Председательствующий Амандус О.А.

УИД № 19RS0001-02-2024-011734-46

Дело № 33-90/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Абакан 14 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего Хлыстак Е.В.,

судей Немежикова А.П., Тришканевой И.С.,

при секретаре-помощнике судьи Топоевой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1, в лице законного представителя ФИО3, о признании договоров дарения недействительными,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО2 – ФИО4 на решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 22 сентября 2025 года.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца ФИО4, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО5,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 и ФИО1, в лице законного представителя ФИО3, о признании договоров дарения недействительными. Требования мотивировала тем, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО10 Наследниками первой очереди являются супруг ФИО3, с которым умершая состояла в зарегистрированном браке с 2023 года, дочери ФИО2 от первого брака и ФИО1 от настоящего брака. При жизни наследодатель владела квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, автомобилем 

<

данные изъяты> года выпуска, земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>. Соглашением об определении размера долей жилого помещения, приобретенного с использованием средств материнского (семейного) капитала, от 15.05.2024 в собственность ФИО1 и ФИО2 определено по 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру. На основании договора дарения от 31.05.2024 правообладателем 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру стал супруг ФИО3, а потом дочь ФИО1 на основании договора дарения от 25.07.2024. Кроме того, 26.06.2024 наследодатель по договору дарения подарила автомобиль дочери ФИО1. На основании договора дарения от 31.05.2024 наследодателем ФИО3 передана 

<

данные изъяты> доля в праве общей долевой собственности на земельный участок. Ссылаясь на то, что при жизни наследодатель имела онкологическое заболевание, являлась инвалидом 1 группы, принимала сильнодействующие болеутоляющие препараты и в силу психического состояния в период подписания договоров дарения не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, просила признать вышеуказанные договоры дарения недействительными, аннулировать записи в Едином государственном реестре недвижимости.

Определениями суда от 27.01.2025, от 14.03.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно спора, привлечены нотариус Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6, ФИО7

В судебном заседании представитель истца ФИО4 настаивал на удовлетворении исковых требований.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО8 исковые требования не признали.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО2, третьих лиц.

Суд постановил решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

С решением суда не согласен представитель истца ФИО4

В апелляционной жалобе он просит его отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. Приводя обстоятельства дела, настаивает на том, что при заключении сделок ФИО10 находилась в тяжелом физическом состоянии, была неспособна понимать значение своих действий и руководить ими вследствие долговременного принятия наркотических болеутоляющих средств, сформировавших физическую и психологическую зависимость. Заключение судебной экспертизы, по мнению апеллятора, является неполным в части выводов о состояния ФИО10, поскольку эксперты не смогли установить степень расстройства последней в моменты совершения сделок и никак это не обосновали. Однако в удовлетворении ходатайства стороны истца о допросе эксперта судом неправомерно отказано. Отмечает, что материалы и обстоятельства дела указывают на иную волю наследодателя при жизни, которая противоречит итоговому распределению имущества по оспариваемым сделкам. В ходе экспериментально-психологического исследования наследодатель изъявляла желание поделить свое имущество между тремя наследниками первой очереди в равных долях. При этом указывала на регулярное давление ответчика в свою сторону и его регулярные ссоры с истцом, о чем свидетельствует заключение комиссии от 23.04.2024 № 37. При проведении судебной экспертизы установлено ухудшение состояния ФИО10 Однако категоричный вывод о степени выраженности снижения когнитивных процессов эксперт не смог сделать, не обосновав такую невозможность. Структура заключения комиссии экспертов не соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», в нем отсутствует обоснование выводов по поставленным вопросам.

В письменных возражениях относительно доводов апелляционной жалобы ответчик ФИО3 и его представитель ФИО8 выражают согласие с решением суда.

Выслушав объяснения представителя истца ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО5, выразивших согласие с решением суда, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО9 (после заключения брака – ФИО2) является дочерью ФИО10 (т. 1 л.д. 23, 24).

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО3 и ФИО10 (т. 1 л.д. 187).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО10 был заключен брак (т. 1 л.д. 186 оборот).

31.05.2024 между ФИО10 и ФИО3 был заключен договор дарения 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, по условиям которого ФИО10 безвозмездно передала в собственность супругу ФИО3 

<

данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 19).

Настоящий договор удостоверен нотариусом Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6

03.06.2024 зарегистрировано право собственности ФИО3 на указанную долю, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) от 26.12.2024 (т. 1 л.д. 205 – 206).

Также 31.05.2024 между ФИО10 и ФИО3 был заключен договор дарения 

<

данные изъяты> доли в праве собственности на земельный участок, согласно которому ФИО10 безвозмездно передала в собственность супругу ФИО3, принадлежащую ей 

<

данные изъяты> долю в праве собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 18).

Договор удостоверен нотариусом Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6

Право собственности ответчика на данный земельный участок зарегистрировано 26.07.2024 (т. 1 л.д. 210 – 211).

04.06.2024 между ФИО10 и ФИО1, действующей с согласия своего отца ФИО3, был заключен договор дарения автомобиля, согласно которому ФИО10 безвозмездно передала в собственность дочери ФИО1. принадлежащий ей автомобиль 

<

данные изъяты> года выпуска, г/н № (т. 1 л.д. 191).

Договор удостоверен нотариусом Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6

26.06.2024 автомобиль поставлен на регистрационный учет на имя ФИО1, что подтверждается карточкой учета транспортного средства (т. 1 л.д. 44).

25.07.2024 между ФИО10 и ФИО1., действующей с согласия своего отца ФИО3, был заключен договор дарения 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, в соответствии с которым ФИО10 безвозмездно передала в собственность дочери ФИО1. принадлежащую ей 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 194).

Договор удостоверен нотариусом Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6

26.07.2024 зарегистрировано право собственности ФИО1. на указанную долю (т. 1 л.д. 205 – 206).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 умерла, о чем в материалы дела представлено свидетельство о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 25).

Судом первой инстанции установлено, что с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО10 к нотариусу обратились дочь ФИО2, супруг ФИО3, дочь ФИО1., мать ФИО7

Заявляя требования о признании недействительными договоров дарения от 31.05.2024, заключенных между ФИО10 и ФИО3, и договоров дарения от 04.06.2024, от 25.07.2024, заключенных между ФИО10 и ФИО1., истец указывала, что в момент совершения сделок в силу тяжелого заболевания, принятия обезболивающих препаратов ФИО10 находилась в таком состоянии, которое не позволяло ей понимать значение своих действий и руководить ими.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о недоказанности истцом порока воли ФИО10 при совершении оспариваемых сделок.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, поскольку он основан на фактических обстоятельствах дела и правильном применении норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункты 1, 2 ст. 167 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из изложенного следует, что неспособность наследодателя в момент заключения договоров дарения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания договоров недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Исходя из требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 177 ГК РФ, лежит на истце.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается справкой Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Хакасия «Республиканская клиническая психиатрическая больница» (далее - ГБУЗ РХ «РКПБ») от 18.12.2024, ФИО10 под диспансерным наблюдением в ГБУЗ РХ «РКПБ» не состояла (т. 1 л.д. 150).

Согласно заключению комиссии ГБУЗ РХ «РКПБ» от 11.06.2024 № 46, по результатам настоящего психиатрического освидетельствования у ФИО10 каких-либо психических расстройств не выявлено, она является психически здоровым человеком. Каких-либо психических недостатков, препятствующих оформлению купли-продажи недвижимого или иного имущества, или совершению каких-либо других сделок имущественного характера, не выявлено. При настоящем обследовании не выявлено существенного влияния принимаемых обезволивающих препаратов на ее интеллектуально-волевые качества. Совершать нотариальные действия способна, нотариальная дееспособность сохранена (т. 1 л.д 192).

Аналогичное заключение было дано комиссией экспертов ГБУЗ РХ «РКПБ» 23.04.2024 (т. 1 л.д. 20-21).

Допрошенная судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО12 пояснила, что работает в ГБУЗ РХ «РКПБ» врачом-экспертом, врачом судебно-психиатрических экспертиз, стаж работы 31 год. Она проводила обследование ФИО10 два раза 23.05.2024 и 11.06.2024. Обследование проводится по инициативе пациента, по месту его жительства. ФИО10 отвечала в полной мере, не находилась под воздействием лекарств, хотя говорила, что иногда принимает «Трамадол» и «Кеторол». Эти препараты на психику не влияют. Она адекватно реагировала, полностью понимала, где находится, никакой заторможенности не было, полностью ориентировалась, все понимала. Она сказала, что муж просит переписать 50% квартиры на него, с чем она полностью согласна. Повторно приехали в июне. Точно также она была ориентирована, полностью назвала даты, рассказала о событиях своей жизни. Это длилось не менее часа. Они спрашивали ФИО родственников, кто за ней ухаживает, как проходит ее день, то есть способность ориентироваться в окружающей обстановке, какие события происходят в мире. Она полностью все рассказала. Выясняли, принимает ли она тяжелые психотропные препараты. Сказала, что приняла один раз морфин, больше не стала, потому что ей было от него плохо. В этот день она ничего не принимала, чувствовала себя хорошо, адекватно реагировала, депрессии не было. Сказала, что хочет оставить завещание на свою младшую дочь. Свидетель спросила, понимает ли она, что старшая дочь может остаться без жилья, без наследства и т.д. Она сказала, что понимает. Несколько раз это повторила.

Из пояснений третьего лица нотариуса Абаканского нотариального округа Республики Хакасия ФИО6 следует, что в мае 2024 года в нотариальную контору обратился ответчик ФИО3 с просьбой удостоверить сделки, которые желает совершить его супруга ФИО10 Пояснил, что супруга серьезно больна, желает часть имущества оформить на своего супруга, на дочь. Что конкретно она желает совершить, он определенно сказать не мог. Она ему посоветовала, что на случай судебного спора должно быть заключение врача о ее состоянии. Врач был вызван. ФИО3 представил заключение. В заключении врач указал, что для совершения нотариальных действий препятствий не имеется. Через пару дней она выехала к ФИО10 Она попросила выйти супруга, беседовали один на один. Нотариус у нее спросил, что она хотела бы сделать: завещать имущество либо подарить, разъяснив последствия названных сделок. Она сказала, что не хотела бы, чтобы мама была ее наследником. Она согласилась подарить половину от той доли, которая сейчас ей принадлежит. Она объясняла, что квартира куплена ею, в ее приобретении участвовал супруг, вкладывал деньги, также были использованы средства материнского капитала. Поэтому за несколько дней до того, как она явилась, было заключено соглашение о выделе долей: выделены доли дочерям Кристине и ФИО1. Оставшуюся долю она желала подарить супругу и подписала договор дарения. Сомнений в способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договоров дарения у нотариуса не возникало, оснований для отказа в совершении нотариального действия не было.

Определением суда от 14.04.2025 по ходатайству стороны истца назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно заключению комиссии экспертов от 24.07.2025 № 292/з, в интересующие суд периоды 31.05.2024, «26.06.2024» (по материалам дела 04.06.2024) и 25.07.2024 имевшееся у ФИО10 онкологическое заболевание (

<

данные изъяты>) характеризовалось прогрессирующим метастатическим процессом с хроническим болевым синдромом и хронической анемией, ундулирующим (волнообразным) течением с периодами ухудшения общего состояния до тяжелого, сопровождалось, помимо стойких астенических проявлений (слабость, утомляемость), эпизодами общей заторможенности, эмоциональной лабильности, аффективными колебаниями, запамятованием и склонностью к субъективной интерпретации своих действий и действий окружающих, что квалифицируется как неуточненные психические расстройства в связи со смешанными заболеваниями (раковая интоксикация, дисметаболические нарушения, регулярное применение наркотических анальгетиков) - F06.998 по МКБ-10. Неоднозначность объективных данных о психическом состоянии ФИО10 в последний период жизни при неоднозначности показаний сторон и свидетелей не позволяет прийти к более точному диагностическому выводу, оценить степень имевшихся у нее преходящих (периодически возникающих) изменений психики и решить вопрос о ее способности осуществлять свободное волеизъявление, прогнозировать последствия своих действий, понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения ею договоров дарения. Свидетельские показания, анализ представленных аудиозаписей, сведения о медицинских обследованиях выявляют неустойчивость позиции ФИО10 в отношении сложных юридических действий, что не позволяет сделать категоричный вывод о степени выраженности снижения когнитивных процессов (восприятия, памяти, внимания, мышления), нарушениях критических, прогностических и волевых способностей, а также степени измененности эмоционально-личностной сферы с признаками повышенной внушаемости и подчиняемости, нарушением способности анализировать и прогнозировать поступки окружающих ее людей и свое поведение в юридически значимые периоды, и, как следствие, не позволяет сделать категоричный вывод о ее способности к смысловому восприятию и волевой регуляции своих действий в момент заключения ею договоров дарения.

Проанализировав доказательства по делу в порядке ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания свидетелей, а также заключение судебной экспертизы, суд пришел к выводу о том, что, хотя ФИО10 при жизни страдала онкологическим заболеванием, принимала обезволивающие препараты, данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о наличии у нее порока воли на момент составления договоров дарения. При отсутствии доказательств того, что в момент совершения договоров дарения 31.05.2024, 04.06.2024, 25.07.2024 ФИО10 не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований.

Оснований не согласиться с выводами суда у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, заключения комиссии ГБУЗ РХ «РКПБ» от 23.04.2024 (фактически выезд имел место 23.05.2024, что следует из показаний свидетеля ФИО12 и пояснений ответчика) и от 11.06.2024 свидетельствуют о том, что в юридически значимые периоды (31.05.2024, 04.06.2024, 25.07.2024) у ФИО10 каких-либо психических недостатков, препятствующих совершению сделок с имущество, выявлено не было, совершать нотариальные действия она была способна, нотариальная дееспособность сохранена.

ФИО10, являясь собственником спорного недвижимого имущества и транспортного средства, выразила свою волю на отчуждение принадлежащего ей имущества, подписав договоры дарения. Сделки удостоверены нотариусом, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

При этом заключение судебной экспертизы не содержит выводов о том, что в момент совершения сделок ФИО10 не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в иске.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в допросе эксперта, не могут повлечь отмену обжалуемого решения.

Из положений ч. 1 ст. 55, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ следует, что заключение эксперта является одним из доказательств по делу, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 187 ГПК РФ в целях разъяснения и дополнения заключения эксперту могут быть заданы вопросы.

Необходимость такого опроса определяется судом, в компетенцию которого входит оценка доказательств.

Проанализировав заключение судебной экспертизы, признав, что оно отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит описание произведенных исследований на основе представленной медицинской документации, показаний свидетелей, выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, суд не усмотрел оснований для допроса эксперта.

Нарушений норм процессуального права судом не допущено.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, повторяют позицию стороны истца, выраженную в суде первой инстанции, исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в решении суда, направлены на переоценку доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ. Судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 22 сентября 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО2 – ФИО4 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий Е.В. Хлыстак

Судьи А.П. Немежиков

И.С. Тришканева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20.01.2026