Дело №

УИД 41RS0№-38

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Петропавловск-Камчатский ДД.ММ.ГГГГ

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Нетеса С.С.,

при секретаре судебного заседания Ефремовой Л.Н.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3,

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО4, ФИО2 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО8 обратилась в суд с иском к ФИО7, ФИО6 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указала, что она является детским нейропсихологом и занимается частной практикой. Для осуществления частной практики прошла обучение. Прием родителей с детьми осуществляет у себя дома по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес> 

<

адрес>. Истец является инвалидом третьей группы с детства, сахарный диабет I типа.

ДД.ММ.ГГГГ истцу в мессенджере Вотсап с номера телефона № от ответчика ФИО6 поступило сообщение о записи на диагностику ее дочери Мирославы, которой установлен диагноз «Атипичный аутизм». В ответ ФИО8 направила информацию как проходит нейропсихологическая диагностика. Была согласована дата приема на ДД.ММ.ГГГГ в 10 ч 00 мин, после чего ФИО6 произвела предоплату за прием в размере 1000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 ждала ФИО6 с ребенком на прием. За несколько минут до назначенного времени у истца ФИО8 случился приступ, а именно поднялся уровень сахара в крови до 42 единиц, и она стала впадать в сахарную кому. В момент приступа у нее стали проявляться следующие симптомы: беспокойство, дрожание мышц, бледность кожи, дезориентация, снижение когнитивных способностей, расстройство речи, непроизвольные мимические и другие движения. В назначенное время в 10 ч 00 мин ФИО8 слышала, что звонит домофон в ее квартире, но была не в состоянии открыть входную дверь. ФИО6 самостоятельно зашла в подъезд и самостоятельно открыла дверь в квартиру, при этом, как позже стало известно истцу, производила съемку видео с помощью своего сотового телефона. После того как у истца ФИО8 закончился приступ и она пришла в нормальное состояние, она позвонила ФИО6 и объяснила всю ситуацию, что у нее произошел неконтролируемый приступ, извинилась за доставленные неудобства и вернула ей предоплату за несостоявшуюся диагностику. Кроме того, попросила удалить видео с телефона. ФИО6 на просьбу истца ответила отказом и добавила фразу, что истец должна возместить ей моральный ущерб.

ДД.ММ.ГГГГ в средствах массовой информации (в новостных каналах сети Инстаграм и Телеграм) была опубликована видеозапись с логопедом, который при проведении занятий с ребенком ударил его по лицу. Опубликованная видеозапись вызвала большой резонанс в обществе.

ДД.ММ.ГГГГ в средствах массовой информации (в новостных каналах сети Инстаграм и Телеграм, а именно «Главное41») была опубликована видеозапись, сделанная ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ с истцом, с заголовком: «Вместо детского нейропсихолога – нервное потрясение». Под видеозаписью было опубликовано: «История нашей подписчицы, которая просила сохранить анонимность». Далее была опубликована ее история, в которой было указано настоящее имя истца, район проживания истца. С учетом того, что в г. Петропавловске-Камчатском всего четыре нейропсихолога и только истец проживает в районе 9 км, то личность истца была полностью раскрыта и узнаваема для ее клиентов. Также в тексте истории истца обозвали «…нечто, что было в каком-то невменяемом состоянии …». Кроме того, у журналиста ФИО7 в статусе Вотсап ДД.ММ.ГГГГ в 19 ч 38 мин было также опубликовано видео с истцом с заголовком: «Нейропсихолог набросилась на мать ребенка-аутиста» и была указана ссылка на Телеграм-канал, где опубликовано видео.

После публикации видео истцу стали звонить клиенты, друзья, знакомые и сообщать об опубликованном видео и о комментариях, оставленных под ним. Все комментарии сводились к тому, что истец употребляет наркотики и по поведению истца это видно. Самый первый комментарий был оставлен ФИО11, который является супругом ФИО7: «Наркотики страшная вещь. Анастасия явно под какими-то веществами».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 узнала личный телефон журналиста ФИО7 и в мессенджере Вотсап написала ей сообщение, что она опубликовала видео, не разобравшись в произошедшем. Объяснила ФИО7 сложившуюся ситуацию и скинула документы, подтверждающие ее заболевание. ФИО7 проигнорировала ее сообщения, а ДД.ММ.ГГГГ позвонила истцу и в грубой форме отчитала ее за то, что истец ей на личной телефон написала сообщения. Спустя двое суток видео ФИО8 было удалено из сети Интернет, но в настоящее время в анонсах за ДД.ММ.ГГГГ до сих пор сохраняются заголовки: «Вместо детского психолога – нервное потрясение»: в Инстаграм на странице «glavnoe.41», в Телеграм-канале «Главное41».

Выложенное в СМИ видео подорвало деловую репутацию истца, нанесло ущерб чести и достоинству. Видео было выложено с целью обвинить ее в употреблении запрещенных веществ, что автору видео и журналисту, опубликовавшему видео, удалось сделать, так как большинство клиентов истца попросили у нее справку с наркологического диспансера о том, что она не состоит на учете и у нее в крови нет запрещенных препаратов. О том, что на видео запечатлен приступ, который возник в силу заболевания, а не в силу употребления запрещенных веществ, автору видео ФИО6 на момент распространения записи было достоверно известно, как и журналисту ФИО7 Автор видео и журналист при опубликовании (распространении) его в СМИ преследовали цель оклеветать и опорочить истца, что у них и получилось. Они распространили недостоверные сведения, которыми опорочили честь и достоинство истца, а также нарушили личные неимущественные права истца. Своими действиями ответчики причинили истцу моральные и нравственные страдания. Это выразилось в ее длительном депрессивном состоянии, нарушении сна, необходимостью объяснять своим родственникам, друзьям, знакомым, клиентам, которые читали данные комментарии, что эти сведения не соответствуют действительности. Распространенная ответчиками видеозапись порочит честь и достоинство истца, так как содержат утверждения об употреблении истцом наркотических средств. Истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях и сильном душевном волнении, чувстве беспомощности ввиду того, что истец не может предпринять никаких действий с целью прекращения распространения недостоверных сведений со стороны ответчиков, что привело к созданию у истца длительной психотравмирующей ситуации. На почве произошедшей ситуации у истца развивались головные боли, ухудшалось самочувствие.

Размер компенсации морального вреда оценила в 200 000 руб., поскольку испытывает постоянные сильнейшие переживания, чувство подавленности и беспомощности в произошедшей ситуации, ее авторитет в связи с недостоверными сведениями, изложенными ответчиками в Интернете, подорван в глазах ее клиентов, что негативно сказывается на деловой репутации истца.

На основании изложенного ФИО8 просила суд обязать ответчика ФИО6 уничтожить видеозапись с истцом, взыскать с неё в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. Обязать ответчика ФИО7 напечатать опровержение в средствах массовой информации, взыскать с нее в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Неоднократно уточняя и изменяя исковые требования, окончательно определившись с формулировкой исковых требований, истец просила суд:

- признать распространенную ответчиками видеозапись и текст к видеозаписи сведения об истце не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца.

- обязать ФИО2 удалить видеозапись со всех носителей информации, на которых была сохранена видеозапись, и запретить ее дальнейшее распространение, взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

- обязать ответчика ФИО4 удалить заголовки об истце с анонсов за ДД.ММ.ГГГГ, напечатать опровержение, что поведение истца на видеозаписи явилось следствием неконтролируемого приступа в результате заболевания «Сахарный диабет», а не в результате употребления запрещенных веществ, взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Истец ФИО8 о времени и месте судебного заседания извещена, участия не принимала, направила представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности с полным объемом полномочий, заявила, что не поддерживает требование в части возложения на ФИО4 обязанности напечатать опровержение, что поведение истца на видеозаписи явилось следствием неконтролируемого приступа в результате заболевания «Сахарный диабет», а не в результате употребления запрещенных веществ. В остальном исковые требования с учетом их уточнений и изменений поддержала. Дополнила, что нарушением является сам факт наличия этой видеозаписи. Указала, что видело было удалено ДД.ММ.ГГГГ после обращения истца к ФИО4 Уточнила состояние истца ДД.ММ.ГГГГ в момент повышения уровня сахара в крови – гипергликемия.

Ответчик Муковоз (до перемены фамилии ФИО12) Ю.Е. о времени и месте судебного заседания извещена, участия не принимала, направила представителя.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

Согласно возражениям ФИО2 на исковое заявление истцом не предоставлено достаточных доказательств в обоснование своих исковых требований. Перечисленные в исковом заявлении симптомы сахарной комы никак не соответствовали увиденному ответчиком. Подтверждений данных симптомов медицинским заключением не представлено. Также не представлено и документальных подтверждений, что в момент агрессии истца у нее действительно уровень сахара составлял 42 единицы. Истцу поставлен диагноз: «Сахарный диабет 1 типа» ДД.ММ.ГГГГ, когда истцу было 6 лет. Имея всю сознательную жизнь данный диагноз, зная его последствия, истец никак не могла допустить, особенно при работе с детьми, снижение уровня сахара до критического.

ДД.ММ.ГГГГ ответчик с дочерью должна была посетить специалиста ФИО8, которая вела прием у себя на дому. Приехав в назначенное время, ответчик позвонила истцу, чтобы сообщить о прибытии, но ответа не было. Ответчик набрала на домофоне номер квартиры истца, дверь никто не открыл. Обеспокоенная ситуацией, ответчик самостоятельно зашла в подъезд, постучала в дверь, которая оказалась незапертой, и с целью обезопасить себя, не понимая, что происходит, стала снимать происходящее на камеру телефона. После чего ФИО8 набросилась на ответчика и ударила ее не менее двух раз. Произошедшее шокировало ответчика, и она обратилась с заявлением к участковому, с которым проследовала к ФИО8, но дверь им никто не открыл.

ДД.ММ.ГГГГ в средствах массовой информации появилась видеозапись с логопедом, которая ударила ребенка-инвалида по лицу. Она, посмотрев данную запись в новостных каналах, решила с целью предотвращения и предупреждения граждан, имеющих детей-инвалидов, которые не могут постоять за себя, рассказать о произошедшем родителям, написав о своей ситуации журналисту ФИО4 посредством мессенджера Вотсап, направив ей видеозапись поведения ФИО8 и попросив не указывать персональные данные и затереть лицо, чтобы нельзя было идентифицировать личность. Она не имела цели опорочить честь и достоинство истца и не произвела никаких действий, направленных на это. Настоящей и действительной целью было обращение к родителям детей-инвалидов более внимательно подходить к выбору специалистов, в руки которых они доверяют своих особенных в развитии детей.

Истцом не доказано, что сведения распространены ответчиком в сети Инстаграм и Телеграм. Спорные сведения были размещены другими лицами на онлайн площадке, предоставленной ответчиком посредством мессенджера Вотсап. Комментарии, которые носили различный характер, не имеют отношения к ответчику. Спорные сведения не являются утверждениями о фактах, а представляют собой авторское мнение, изложенное в критической форме, носят оценочный и предположительный характер, а потому по своему содержанию порочащими не являются. Подтверждений того, что после публикации видео истцу стали звонить ее клиенты и сообщать о видео и комментариях, истцом не представлено. Так же как и не представлено доказательств того, что данное видео опорочило честь и достоинство истца и повлияло на её деловую репутацию. Справка из наркологического диспансера, как и заключение медицинской комиссии, содержащиеся в медицинской книжке, должна у нее находиться согласно Приказу Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н в силу ее деятельности по взаимодействию с детьми. Требование справки из наркологического диспансера не имеет оскорбительный характер. Также не представлено никаких медицинских подтверждений того, что после публикации видео у истца начались головные боли, ухудшилось самочувствие. На основании изложенного просила в удовлетворении заявленных исковых требований о признании распространенных ответчиком сведений об истце не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, а также взыскании компенсации морального вреда отказать.

Ответчик ФИО12 (до перемены фамилии ФИО12) Е.А. о времени и месте судебного заседания извещена, участия не принимала, направила представителя.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 – ФИО5, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Согласно отзыву ответчика ФИО4 на исковое заявление, ответчик не признает исковые требования в полном объеме. Спорное видео представлено ответчиком ФИО2 и отражало реальные события, которые произошли с участием истца и ответчика ФИО2 При этом изображение лица истца на видео было скрыто. Автором текста под спорным видео является ответчик ФИО2, но сведения, изложенные в тексте, соответствуют действительности в части описания обстоятельств произошедшего и содержат в себе субъективное (оценочное) мнение автора текста относительно произошедших событий и поведения истца. Из буквального содержания текста под видео следует, что автор не преследует цели опорочить истца, а обращается к аудитории с целью защиты не только своих прав, законных интересов, но и прав и интересов детей и их родителей, которые приводили своих детей к истцу для проведения нейропсихологической диагностики. То есть, информация об истце была размещена в целях защиты общественных интересов и причиной для этого послужила публикация о логопеде, которая при проведении занятий била ребенка. Исходя из содержания видео, на котором видно необычное поведение истца, у ответчика ФИО2 имелись все основания для сомнений как в профессиональных качествах истца, так и в состоянии психического здоровья истца. Истец в судебном заседании подтвердила, что она не предупреждала ответчика ФИО2 о том, что у нее имеется диагноз «Сахарный диабет». Следовательно, ответчик ФИО2 даже и предполагать не могла, что поведение истца, отраженное на видео, может быть следствием указанного заболевания. В тексте под видео содержится информация о том, что ответчик ФИО2 вызывала полицию в момент происходящих событий, отраженных на видео, что свидетельствует о том, что поведение истца было воспринято ею как создающее угрозу безопасности жизни и здоровья ФИО2 и ее малолетнего ребенка. При этом в тексте под видео нет никаких упоминаний или намеков о том, что истец находилась под влиянием наркотических средств.

В части требований к ФИО4 – напечатать опровержение, что поведение истца на видеозаписи явилось следствием неконтролируемого приступа в результате заболевания «Сахарный диабет», а не в результате употребления запрещенных веществ – такие требования являются необоснованными, так как истец не предоставила надлежащих доказательств, что поведение истца на видеозаписи было именно следствием неконтролируемого приступа, в результате заболевания «Сахарный диабет».

В части требований к ФИО4 – обязать удалить заголовки об истце с анонсов за ДД.ММ.ГГГГ – такие требования являются необоснованными, так как истец не представила доказательств наличия указанных анонсов и их содержания. Следует учесть, что спорное видео ДД.ММ.ГГГГ было удалено из социальной сети Телеграм – «Главное41».

Истец не предоставила доказательств, что сведения, отраженные на видео и изложенные в тексте под видео, не соответствуют действительности, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения представителей сторон, огласив в порядке статьи 180 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации показания свидетеля ФИО9, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

Частью третьей указанной статьи Конституции Российской Федерации одновременно установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, в частности, достоинство личности, охраняемое государством - часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации.

Статьями 23, 24 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», под обнародованием изображения гражданина по аналогии с положениями статьи 1268 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо понимать осуществление действия, которое впервые делает данное изображение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа либо любым другим способом, включая размещение его в сети Интернет.

В пункте 44 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, то есть когда имеет место публичный интерес, в частности если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.

Вместе с тем согласие необходимо, если единственной целью обнародования и использования изображения лица является удовлетворение обывательского интереса к его частной жизни либо извлечение прибыли.

Не требуется согласия на обнародование и использование изображения гражданина, если оно необходимо в целях защиты правопорядка и государственной безопасности (например, в связи с розыском граждан, в том числе пропавших без вести либо являющихся участниками или очевидцами правонарушения).

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется согласия гражданина для обнародования и дальнейшего использования изображения, полученного при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования.

Пунктом 3 статьи 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что если изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 настоящей статьи, распространено в сети Интернет, гражданин вправе требовать удаления этого изображения, а также пресечения или запрещения дальнейшего его распространения.

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что с учетом положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации факт обнародования и использования изображения определенным лицом подлежит доказыванию лицом, запечатленным на таком изображении. Обязанность доказывания правомерности обнародования и использования изображения гражданина возлагается на лицо, его осуществившее.

Таким образом, из смысла вышеприведенных норм следует, что право на охрану изображения гражданина сформулировано законодателем как абсолютное. Гражданин вправе требовать применения соответствующих мер гражданско-правовой защиты от любого лица, неправомерно использующего его изображение.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судом, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как указано в пункте 9 вышеназванного постановления Пленума, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац 1).

В силу пунктов 1, 2, 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Как следует из материалов дела, истец ФИО8 имеет профессиональное образование по квалификации «Детский психолог» (л.д. 72-73), «нейропсихолог» (л.д. 74-75), «педагог-психолог» и дополнительной квалификации «преподаватель психологии» (л.д. 77-78), «учитель-дефектолог» (л.д. 80-81), прошла повышение квалификации по программам «Альтернативная коммуникация. Применение в коррекционно-педагогической работе с детьми с ОВЗ» (л.д. 76), «Нейропсихологическая диагностика и коррекция речи и мышления у детей от 3 до 18 лет при различных нарушениях развития» (л.д. 79).

Согласно тексту иска истец занимается частной практикой на дому, осуществляя прием по адресу проживания: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, 

<

адрес>.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в сети Интернет на новостном канале «Главное41» в мессенджере Телеграм была опубликована видеозапись с истцом.

Под видеозаписью содержался следующий текст: «Вместо детского нейропсихолога – нервное потрясение. История нашей подписчицы, которая просила сохранить анонимность: После вчерашней истории с логопедом я решилась прислать это видео. Моей дочери 3,5 года, у нее диагноз «Атипичный аутизм». Мне порекомендовали сходить с ребенком к Анастасии, которая принимает у себя дома на 9 км. Она занимается нейропсихологической диагностикой, к ней водят детей с ОВЗ. По ее правилам я должна была привести ребенка, оставить с ней наедине на полчаса, а потом «получить полный разбор диагностики». В назначенный день и время нас встретил не специалист, а нечто, что было в каком-то невменяемом состоянии. Она трясла руками и что-то шептала себе под нос, взгляд был отсутствующий, реакции – неадекватные. Я пыталась привлечь ее внимание, просила вернуть деньги за несостоявшийся прием, а вместо этого слышала только: «Я деньги не брала, занятия не было». Я вызвала полицию, но дверь сотрудникам она не открыла, только также странно в окно руками махала. Это все было настолько ужасно, что в тот день я так растерялась, так испугалась, что могла оставить своего ребенка с невменяемым человеком, что даже не пошла на медосвидетельствование после визита в полицию.

А если бы она также, как меня, била моего ребенка? А если бы напугала ее своим неадекватным поведением? Она как профессионал реально думает, что ребенку с аутизмом это бы пошло на пользу. Что такое допустимо?

Я не хотела, чтобы ее привлекли к ответственности за побои, я хотела и хочу, чтобы ее проверили на профпригодность и адекватность. Насколько мне известно, право проводить нейропсихологическую диагностику имеет специалист с высшим образованием по профилю «Нейропсихология» или «Клиническая психология». Или психологи с допобразованием. А тут такое. Может в комментариях объявятся еще люди, которые столкнулись с неадекватным поведением «нейропсихолога» Анастасии?».

Под текстом читатели канала «Главное41» оставили свои комментарии (л.д. 12-16).

Как указала истец в иске, данная видеозапись в этот же день ДД.ММ.ГГГГ была опубликована журналистом ФИО4 в статусе мессенджера Вотсап с заголовком: «Нейропсихолог набросилась на мать ребенка-аутиста» с указанием ссылки на Телеграм-канал, где опубликовано видео (л.д. 17).

Оспаривая содержание видеозаписи и публикации, истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ около 10 ч 00 мин она ожидала ФИО2 с ребенком на прием для проведения диагностики. За несколько минут до назначенного времени у неё случился приступ, а именно поднялся уровень сахара в крови до 42 единиц, и она стала впадать в гипергликемическую кому. В момент приступа у нее стали проявляться следующие симптомы: беспокойство, дрожание мышц, бледность кожи, дезориентация, снижение когнитивных способностей, расстройство речи, непроизвольные мимические и другие движения. Ответчик ФИО2 самостоятельно зашла в подъезд и самостоятельно открыла дверь в квартиру, при этом производила съемку видео с помощью своего сотового телефона без получения согласия со стороны истца. После нормализации своего состояния она позвонила ответчику ФИО2, объяснила ситуацию, сообщила, что у нее произошел неконтролируемый приступ, извинилась за доставленные неудобства, вернула предоплату за несостоявшуюся диагностику и попросила удалить видео с телефона. Несмотря на это, видеозапись с изображением истца была опубликована в сети Интернет.

В подтверждение установленного диагноза «Сахарный диабет 1 типа» истцом в материалы дела представлены: справка, выданная эндокринологом ГБУЗ КК ЕРБ ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, справка серии МСЭ-2011 № от ДД.ММ.ГГГГ, что она является инвалидом с детства, ДД.ММ.ГГГГ ей повторно установлена третья группа инвалидности бессрочно, на основании акта освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 31, 32-33).

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 пояснила, что ФИО2, находясь в подъезде дома, действительно ДД.ММ.ГГГГ производила видеосъемку истца на свой смартфон, впоследствии данную видеозапись ФИО2 передала ФИО4 для публикации.

ДВД-диск с этой видеозаписью приобщен к материалам дела.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 подтвердила, что ФИО4 разместила в Телеграм-канале «Главное41» указанную видеозапись.

Также к материалам дела приобщен флеш-носитель с видеозаписью, размещенной в сети Интернет.

Просмотрев в судебном заседании представленные видеозаписи, суд приходит к выводу, что размещенная в сети Интернет видеозапись содержит информацию об истце, отражает наличие в момент проведения сьемки у истца симптомов, приведенных в иске, в частности беспокойство, дрожание рук, дезориентация, расстройство речи и другие.

Установлено, что основным объектом съемки является именно истец ФИО8

Как следует из возражений на исковое заявление, ответчики не преследовали цели опорочить истца, а обратились к аудитории с целью защиты не только своих прав, законных интересов, но и прав и интересов детей и их родителей, которые приводили своих детей к истцу для проведения нейропсихологической диагностики. Информацию об истце разместили в целях защиты общественных интересов и причиной для этого послужила публикация о логопеде, которая при проведении занятий била ребенка.

При этом просили учесть, что спорное видео ДД.ММ.ГГГГ было удалено из социальной сети Телеграм с канала «Главное41».

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании подтвердила, что видео с истцом действительно было удалено ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем указала, что заголовок об истце продолжает оставаться на странице Телеграм-канала «Главное41» за ДД.ММ.ГГГГ

Данное обстоятельство подтверждается приобщенным к материалам дела скриншотом указанной страницы.

Интернет страница Телеграм-канала под наименованием «Главное41» доступна неограниченному кругу лиц, поскольку страница открыта, при ее просмотре не требуется регистрация, введение логина и пароля пользователем.

Из материалов дела следует, что под опубликованным ФИО4 видео с текстом имелись высказывания, комментарии пользователей, которые являются критическими и обращены в адрес, в том числе истца, формируя негативный образ, данный видеоролик стал поводом для безосновательного обсуждения истца неопределенным кругом лиц.

Утверждение истца о том, что ее согласие на совершение видеозаписи и ее публикацию ответчиками получено не было, нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Видеосъемка велась ответчиком ФИО2 без согласования с истцом, изображение получено, когда истец находилась у себя дома, что не относится к местам общего пользования многоквартирного дома и не является общественным местом.

Суд, проанализировав видеозапись, приходит к выводу, что изображение истца не использовалось в общественных или иных интересах.

Отсутствуют сведения, подтверждающие, что обнародование изображения истца необходимо для достижения общественно значимых целей, целей обнаружения и раскрытия угрозы общественной безопасности.

Учитывая, что при рассмотрении дела не установлено обстоятельств, перечисленных в статье 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющих обнародовать изображение гражданина без его согласия, суд приходит к выводу, что требовалось согласие истца на публикацию его изображения в сети Интернет.

Рассматривая требования истца, суд, руководствуясь частью 1 статьи 23, частью 1 статьи 24 Конституции Российской Федерации, статьями 150, 152.1, 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что ответчиком ФИО2, осуществившей видеосъемку истца, находящейся на территории принадлежащей ей квартиры, и передавшей видеозапись с комментарием произошедшего события для публикации, а ответчиком ФИО4, опубликовавшей изображение (видеосюжет) без согласия истца в сети Интернет, нарушены личные неимущественные права истца ФИО8 на неприкосновенность частной жизни и право на изображение, при этом предусмотренные законом условия для правомерного обнародования и использования изображения истца без его согласия отсутствовали.

Также суд учитывает, что истец не занимает государственную или муниципальную должность, не является политиком, должностным лицом или общественным деятелем, на опубликованном видеоизображении истец ФИО8, запечатленная в своей квартире, является основным объектом съемки, видеосюжет никаких других сведений о каком-либо публичном мероприятии не содержит.

Передавая видеозапись журналисту и размещая в сети Интернет видео с ФИО8, с возможностью его комментирования неограниченным кругом лиц, ответчики не могли не осознавать и не понимать, что эти сведения будут распространены и прочитаны различными людьми, у которых сформируется искаженное представление о ФИО8, как о человеке и как о специалисте.

Принимая во внимание степень вины ответчиков, характер и содержание видеозаписи, а также то, что ответчики использовали изображение истца без его согласия, в своих личных целях, суд приходит к выводу о причинении истцу ФИО8 нравственных страданий.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При обстоятельствах, установленных в судебном заседании, суд находит исковые требования ФИО8 о компенсации морального вреда обоснованным и подлежащими удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда, учитывая, что обнародование изображения истца, нарушает его нематериальные блага, принимая во внимание обстоятельства, при которых ответчиками нарушены личные неимущественные права истца, степень значимости нарушенного права, характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины каждого из ответчиков, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., с ответчика ФИО4 – 10 000 руб., находя такой размер компенсации соразмерным нарушенному праву и отвечающим принципам разумности и справедливости.

Требование истца о возложении на ответчика ФИО2 обязанности удалить видеозапись с изображением ФИО8 со всех носителей, на которых она была сохранена, и запретить её дальнейшее распространение подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, устанавливает в нём срок, в течение которого решение должно быть исполнено.

Учитывая обстоятельства дела, принимая во внимание требования разумности, суд считает возможным установить срок ответчику ФИО2 для удаления видеозаписи с изображением ФИО8 в течение двух дней с момента вступления решения в законную силу.

Также, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о возложении на ответчика ФИО4 обязанности удалить заголовок об истце с анонса за ДД.ММ.ГГГГ в сети Интернет на странице Телеграм-канала «Главное41», поскольку, как установлено, в судебном заседании, до настоящего времени этот заголовок продолжает оставаться на странице Телеграм-канала «Главное41» за ДД.ММ.ГГГГ

Требование в части возложения на ответчика ФИО4 обязанности напечатать опровержение, что поведение истца на видеозаписи явилось следствием неконтролируемого приступа в результате заболевания «Сахарный диабет», а не в результате употребления запрещенных веществ, удовлетворению не подлежит, поскольку в материалы дела не представлено допустимых доказательств, подтверждающих, что на видеозаписи запечатлен неконтролируемый приступ, возникший у истца в результате заболевания «Сахарный диабет».

В абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзац 6).

По мнению суда, размещенный ФИО4 под видео текст, содержащий описание обстоятельств произошедшего, содержит в себе субъективное мнение автора текста относительно произошедших событий и поведения истца, высказано не в оскорбительной форме, в связи с чем не является предметом судебной защиты.

Представленное истцом лингвистическое заключение от ДД.ММ.ГГГГ данный вывод не опровергает, кроме того, предметом исследования специалиста являлись комментарии пользователей, которые не принадлежат ответчикам.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО8 (паспорт №) удовлетворить частично.

Возложить на ФИО2 (СНИЛС №) обязанность в течение двух дней с момента вступления решения суда в законную силу удалить видеозапись с изображением ФИО8 со всех носителей, на которых она была сохранена, и запретить её дальнейшее распространение.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Обязать ФИО4 (СНИЛС №) удалить заголовок об истце с анонса за ДД.ММ.ГГГГ в сети Интернет на странице Телеграм-канала «Главное41».

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий подпись С.С. Нетеса

Подлинник судебного постановления подшит в деле №, находящемся в производстве Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края.