УИД 02RS0001-01-2024-004905-56 Дело № 2-1567/2024

Категория 2.219

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 сентября 2024 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Сумачакова И.Н.,

при секретаре Ушаковой Ю.А., 

с участием прокурора Лыковой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, обратилась в суд с иском к Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере по 5 000 000 рублей в пользу каждого. Исковые требования мотивирует тем, что является супругой погибшего на СВО ФИО3 От брака имеется общий сын ФИО2 В июне 2023 года ФИО3, подписав контракт, проходи службу в войсковой части № 71435 на территории ДНР и ЛНР, и 05 октября 2023 года погиб при выполнении боевой задачи. Единовременная выплата членам семьи военнослужащего не ограничивает возмещение вреда другими выплатами, в частности компенсации морального вреда. В результате гибели военнослужащего ФИО3 его супруга и ребенок испытали глубокие нравственные страдания, связанные с потерей близкого человека, размер компенсации морального вреда истец оценивает в размере по 5 000 000 рублей в пользу каждого. 

Определением суда от 16.07.2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай», войсковая часть 71435.

В судебном заседании представитель истца ФИО4 исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО5 и представитель третьего лица ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» ФИО6 в судебном заседании возражали относительно удовлетворения исковых требований. 

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, прокурора, давшего заключение об отсутствии оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации закрепляет в качестве основополагающей обязанности государства признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина и провозглашает Российскую Федерацию социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и в котором охраняется труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, устанавливаются гарантии социальной защиты (ст.ст. 2 и 7), в том числе для граждан, оставшихся без кормильца, чье право на социальное обеспечение вытекает из ст. 39 (ч. 1) Конституции Российской Федерации.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностными лицами. Возложение данной статьей Конституции Российской Федерации ответственности за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов (должностных лиц), непосредственно на государство, следует рассматривать как укрепление гарантий прав и свобод граждан. Одновременно эта норма имеет и превентивное значение, поскольку направлена на укрепление законности во взаимоотношениях органов государственной власти и их должностных лиц с гражданами.

Статьей 59 Конституции Российской Федерации установлено, что защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несет военную службу в соответствии с федеральным законом. Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти.

Приведенные положения Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с другими ее положениями, закрепляющими право на труд (ст. 37 ч. 3), право на охрану здоровья (ч.1 ст. 41), в том числе при осуществлении профессиональной деятельности, обязывают государство разработать – используя для этого все необходимые правовые средства, как частноправовые (страхование, возмещение вреда), так и публично-правовые (государственное страхование, социальное обеспечение и др.), - эффективный организационно-правовый механизм возмещения гражданину и членам его семьи в случае его гибели (смерти) вреда, причиненного жизни или здоровью в связи с исполнением трудовых (служебных) обязанностей, включая обязанности военной службы, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд.

Военная и аналогичная ей служба представляют собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.12.2002 г. № 17-П).

Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ст. 37 (ч.ч. 1, 3), ст. 39 (ч.ч. 1, 2), ст. 41 (ч. 1), ст. 45 (ч. 1), ст. 59 и 71 (п. «в», «м»), - влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя на основании ст. 76 Конституции Российской Федерации соответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать эффективные гарантии прав указанных лиц, адекватные правовой природе и целям возмещения вреда, причиненного их жизни или здоровью, характеру возникающих между ними и государством правоотношений. 

Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как к лицам, выполняющим конституционно значимые функции, а также задачи Российской Федерации как социального государства по обеспечению эффективной защиты и поддержки семьи и исходя из того, что правовой статус семьи военнослужащего, погибшего при исполнении воинского долга (умершего вследствие увечья, ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы), производен от правового статуса военнослужащего и обусловлен спецификой его профессиональной деятельности, федеральный законодатель предусмотрел также особый публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, для членов семей погибших (умерших) военнослужащих.

Одной из форм исполнения государством обязанности возместить вред, который может быть причинен жизни или здоровью военнослужащих при прохождении ими военной службы, является обязательное государственное личное страхование за счет средств федерального бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (п. 1 ст. 969 ГК РФ, п. 1 ст. 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

К числу способов возмещения вреда, понесенного членами семьи погибшего (умершего) военнослужащего, проходившего военную службу по контракту, относится также выплата им в равных долях единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 07.11.2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

К вышеуказанным законодательно закрепленным нормам Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 г. № 98 для членов семей участников специальной военной операции предусмотрена дополнительная единовременная выплата в случае гибели военнослужащего в размере 5 000 000 рублей. 

Конституционная обязанность государства по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью военнослужащих в связи с исполнением ими служебных обязанностей, осуществляется также в форме ежемесячной денежной компенсации, осуществляемой членам его семьи в соответствии с Федеральным законом от 07.11.2011 г. № 306 «О денежном довольствии военнослужащих и предоставления им отдельных выплат».

Кроме того, члены семей погибших (умерших) военнослужащих имеют право на пенсию по случаю потери кормильца, назначаемую о выплачиваемую в соответствии с Законом Российской Федерации от 12.02.1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей», которая назначается на условиях, льготных по сравнению с предусмотренными для назначения трудовых пенсий по случаю потери кормильца, и имеет целью. Текущее (постоянное) жизнеобеспечение нетрудоспособных членов умершего гражданина, состоявших на его иждивении, и призвана восполнить утраченный семьей в связи со смертью кормильца доход.

Каждому нетрудоспособному члену семьи погибшего (умершего) военнослужащего, состоявшему на его иждивении и получающему пенсию по случаю потери кормильца, также Федеральным законом от 12.01.1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах» предоставляются меры социальной поддержки и ежемесячная денежная выплата (ст. 21, п. 4 ст. 23.1). За членами семей погибших (умерших) военнослужащих сохраняется ряж иных мер социальной защиты, в том числе право на получение жилых помещение в первоочередном порядке, компенсационные выплаты по оплате жилья и коммунальных услуг, а также социальные гарантии и компенсации, которыми они пользовались при жизни военнослужащего, включая оказание медицинской помощи, санаторно-курортное лечение, проезд к месту этого лечения и обратно (ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

Таким образом, в системе действующего правового регулирования создан специальный публично-правовой механизм возмещения вреда членам семьи военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы, предназначением которого является восполнение основного или одного из основных источников постоянного дохода семьи военнослужащего – денежного довольствия, утраченного в результате его гибели (смерти), в том числе в случае, когда у самих членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего отсутствует возможность (в силу нетрудоспособности, занятости воспитанием малолетних детей, несовершеннолетия и т.п.) компенсировать утраченный доход собственными усилиями.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.12.2002 г. № 17-П, в конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, могут быть установлены на основании других законов, - входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения материального и (или) социального статуса военнослужащих (членов их семей) вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред.

Помимо публично-правовых механизмов, законодательство Российской Федерации предусматривает возможность возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, в порядке гражданско-правовой ответственности, включая компенсацию морального вреда (глава 59 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В силу абз. первого п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 2 указанной статьи ГК РФ установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Предусмотренная данной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан».)

Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни и здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, возмещается по правилам гл. 59 (ст.ст. 1064-1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. 

В системной связи со ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и ст. 1069 ГК РФ, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда жизни и здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке гл. 59 ГК РФ за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. 

Таким образом, по общему правилу необходимым условием для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. 

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

Статьей 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащее гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна т.п.) или нарушающими его неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства) либо нарушающими неимущественные права гражданина.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Применительно к возмещению вреда, причиненного членам семьи гибелью военнослужащего при исполнении им служебных обязанностей, Конституционный Суда Российской Федерации в Постановлении от 15.07.2009 г. № 13-П пришел к выводу, что статья 1084 ГК РФ не исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей такого вреда.

Следовательно, Гражданский кодекс РФ позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни и здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 ГК РФ отсутствуют. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом, в том числе ст. 1100 ГК РФ, к которым гибель военнослужащего в условиях боевых действий не относится.

Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих – обязанность командиров (п. 1 ст. 16 Федерального закона от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»). Командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание (п. 2 ст. 27 Федерального закона от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 г. № 1495. Так, в частности, в соответствии с требованиями ст.ст. 78, 81, 144, 152, 320 этого Устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает за воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненно личного состава и безопасность военной службы; деятельность должностных лиц воинских частей должна быть направлена на изучение настроения и морально-психологического состояния военнослужащих, реализацию мер по поддержанию здорового климата в воинских коллективах, обеспечение безопасных условий службы военнослужащих, предупреждение гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий) военнослужащих.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 09 июня 2023 года через пункт отбора на военную службу по контракту (г. Южно-Сахалинск) заключил с Министерством обороны Российской Федерации контракт о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации в войсковой части 71435 сроком на 3 года, что следует из электронной базы учета личного состава Минобороны России ПИРО «Алушта».

Рядовой ФИО3, проходивший военную службу по контракту в войсковой части 71435, погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины 05 октября 2023 года. 

Согласно извещению командира войсковой части 71435 от 07.10.2023 г. № 223 сметь наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Между ФИО3 и ФИО7 был зарегистрирован брак 29 января 2021 года, что подтверждается свидетельством о заключении брака №

06 марта 2021 года у ФИО3 и ФИО1 родился сын ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении I-№

Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью (гибелью) ФИО3 при исполнении обязанностей военной службы просит истец, является одним из видов гражданско-правовой ответственности.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда в связи с гибелью военнослужащего может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов или его должностных лиц в причинении вреда, в том числе если гибель военнослужащего наступила не в условиях боевых действий, то есть должны наступить общие условия наступления деликтной ответственности государства. 

Как указано выше, если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам главы 59 ГК РФ отсутствуют. 

Закон возлагает на граждан и юридических лиц обязанность возместить вред (в частности, компенсировать моральный вред), независимо от наличия вины, если вред был причинен источником повышенной опасности. Однако рассматривать гибель военнослужащего ФИО3 вследствие осуществления Министерством обороны РФ деятельности, связанной с повышенной опасностью неправомерно ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельностью и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник следствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности т.п.)

В п. 18 постановления Пленума Верховного Суд Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по смыслу ст. 1079 ГК РФ источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную опасность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность п использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельность, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниям.

Таким образом, в гражданско-правовых отношения под осуществлением деятельности граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная деятельность, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. Участие в боевых действиях военнослужащего ФИО3 указанным признакам не отвечает и в гражданско-правовом аспекте не может признаваться деятельностью, связанной с повышенной опасностью для окружающих. Командование войсковой части не являлось непосредственным причинителем вреда, при этом вины воинских должностных лиц в ненадлежащей организации и в обеспечении безопасности военной службы не установлен. 

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что смерть военнослужащего ФИО3 наступила в условиях боевых действий при проведении Российской Федерацией Специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области, поэтому смерть ФИО3 не связана с виновными противоправными действиями должностных лиц войсковой части. Вины воинских должностных лиц в ненадлежащей организации и в обеспечении безопасности военной службы судом не установлено.

При таких обстоятельствах, поскольку в материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что смерть (гибель) военнослужащего ФИО3 наступила вследствие виновных противоправных действий должностных лиц войсковой части (что в силу приведенного выше правового регулирования является обязательным условием для возложения обязанности по компенсации морального вреда на государственные органы или должностных лиц этих органов по правилам главы 59 ГК РФ), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения обязанности такой компенсации.

Доводы представителя истца о различной правовой природе между полученными истцом страховыми и иными выплатами социального характера (с одной стороны) и заявленной компенсацией морального вреда (с другой стороны) суд признает несостоятельными, поскольку цель страховой выплаты и иных мер социальной поддержки членов семьи военнослужащего, погибшего в условиях боевых действий, – компенсировать членам семьи такого военнослужащего нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах, что следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 26 декабря 2002 года № 17-П. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, в удовлетворении исковых требований к Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере по 5 000 000 рублей в пользу каждого.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай. 

Судья И.Н. Сумачаков 

Решение в окончательной форме изготовлено 17 сентября 2024 года