в указанных документах своих данных, а свидетелем ФИО7 подтверждается факт личного присутствия ФИО11 при заключении договора и подписание последнего. Кроме того суд учитывает, что между подписанием названных документов прошло практически 10 лет.

Доводы стороны истца о том, что в день совершения сделки дарения истец находился на рабочем месте, опровергаются показаниями свидетеля ФИО7, который пояснил, что договор дарения 22 декабря 1992 г. заключался в обеденное время.

Справки ООО «

<

данные изъяты>» от 17 октября 2017 г. № 1059 и от 26 октября 2017 г. № 1088, имеющиеся в материалах дела, лишь подтверждают факт работы ФИО9 на указанном предприятии, однако не указывают на время его нахождения на территории предприятия в течение всего дня 22 декабря 1992 г.

Также суд считает несостоятельным довод стороны истца об отсутствии указания в договоре дарения от 22 декабря 1992 г. на копии экземпляров для всех участников сделки, не влекут признание договора недействительным, поскольку данные сведения не являются существенными условиями договора, поименованными в ст.160 Гражданского кодекса РСФСР, равно как и не опровергают наличие волеизъявления истца на совершение оспариваемой сделки с учетом наличия подписи ФИО9 в договоре дарения.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истец и его представитель не представили суду доказательства, отвечающие принципам относимости, допустимости и достаточности, и подтверждающие, что при оформлении договора дарения в оспариваемом договоре от 22 декабря 1992 г. ФИО9 свою подпись не ставил, волеизъявление на отчуждение принадлежащей ему доли дома не высказывал.

Договор дарения от 22 декабря 1992 г. по форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действовавшим на момент его заключения гражданским законодательством, произведена его государственная регистрация.

Исходя из установленных обстоятельств, суд считает необходимым отказать ФИО9 в удовлетворении иска к ФИО11 о признании договора дарения жилого дома от 22 декабря 1992 г. недействительным и применении последствий недействительности сделки в полном объеме.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, мотивировав свои требования претерпеваемыми нравственными страданиями, связанными с тем, что он в течение длительного времени не может восстановить своего права на спорный жилой дом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьёй 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Поскольку судом не установлено нарушение личных неимущественных прав истца действиями ответчика, то суд полагает не подлежащим удовлетворению требования ФИО9 в части взыскания компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Отказать ФИО9 в удовлетворении иска к ФИО11:

- о признании недействительным договора дарения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного 22 декабря 1992 года между ФИО9 и ФИО с одной стороны и ФИО11 с другой стороны;

- о применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон договора дарения, заключенного между ФИО9 и ФИО с одной стороны и ФИО11 с другой стороны 22 декабря 1992 года, в первоначальное положение;

- об аннулировании в Едином государственном реестре недвижимости записи 

<

№> от 12 ноября 2012 года о праве собственности ФИО11 на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер 

<

№>;

- о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тверской областной суд через Вышневолоцкий городской суд Тверской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Становова