Дело № 2-3997/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Омск 06.11.2018 года

Куйбышевский районный суд г.Омска в составе председательствующего судьи Чекурды А.Г., при секретаре Савченко Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «САК «Энергогарант» о защите прав потребителя, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с названным иском, в обоснование указав, что 12.07.2018 в 23:50 часов по вине водителя автомобиля Mitsubishi Lancer, госномер 

<

***>, ФИО2 в г. Омске на Октябрьском мосту произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором пострадал принадлежащий ему автомобиль BMW Х5, госномер 

<

***>. Постановлением № водитель ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Гражданская ответственность водителя ФИО2 застрахована в Страховой Акционерной Компании «Энергогарант», полис XXX 0031530509. Его гражданская ответственность на момент ДТП застрахована не была, в связи с тем, что он приобрел автомобиль 09.07.2018, что подтверждается договором купли-продажи. 13.07.2018 он обратился в Страховую Акционерную компанию «Энергогарант» с заявлением о выплате страхового возмещения по ОСАГО, предоставив все необходимые документы для выплаты страхового возмещения. На основании вышеуказанного заявления Страховой Акционерной Компанией «Энергогарант» был организован осмотр автомобиля с привлечением специалиста независимой экспертной организации ИП ФИО3, по результатам осмотра было составлено Экспертное заключение № Э_116/18, которое он оплатил из собственных средств. Стоимость за подготовку экспертного заключения составила 5 400 рублей, что подтверждается счетом на оплату и кассовым чеком, а также он был вынужден заплатить комиссию в размере 135 рублей. Согласно экспертному заключению № Э_116/18 от 13.07.2018 года затраты на ремонт автомобиля BMW Х5, госномер 

<

***>, после ДТП, произошедшего 12.07.2018 с учетом износа составляют 236 300 рублей. До настоящего времени выплаты по страховому возмещению не поступило. 31.07.2018 Страховой Акционерной Компанией «Энергогарант» в его адрес было направлено уведомление об отказе произвести выплату страхового возмещения на основании экспертного заключения № 5-18-278 от 30.07.2018 ООО «Центр автоэкспертизы и оценки». При этом он впервые узнал о данном исследовании из вышеуказанного уведомления, его автомобиль данной экспертной организацией не осматривался. Между тем, событие ДТП подтверждается Постановлением № по делу об административном правонарушении, дополнением к протоколу, объяснениями водителей и т.д. В экспертном заключении № Э_116/18 п.4.3, указано, что повреждения являются следствием рассматриваемого ДТП, так как находятся в зоне возможных повреждений и повреждены в ходе механического воздействия. 07.08.2018 он направил в Страховую Акционерную Компанию «Энергогарант» досудебную претензию. Ответом Страховой Акционерной Компании «Энергогарант» от 15.08.2018 в удовлетворении досудебной претензии было отказано. Неустойка за каждый день просрочки с 03.08.2018 по 30.08.2018 составляет 236 300 * 1% * 28 = 66 164 рубля. Просит взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 236 300 рублей, неустойку в размере 66 164 рубля, расходы по оплате экспертизы в размере 5 400 рублей и комиссии в размере 135 рублей, сумму компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, штраф в размере 50% от взысканной суммы.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что 09.07.2018 в г. Омске приобрел через перекупщиков за 360 000 рублей автомобиль BMW Х5, госномер 

<

***>, который ему привезли на автовозе из г. Томска. Автомобиль на себя не оформлял, остались те же номера Томской области, полис ОСАГО не оформил, так как не было денежных средств, на государственный учет в ГИБДД автомобиль поставить не успел, так как 12.07.2018 на Октябрьском мосту в 23-50 произошло ДТП с автомобилем Mitsubishi Lancer, госномер 

<

***>, под управлением водителя ФИО2, который совершая маневр направо, задел его автомобиль BMW Х5 слева, касание было небольшое, он старался уйти от столкновения, не справился с управлением и допустил наезд на ограждение моста, в результате чего повредил правую сторону своего автомобиля, переднее правое колесо и подвеску справа, автомобиль был эвакуирован с места ДТП на эвакуаторе, так как не мог передвигаться. У автомобиля Буртика был поврежден правый задний фонарь, заднее правое крыло и бампер. По направлению страховщика предъявил свой автомобиль эксперту для оценки ущерба, однако, в выплате ему было необоснованно отказано. Представить автомобиль на экспертизу не может, так как его продал по договору купли-продажи в простой письменной форме, никаких документов у него не осталось. 

Представитель истца по устному ходатайству ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме по приведенным выше основаниям. 

Представитель ответчика ПАО «САК «Энергогарант» по доверенности ФИО5 просил отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, поскольку повреждения автомобиля не соответствуют заявленным участниками ДТП обстоятельствам. Пояснил, что отказ страховой компании был основан на заключении независимой трасологической экспертизы, выводы которой также подтверждены и судебной экспертизой. Кроме того, эксперт ФИО8 выезжал на место, исследовал место ДТП, в том числе и ограждение, и на этом заключении был основан их отказ. Считает, что отказ страховщика был обоснован, так как истцом были предоставлены заведомо ложные данные. Также критически относиться к показаниям водителя ФИО2, так как не было необходимости в перестроении в ночное время на пустом мосту из крайнего левого ряда в крайний правый перед другой машиной, при ограничении скорости на данном мосту 40 км/ч. Считаеи, что в данном случае имеет место инсценировка ДТП.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании не возражал против удовлетворения заявленных ФИО1 требований. Суд пояснил, что 12.07.2018 в 23:50 часов двигался с пассажирами Ранних М.Ю. и ФИО6 на принадлежащем ему на основании договора купли-продажи автомобиле Mitsubishi Lancer, госномер 

<

***>, в крайней левой полосе по Октябрьском мосту в 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> со скоростью 40-50 км/ч. Дорога была пустая, подумал, может кто-то будет его обгонять, поэтому не доезжая середины моста, начал перестраиваться в крайнюю правую полосу, не убедился в безопасности маневра и зацепил БМВ-Х5, прижал задним бампером своего автомобиля его передний бампер. Удар был не сильный, толчок, но он почувствовал, что зацепил. Он остановился, вышел из машины и увидел, что прижал автомобиль БМВ-Х5, который, смещаясь от него к обочине, уходя от столкновения, пробороздил отбойник моста. Сотрудники ГИБДД приехали, сфотографировали все, они написали объяснительные, вызвали эвакуатор, когда он приехал, затащили на него автомобиль БМВ, сотрудники ГИБДД закончили оформлять документы и им их отдали, все это время автомобиль БМВ-Х5 находился на эвакуаторе. Его автомобиль уехал своим ходом, так как у него были повреждены только задний бампер и задняя фара. Позже он ездил в страховую компанию потерпевшего, где его автомобиль был также осмотрен и сфотографирован экспертом. С водителем автомобиля БМВ-Х5 он не знаком, никогда его не видел, никогда не встречался. Свой автомобиль Mitsubishi Lancer, госномер 

<

***>, он вскоре после ДТП продал, поэтому представить его на экспертизу не может. 

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

В силу ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю) причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе, либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы.

В соответствии с подпунктом "б" пункта 18 статьи 12 Федерального закона № 40-ФЗ размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Между тем, в силу положений части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В ходе судебного разбирательства установлено, что согласно Постановлению по делу об административном правонарушении № 12.07.2018 в 23 часа 50 минут на Октябрьском мосту в г. Омске произошло столкновение двух автомобилей, Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО2 и автомобиля BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО1 В результате ДТП автомобилю BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***> были причинены механические повреждения.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от 13.07.2018 водитель ФИО2 за нарушение п. 8.12 ПДД РФ признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. 

Гражданская ответственность ФИО2 застрахована в ПАО «САК «Энергогарант». 

Гражданская ответственность водителя автомобиля BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО1 на момент ДТП застрахована не была. 

В соответствии с представленным истцом экспертным заключением ИП ФИО3 № Э_116/18 от 13.07.2018 размер восстановительных расходов, рассчитанных с учетом износа комплектующих изделий, заменяемых при восстановительном ремонте ТС, определен в размере 236 300 рублей. 

13.07.2018 ФИО1 обратился в ПАО «САК «Энергогарант» с заявлением, в котором просил произвести выплату стоимости восстановительного ремонта автомобиля BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Согласно представленного стороной ответчика досудебного экспертного заключения ООО «Центр автоэкспертизы и оценки» № 5-18-278 от 30.07.2018: «повреждения в месте предполагаемого контакта транспортных средств BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***> и Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***>, не соответствуют характеру заявленного ДТП и не мог заявленный контакт указанных ТС привести к следующим повреждениям BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***>, а равно как и повреждения транспортного средства BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***> в месте предполагаемого контакта с частями удерживающего ограждения также, не соответствуют характеру заявленного ДТП».

31.07.2018 ПАО «САК «Энергогарант» направлено в адрес истца уведомление об отказе в выплате страхового возмещения, поскольку повреждения автомобиля не соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП.

До настоящего страховое возмещение не выплачено. 

В целях проверки доводов сторон по ходатайству представителя ответчика, определением суда от 02.10.2018 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России. 

Согласно заключению судебным экспертом ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России № 2350/4-2 от 23.10.2018 года сделаны следующие выводы:

По перовому вопросу:

«Каков механизм столкновения автомобиля BMW Х5, гос.номер 

<

***> и автомобиля Mitsubishi Lancer, гос.номер 

<

***> в результате ДТП от 12 июля 2018 года?».

Ответить на поставленный вопрос не представляется возможным, поскольку проведенным исследованием не установлен факт столкновения автомобилей BMW Х5, государственный регистрационный знак 

<

***> и Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***>.

По второму вопросу:

«Каковы повреждения, полученные автомобилем BMW Х5, гос.номер 

<

***>, в результате ДТП от 12 июля 2018 года с участием автомобиля Mitsubishi Lancer, гос.номер 

<

***>, исходя из ответа на первый вопрос?».

Повреждений, полученных автомобилем BMW Х5, гос.номер 

<

***>, в результате ДТП от 12 июля 2018 года с участием автомобиля Mitsubishi Lancer, гос.номер 

<

***> экспертом не выявлено.

По третьему вопросу:

«Какова стоимость восстановительного ремонта (с учетом износа) автомобиля BMW Х5, гос.номер 

<

***> в соответствии с Единой методикой утвержденной ЦБ РФ и законом об ОСАГО на дату ДТП исходя из ответа на первый и второй вопросы?»

Поскольку экспертом не выявлены повреждения, которые возникли на автомобиле BMW Х5, гос.номер 

<

***> в результате ДТП от 12.07.2018 года, то ответить на поставленный перед экспертом вопрос не представляется возможным.

По четвертому вопросу:

«Соответствуют ли заявленные истцом повреждения автомобиля BMW Х5, 

<

***>, заявленным им обстоятельствам ДТП от 12.07.2018, относятся ли они к данному ДТП?»

Повреждения на автомобилях BMW Х5, гос.номер 

<

***> и Mitsubishi Lancer, гос.номер 

<

***> не соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП от 12.07.2018 года. Определить экспертным путем могли ли повреждения в правой части кузова автомобиля BMW Х5, гос.номер 

<

***> быть получены в результате контактирования с ограждением Октябрьского моста не представляется возможным.

Кроме того, допрошенный в судебном заседании эксперт ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России ФИО7 подтвердил свои выводы, указав, что в данной ситуации им проводилось сопоставление повреждений, исходя из представленных фотографий с места ДТП и фотографий поврежденных транспортных средств. Фотографии выполнены с использованием масштабных линеек, в том числе были фотографии с места ДТП. Проанализировав характер механических повреждений на автомобиле BMW Х5, гос.номер 

<

***> и место контакта с задним бампером автомобиля Mitsubishi Lancer, государственный регистрационный знак 

<

***>, он пришел к выводу о том, что по предоставленным фотографиям на автомобиле BMW Х5, им усматриваются повреждения: деформация переднего бампера в правой боковой части и в левой боковой части с накладками, повреждения левого переднего крыла в передней части и накладки арки левого переднего крыла в передней части, деформация правого переднего крыла, правой передней двери, левой передней двери, правого заднего крыла, правой ступеньки, диска и шина правого переднего колеса. Рассмотрев повреждения в левой части кузова автомобиля BMW Х5, то есть первичный контакт с автомобилем Mitsubishi Lancer, исходя из изложенных в административном материале обстоятельств, произошло касательное столкновение транспортных средств, при этом автомобиль Mitsubishi Lancer, в момент контактирования должен опережать автомобиль BMW Х5. На переднем бампере автомобиля BMW Х5, в левой боковой части расположен массив повреждений в виде динамических следов, царапин с отпечатком конфигурации части следообразующего объекта в средней части. Повреждения в виде царапин поверхности так же расположены на нижней накладке (текстурной) переднего бампера, накладке (текстурной) левого переднего крыла и в передней нижней части левого переднего крыла. Определить направление образования данного массива повреждений не представляется возможным из-за низкого качества предоставленных фотографий. Далее, рассмотрев характер образования внешних механических повреждений автомобиля Mitsubishi Lancer, им установлено, что на заднем бампере автомобиля в правой боковой части расположен массив повреждений в виде многочисленных параллельных друг другу продольных царапин, расположенных на высоте от 50 до 65 см от опорной поверхности. Задний правый фонарь автомобиля Mitsubishi Lancer имеет повреждение в виде трещины рассеивателя в боковой части, расположенной на высоте около 72...74 см от опорной поверхности. Определить направление образования царапин на заднем бампере автомобиля Mitsubishi Lancer не представляется возможным из-за низкого качества предоставленных фотографий. Взаимное расположение транспортных средств в момент столкновения наиболее точно определяется путем сопоставления транспортных средств, участвовавших в происшествии. Для этого транспортные средства устанавливают в такое положение, при котором следам первоначального контакта и следообразующим деталям на одном транспортном средстве, соответствуют следообразующие детали и следы на другом. Сопоставляя внешние механические повреждения автомобилей BMW Х5 и Mitsubishi Lancer следует, что по внешнему виду, площади контакта повреждения отличаются друг от друга, так же им не выявлены парные контактирующие точки и поверхности на обоих транспортных средствах. Следовательно, повреждения на автомобилях BMW Х5 и Mitsubishi Lancer не соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП от 12.07.2018. Рассмотрев повреждения в правой боковой части кузова автомобиля BMW Х5, возникших в результате контакта с ограждением моста, установлено, что в правой боковой части кузова автомобиля BMW Х5, начиная от переднего бампера и заканчивая на заднем бампере, расположены повреждения в виде динамических следов контактирования с плоским следообразующим объектом, находящимся неподвижно по отношению к ТС. Для возможности получения повреждения необходимо сопоставление следообразующего и следовоспринимающего объектов. В рассматриваемом случае, следовоспринимающий объект это автомобиль BMW Х5, а следообразующий – ограждение моста. В предоставленных на исследование материалах дела не имеется фотоизображение конфигурации и расположения относительно опорной поверхности мостового ограждения. Следовательно, определить экспертным путем могли ли повреждения в правой части кузова автомобиля BMW Х5 быть получены в результате контактирования с ограждением Октябрьского моста не представляется возможным.

В судебном заседании был также допрошен эксперт ООО «Центр автоэкспертизы и оценки» ФИО8, который пояснил, что в ходе экспертного заключения № 5-18-278 от 30.07.2018 им по заявлению страховщика проводились трасологические исследования по представленным материалам с выездом на «горбатый мост» для осмотра ограждения, которое на всем его протяжении имеет одинаковую форму, одного типа и других балок нет. На протяжении всего моста сама балка может быть выше или ниже, но выступающие ее две части находятся в одной плоскости, однако, этих следов на автомобиле БМВ-Х5 не имеется. Ни высота, ни наклон балки на это не влияют. Соответственно при заявленных сторонами обстоятельствах ДТП, а также расположении транспортных средств на проезжей части в момент ДТП и после, повреждения правой стороной автомобиля БМВ-Х5 от соприкосновения с ограждающей поверхностью моста однозначно не могли быть получены. На правой стороне автомобиля БМВ-Х5 должны быть две трассы от балки, но видна только одна. Форма следообращующего объекта имеет две выступающие части – это балка, в случае контакта со следообразующей поверхностью, зоны контакта и перекрытия зоны контакта должны совпадать, в этом случае на автомобиле должны остаться две параллельно расположенные друг от друга трассы, направленные горизонтально, но на БМВ только одна, при этом ширина именно начала контакта к окончанию меняется, это говорит о том, что здесь был максимальный контакт и вторая выступающая часть однозначно должна была бы попасть на следовоспринимающую поверхность. Контакт был настолько плотным, что вторая половина не могла не отразиться на кузове автомобиля БМВ-Х5, но его нет, поэтому направление не соответствует именно контакту с этим предметом. Кроме того, пятна контактов на автомобилях также не соответствуют фактическим обстоятельствам, пятно контакта на автомобиле Mitsubishi Lancer представляет собой динамические следы с наслоением красителя, именно красителя, а не грунта, визуально белого цвета, наслоение вещества – это передача частиц материала со следообразующей поверхности на следовоспринимающую, в то же время автомобиль БМВ-Х5 синего цвета и соответственно он не мог передать на бампер автомобиля Mitsubishi Lancer частицы материала белого цвета. Заявленный водителем автомобиля Mitsubishi Lancer в качестве повреждений задний фонарь не мог быть поврежден от контакта с автомобилем БМВ-Х5, так как находится вне зоны контакта. Из материалов дела не усматривается ни общих, ни частных признаков контакта транспортных средств. 

В судебном заседании допрошенный эксперт ИП ФИО3 пояснил, что по направлению САК «Энергогарант» 13.07.2018 осматривал для расчета ущерба автомобиль БМВ, а позже и Митсубиши, произвел их фотографирование. В его компетенцию входит определение размера ущерба по материалам дела в рамках заявленных обстоятельств. Если клиент настаивает, то он отражает в акте осмотра данные повреждения и указывает в заключении. Он не вправе давать оценку обстоятельствам повреждения, относятся ли они к ДТП, или нет. В данном случае, он лишь установил размер восстановительного ремонта автомобиля БМВ-Х5, не вдаваясь в причины их происхождения. 

Оценив собранные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных ФИО1 требований и соответственно необходимости отказа в их удовлетворении, поскольку очевидно, что повреждения автомобиля БМВ-Х5 к ДТП от 12.07.2018 не относятся, поскольку не могли быть причинены при заявленных участниками ДТП ФИО1 и ФИО2 обстоятельствах. 

Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, суд считает возможным положить в основу решения суда именно заключение судебной экспертизы ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России, поскольку оно подготовлено компетентным лицом, соответствует, как в части обязательных элементов содержания, так и по форме, требованиям, предъявляемым к такого рода документам. Оснований не доверять выводам эксперта, который был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, суд не усматривает.

Также является относимым и допустимым доказательством экспертное трасологическое заключение ООО «Центр автоэкспертизы и оценки», согласно выводам которого: «механизм повреждений частей и деталей автомобиля БМВ, не соответствует заявленному механизму образования повреждений при наезде на препятствие (ограждение). Форма частей ограждения, а также их габаритные размеры не соответствуют форме следовоспринимающей поверхности (пятну контакта) частей боковой части автомобиля БМВ, то есть отсутствуют признаки контакта частей и деталей автомобиля БМВ с частями ограждения, а также не соответствует высота расположения повреждений автомобиля БМВ высоте расположения частей ограждения. Повреждения в месте предполагаемого контакта транспортных средств БМВ и Митсубиши не соответствуют характеру заявленного ДТП и и не мог заявленный контакт указанных ТС привести к данным повреждениям автомобиля БМВ, а равно как и повреждения БМВ в месте предполагаемого контакта с частями удерживающего ограждения также не соответствуют характеру заявленного ДТП». 

Указанные в данных заключениях выводы также подтверждены показаниями допрошенных в судебном заседании экспертов ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России - ФИО7 и ООО «Центр автоэкспертизы и оценки» - ФИО8, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Таким образом, не усматривается причинно-следственной связи между происшествием 12.07.2018 и повреждениями автомобиля истца, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для признания данного случая страховым и возложения на ответчика обязанности по выплате страхового возмещения.

К показаниям свидетеля ФИО6, который в судебном заседании пояснил, что 12.07.2018 он находился в автомобиле Митсубиши, под управлением ФИО2, и при проезде около 24-00 часов по «горбатому» мосту почувствовал толчок, когда вышли из машины, то увидели, что их автомобиль столкнулся с автомобилем БМВ, который стоял у отбойника моста, с края проезжей части, при этом какие были повреждения на автомобиле он особо не вглядывался, суд относится критически, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам по делу. 

Показания истца ФИО1 и третьего лица ФИО2 не могут быть положены судом в основу вывода об обоснованности исковых требований, поскольку также противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам по делу. 

Кроме того, ФИО2 на протяжении рассмотрения дела давались противоречивые, непоследовательные показания.

Так, в судебном заседании ФИО2 пояснил, что дорога по мосту была пустая, подумал, может кто-то будет его обгонять, поэтому, не доезжая середины моста, начал перестраиваться в крайнюю правую полосу, не убедился в безопасности маневра и зацепил БМВ-Х5, в тоже время на вопрос эксперта ФИО7 пояснил, что по мосту и в том и в другом направлении также двигались другие транспортные средства, и что столкновение было дальше середины моста.

Представленная истцом фотография ограждения моста с места предполагаемого ДТП, сделанная 01.11.2018, является не относимым доказательством, поскольку сама по себе не подтверждает и не опровергает каких-либо обстоятельств по делу. 

По тем же основаниям, судом отвергается представленная истцом фотография автомобиля БМВ без видимых повреждений на ул. Ленина в г. Омске. 

То обстоятельство, что автомобиль БМВ, госномер 

<

***>, 12.07.2018 в момент приезда экипажа ДПС имел указанные повреждения, препятствовавшие его эксплуатации, не влияет на выводы суда, поскольку само по себе спорным не является, спорным же является обстоятельство получения этих повреждений. 

Факт же причинения вреда при заявленных истцом обстоятельствах им не доказан.

Истцом, по существу, заявлено требование о выплате страхового возмещения в связи с причинением вреда при обстоятельствах, не связанных с наступлением страхового случая, указанного в исковом заявлении, что является основанием для отказа в удовлетворении требований. 

В силу ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Статьей 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В этом случае суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В данном случае, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 злоупотребляет правом, действуя в обход закона с противоправной целью с намерением причинить вред ответчику, обратился в суд с необоснованным иском.

Поскольку не имеется оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, то соответственно не имеется и оснований для удовлетворения производных требований о компенсации морального вреда, взыскании неустойки, судебных расходов, штрафа.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку в удовлетворении требования истцу отказано, то в порядке главы 7 ГПК РФ расходы на проведение экспертизы в размере 14 680 рублей (11 680 рублей – стоимость экспертного заключения, 3000 рублей - расходы по оплате услуг эксперта в судебном заседании от 31.10.2018) подлежат взысканию в пользу ответчика с ФИО1

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ПАО «САК «Энергогарант» судебные расходы в размере 14 680 рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи жалобы через Куйбышевский районный суд г. Омска в апелляционную инстанцию Омского областного суда в течение одного месяца.

Судья: 

Мотивированное решение изготовлено 12.11.2018 г.