Судья Усов Д.В. Дело № 22-2957

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 октября 2019 года г. Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда

в составе председательствующего Вашукова И.А.,

при секретаре судебного заседания Ивановой А.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры области Козлова А.С.,

осуждённого ФИО1,

адвоката Волкова Р.В.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Злобина Д.А. и апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и адвоката Волкова Р.В. на приговор Октябрьского районного суда г. Архангельска от 30 августа 2019 года, которым:

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, судимый приговором 

<

суда> от 28 июня 2016 г. по ст. 111 ч. 1 УК РФ к 3 годам 4 месяца лишения свободы, постановлением 

<

суда> от 23 апреля 2018 г. неотбытая часть наказания в виде лишения свободы ему заменена ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев 4 дня, неотбытый срок которого на 30 августа 2019 года составил 4 месяца 11 дней, - 

ОСУЖДЕН по ст. 112 ч. 2 п. «В» УК РФ к 3 годам лишения свободы; на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путём частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору 

<

суда> от 28 июня 2016 г. с учетом постановления 

<

суда> от 23 апреля 2018 г., ему окончательно определено 3 года 7 дней лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с исчислением срока наказания в виде лишения свободы с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом ему в срок наказания в виде лишения свободы времени его содержания под стражей с 21 марта 2019 г. до вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО1 в федеральный бюджет в возмещение процессуальных издержек за участие адвокатов в ходе предварительного расследования и в судебном заседании 13222 рубля.

Заслушав доклад судьи Вашукова И.А., выступления осуждённого ФИО1 – по видеоконференцсвязи, а также адвоката Волкова Р.В., поддержавших апелляционные жалобы, мнение прокурора Козлова А.С., просившего приговор изменить по доводам апелляционного представления, в удовлетворении апелляционных жалоб отказать, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, в отношении лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии, а равно с особой жестокостью и мучениями для потерпевшего - Т., в период с началом – в дневное время 18 марта 2019 г. и окончанием - в 19 часов 20 марта 2019 г. в кв. 

<

номер> д. 

<

номер> по 

<

адрес> при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах

В апелляционном представлении государственный обвинитель Злобин Д.А., не оспаривая характер и степень общественной опасности содеянного осужденным, доказанность вины и квалификацию его действий, не согласен с приговором в связи с допущенными неправильным применением уголовного закона и нарушением уголовно-процессуального закона, так как как во вводной части приговора суд неправильно определил неотбытый ФИО1 срок наказания по приговору 

<

суда> от 28.06.2016 г. в размере 27 дней ограничения свободы, так как ФИО1 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ 21.03.2019 г., находясь в СИЗО, не мог отбывать ограничения свободы по месту своего жительства, и это время не могло засчитываться в отбытый срок наказания, тогда как с учетом перерасчета времени содержания ФИО1 под стражей до вступления в законную силу приговора от 28.06.2016 г., нахождения в ИК до вступления в законную силу постановления 

<

суда> от 23.04.2018 г., неотбытый им срок ограничения свободы составляет 4 месяца 11 дней, поэтому просит приговор изменить - указать в его вводной части неотбытый срок наказания в виде ограничения свободы по приговору 

<

суда> от 28.06.2018 г. по состоянию на 30.08.2019 г. 4 месяца 11 дней, а в остальной части приговор оставить без изменения.

В апелляционной жалобе адвокат Волков Р.В., не соглашаясь с приговором в связи с чрезмерной суровостью назначенного ФИО1 наказания, указал, что в ходе дознания было нарушено право последнего на защиту и право потерпевшей не свидетельствовать против своих родных – она была поставлена в зависимость «или не свидетельствовать против своего сына» «или быть привлеченной к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний», что не было выявлено и устранено начальником органа дознания и по этому поводу не принято надзирающим прокурором - мер прокурорского реагирования и мер реагирования судом первой инстанции. Автор жалобы также указал, что ФИО1 искренне раскаялся, и, с учетом его личности, критического отношения к содеянному, смягчающих наказание обстоятельств, того, что инкриминируемое ему деяние относиться к категории преступлений средней тяжести, а осужденный не представляет опасности и нуждается не в изоляции от общества, а в снисхождении и достижение целей его исправления возможно без реального лишения свободы; также суд первой инстанции не учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства то, что ФИО1 является ветераном боевых действий и участвовал в антитеррористических операциях на территории республик Дагестан и Чечня в период с 1998 по 2000 г.г., и это является безусловным основанием для снижения тому срока наказания, которое, с учетом требований ст.ст. 61, 62, 64, 68 УК РФ может быть назначено менее 1 года 8 месяцев, а с учетом нахождения того под стражей с 21.03.2019 г., более 8 месяцев, к нему возможным применить ст. 73 УК РФ с установлением испытательного срока, в течение которого он должен своим поведением доказать свое исправление; поэтому просит приговор изменить, смягчить назначенное ФИО1 наказание, которое назначить ему условным, либо снизить ему размер наказания. 

В своей апелляционной жалобе осужденный ФИО1, не оспаривая выводы суда о его виновности и квалификации его действий, не соглашаясь с назначенным ему наказанием в связи с чрезмерной суровостью последнего, указал, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, в частности, его показания о взаимоотношениях с матерью и его помощи последней, поездках с ней в медицинские учреждения по поводу её заболеваний, того, что она мало вставала и большее время сидела на диване; что умысла на причинение боли и телесных повреждений матери у него не было, он лишь поставил мать на ноги, оперев её на стол, чтобы поменять постельное белье, а мать ему не сообщила, что плохо себя чувствовала; выводы суда о количестве нанесенных им матери ударов не точны и основаны на его показаниях о том, что этого он не помнит, хотя на следствии он себя оговорил в этой части, что впоследствии было установлено в суде и часть повреждений исключена из его обвинения после дополнительной экспертизы; считает, что из обвинения также необходимо исключить и повреждения головы, спины и живота, которые произошли не вследствие ударов, а тупая закрытая травма образована одним ударом – он же помнит, что нанес удар раскрытой ладонью руки, а не кулаком, что свидетельствует о том, что он не желал причинить матери мучений и боли и не осознавал, что может причинить такую тяжелую травму; неприязни к матери он не испытывал, любил её, а поссорился с ней из-за своей сожительницы В., которой мать отдала свою банковскую карточку. В содеянном он раскаивается, признает вину, просит взысканные с него судом процессуальные издержки оплатить за счет бюджета ввиду его финансовой несостоятельности, а также признать смягчающим его наказание обстоятельством его трудное положение, выразившееся в необходимости и работать, и должным образом ухаживать за матерью, а также то, что он является ветераном боевых действий, то, что он не опасен для общества, и снизить размер назначенного наказания.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Волкова Р.В., государственный обвинитель Злобин Д.А. считает их не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, судебная коллегия находит выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении данного преступления при изложенных обстоятельствах соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на совокупности допустимых доказательств, которые суд проверил в судебном заседании и надлежащим образом проанализировал и оценил в приговоре.

Так, потерпевшая Т. в ходе предварительного расследования дела показывала, что с января 2019 г. перестала самостоятельно ходить, лежала в кровати и за ней присматривали проживавшие с ней в квартире её сын ФИО1, и сожительница последнего В.. Сын заставлял ее ходить, ставил на пол, хотя она и объясняла ему, что не может ходить, стоять не могла и сразу падала, но сын её поднимал, кидал, наносил удары, а в марте 2019 г. применил к ней физическую силу, в связи с чем она попала в больницу, так как у нее болела голова, глаза, нижняя челюсть, все тело, особенно в области ребер, была сломана правая рука. 

Из показаний свидетеля В. следует, что она проживала у ФИО1 и его матери, ухаживала за потерпевшей, поскольку сын за той не ухаживал, а когда 18 марта 2019 г. уехала в гости, потерпевшая чувствовала себя хорошо, синяков и гематом у той не было; потом ФИО1 ей позвонил и сообщил о плохом самочувствии матери, и вечером 20 марта 2019 г. она вернулась и застала Т. всю избитую, а ФИО1 ей сказал, что когда пытался научить мать ходить, между ними произошел конфликт и он избил последнюю, за что извинился. Т. плохо дышала, и она вызвала скорую медицинскую помощь, работники которой госпитализировали потерпевшую. 

Свидетель Б. суду пояснял, что знаком с ФИО1, когда ФИО1 отбывал наказание в местах лишения свободы, он по просьбам потерпевшей оказывал ей помощью, покупал продукты, так как она сама очень редко ходила, уже не могла этого делать, а после возвращения ФИО1, за матерью ухаживали последний и его сожительница; в 2019 г. он дважды помогал при госпитализации потерпевшей и в последний раз видел на ее лице гематому. 

Согласно показаний свидетелей М. и П., они неоднократно слышали доносившиеся из квартиры ФИО1 шум, крики и ругань, в том числе с 19 на 20 марта 2019 г., Т. длительное время не могла самостоятельно передвигаться, а ФИО1 постоянно злоупотреблял спиртным и нигде не работал.

Эти показания потерпевшей и свидетелей, согласуются с показаниями свидетелей Ма., По., К. и Бе. о действиях осужденного, его личности и известных им обстоятельствах дела и подтверждаются другими исследованными судом допустимыми и относимыми доказательствами в совокупности: протоколом осмотра места происшествия об обстановке в квартире ФИО1 и изъятии наволочки со следами крови; сообщением о травме из 

<

больницы>, куда 21 марта 2019 г. была доставлена Т. с множественными переломами ребер, переломом нижней челюсти, ушибами мягких тканей лица и тела; заключением судебно-медицинского эксперта о наличии у Т. множественных повреждений в виде ссадин и кровоизлияний головы - обеих окологлазничных областей, правого глазного яблока, волосистой части, нижней челюсти, туловища - спины и живота, конечностей, тупой закрытой травмы груди с множественными кровоизлияниями и переломы 5-6-7-8-9-го левых ребер в боковом отделе с небольшим смещением отломков, имеющих единый механизм образования, в совокупности, оцененных как вред здоровью средней тяжести, влекущий длительное расстройство здоровья, продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня); выводами судебно-медицинского эксперта-криминалиста о наличии у потерпевшей повреждений характера полных одиночных переломов средних и передних отрезков 5-11 левых ребер, образованные от не менее чем одного удара твердым тупым предметом в средние и нижние отделы левой боковой поверхности груди, так и удара в передние отделы левой половины груди потерпевшей, в средней и нижней третях (в область левой реберной дуги); выводами судебно-медицинского эксперта в ходе дополнительной экспертизы по материалам дела, о том, что с учетом локализации и конкретных признаков повреждений, анализа вариантов самопроизвольного падения, образование выявленной тупой закрытой травмы груди в результате падения потерпевшей на плоскость («с высоты собственного роста») исключается; актом записи о смерти от 26 июля 2019 г. потерпевшей Т., умершей 17 июля 2019 г. с указанием причины смерти - другие уточненные поражения сосудов мозга.

Из показаний осужденного ФИО1 в судебном заседании и на предварительном следствии, а также в явке с повинной следует, что поскольку его мать Т. плохо передвигалась и почти все время лежала на диване, а по его мнению, она могла и должна была ходить, 21 марта 2019 г. в их квартире он разозлился на потерпевшую и решил научить ее ходить, поднял мать с дивана и поставил ее на пол, но она потеряла равновесие и упала на пол, после чего он вновь поднял ее с пола и поставил на пол, но она снова упала, а когда он попытался поставить мать на пол в третий раз, она вновь начала падать, но он подхватил ее, попытался затащить на диван, между ними произошел скандал, и он стал наносить ей удары рукой по голове по телу с левой и правой сторон по ребрам, по спине, ногам, голове и лицу, причиняя ей физическую боль, сколько раз - не помнит, а мать не оказывала ему сопротивления ввиду неудовлетворительного состояния своего здоровья и невозможности самостоятельно передвигаться; умысла на причинение физической боли и телесных повреждений своей матери у него не было, он хотел, чтобы она двигалась, а не лежала.

Причин и оснований для оговора осужденного указанными свидетелями, а также для его самооговора судебная коллегия не находит, как не усматривает и поводов для сомнений в достоверности проверенных судом их показаний.

Суд надлежащим образом исследовал, проверил и оценил эти доказательства в совокупности, в полном соответствии с требованиями ст.ст. 87-88 УПК РФ. обоснованно признал их относимыми и допустимыми, полученными без нарушений требований уголовно - процессуального закона и правильно не усомнился в достоверности выводов квалифицированных экспертов.

Проанализировав и всесторонне оценив исследованные доказательства в их совокупности, с учетом всех конкретных обстоятельств дела: умысла виновного и мотивов и целей его действий, места, времени и способа совершения преступления, суд с учетом положений ст. 252 УПК РФ и позиции государственного обвинителя правильно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ст. 112 ч. 2 п. «в» УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего указанных в ст. 111 УК РФ последствий, но вызвавший длительное расстройство здоровья, в отношении лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии, с особой жестокостью и мучениями для потерпевшего, и свое решение обосновал и мотивировал, правильно указав, что беспомощное состояние потерпевшей было выражено в её возрасте и физическом состоянии, в силу которого она не могла в должной мере защититься и оказать сопротивление противоправным действиям, поскольку не передвигалась), а особая жестокость и мучения для потерпевшей выразились в количестве и характере телесных повреждений, причиненных виновным своей матери. 

С учетом всех конкретных обстоятельств дела, суд верно установил направленность умысла, мотивы и цели, способ, обстановку совершения умышленных действий осужденного, его отношение к содеянному и свои выводы подробно обосновал и мотивировал в приговоре.

Каких либо противоречий в выводах суда, влияющих на правильность применения уголовного закона и решение вопроса о виновности осужденного, судебная коллегия не усматривает, и поэтому находит выводы суда о доказанности вины ФИО1 и квалификации его действий - соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на совокупности допустимых и не содержащих противоречий доказательств.

Суд первой инстанции надлежащим образом исследовал и оценил в совокупности все представленные сторонами доказательства, в том числе доводы осужденного ФИО1 о мотивах и обстоятельствах его действий, обосновал причины, по которым отверг одни доказательства и положил в основу приговора другие, правильно установил фактические обстоятельства дела и учел всё, что могло повлиять на его выводы, в том числе устранил возникшие противоречия в части механизма образования у потерпевшей отдельных телесных повреждений.

При назначении осужденному ФИО1 наказания, суд учёл все влияющие на это обстоятельства – характер, тяжесть и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности и характеристики, его возраст, состояние здоровья и влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи, сведения о его непогашенной судимости и совершении аналогичного насильственного преступления вновь в период неотбытой части наказания по предыдущему приговору, в отношении той же потерпевшей, наличие у него психического расстройства - синдрома зависимости от алкоголя средней стадии, смягчающими его наказание обстоятельствами признал явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшей и принятие мер к вызову для неё скорой помощи, признание им вины и раскаяние в содеянном, публичное принесение извинений за действия в отношении потерпевшей, её заявление о его прощении, а также имеющиеся его положительные характеристики, а отягчающим - рецидив преступлений, являющийся простым, и обоснованно пришел к выводу о невозможности его исправления без изоляции от общества, не усмотрев оснований для назначения ему наказания с применением ст.ст. 53.1 ч. 1, 64, 68 ч. 3 и 73 УК РФ, для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования, и назначил ему наказание с соблюдением требований ст. 68 ч. 2, а окончательное – ст.ст. 70, 71ч. 1 п. «Б» и 58 ч. 1 п. «В» УК РФ.

Судебная коллегия находит, что суд принял во внимание все влияющие на наказание и исправление виновного обстоятельства, полно и всесторонне исследовал его личность, и назначил ФИО1 наказание, соразмерное содеянному, в полном соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 61, 62 ч. 1, 63, 68 ч.ч. 1 и 2, 70, 71 ч. 1 п. «Б» и 58 ч. 1 п. «В» УК РФ и принципами справедливости и индивидуализации наказания, далеко не максимальное, соответствующее требованиям закона, тяжести содеянного им, характеру его конкретных действий, соразмерное им, и не являющееся несправедливым и чрезмерно суровым.

Оценка личности ФИО1 дана с учетом всех представленных в материалах дела сведений об этом, требования уголовного закона при назначении ему наказания за содеянное соблюдены, оснований для назначения ФИО1 наказания как с применением положений ст.ст. 53.1 ч. 1, 73, 64, 68 ч. 3 и 15 ч. 6 УК РФ, так и более мягкого вида наказания с учётом мотивов и сущности преступных действий виновного, судебная коллегия не усматривает.

В соответствии с правилами ст. 61 ч. 2 УК РФ, при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК РФ. 

Оснований для признания смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами того, что он является ветераном боевых действий и участвовал в антитеррористических операциях на территории республик Дагестан и Чечня с 1998 по 2000 г.г., как это указано осужденным и защитником, трудного материального положения в связи с необходимостью работать и должным образом ухаживать за матерью, а также того, что он не опасен для общества, судебная коллегия не усматривает, поскольку указанные обстоятельства не повлияли и не вынудили виновного совершить инкриминированное ему деяние, обязанность ухаживать за больной и нетрудоспособной матерью возложена на него законом, а его опасность для общества выразилась в повторных его преступных насильственных действиях в отношении близкого лица – матери. Принятие же решения о признании таких обстоятельств смягчающими наказание осужденного, как это следует из ст. 61 ч. 2 УК РФ, является правом, а не безусловной обязанностью суда. 

С осужденного ФИО1 суд первой инстанции законно и обоснованно взыскал в возмещение процессуальных издержек 13222 рубля, составивших размер вознаграждения, выплаченного его защитникам по назначению за оказание юридической помощи на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, поскольку в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 и ч.ч. 2 и 3 ст. 132 УПК РФ указанные суммы относятся к процессуальным издержкам, которые решением суда могут быть взысканы с осужденных. Принимая это решение, суд правильно учел, что уголовное дело было рассмотрено в общем порядке судебного разбирательства, от услуг адвокатов ФИО1 не отказывался, он трудоспособен и оснований для полного или частичного освобождения его от уплаты процессуальных издержек не имеется.

Противоречий в выводах суда, влияющих на правильность квалификации действий осужденного и решении вопроса об его виновности не имеется, они полностью соответствуют установленным фактическим обстоятельствам совершения осужденным преступления, на которых и основаны.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом, влекущих его отмену, не допущено. 

Довод адвоката о нарушении что в ходе дознания права Т. на защиту и права потерпевшей не свидетельствовать против своих родных, судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку перед допросом, как это следует из протокола последнего, потерпевшей были разъяснены как её конституционное и процессуальное право не свидетельствовать против своих близких родственников, так и последствия дачи ею показаний, о чем она расписалась, а из её показаний следует, что она дала последние в пользу своего сына ФИО1, заявив, что простила его и конкретных деталей происшедшего не сообщала.

Принятие же решения о необходимости мер реагирования по делу, является не безусловной обязанностью, а правом суда, как это следует из ст. 29 ч. 4 УК РФ, лишь в случае выявления указанных в ней обстоятельств. 

Вместе с тем, данный приговор в отношении осужденного ФИО1 подлежит изменению на основании ст. 389.15 п.п. 1 и 2 УПК РФ по доводам апелляционного представления по следующим причинам: указав во вводной части приговора о том, что неотбытый ФИО1 по приговору 

<

суда> от 28.06.2016 г. срок наказания в виде ограничения свободы на 30 августа 2019 г. составил 27 дней, суд не учел, что ФИО1 по данному делу в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ был задержан 21.03.2019 г., с того дня содержался под стражей в СИЗО, и не мог отбывать ограничения свободы по месту своего жительства, в связи с чем указанный период не мог быть засчитан ему в отбытый срок наказания, тогда как с учетом пересчета в порядке ст. 10 УК РФ времени содержания его под стражей до вступления в законную силу приговора от 28.06.2016 г., нахождения в ИК до вступления в законную силу постановления 

<

суда> от 23.04.2018 г., неотбытый им срок наказания в виде ограничения свободы составляет 4 месяца 11 дней, который и подлежит указанию в описательно-мотивировочной части приговора. Вносимые в приговор изменения не влияют на выводы суда о виновности осужденного, юридическую оценку его действий и размер назначенного ему наказания, которые являются правильными. 

С учетом необходимости устранения ошибки при расчете срока неотбытого наказания по предыдущему приговору, принимая во внимание их совокупность, судебная коллегия не находит оснований для уменьшения размера назначенного ФИО1 наказания как за данное преступление, так и по совокупности приговоров. 

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Волкова Р.В. не имеется, в остальной части приговор как законный и обоснованный отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 ч. 1 п. 9, 389.26. ч. 1 п. 1, 389.28 и 389.33 УПК РФ. судебная коллегия

п о с т а н о в и л а :

Приговор Октябрьского районного суда г. Архангельска от 30 августа 2019 года, в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из вводной части приговора указание о том, что неотбытый ФИО1 по приговору 

<

суда> от 28.06.2016 г. срок наказания в виде ограничения свободы на 30 августа 2019 г. составил 27 дней, указав, что неотбытый срок наказания ФИО1 по указанному приговору в виде ограничения свободы с учетом постановления от 23 апреля 2018 г. 

<

суда> на 30 августа 2019 года составил 4 месяца 11 дней.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Волкова Р.В. – без удовлетворения.

Председательствующий И.А. Вашуков