Дело № 2- 1811/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Иваново 4 августа 2017 г. 

Ленинский районный суд города Иваново в составе председательствующего судьи Уенковой О.Г., единолично, при ведении протокола секретарём Касаткиным А.М.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1, 

представителя ответчика ООО СК «Согласие» ФИО2 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда города Иваново материалы гражданского дела по исковому заявлению 

ФИО3 к ООО СК «Согласие» об изменении договора страхования и признании некоторых условий договора страхования недействительными,

установил:

ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику, в котором просит суд изменить договор страхования (полис серии № ТФ от 26 июня 2015 г.) в части следующих пунктов Правил страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г.:

Исключить п. 7.2.1 в части слов «значительным изменением степени риска признается» в том числе «переход права собственности на застрахованное ТС другому лицу»;

Исключить из пункта 7.6 следующий тест – «как о значительном изменении в обстоятельствах, сообщенных при заключении договора страхования, повлекшем увеличение страхового риска».

В обоснование своих требования истец отмечает, что 26 июня 2015 г. ФИО5 был застрахован в ООО СК «Согласие» принадлежащий ей на праве собственности автомобиль Мерседес Бенц GL 350 г.р.з. № от страховых рисков КАСКО по полису серии № ТФ от 26 июня 2015 г.

Страховой полис был выдан на основании Правил страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г., являющихся неотъемлемой частью договора страхования.

Своим заявлением от 28 октября 2015 г. истец известил ООО СК «Согласие» о том, что 15 октября 2015 г. к нему перешло право собственности на застрахованный автомобиль и, соответственно, все права и обязанности по договору страхования.

Далее, заявлением от 25 апреля 2017 г. истец потребовал от ООО СК «Согласие» в течение 3 дней с момента получения заявления изменить договор страхования в части пунктов 7.2.1 Правил страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г. «значительным изменением степени риска признается» в том числе «переход права собственности на застрахованное ТС другому лицу», исключив его, а также исключить из п. 7.6 следующий тест – «как о значительном изменении в обстоятельствах, сообщенных при заключении договора страхования, повлекшем увеличение страхового риска».

Требование об изменении договора истец обосновал ссылкой на ст. 428 ГК Российской Федерации, обозначив договор страхования как договор присоединения.

По мнению истца, положения Правил страхования, об исключении которых он просил ответчика, лишают истца прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, и содержат явно обременительные для истца условия, которые он, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не принял бы при наличии возможности участвовать в определении условий договора. 

Оспариваемые истцом положения Правил страхования предоставляют ответчику право в случае изменения собственника застрахованного ТС (ст. 960 ГК РФ на этот случай не содержит каких-либо условий перехода прав и обязанностей страхователя) расценивать это как существенное изменение страхового риска (что не характерно для договоров страхования) и предоставляет ему вытекающие отсюда права требовать уплаты дополнительной страховой премии (срок уплаты и размер которой никак не определен) и право отказаться от исполнения договора страхования (каковые права ответчик и реализовал).

Добровольно ответчик требование не удовлетворил.

Воспользовавшись правом, предоставленным истцу ст. 39 ГПК Российской Федерации, истец увеличил исковые требования.

Истец также просит суд признать недействительным договор страхования в части следующих пунктов и применить последствия недействительности ничтожной сделки:

пункта 7.7 Правил «Страховщик, уведомленный об обстоятельствах, приводящих к увеличению страхового риска, вправе потребовать изменения условий Договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению страхового риска»;

пункта 7.9 абз.1 Правил «Если страхователь (Выгодоприобретатель) возражает против изменения условий Договора страхования или доплаты страховой премии, Страховщик вправе потребовать расторжения Договора страхования в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации». 

Обосновывая свои требования, истец настаивает, что данные положения договора страхования нарушают требования закона и при этом посягают на права и охраняемые законом интересы неограниченного круга лиц, с которыми страховщик заключал и заключает договоры страхования на основании вышеуказанных Правил страхования. 

По мнению истца, Положение п. 7.7. Правил нарушает требования закона, поскольку противоречит понятию страховой премии, данному в ст. 954 ГК РФ и противоречит п. 3 ст. 3 ФЗ «Об организации страхового дела в РФ», в соответствии с которым правила страхования должны содержать положение о порядке определения страховой премии. 

Истец полагает, что исходя из содержания всего текста Правил страхования и страхового полиса усматривается, что в них отсутствуют какие-либо положения, касающиеся порядка определения размера дополнительной страховой премии (в отличие от правил страхования других страховщиков) и сроков уплаты такой дополнительной страховой премии.

Это означает, что страховщик может совершенно произвольно определять размер дополнительной страховой премии и сроки ее уплаты, что нарушает права неопределенного круга лиц страхователей и может повлечь за собой незаконное расторжение договора страхования со стороны страховщика в случае неуплаты такой дополнительной страховой премии страхователем. 

Связанное с п. 7.7. Правил страхования положение абз. 1 п. 7.9 Правил также нарушает закон, поскольку устанавливает последствия неисполнения обязанности страхователя об уплате дополнительной страховой премии, предусмотренное п. 7.9 Правил страхования, а этот пункт Правил истец полагает ничтожным.

По мнению истца, если положение договора страхования об обязанности уплаты дополнительной страховой премии ничтожно в силу не определения в правилах страхования порядка расчета и сроков ее уплаты, то и положение Правил страхования о праве страховщика в связи с этим потребовать расторжения договора – также является ничтожным. 

Положение абз. 1 п. 7.9 Правил также нарушает требования закона, поскольку страховщик в случае неуплаты дополнительной страховой премии наделяется правом потребовать расторжения договора страхования в порядке, предусмотренном действующим законодательством РФ. Под таким порядком страховщиком понимается односторонний отказ от договора во внесудебном порядке, какой он и реализовал ранее по делу истца. 

Законом от 8 марта 2015 г. № 42 была введена в действие ст. 450.1 ГК Российской Федерации по которой «представленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (ст. 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором».

Однако, отмечает истец, ст. 310 ГК РФ в п. 2 в редакции ФЗ от 8 марта 2015 г. № 42 устанавливает, что «в случае, если исполнение обязательства связано с осуществлением предпринимательской деятельности не всеми его сторонами, право на одностороннее изменение его условий или отказ от исполнения обязательства может быть предоставлено договором лишь стороне, не осуществляющей предпринимательской деятельности, за исключением случаев, когда законом или иным правовым актом предусмотрена возможность предоставления договором такого права другой стороне».

Истец полагает, что никакими законами или иными правовыми актами не предусматриваются возможность для страховщика установить в договоре возможность одностороннего отказа страховщиком от исполнения обязательства. 

Поэтому ст. 450.1 ГК РФ не применима к спорной ситуации.

Кроме того, сами Правила страхования от 21 августа 2013 г. были утверждены задолго до принятия ФЗ от 8 марта 2015 г. № 42 и не могут предусматривать даже в принципе право страховщика в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора. 

Действующая на дату утверждения Правил редакция ст. 450 ГК РФ не предусматривает возможность изменения или расторжения договора по соглашению сторон, а по требованию одной из сторон – только по решению суда.

Мо мнению истца, положение п. 7.9 Правил (по придаваемому ему страховщиком смыслу и практике применения его страховщиком) о возможности для страховщика расторгнуть договор страхования путем направления соответствующего уведомления со ссылкой на ст. 450.1 ГК РФ противоречит закону (ст. 310 ГК РФ) и основано на ретроспективном действии закона. 

Следовательно, договор страхования по требованию страховщика может быть расторгнут только в судебном порядке и только с момента вступления в законную силу решения суда (п. 3 ст. 453 ГК РФ). 

В обоснование правильности своей позиции истец ссылается на Постановление пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 43 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», а также Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 9 февраля 2017 г. по делу№ решение Арбитражного суда г. Москвы от 28 августа 2011 г. по делу № №

Исковые требования также были увеличены истцом в части признания недействительным п. ДД.ММ.ГГГГ Правил страхования и применении последствий недействительности ничтожной сделки «если договором страхования не предусмотрено иное, то в соответствии с п. 3 ст. 954 ГК РФ в случае неуплаты очередного страхового взноса в установленный срок обязательства страховщика по выплате страхового возмещения прекращаются (отказ страховщика от исполнения договора страхования), о чем страховщик направляет письменное уведомление страхователю. Договор страхования считается прекращенным с момента, указанного в уведомлении страховщика, независимо от даты его получения страхователем. При этом дата досрочного прекращения договора страхования не может быть указана ранее даты отправки уведомления» в той части и постольку, поскольку положения об очередном страховом взносе и последствиях его неуплаты относятся к дополнительной страховой премии.

Требования истца о признании данного пункта недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки обоснованы ссылкой ответчика на данных пункт Правил страхования в возражения на иск. Истец отмечает, что данный пункт Правил страхования не имеет никакого отношения к дополнительной страховой премии, поскольку в не речь идет об очередном страховом взносе.

Истец полагает, что ответчиком неправильно истолкован п. 3 ст. 954 ГК РФ и п. 6.3.11 Правил страхования понимая под очередным страховым взносом дополнительную страховую премию, право требования которой возникает у страховщика при увеличении страхового риска и поэтому при неуплате дополнительной страховой премии считает законным применить на основании п. 3 ст. 954 ГК последствия, предусмотренные п. 6.3.11 Правил (о досрочном расторжении договора с момента уведомления). 

Истец полагает, что в этом смысле п. 6.3.11 правил страхования нарушают закон, поскольку п. 3 ст. 954 ГК РФ предоставляет страховщику право предусмотреть в договоре страхования последствия неуплаты в установленные сроки только очередных страховых взносов, а не дополнительной страховой премии; законом предусмотрено такое право для страховщика для случаев, когда договором страхования предусмотрено внесение страховой премии в рассрочку. 

Понятие очередного страхового взноса предполагает, что страховая премия в страховом полисе разделена на несколько страховых взносов, каждый страховой взнос выражен определенной в договоре денежной суммой, сумма взносов равна размеру страховой премии, в договоре страхования предусмотрен срок внесения каждого страхового взноса.

В Правилах страхования в п. 6.3.1 указано, что размер страховой премии указывается в договоре страхования.

Согласно п. 9.2.1 правил страхования страхователь обязан своевременно уплатить страховую премию (страховые взносы) в сроки и порядке, установленные настоящими правилами и договором страхования.

Сроки внесения дополнительной страховой премии договором и правилами не установлены. Такую дополнительную страховую премию нельзя назвать очередным страховым взносом. 

По обстоятельствам ранее рассмотренного дела, ответчик в письме от 27 ноября 2015 г. просил страхователя доплатить 143 500 руб. в течение 15 дней. Однако где установлен такой срок – 15 дней, где установлен такой размер взноса или порядок его расчета, разве можно считать его очередным, никакого разделения страховой премии на страховые взносы и договоре не предусмотрено.

Истец ФИО3, уведомленный о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке, в суд не явился.

Представитель истца по доверенности ФИО1 исковые требования поддержал в полном объёме, просил удовлетворить по изложенным в иске основаниям.

Дополнительно пояснил, что не скрывает, что целью подачи настоящего иска, в случае его удовлетворения, является пересмотр вступившего в силу решения Фрунзенского районного суда г. Иванова от 25 июля 2016 г., которым истцу отказано во взыскании страхового возмещения к ОО СК «Согласие».

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 возражала против удовлетворения иска в полном объеме, присоединившись к возражениям, представленным представителем ответчика ФИО6, существо которых сводится к следующему.

26 июня 2015 г. между ФИО5 и ООО СК «Согласие» был заключен договор страхования (полис) № ТФ в соответствии со ст. ст. 940 и 943 ГК РФ на условиях, определённых в Правилах страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г. права и обязанности сторон определены договором страхования (полисом) и указанными правилами страхования, являющимися его неотъемлемой частью.

Ответчик отмечает, что как законом (ст. 450.1 ГК РФ), так и условиями правил страхования транспортных средств страховщику предусмотрено право на односторонний отказ от договора.

Ответчик отмечает, что в силу норм ст. 960 ГК РФ к истцу перешли не только права, но и обязанности по договору в полном объёме. 

Поэтому в силу ч.1 ст. 959 ГК РФ в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска. 

Значительными, во всяком случае, признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и переданных страхователю правилах страхования. 

Истцом вышеуказанные обязательства по договору страхования были исполнены. В соответствии с п. 7.2, 7.2.1 Правил страхования смена собственника признано значительным изменением договора.

В силу ч. 2 ст. 959 ГК страховщик, уведомлённый об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению степени риска.

Аналогичное положение закреплено в п. 7.7 правил страхования.

Страховщик реализовал предоставленное законом и договором страхования право путем направления соответствующего уведомления. 

Истцом данное письмо получено 27 ноября 2015 г., что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления.

Однако ФИО3, в нарушение ст. ст. 309, 310 ГК РФ, оплату страховой премии в установленный срок не произвел, в страховую компанию не обратился, возражений относительно размера страховой премии и обоснованности требований по ее уплате в адрес ООО «СК «Согласие» не направил. В нарушение ч.1 ст. 954 ГК РФ истец, получивший уведомление о доплате премии, не исполнил свою обязанность и не произвел оплату премии.

В п. 6.3.11 Правил указано, что если договором страхования не предусмотрено иное, то в соответствии с п. 3 ст. 954 ГК РФ в случае неуплаты очередного страхового взноса в установленный срок обязательства страховщика по выплате страхового возмещения прекращаются (отказ страховщика от исполнения договора страхования), о чем страховщик направляет письменное уведомление страхователю.

Договор страхования считается прекращённым с момента, указанного в уведомлении страховщика независимо от даты его получения страхователем. При этом дата досрочного прекращения договора страхования не может быть указана ранее даты отправки уведомления. 

Кроме того, в силу п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Существенными являются условие о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В страховом полисе прямо указано на лицо, которое является собственником транспортного средства.

В силу п. 1 ст. 959 ГК РФ в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска.

Исходя из п. 7.2.1 Правил страхования переход права собственности на застрахованное ТС к другому лицу признается значительным изменением степени риска.

При этом личность собственника ТС является одним из важнейших критериев при принятии страховщиком решения о заключении/отказе в заключении договора страхования, так как при заключении договора страхования страховая премия рассчитывается страховщиком исходя из совокупного изучения всех обстоятельств. 

Страховщик воспользовался своим правом на прекращение договора страхования. Истец же, не выполнив принятые на себя обязательства, нарушает условия договора страхования и лишается права ссылаться на нарушение его прав и законных интересов со стороны страховщика. 

Ссылаясь на обстоятельства, установленные решением Фрунзенского районного суда г. Иванова по делу № по иску ФИО3 к ООО «СК «Согласие» ответчик указывает, что договор страхования, в который ответчик просит внести изменения, расторгнут 7 декабря 2015 г., а обязательства по договору прекращены, в связи с чем основания для изменения договора отсутствуют. 

Ответчик также настаивает, что поскольку договор страхования был заключен между ФИО5 и ООО «СК «Согласие», ФИО3 стороной по договору не является.Кроме того, ответчик отмечает, что оценка пунктов страхования на предмет действительности уже осуществлялась судами первой и второй инстанций. 

Указание в определении об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции от 4 апреля 2017 г. по делу № о том, что истец, получив требование от страховщика об уплате страховой премии, а позднее – уведомление о прекращении договора страхования, против действий ООО «СК «Согласие» не возражал, положения Правил, предусматривающие право страховщика потребовать расторжение договора не оспаривал, на подтверждают позицию истца, на чем настаивает истец в судебном заседании.

В настоящий момент действия истца направлены на пересмотр обстоятельств, являющихся предметом проверки в судах первой и второй инстанции по делу №, рассмотренным Фрунзенским районным судом г. Иванова.

Доводы истца о противоречии п. 7.7. Правил страхования п. 3 ст. 3 ФЗ «Об организации страхового дела», по мнению ответчика, ошибочны.

Пункт 6.3 Правил включает все предусмотренные законом условия.

Утверждение о несоответствии требованиям закона п. 7.9 Правил также противоречит нормам материального права, поскольку ст. 310 ГК РФ имеет исключение, в случае когда односторонний отказ от исполнения обязательства возможен, если законом или иным правовым актом предусмотрена возможность предоставления такого права другой стороне договором. 

Ответчик настаивает, что как законом, так и условиями Правил страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г., являющихся неотъемлемой частью спорного договора страхования страховщику предоставлено право на односторонний отказ от договора. 

Поскольку к истцу перешли не только права, но и обязанности (ст. 960 ГК РФ), истец в силу ч. 1 ст. 959 ГК РФ исполнил свои обязанности о значительных изменениях в обстоятельствах, сообщённых страховщику при заключении договора страхования.

Смена собственника в силу п. 7.2. 7.2.1 Правил страхования – это значительное изменение договора.

В силу ч. 2 ст. 959 ГК РФ страховщик вправе потребовать как изменения договора страхования так и уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска. Аналогичное положение закреплено в п. 7.7 Правил страхования. Что и было реализовано страховщиком путем направления уведомления истцу. 

Ответчик так же ссылается на недобросовестность действий истца, поэтому в силу ч. 5 ст. 166 ГК РФ в иске ему должно быть отказано, в том числе, и по основаниям ст. 10 ГК РФ.

О недобросовестности поведения истца говорят следующие обстоятельства: при получении уведомления истец не совершил соответствующих действий, направленных на внесение страховой премии, при получении уведомления, в случае несогласия, истец не обратился ни в судебном порядке, ни в досудебном порядке с соответствующим требованием, лишь после вынесения в рамках гражданского дела № Фрунзенским районным судом г. Иванова, и безуспешных попыток обжалования во всех инстанциях, истец посчитал целесообразным обратиться в суд с исковым заявлением по настоящему делу, не скрывая, что в случае удовлетворения требований по настоящему делу, истцом будут заявлены требования по пересмотру вступившего в силу решения суда.

Кроме того, истец полагает все пункты Правил страхования, на основании которых, в рамках гражданского дела № Фрунзенским районным судом было вынесено решение об отказе в удовлетворении требований ФИО3, устанавливающие его обязанности, ущемляющими его права.

Поэтому, по мнению ответчика, у суда, с учетом всех всего изложенного и недобросовестного проведения истца, отсутствуют основания для признания сделки недействительной.

Выслушав ФИО1, ФИО2, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу решением Фрунзенского районного суда г. Иваново от 25 июля 2016 г. установлено, что в 26 июня 2015 г. между ФИО5 и ООО СК «Согласие» был заключен договор добровольного страхования автомобиля Мерседес Бенц GL 350 г.р.з. №, 2015 года выпуска по страховому продукту КАСКО по рискам «Ущерб и Хищение», со сроком действия с 26 июня 2015 г. по 25 июля 2016 г. Страховая сумма определена в размере 4 600 000 руб., страховая премия составила 210 980 руб.

Договор страхования заключен в соответствии с Правилами страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г., с которыми страхователь ознакомлен. Данные обстоятельства подтверждаются полисом серии 2003014№ ТФ от 26 июня 2015 г.

В соответствии с п. 14 дополнительного соглашения к полису страхования транспортного средства №№ ТФ от 26 июня 2015 г. стороны предусмотрели форму страхового возмещения по риску «Ущерб» - урегулирование убытка путем оплаты счетов за фактически выполненный ремонт на СТОА по направлению страховщика. Иной способ урегулирования убытка допускается только по письменному согласованию с «Мерседес-Бенц Банк Рус» ООО.

15 октября 2015 г. произошла смена собственника указанного транспортного средства с ФИО5 на ФИО3, в связи с чем последний обратился в Ивановский филиал ООО СК «Согласие» с заявлением о смене собственника ТС по договору страхования ТС серии 2003014№ ТФ от 26 июня 2015 г.

18 ноября 2015 г. Ивановским филиалом ООО СК «Согласие» в адрес истца было направлено уведомление о необходимости в соответствии с п. 7.7. Правил страхования в связи с увеличением степени страхового риска в течение 15 дней уплатить страховую премию в размере 143 500 руб.

7 декабря 2015 г. Ивановским филиалом ООО СК «Согласие» в адрес истца было направлено уведомление о прекращении действия договора страхования в силу п. 7.9 Правил страхования с 7 декабря 2015 г.

В ночь с 5 на 6 января 2016 г. у 

<

...> неизвестным лицом были причинены механические повреждения застрахованному автомобилю.

6 января 2016 г. ФИО3 по данному факту обратился в УМВД России «Муромский». 12 февраля 2016 г. по факту повреждения транспортного средства истца вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что ФИО3 не может оценить размер причинённого ущерба, в полицию обратился с целью фиксации повреждений, поскольку автомобиль будет отремонтирован страховой компанией по системе КАСКО. Из рапорта следует, что в телефонном разговоре ФИО3 сообщил о том, что его поврежденное транспортное средство уже отремонтировано за счет страховой компании. 

4 марта 2017 г. ФИО3 обратился в Ивановский филиал ООО СК «Согласие» с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставив необходимый пакет документов.

20 апреля 2016 г. ООО СК «Согласие» в адрес ФИО3 направлен ответ об отказе в выплате страхового возмещения, поскольку страховое событие произошло вне срока страхования. 

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (п. 1 ст. 421 ГК РФ).

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (п.3 ст. 421 ГК РФ).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422) (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. ст. 422 ГК РФ).

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ).

Страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком) (п.1 ст. 927 ГК РФ).

В силу п. 1 и п. 2 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст. 930).

Имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества (п. 1 ст. 930 ГК РФ).

При заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора (п.1 ст. 942 ГК РФ).

Условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (п. 1, п. 2 ст. 943 ГК РФ).

Установлено, что заключая договор страхования 26 июня 2015 г. серии № № ТФ ФИО5 и ООО СК «Согласие» достигли соглашение по всем существенным условиям договора страхования. 

Анализ общих положений ГК РФ о заключении договора позволяет сделать вывод о том, что для сторон договора приоритетными являются именно те условия договора, о которых они договорились при его заключении.

Заключив 26 июня 2015 г. договор страхования №№ ТФ, неотъемлемой частью которого явились Правила страхования транспортных средств от 21 августа 2013 г., ФИО5 согласилась с тем, что договор действует для нее как выгодоприобретателя (на момент его заключения) в том виде и объеме прав и обязанностей, которые предусмотрены Правилами страхования.

При переходе прав на застрахованное имущество от лица, в интересах которого был заключен договор страхования, к другому лицу права и обязанности по этому договору переходят к лицу, к которому перешли права на имущество, за исключением случаев принудительного изъятия имущества по основаниям, указанным в п.2 ст. 235 настоящего Кодекса, и отказа от права собственности (ст. 236). Лицо, к которому перешли права на застрахованное имущество, должно незамедлительно письменно уведомить об этом страховщика (п. 1 ст. 960 ГК РФ).

Следовательно, при приобретении застрахованного имущества к ФИО3 перешел весь объем прав и обязанностей, установленных договором страхования для прежнего собственника застрахованного имущества ФИО5 

Представитель ответчика ФИО2 настаивала, что личность страхователя имеет существенное значение при заключении договора страхования в части применения страховых тарифов.

Истец настаивает, что пункт 7.2.1 в части слов «значительным изменением степени риска признается» в том числе «переход права собственности на застрахованное ТС другому лицу» и положения пункта 7.6 в части слов «как о значительном изменении в обстоятельствах, сообщенных при заключении договора страхования, повлекшем увеличение страхового риска» лишает ФИО3 прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств, а также содержит другие явно обременительные для ФИО3 условия, которые он, исходя из своих разумно понимаемых интересов не принял бы при наличии у него возможности участвовать в определении условий договора.

Между тем, положения вышеуказанных Правил страхования, об исключении о которых просит истец, не противоречат ни положениям ст. 428 ГК РФ, ни положениям ст. 960 ГК РФ, ни положениям ст. 944 ГК РФ, ни ст. 959 ГК РФ.

Как установлено нормами п. 1 ст. 959 ГК РФ в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска. 

Значительными во всяком случае признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и в переданных страхователю правилах страхования.

Анализируя нормы ст. ст. 432 ГК РФ, 929 ГК РФ, 942 ГК РФ в совокупности, суд приходит к выводу о том, что при переходе прав на застрахованное имущество к ФИО3 договор страхования претерпел значительные изменения в части согласования его существенных условий, то есть тех, как указано в законе, в отношении которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, а именно в отношении страхователя транспортного средства, являющегося одновременно собственником и выгодоприобретателем. 

При этом страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска (абз. 1 п.2 ст. 959 ГК РФ).

Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора в соответствии с правилами, предусмотренными гл. 29 настоящего Кодекса (абз. 2 п. 2 ст. 959 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах страховщик, уведомленный ФИО3 о переходе прав на застрахованное имущество, что влечет за собой смену выгодоприобретателя, вправе утверждать об изменении степени риска, что в силу закона порождает право страховщика требовать или изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска.

Учитывая, что транспортное средство, как определённое имущество, является в силу п. 1 ст. 942 ГК РФ существенным условием договора страхования, поэтому п. 7.2.1 Правил предусматривает в качестве значительных изменений, оговоренных в договоре страхования, заявлении на страхование и Правилах страхования, в частности, переход права собственности на застрахованное транспортное средство в другому лицу.

Данное положение правил обусловлено нормами ст. 944 ГК РФ, которая устанавливает в качестве существенных при заключении договора страхования, обстоятельства, определённо оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования. 

Кроме того, в силу п. 1 ст. 959 ГК РФ значительными во всяком случае признаются изменения, оговоренные в договоре (страховом полисе) и переданных страхователю Правилах.

С учетом вышеизложенного, п. 7.2.1 не противоречит указанным нормам и не подлежит исключению из Правил, поскольку в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска (п. 1 ст. 959 ГК РФ). 

Учитывая, что нормами п. 1 ст. 944 ГК РФ и п. 1 ст. 959 ГК РФ предусмотрена обязанность страхователя информировать страховщика о значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска, пунктом 7. 6 Правил правомерно предусмотрена обязанность страхователя проинформировать страховщика о переходе права собственности на застрахованное транспортное средство как о значительном изменении в обстоятельствах, сообщенных при заключении договора страхования, повлекшем увеличение страхового риска. 

При указанных обстоятельствах доводы искового заявления об ущемлении прав ФИО3 пунктами правил 7.2.1 и 7.6 по сравнению с условиями договоров такого рода являются надуманными и законодательно не подкреплёнными. 

Суд не соглашается с требованиями ФИО3 о признании пункта 7.7 Правил, а именно: «Страховщик, уведомленный об обстоятельствах, приводящих к увеличению страхового риска, вправе потребовать изменения условий Договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению страхового риска»; а также пункта 7.9 абз.1 Правил «Если страхователь (Выгодоприобретатель) возражает против применения условий Договора страхования или доплаты страховой премии, Страховщик вправе потребовать расторжения Договора страхования в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации» - ничтожными. 

В силу п.1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом п. 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Анализируя нормы вышеуказанной статьи применительно к рассматриваемым пунктам Правил следует говорить об оспоримости сделки, а не ее ничтожности. 

Правила страхования в рассматриваемой части не посягают ни на публичные интересы, ни на права и законные интересы третьих лиц. 

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (п.1, 2 ст. 167 ГК РФ). 

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (ст. 166 ГК РФ). 

Буквальное прочтение оспариваемых ФИО3 пунктов Правил свидетельствует о том, что положения данных пунктов полностью соответствуют нормам, изложенным в абз.1 и абз.2 ст. 959 ГК РФ, фактичекски дублируя ее. 

Пункт 7.7 правил дублирует норму п. 2 ст. 959 ГК РФ, ввиду чего доводы иска о ничтожности данного пункта Правил по основаниям п. 2 ст. 168 ГК РФ не обоснованы.

Не усматривается так же противоречия данного пункта Правил и ст. 3 Закона РФ «Об организации страхового дела», на чем настаивает истец. 

Пункт 7.9 Правил дублирует норму абз. 2 п. 2 ст. 959 ГК РФ, следовательно, доводы иска в указанной части также не являются основанием для признания его ничтожным. 

Таким образом, рассматриваемые положения пунктов Правил не нарушают норм права, а также каких-либо интересов лиц, непосредственно затронутых заключением договора страхования на основании указанных положений Правил, а также прав самого ФИО3 

По тем же основаниям суд не соглашается с доводами ФИО3 о признания недействительным п. 6.3.11 Правил страхования и применении последствий недействительности ничтожной сделки в части слов «если договором страхования не предусмотрено иное, то в соответствии с п. 3 ст. 954 ГК РФ в случае неуплаты очередного страхового взноса в установленный срок обязательства страховщика по выплате страхового возмещения прекращаются (отказ страховщика от исполнения договора страхования), о чем страховщик направляет письменное уведомление страхователю. Договор страхования считается прекращенным с момента, указанного в уведомлении страховщика, независимо от даты его получения страхователем. При этом дата досрочного прекращения договора страхования не может быть указана ранее даты отправки уведомления». 

Судом по ранее рассмотренному делу достоверно установлено, что условия договора, ставшие для него обязательными, ФИО3 не исполнены. 

Как следует из п. 3 ст. 954 ГК РФ если договором страхования предусмотрено внесение страховой премии в рассрочку, договором могут быть определены последствия неуплаты в установленные сроки очередных страховых взносов.

Пункт 6.3.11 Правил страхования в этой части полностью соответствует вышеуказанным положениям и не является ничтожным по основаниям ч. 2 ст. 168 ГК РФ. 

Вышеуказанный пункт Правил полностью соотносится с нормами п. 1 ст. 954 ГК РФ и п. 3 ст. 954 ГК РФ.

Доводы истца о том, что ответчиком неправильно истолкованы положения данного пункта Правил в совокупности с нормами п. 3 ст. 954 ГК РФ, что явилось основанием для прекращения договора страхования с ФИО3, не являются основанием для признания данного пункта правил идентичного норме п. 3 ст. 954 ГК РФ ничтожным. Установлено, что договор с ФИО3 прекращен по другим основаниям.

Кроме того, оспариваемый пункт Правил, как отмечал сам представитель истца ФИО1, не имеет отношения к рассматриваемому спору. 

Таким образом, истцом не приведены основания для признания условий договора страхования недействительными, о несоответствии договора закону или иному правовому акту.

При указанных обстоятельствах, изложенная в иске и дополнительных заявлениях к нему позиция истца, основана на произвольном, субъективном толковании норм материального права в совокупности с положениями Правил страхования, что, в итоге, противоречит правовой концепции регулирования такого института гражданского законодательства как добровольное страхование имущества и является односторонне направленной на получение имущественной выгоды. 

В судебном процессе было устроено судоговорение по поводу применения судом норм ст. 10 ГК РФ к заявленным ФИО3 требованиям.

На применении данной нормы настаивали представители ответчика как ФИО6, так и впоследствии ФИО2, полагая, что истец, получив отказ в удовлетворении требований, злоупотребляя своим правом на судебную защиту обратился с настоящим исковым заявлением, пытаясь добиться пересмотра вступившего в силу судебного акта. 

Судом установлено и не оспаривалось представителем истца, что данное исковое заявление подано в целях дальнейшего пересмотра решения Фрунзенского районного суда г. Иваново от 25 июля 2016 г., вступившего в законную силу и оставленного без изменения судами всех судебных инстанций судов общей юрисдикции, в том числе Верховным Судом Российской Федерации.

Суд соглашается с позицией представителя ответчика о том, что действия истца, установленные решением Фрунзенского районного суда г. Иванова в совокупности с подачей настоящего иска в целях пересмотра судебного решения являются злоупотреблением правом на судебную защиту, поскольку состоявшимся ранее судебным постановлением установлено нарушение договора страхования со стороны ФИО3 

Злоупотребление правом на судебную защиту суд усматривает в том, что вступившим в законную силу установлено не исполнение ФИО3 условий договора страхования, что послужило отказу в его исковых требованиях, заявленных ранее и рассмотренных судом. 

Настоящий иск фактически является попыткой пересмотра вступившего в силу решения суда и не направлен на защиту нарушенного или оспоренного права.

Вместе с тем, в соответствии с нормами ст. 3 ГК РФ правом на судебную защиту обладает лицо, права и интересы которого нарушены. 

Однако при несоблюдении условий договора участником правоотношения, что установлено судебным актом, никаким образом нельзя утверждать о нарушении прав данного лица. 

В соответствии с п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Ссылки представителя заявителя в обоснование своей позиции на судебные решения (Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 9 февраля 2017 г. по делу№, решение Арбитражного суда г. Москвы от 28 августа 2011 г. по делу № А40-50752/10-144-211) состоявшиеся по иным предметам и основаниям исков, суд не принимает во внимание ввиду того обстоятельства, что действующее гражданско-процессуальное законодательство Российской Федерации при разрешении и рассмотрении гражданских дел обязывает суды руководствоваться нормами материального права, а не состоявшейся судебной практикой по иным спорам. 

Учитывая все вышеизложенное, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО3 требований.

Руководствуясь ст. ст. 196-199 ГПК Российской Федерации, суд

Решил:

исковые требования ФИО3 к ООО СК «Согласие» об изменении договора страхования и признании некоторых условий договора страхования недействительными оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Уенкова О. Г.

В окончательной форме решение изготовлено 11 августа 2017 г.