Российская федерация

Центральный районный суд 

<

адрес>

Дело №2-5415/2018 

<

адрес> 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

23 

ноября 

2018 г. 

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе:

судьи 

Зининой И.В. 

при участии: 

секретаря судебного заседания 

ФИО1 

прокурора 

ФИО2 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику и просила взыскать компенсацию морального вреда в сумме 2500000 рублей.

В обоснование своих требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком был заключен кредитный договор, по которому она своевременно исполняла свои обязательства вплоть до ДД.ММ.ГГГГ. В связи с ухудшением финансового положения, ДД.ММ.ГГГГ она уведомила банк о невозможности исполнения обязательств. С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время на мобильный телефон истца поступают звонки от сотрудников банка с требованием немедленно погасить задолженность, что сопровождается угрозами и оскорблениями. В результате неправомерных действий банка у истца была прервана беременность, что причиняет ей физические и нравственные страдания. Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 2500000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, была извещена судом надлежащим образом, о причина неявки суд не известила. Ранее в ходе судебного разбирательства, истец заявленные требования поддерживала в полном объеме, и указала, что прерывание беременности связывает именно с незаконными действиями сотрудников банка, поскольку во время беременности испытывала постоянные эмоциональные переживания и стрессы.

Ответчик в судебное заседание своего представителя не направил, был извещен судом надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшей, что требование истца не подлежит удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Банком ВТБ 24 (ЗАО) (в настоящее время Банк ВТБ (ПАО) и ФИО4 ( в настоящее время ФИО3) был заключен кредитный договор № на сумму 350000 рублей, под 19,90 % годовых, сроком по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.6).

Как указывает истец, в ДД.ММ.ГГГГ по кредитному договору возникла задолженность, которая до настоящего времени не погашена.

Из справки Банка ВТБ (ПАО) следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность ФИО3 перед кредитором составляет 353232 рубля 19 копеек.

Как следует из информации об оказании услуг связи, в период с ДД.ММ.ГГГГ от Банка ВТБ на телефонный номер истца поступали телефонные звонки и СМС-сообщения.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 проходила стационарное лечение в гинекологическом отделении МУЗ Бердская ЦРБ с диагнозом прервавшаяся маточная беременность (л.д. 4,5).

Согласно статье 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с подпунктами 3,5,7 пункта 1 статьи 6 и статьи 21 Федерального закона "О персональных данных" согласие субъекта на обработку персональных данных не требуется, когда: обработка персональных данных необходима для осуществления правосудия, исполнения судебного акта, акта другого органа или должностного лица, подлежащих исполнению в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве (пп. 3 п. 1 ст. 6); обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем (пп. 5 п. 1 ст. 6); обработка персональных данных необходима для осуществления прав и законных интересов оператора или третьих лиц либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных (пп. 7 п. 1 ст. 6).

Из представленного истцом кредитного договора следует, что при заключении договора, истец дала свое согласие банку на обработку персональных данных, которые были предоставлены истцом добровольно при заключении договора.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закона «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, вправе взаимодействовать с должником, используя:

1) личные встречи, телефонные переговоры (непосредственное взаимодействие);

2) телеграфные сообщения, текстовые, голосовые и иные сообщения, передаваемые по сетям электросвязи, в том числе подвижной радиотелефонной связи;

3) почтовые отправления по месту жительства или месту пребывания должника.

Часть 2 указанной статьи предусматривает, что иные, за исключением указанных в части 1 настоящей статьи, способы взаимодействия с должником кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, могут быть предусмотрены письменным соглашением между должником и кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах.

В силу части 1 статьи 5 указанного закона взаимодействие с должником, направленное на возврат просроченной задолженности, способами, предусмотренными пунктами 1 и 2 части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, вправе осуществлять только:

1) кредитор, в том числе новый кредитор, при переходе к нему прав требования (с учетом ограничений, предусмотренных частью 2 настоящей статьи);

2) лицо, действующее от имени и (или) в интересах кредитора, только в том случае, если оно является кредитной организацией или лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 6 Федерального закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закона «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» при осуществлении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, обязаны действовать добросовестно и разумно.

Не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные в том числе с: 1) применением к должнику и иным лицам физической силы либо угрозой ее применения, угрозой убийством или причинения вреда здоровью; 2) уничтожением или повреждением имущества либо угрозой таких уничтожения или повреждения; 3) применением методов, опасных для жизни и здоровья людей; 4) оказанием психологического давления на должника и иных лиц, использованием выражений и совершением иных действий, унижающих честь и достоинство должника и иных лиц; 5) введением должника и иных лиц в заблуждение относительно: а) правовой природы и размера неисполненного обязательства, причин его неисполнения должником, сроков исполнения обязательства; б) передачи вопроса о возврате просроченной задолженности на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника и иных лиц, возможности применения к должнику мер административного и уголовно-процессуального воздействия и уголовного преследования; в) принадлежности кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, к органам государственной власти и органам местного самоуправления; 6) любым другим неправомерным причинением вреда должнику и иным лицам или злоупотреблением правом.

Таким образом, банк вправе был производить действия, направленные на погашение имеющейся задолженности, в том числе путем телефонных переговоров.

Вместе с тем, тексты представленных истцом СМС-сообщений о необходимости погашения задолженности по кредитному договору, возможности уступки права требования, возможности выезда сотрудников банка по адресам истца, не содержат каких-либо угроз, оскорблений, иного психологического давления.

Кроме того, суд учитывает, что данные СМС-сообщения направлялись истцу уже после ДД.ММ.ГГГГ, то есть не связаны с наличием эмоциональных переживаний и стресса истца во время беременности.

Из исследованных в судебном заседании аудиозаписей телефонных разговоров ФИО3 с сотрудниками Банка ВТБ (ПАО) также не следует, что сотрудники банка высказывали какие-либо оскорбления, угрозы в отношении истца, оказывали психологическое давление. Напротив, сотрудники банка разъясняют истцу о необходимости исполнения принятых на себя обязательств, разъясняют возможность реструктуризации долга, последствия возможного принятия судом решения о взыскании долга и принудительного взыскания. ФИО3 же в свою очередь неоднократно указывает на отсутствие денежных средств, отказывается от предложений о реструктуризации долга, отказывается от общения с сотрудниками банка как лично, так и по телефону. 

Из представленных истцом доказательств, судом не установлено действий сотрудников банка, направленных на погашение задолженности, которые бы противоречили требованиям закона, а именно не установлено действий сотрудников банка, направленных на погашение задолженности, связанных с применением к должнику и иным лицам физической силы либо угрозой ее применения, угрозой убийством или причинения вреда здоровью; уничтожением или повреждением имущества либо угрозой таких уничтожения или повреждения; применением методов, опасных для жизни и здоровья людей; оказанием психологического давления на должника и иных лиц, использованием выражений и совершением иных действий, унижающих честь и достоинство должника и иных лиц; введением должника и иных лиц в заблуждение относительно: а) правовой природы и размера неисполненного обязательства, причин его неисполнения должником, сроков исполнения обязательства; б) передачи вопроса о возврате просроченной задолженности на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника и иных лиц, возможности применения к должнику мер административного и уголовно-процессуального воздействия и уголовного преследования; в) принадлежности кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, к органам государственной власти и органам местного самоуправления; любым другим неправомерным причинением вреда должнику и иным лицам или злоупотреблением правом.

Не установлено судом и нарушений требований статьи 7 Федерального закона «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закона «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях».

Закон «О защите прав потребителей» регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Нормы указанного закона применяются, в том числе к правоотношениям по оказаниям финансовых услуг.

В соответствии с частью 1 статьи 14 Закона «О защите прав потребителей» вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно Постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГг. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности либо наущающими имущественные права гражданина. 

Для наступления ответственности, установленной данными нормами необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда.

Истец обязан доказать факт причинения вреда, его размер, а также наличие причинной связи между незаконными действиями ответчика и имеющимся у истца вредом.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Истец указывает, что действиями сотрудников банка во время беременности она испытывала эмоциональные переживания и постоянный стресс, в результате чего произошло прерывание беременности, то есть фактически заявляет о причинении вреда ее здоровью.

Однако, каких-либо относимых и допустимых доказательств наличия постоянного стресс и эмоциональных переживаний, в результате которых произошло прерывание беременности, истец не представила. 

Не представила истец и доказательств наличия противоправного поведения сотрудников банка, наличия причинной связи между противоправными действиями сотрудников банка и наступившими последствиями в виде прерывания беременности.

Ни один из представленных документов медицинского характера в отношении ФИО3 не связывает прерывание беременности истца с действиями сотрудников банка, направленных на взаимодействие с истцом и погашение имеющейся кредитной задолженности.

Оценивая доводы сторон, обосновывающих свои требования и возражения, относимость, допустимость, достоверность каждого представленного сторонами доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии причинной связи между действиями ответчика и причинением истцу морального вреда, наступившим в результате прерывания беременности.

Доводы истца в этой части безосновательны, основаны на субъективном восприятии обстоятельств дела.

Таким образом, само по себе наступление вреда здоровью истца в виде прерванной беременности не является основанием для возмещения морального вреда, при отсутствии противоправности поведения сотрудников ответчика и причинной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями.

При таких обстоятельствах требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО3 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд вынесший решение. 

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ 

Судья И.В.Зинина