РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

31 января 2017 года Свердловский районный суд г. Иркутска в составе: председательствующего судьи Белик С.О., при секретаре судебного заседания Сасине В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-190/17 по иску Г.А.А. к Администрации г.Иркутска о признании права собственности на жилой дом,

УСТАНОВИЛ:

Г.А.А. обратился в суд Свердловский районный суд г. Иркутска с иском к Администрации г. Иркутска признании права собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес обезличен>, общей площадью 62,7 кв.м. в порядке приобретательной давности. В обоснование иска указано, что он является собственником жилого дома по указанному адресу площадью 26 кв.м. на основании договора купли-продажи домовладения от 

<

Дата обезличена>, заключённого с Ш.П.А. Указанный договор надлежащим образом удостоверен нотариусом и зарегистрирован в БТИ. В 1985 году ему было разрешено снести старый каркасно-засыпной дом из-за ветхости и построить новый. В 1989 году жом был снесён и возведён новый одноэтажный брусчатый дом общей площадью 62,7 кв.м. На участке, приобретённом вместе с домом, расположены два сарая, два навеса, две уборные, баня, теплица и ограждения. В 2014 году он обратился в Росреестр Иркутской области для осуществления государственной регистрации права собственности, однако в регистрации было отказано в связи с несоответствием площади дома в документах. Основанием для отказа послужило несоответствие документов, подтверждающих право на жилой дом площадью 26 кв.м. и техническим данным настоящего дома площадью 62,7 кв.м. Спорный дом построен им на законных основаниях, взамен ветхого, право на который возникло по договору купли-продажи. Он длительное время открыто и непрерывно пользуется спорным жилым домом, в связи с чем просит признать за ним право на этот дом в порядке приобретательной давности.

В дальнейшем истец изменил основание иска, заявляя о праве собственности на этот же дом, но в порядке признания права на самовольное строение. 

Истец Г.А.А. в судебное заседание не явился, просив о рассмотрении дел без его участия, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца В.-К.И.А., действующий на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, уточнённые исковые требования своего доверителя поддержал по основании ям, указанным в иске. Дополнительно в обоснование уточнённого иска указал, что по сути истцу было дано разрешение на строительство нового дома взамен старого. Земельный участок, на котором истец возвёл новый дом, был приобретён им вместе со старым домом на основании договора купли-продажи домовладения от 

<

Дата обезличена> у Ш.П.А. В течение всех этих лет истец оплачивал налог за землю. Земельный участок использовался им по назначению изначально предусмотренному – под индивидуальный жилой дом. Возведённый в 1989 году новый жилой дом соответствует строительным нормам и правилам. Нарушение некоторых санитарных норм по шуму в связи с расположением дома вблизи железной дороги, не нарушают прав и законных интересов каких-либо третьих лиц и имели место и в старом доме, который истец законно приобрёл и вместо которого построил новый дом.

Представитель ответчика Администрации г. Иркутска Т.Ю.В., действующая на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, против иска возражала, указав следующее. Земельный участок, на котором находится спорный жилой дом, в соответствии с проектом планировки Северной части 

<

адрес обезличен>, утверждённым постановлением администрации г. Иркутска от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, правилам землепользования и застройки части территории г. Иркутска, утверждёнными решением Думы г. Иркутска 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, Генеральным планом г. Иркутска, утверждённым решением Думы г Иркутска от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, расположен частично в границах территории застройки среднеэтажными жилыми домами (3-5 этажей), частично в территории общего пользования. Кроме того указанный земельный участок расположен в зоне регулирования застройки и хозяйственной деятельности, в границах территории объектов археологии – памятников и ансамблей «Царь-Девица-Титово». Согласно постановлению Администрации г.Иркутска от 12.09.2008 года № 254-па «Об утверждении границ зон охраны объектов культурного наследия народов Российской Федерации, расположенных на территории г. Иркутска, режимов использования земель и градостроительных регламентов в границах данных зон» запрещаются все виды строительных, земляных работ и хозяйственной деятельности до выполнения спасательных археологических работ. Учитывая изложенное, просила в иске Г.А.А. отказать.

Представитель третьего лица Министерства имущественных отношений Иркутской области Е.А.В., действующий на основании доверенности от 

<

Дата обезличена>, против иска возражал, поддерживая доводы ответчика Администрации г. Иркутска. 

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы настоящего дела, суд приходит к выводу об удовлетворении иска Г.А.А. по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 222 Гражданского кодекса РФ, самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведённом для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на неё право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим её лицом либо за его счёт, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему её лицу расходы на постройку в размере, определённом судом.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно ст. 42 Земельного кодекса РФ, собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту.

Суду представлен договор от 

<

Дата обезличена>, заключённый между Ш.П.А. и Г.А.А., согласно которому Г.А.А. приобрёл в собственность домовладение по адресу: 

<

адрес обезличен>, состоящее из каркасно-засыпного дома площадью 26 кв.м. и ограждения, расположенного на земельном участке мерою 1277 кв.м. Указанный договор надлежащим образом удостоверен нотариусом Иркутской нотариальной конторы Ф.Л.К., реестровый 

<

Номер обезличен>, зарегистрирован в управлении коммунального хозяйства за реестровым номером 196 в этот же день.

Из Технического паспорта МУП «БТИ» г. Иркутска по состоянию на 

<

Дата обезличена> усматривается, что по адресу: 

<

адрес обезличен>, расположен одноэтажный брусчатый дом, общей площадью 62,7 кв.м., жилой площадью 42,8 кв.м., 1989 года постройки.

Согласно заключению МУП БТИ г. Иркутска от 

<

Дата обезличена> по адресу: 

<

адрес обезличен>, из-за ветхости в 1985 году снесён старый каркасно-засыпной дом площадью 25,8 кв.м., взамен в 1989 году построен брусчатый дом, общей площадью 62,7 кв.м., жилой площадью 42,8 кв.м. Техническое состояние дома хорошее. Физический износ составляет 14%. На земельном участке расположены два сарая, два навеса, две уборные, баня, теплица и ограждения.

В п. 1 ст. 222 Гражданского кодекса РФ указаны три признака самовольной постройки, а именно: постройка должна быть возведена либо на земельном участке, не отведённом для этих целей в установленном законом порядке, либо без получения необходимых разрешений, либо с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил (для определения её таковой достаточно наличия хотя бы одного из этих признаков). 

Согласно архивной выписке из решения исполнительного комитета Иркутского городского Совета народных депутатов 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> «О рассмотрении заявлений граждан» было разрешено Г.А.А. строительство нового жилого дома взамен ветхого, пришедшего в негодность планового каркасно-засыпного дома по адресу: 

<

адрес обезличен>. Проект строительства дома, согласно указанному решению, следовало согласовать с главным архитектором города. По окончанию строительства нового дома, ветхий каркасно-засыпной дом снести.

Также суду представлена сама выписка из указанного решения 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, Копии этих документов приобщены к материалам дела.

Поскольку из содержания документов и пояснений сторон следует, что одноэтажный жилой дом по адресу: 

<

адрес обезличен>, был возведён на земельном участке, отведённом под строительство жилого дома, взамен старого ветхого дома, с получением разрешения на строительство, но без согласования проекта, как то указано в разрешении на строительство, суд приходит к выводу, что спорное строение является самовольной постройкой.

Обсуждая вопрос о наличии у истца прав на земельный участок, на котором находится самовольная постройка, суд приходит к следующему выводу.

Законодательство, регулирующее земельные отношения до принятия Земельного кодекса Российской Федерации, основной формой пользования гражданами земельными участками предусматривало постоянное (бессрочное) пользование. Об этом свидетельствуют Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26.08.48 «О праве граждан на покупку и строительство индивидуальных жилых домов», Земельный кодекс РСФСР 1970 года, Земельный кодекс РСФСР 1991 года, Земельный кодекс РФ 2001 года.

Данный режим землепользования граждан подтвердил Конституционный Суд Российской Федерации, который в Постановлении от 13 декабря 2001 года № 16-П указал, что до 1990 года в условиях существования исключительно государственной собственности на землю основной формой осуществления гражданами права владения и пользования земельными участками было постоянное (бессрочное) пользование, что имело целью гарантировать им устойчивость прав на землю и находящуюся на ней другую недвижимость. Признание за домовладельцем - пользователем земельного участка, на котором расположено домовладение, права постоянного (бессрочного) пользования этим земельным участком как своим имуществом, исключало произвольное распоряжение им со стороны каких-либо иных субъектов права. В дальнейшем, в ходе проведения земельной реформы - как до, так и после принятия Конституции РФ, закрепившей право частной собственности на землю (статья 9, часть 2; статья 36, части 1 и 2), - законодатель, параллельно с процессом возрождения этой формы собственности, обеспечивал гражданам, по их выбору, возможность продолжать пользоваться земельными участками на праве постоянного (бессрочного) пользования, пожизненного наследуемого владения, аренды или временного пользования либо переоформить имеющийся правовой титул на любой иной. При этом во всяком случае исключалось как автоматическое изменение титулов прав на землю (переоформление осуществлялось по инициативе самих граждан), так и какое-либо ограничение права пользования земельным участком в связи с непереоформлением имеющегося правового титула.

Анализ земельного законодательства РСФСР и РФ свидетельствует о том, что государство принимало меры по сохранению за гражданами, имеющихся у них прав на земельные участки. Так, Законом Российской Федерации «О земельной реформе» от 23.11.1990 года № 460-1 в редакции Закона РСФСР от 27.12.1990 года, Законов Российской Федерации от 

<

Дата обезличена>, от 

<

Дата обезличена>, от 

<

Дата обезличена>, утратившим силу в связи с изданием Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 года № 2287, в частности статьёй 7, предусматривалось, что до юридического оформления земельных участков в собственность, пожизненно наследуемое владение, бессрочное пользование, в том числе аренду, в соответствии с действующим законодательством, за гражданами, которым земельные участки были предоставлены для индивидуального жилищного строительства, для индивидуальных жилых домов, ведения личного подсобного хозяйства и иных, не запрещённых законом целей, сохраняется, установленное ранее соответствующее право пользования земельными участками, в том числе и право постоянного (бессрочного) пользования.

В соответствии со ст. 37 Земельного кодекса РСФСР при переходе права собственности на строение, сооружение или при передаче их другим предприятиям, учреждениям, организациям и гражданам вместе с этими объектами переходит и право пользования земельными участками. При этом им выдается новый документ, удостоверяющий право на землю. В случае перехода права собственности на строение, сооружение к нескольким собственникам указанные права на землю переходят, как правило, в размере пропорционально долям собственности на строение, сооружение.

Также п. 1 ст. 35 Земельного кодекса РФ от 25.10.2001 года № 136-ФЗ предусмотрено, что при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объёме, что и прежний их собственник.

Таким образом, на основании изложенного, суд приходит к выводу, что право бессрочного пользования земельным участком по адресу: 

<

адрес обезличен>, перешло от Ш.П.А. к Г.А.А. 

Исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что спорный жилой дом расположен на земельном участке, закреплённом под спорным жилым домом и принадлежащем истцу на праве постоянного (бессрочного) пользования.

В п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", разъяснено, что рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при её возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ (далее ГрК РФ), вступившего в законную силу 29 декабря 2004 года, разрешение на строительство представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В силу указанной нормы права и ст. 3 Федерального закона "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации", строительство, реконструкция объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт осуществляются на основании разрешения на строительство, которое выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка, где планируется строительство. К заявлению о выдаче разрешения в обязательном порядке должны прилагаться правоустанавливающие документы на земельный участок, градостроительный план земельного участка, материалы проектной документации, а также иные, предусмотренные статьёй 51 ГрК РФ, документы.

Однако отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к её легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

Судом установлено, что истец пытался узаконить постройку, произведённую в 1989 году (до принятия Градостроительного кодекса РФ) и своевременно не узаконенную. Согласно письму 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> Комитета по градостроительной политике Департамента реализации градостроительной политики отдела выдачи разрешительной документации, истцу отказано в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Отказ обоснован не предоставлением истцом комплекта документов, подтверждающих соответствие объекта капитального строительства требованиям, установленным в разрешении на строительство (ч. 3 ст.55 ГрК РФ).

В том числе истцу отказано Управлением Росреестра в государственной регистрации права собственности на спорный объект сообщением 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>.

Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры. В этом случае суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.

Ссылаясь на то, что спорный жилой дом соответствует строительным, техническим, санитарно-гигиеническим и противопожарным нормам и правилам, не нарушает законных интересов других лиц, истец подтверждает эти доводы следующим.

Так, из сообщения Отдела надзорной деятельности г. Иркутска ГУ МЧС Росси по Иркутской области от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> следует, что, проведя мероприятия по надзору за соблюдением требований пожарной безопасности в индивидуальном жилом доме по адресу: 

<

адрес обезличен>, отдел установил, что строение соответствует требованиям пожарной безопасности, в частности СП 4.13130.2013. 

В соответствии с Актом обследования от 18.01.201

7 года, выполненным экспертной группой «ЦПИСРР «Вест Лайн», по результатам обследования строительных конструкций жилого дома по адресу: 

<

адрес обезличен>, следует, что все конструкции работоспособны и находятся в пригодном для нормальной эксплуатации состоянии. Права и законные интересы граждан, проживающих в доме, не нарушаются, не создаётся угрозы их жизни и здоровью. 

Согласно заключению ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Иркутской области» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 

<

Дата обезличена> за 

<

Номер обезличен> индивидуальный одноэтажный жилой дом по адресу: 

<

адрес обезличен>, не соответствует государственным санитарно-эпидемиологическим нормам и правилам СанПиН 2.1.2.2645-10 (новая редакция) по параметрам шума во время движения железнодорожного транспорта. При этом, согласно разъяснениям ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Иркутской области», спорное строение не является объектом, ограничивающим права третьих лиц, для данных объектов санитарно-защитная зона, санитарный разрыв либо зона ограничения застройки в соответствии с санитарными нормами и правилами не предусмотрена. Заключение сделано на основании измерений параметров шума во время движения железнодорожного транспорта.

Таким образом, из исследованных судом материалов, следует, что сохранение жилого дома по адресу: 

<

адрес обезличен>, не нарушает права и охраняемые интересы других лиц, не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан. 

При разрешении данного спора суд руководствуется правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной им в п.п. 104, 105 Постановления от 30.04.2004 года «Дело Енерйылдыз против Турции» (Жалоба №48939/99), где суд указал, что, несмотря на правовые запреты в области градостроительства, неизменная политика государства в отношении территорий трущоб способствовала включению этих территорий в городское окружение, тем самым признавая их существование и образ жизни граждан, постепенно строивших лачуги, начиная с 1960 года, как по собственному желанию, так и в результате ведения такой политики. Так как политика создала эффективный механизм амнистий за нарушение градостроительных норм, в том числе за незаконную оккупацию государственной собственности, она привела и к появлению состояния неопределённости относительно пределов полномочий административных органов, ответственных за принятие мер, предусмотренных законодательством, применение которого поэтому общество не могло предвидеть. Кроме того, данное толкование подтверждается в настоящем деле поведением административных органов по отношению к заявителю. Европейский Суд заметил, что в течение периода между незаконным возведением дома в 1988 году и несчастным случаем, произошедшим 

<

Дата обезличена>, заявитель был владельцем дома, несмотря на тот факт, что в этот период его положение регулировалось нормами, закреплёнными в Законе №775, в частности его статьей 18, в соответствии с которой, муниципальные органы могли снести дом в любое время. В действительности, именно этот аргумент выдвигали власти Турции (см. выше § 77 и 80), хотя они не смогли показать, что в настоящем деле соответствующие органы рассматривали возможность принятия такой меры против заявителя. Государственные органы позволили заявителю и его близким родственниками беспрепятственно жить в своём доме, в социальных и семейных условиях, созданных ими. Кроме того, учитывая конкретные доказательства, представленные в Европейский Суд и не опровергнутые властями Турции, не было причин для сомнений в достоверности утверждения заявителя о том, что государственные органы ещё и взимали с него и с других жителей трущоб в районе Юмрание муниципальный налог и оказывали им платные общественные услуги (см. выше § 11 и 85).

Материалы дела свидетельствуют о том, что истец длительное время пользовался самовольно возведённым строением и государственные органы, в рассматриваемом случае – Администрация г. Иркутска, Правительство Иркутской области, всё это время не возражали против его возведения и использования, каких-либо мер ответственности к истцу или за совершённое правонарушение не применяло и не заявляло об этом вплоть до обращения истца в суд с целью защиты своих прав и интересов. В том числе не обратилась администрация г. Иркутска с иском о сносе спорного самовольного строения при рассмотрения настоящего дела. При такой позиции Администрации г. Иркутска отказ истцу в иске узаконить строение приведёт к состоянию неопределённости всех сторон относительно спорного объекта недвижимости.

Не влияют а выводы суда и ссылки представителя Администрации г. Иркутска на то, что дом расположен в зоне красных линий (согласно проекту планировки Северной части 

<

адрес обезличен>, утверждённого постановлением от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>), в границах застройки средне-этажными жилыми домами (решение Думы 

<

адрес обезличен> от 

<

Дата обезличена>), в границах территории объектов археологии – памятников и ансамблей «Царь-Девица-Титово» (постановление Администрации 

<

адрес обезличен> от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>-па)

Спорный жилой дом был возведён в 1989 году на месте предыдущего узаконенного (ранее учтённого) жилого дома задолго до принятия указанных выше постановлений. Утверждая правила землепользования в 2007 году и проект планировки в 2012 году, ответчик должен был учитывать фактическое расположением спорного жилого дома в указанных зонах и территориях. При этом фактически никакие строительные работы в границах территории объектов археологии не ведётся. Истец лишь пытается легализовать то, что было возведено ранее в соответствии с действующими строительными, градостроительными и санитарными нормами и правилами, что соответствует интересам всех сторон.

Каких-либо иных доказательств, согласно требованиям ст.ст. 12 56, 57 ГПК РФ, в обоснование своих возражений ответчиками суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд, с учётом установленных обстоятельств, представленных доказательств, законности и обоснованности судебного решения, приходит к выводу иск Г.А.А. удовлетворить. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск Г.А.А. удовлетворить.

Признать за Г.А.А. право собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес обезличен>, общей площадью 62,7 (шестьдесят две целые семь десятых) кв.м, жилой площадью 42,8 (сорок две целые восемь десятых) кв.м., кадастровый 

<

Номер обезличен>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

....

....

....

.... 

.... 

....

.... 

.... 

....