Дело № 2-3396/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

20 августа 2019 года 

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Панкратова М.В.,

при секретаре Петросян А.П.,

с участием помощника прокурора города Бийска Алтайского края Захарова М.С., истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному предприятию «Бийский олеумный завод» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному казенному предприятию «Бийский олеумный завод» (далее по тексту - ФКП «БОЗ») о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1000000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что с ДД.ММ.ГГГГ она находилась в зарегистрированном браке с ФИО23, который в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ФКП «БОЗ», работая в должности 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 00 минут в цехе 

<

данные изъяты> ФКП «БОЗ» произошел несчастный случай на производстве. Согласно медицинскому свидетельству о смерти супруг истца скончался ДД.ММ.ГГГГ от полученных при взрыве в производственном помещении травм, причина смерти - гиповолемический шок, травма плечевой артерии.

ДД.ММ.ГГГГ лицами, проводившими расследование несчастного случая, был составлен акт № о несчастном случае на производстве. В соответствии с данным актом комиссия пришла к заключению, что несчастный случай с ФИО24 произошел в результате нарушения технологического процесса, по причине несоблюдения специальных требований к производству взрывчатых веществ, содержащихся в отраслевых Правилах.

По данному факту было возбуждено уголовное дело.

Приговором Бийского городского суда Алтайского края от 31 января 2019 года в смерти ФИО25. был признан виновным ФИО4, ему назначено наказание.

Апелляционным постановлением Алтайского краевого суда указанный приговор в части установления виновности ФИО4 и назначения наказания оставлен без изменения.

Указывает, что в результате взрыва, повлекшего гибель близкого и родного человека, истцу были причинены нравственные страдания, вызванные невосполнимой потерей самого близкого для ФИО1 человека, гибель которого является необратимым обстоятельством, нарушающим психологическое благополучие истца, связанное с утратой родственных и семейных связей, что явилось тяжелейшим событием в жизни ФИО1, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Пережитая и переживаемая в настоящее время потеря близкого человека причиняет истцу сильные нравственные страдания, огромную пустоту, образовавшуюся с уходом из жизни супруга, который отдавал всего себя без остатка своей семье, оказывал не только материальную помощь, но и моральную поддержку.

Основываясь на положениях ст. ст. 151,1099,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), просит об удовлетворении исковых требований.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО5, действующая на основании ордера (л.д. 

<

данные изъяты>), в судебном заседании настаивали на удовлетворении заявленных требований по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснили, что ФИО1 работодателем её супруга - ФКП «БОЗ» была выплачена материальная помощь в связи с гибелью на производстве ФИО26 в размере 590653 руб., а также в счет компенсации морального вреда 40000 руб., что, по-мнению стороны истца, не в полной мере компенсирует ФИО1 пережитые и претерпеваемые ею в настоящее время нравственные страдания, связанные с невосполнимой утратой близкого человека.

Представители ответчика ФКБ «БОЗ» ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенностей (л.д. 

<

данные изъяты>), в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на то, что в случае взыскания денежной компенсации морального вреда истец неосновательно обогатится за счет ответчика. Пояснили, что в силу заключенного 03 февраля 2017 года между ФКП «БОЗ» и ФИО27 (отцом погибшего), ФИО28. (мать погибшего), ФИО29 (несовершеннолетний сын погибшего), действующего в лице законного представителя ФИО30 и ФИО1 (супруга погибшего) соглашения о порядке возмещения ущерба, ФИО1 как вдове погибшего в результате несчастного случая на производстве ФИО6 было выплачено: 40000 руб. в счет компенсации морального вреда, 590653 руб. 85 коп. – материальная помощь, всего сумма в размере 630653 руб. 85 коп. Кроме того, истцу были выплачены: 72375 руб. – материальная помощь в виде денежных средств, перечисленных заводом, удержанных с работников завода, согласно их заявлениям на оказание материальной помощи пострадавшим от несчастного случая на производстве; 32924 руб. 25 коп. – в счет возмещения затрат, связанных с приобретением одежды для похорон, проведением поминального обеда, приобретением продуктов для поминального обеда; 23120 руб. 79 коп. – неполученная заработная плата; 6068 руб. 86 коп. – единовременное пособие на погребение; 48913 руб. – на установку памятника и оформление могилы; 11136 руб. – в возмещение расходов на изготовление и установку оградки на могилу. Таким образом, ФИО1 всего было выплачено 825191 руб. 75 коп. Обращают внимание, что всем членам семьи погибшего ФКП «БОЗ» была выплачена сумма в размере 2939364 руб. 80 коп. Полагают, что указанным соглашением предусмотрены выплаты в качестве возмещения за вред, причиненный членам семьи за смерть близкого человека, погибшего на производстве. Данное соглашение ответчиком исполнено в полном объеме в досудебном порядке, в связи с чем, права истца не являются нарушенными, а, учитывая все произведенные ФКП «БОЗ» в пользу истца выплаты, моральный вред, причиненный ФИО1, считают возмещенным. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился о времени и месте его проведения уведомлен надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил, об отложении рассмотрения дела не просил, что не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Выслушав позицию лиц, участвующих в деле, пояснения свидетелей ФИО31., заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности исправедливости, изучив материалы настоящего гражданского дела, суд пришел к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.2,3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В соответствии с ч.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 указанного Кодекса. 

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 состояла в зарегистрированном браке с ФИО32 с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака (л.д. 

<

данные изъяты>

ФИО33 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состоял в трудовых отношениях с ФКП «БОЗ» с ДД.ММ.ГГГГ, работая в качестве 

<

данные изъяты>, что усматривается из копий трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 

<

данные изъяты> дополнительных соглашений к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 

<

данные изъяты>).

Согласно данным копии трудовой книжки, оформленной на имя ФИО34 трудовые отношения между ним и ФКП «БОЗ» прекращены ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью работника (п.6 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 

<

данные изъяты>).

Из акта N 4 Формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденного ФКП «БОЗ» ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 

<

данные изъяты>), следует, что несчастный случай произошел на территории ФКП «БОЗ» по адресу г. Бийск промзона в помещении здания 2227 цеха № при выполнении работ по снятию с помощью ручного пневмоинструмента выступающей на 200 мм над уровнем пола части фундамента под оборудование ФО-5, при следующих обстоятельсвах: после обеденного перерыва в 13 час. ФИО35 с помощью пневматического отбойного молотка начал разрушать правый угол с южной стороны выступающей над полом части фундамента ФО-5. Около 14 час. отбойный молоток, которым работал ФИО36 сломался, и ФИО37., по заданию начальника участка ФИО38., ушел на другой участок за другим отбойным молотком. После этого, примерно с 14 час. 15 мин. ФИО63 поочередно начали с помощью пневматического отбойного молотка разрушать левый угол с южной стороны выступающей над полом части бетонного фундамента ФО-5. Примерно в 15 час. пика отбойного молотка, которой работал ФИО39 застряла в фундаменте. При попытке освободить застрявшую пику отбойного молотка произошло взрывное разрушение части фундамента ФО-5, разлетевшимися осколками фундамента были травмированы ФИО40 и оказавшиеся в зоне поражения, выполнявшие работу в соответствии с выданным заданием в здании 2227 работники цеха № ФИО41 (занимался уборкой строительного мусора у фундамента ФО-5) и ФИО42 (занимался подготовкой к распилу ножовкой демонтированных труб водопровода горячей воды). ФИО43 самостоятельно прибежали на пульт здания 2227 и сообщили о случившемся. Затем на заводской машине «Скорой помощи» ФИО44 были доставлены в КГБУЗ «Городская больница №, г. Бийск». 

В копии посмертного эпикриза, выданной КГБУЗ «Городская больница №, г. Бийск» ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО45 зафиксировано, что со слов сопровождающих он пострадал в результате взрыва бетона на ФКП «БОЗ» ДД.ММ.ГГГГ около 15 час. 00 мин. Проведено лечение путем ПХО ран, дренирования плевральной полости по Бюлау, протезирование участка плечевой артерии справа. В 22 час. 00 мин. на фоне крайне тяжелого состояния в операционной произошла остановка сердечной деятельности. Сердечно-легочная реанимация в течение 40 мин. без результата. В 22 час. 40 мин. констатирована биологическая смерть (л.д. 

<

данные изъяты>

Смерть ФИО46. ДД.ММ.ГГГГ также подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 

<

данные изъяты>).

Согласно ч. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ч.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

На основании ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; проводить обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве; принимать меры по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

В п.18,19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях. 

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (п. 1 ст. 1081 ГК РФ).

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ (л.д. 

<

данные изъяты>), основным видом экономической деятельности ФКП «БОЗ» является производство взрывчатых веществ (ОКЭВД 20.51), что свидетельствует о том, что деятельность ответчика создает повышенную опасность для окружающих (является источником повышенной опасности).

Приговором Бийского городского суда Алтайского края от 31 января 2019 года, постановленного по уголовному делу № 1-5/2019, возбужденному по факту взрыва на территории ФКП «БОЗ» с причинением смерти ФИО47., главный инженер ФКП «БОЗ» ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 217 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 23.04.2018 № 114-ФЗ) – нарушении требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека, с назначением наказания в виде одного года шести месяцев лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ (л.д. 25-79). 

Апелляционном постановлением Алтайского краевого суда от 04 апреля 2019 года указанный приговор изменен в части вещественных доказательств, в остальной части приговор оставлен без изменения (л.д. 

<

данные изъяты>).

В соответствии с п. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, установлено, что тяжкий вред здоровью, повлекший смерть работника ФКП «БОЗ» ФИО48 причинен в результате взрыва во время выполнения работ при наличии вины главного инженера ФКП «БОЗ» ФИО4, организовавшего производство работ с нарушением требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, соответственно, требование истца о взыскании с ФКП «Бийский олеумный завод» компенсации морального вреда, является обоснованным.

В силу ст. 1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В абз. 2 п. 2 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абз. 3 п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Допрошенные в судебном заседании свидетель ФИО49 (дочь истца) пояснила, что ее мама ФИО1 состояла в зарегистрированном браке с ФИО50 более 16 лет, смерть супруга переживала крайне тяжело, не ела, не пила, ни с кем не разговаривала, до настоящего времени не восстановила свое эмоциональное состояние, не устроила личную жизнь, закрыта для окружающих. Свидетель ФИО52 (сестра истца) в судебном заседании сообщила, что смерть супруга ФИО1, с которым она длительное время совместно проживала, переживала очень тяжело, первое время - до 40 дней после смерти мужа, не могла оставаться одна, родственники и друзья поддерживали ее, опасаясь за психическое состояние ее здоровья. Истец до настоящего времени не смирилась с утратой, долгое время после смерти супруга ждала его возвращения с работы.

У суда нет оснований подвергать сомнению показания указанных свидетелей, предупрежденных об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

На основании заключенного 03 февраля 2017 года между ФКП «БОЗ» и ФИО53 (отцом погибшего), ФИО54 (мать погибшего), ФИО55 (несовершеннолетний сын погибшего), действующего в лице законного представителя ФИО56 и ФИО1 (супруга погибшего) соглашения о порядке возмещения ущерба, ФИО1 как вдове погибшего в результате несчастного случая на производстве ФИО57 было выплачено: 40000 руб. в счет компенсации морального вреда, 590653 руб. 85 коп. – материальная помощь, всего сумма в размере 630653 руб. 85 коп. (л.д. 

<

данные изъяты>), что подтверждается платежным поручениями (л.д. 

<

данные изъяты>). Кроме того, истцу были выплачены: 72375 руб. – материальная помощь в виде денежных средств, перечисленных заводом, удержанных с работников завода, согласно их заявлениям на оказание материальной помощи пострадавшим от несчастного случая на производстве (л.д. 70); 32924 руб. 25 коп. – в счет возмещения затрат, связанных с приобретением одежды для похорон, проведением поминального обеда, приобретением продуктов для поминального обеда (л.д. 

<

данные изъяты>); 23120 руб. 79 коп. – неполученная заработная плата за январь 2017 года (л.д.

<

данные изъяты>); 6068 руб. 86 коп. – единовременное пособие на погребение (л.д.

<

данные изъяты>); 48913 руб. – на установку памятника и оформление могилы (л.д. 

<

данные изъяты>, получение данной выплаты истцом не оспаривалось); 11136 руб. – в возмещение расходов на изготовление и установку оградки на могилу (л.д. 

<

данные изъяты>). Таким образом, ФИО1 всего было выплачено 825191 руб. 75 коп.

В соответствии с ч.3 ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

При этом, выплаченная работодателем истцу компенсация морального вреда в размере 40000 руб. не компенсирует в полной мере перенесенные истцом и испытываемые ею в настоящее время нравственные страдания из-за гибели супруга.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд принимает во внимание возраст погибшего, длительность совместного проживания супругов ФИО7, обстоятельства смерти ФИО58., то, что в связи со смертельным травмированием супруга на производстве работодателем истцу выплачена компенсация морального вреда в сумме 40000 руб., а также оказана иная материальная помощь, отсутствие в действиях погибшего грубой неосторожности, а также то, что деятельность ФКП «БОЗ», являющегося юридическим лицом, связана с производством источников повышенной опасности (взрывчатых веществ).

Таким образом, исходя из исследованных обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части: взыскании в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека, и возложении ответственности на ФКП «БОЗ», работником которого причинены телесные повреждения, повлекшие смерть ФИО64 с выплатой истцу ответчиком компенсации морального вреда в сумме 700000 руб., так как данный размер соответствует обстоятельствам дела, требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ФКП «БОЗ» в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб., несение которых истцом подтверждено чек-ордером (л.д. 

<

данные изъяты>). 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального казенного предприятия «Бийский олеумный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Федерального казенного предприятия «Бийский олеумный завод» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня составления судом решения в окончательной форме.

Судья М.В. Панкратов