РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

31 мая 2017 года г. Жигулевск

Жигулевский городской суд Самарской области, в составе: 

председательствующего судьи Перцевой Ю.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ГУ – УПФ РФ в г.о.Жигулевске – ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года,

при секретаре Славновой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-866/2017 по иску ФИО1 к ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.о. Жигулевск Самарской области об установлении факта нахождении на иждивении, и назначении пенсии по случаю потери кормильца,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Жигулевский городской суд Самарской области с иском к ГУ – УПФ РФ в г.о. Жигулевске, согласно уточненным требованиям просила:

- установить факт нахождения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на иждивении супруга Ч.В.Н., умершего ДД.ММ.ГГГГ;

- обязать ГУ – УПФ РФ в г.о. Жигулевск Самарской области назначить ей пенсию по случаю потери кормильца с ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование требований истец указала, что она обратилась к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по потери кормильца, поскольку ее супруг Ч.В.Н. умер ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ решением ГУ – УПФ РФ в г.о. Жигулевск Самарской области ей было отказана в переводе на страховую пенсию по потери кормильца в связи с не подтверждением дополнительных условий перевода ФИО1 на страховую пенсию по случаю потери кормильца. Размер пенсии ее супруга Ч.В.Н. на момент смерти составлял 17865,51 руб., размер же пенсии истца на момент смерти супруга составлял 8401,73 руб. Согласно решения ГУ – УПФ РФ в г.о. Жигулевск Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ № истцу было отказано в установлении права на пенсию по случаю потери кормильца, так как не представлены документы, подтверждающие нахождение ФИО1 на иждивении супруга, либо утрате источника средств к существованию. Истец считает данное решение незаконным, ущемляющим ее пенсионные права, в связи с чем, обратилась в суд. Истец считает, что ответчиком не учтено, что при обращении с указанным заявлением она фактически отказывается от получаемой пенсии по старости. При этом, отказ от получения пенсии по старости означает прекращение выплат получаемой пенсии, а, следовательно, утрату средств к существованию. 

В судебном заседании истец ФИО1, настаивала на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, на основании доводов изложенных в исковом заявлении.

Представитель ответчика ГУ Управление Пенсионного Фонда РФ в г. Жигулевске ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал. Сослался на ранее представленный в материалы дела отзыв на исковое заявление, согласно которому факт нахождения заявителя на иждивении супруга Ч.В.Н., умершего ДД.ММ.ГГГГ, в данном случае требует подтверждения. Документов, свидетельствующих о содержании супругом, на момент смерти заявителем не представлено. Сделать вывод о том, что материальная помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию, довольно затруднительно (л.д.19-20).

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель Свидетель №1, пояснила, что с истцом ФИО1 она знакома на протяжении трех лет, находятся в приятельских отношениях. Истец проживает по адресу: 

<

адрес>, свидетель периодически приходит к ней в гости. С супругом ФИО3 Николаевны, Ч.В.Н., умершим ДД.ММ.ГГГГ, свидетель также была знакома, поскольку супруги проживали вместе в одной квартире. Свидетелю известно, что истец с супругом ФИО4 Николаевичем проживали только вдвоем, с ними никогда никто не жил. В их квартире прописан внук Егор Вадимович, но он никогда у них не проживал. Зоя Николаевна не работает, ее муж получал пенсию, она и была основным источником средств к существованию семьи. Размер пенсии Владимира Николаевича свидетелю не известен, известно только, что пенсия Владимира Николаевича была больше чем у ФИО3 Николаевны.

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель Свидетель №2, пояснил, что с истцом ФИО1 он знаком с 2007 года, также очень хорошо знал ее супруга Ч.В.Н., умершего ДД.ММ.ГГГГ. Проживали супруги вдвоем по адресу: 

<

адрес>, свидетель иногда бывал у них в гостях. Свидетель часто общался с ФИО4 Николаевичем, и ему известно, что он находился на пенсии, и его пенсию являлась основным источником средств к существованию, поскольку Зоя Николаевна не работала. Размер пенсии Ч.В.Н. свидетелю не известен, но она была больше чем у ФИО3 Николаевны. 

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель Свидетель №3, пояснила, что истец ФИО1 ее мама, а умерший ДД.ММ.ГГГГ Ч.В.Н. ее отец. До смерти папы, родители вдвоем проживали вместе по адресу: 

<

адрес> Внук, Егор Вадимович, с ними в квартире никогда не проживал, был лишь зарегистрирован, так как Егор проживает со своими родителями. Родители свидетеля существовали на денежные средства отца, так как свидетель не могла оказывать родителям материальной помощи. У отца пенсия была гораздо больше, чем у мамы, поскольку отец всю жизнь работал, а мама была в декретном отпуске, по уходу за детьми, у папы же были еще ветеранские доплаты. Свидетелю известно, что у родителей были большие денежные затраты на лекарства, поскольку истец имеет сердечные заболевания, и коммунальные услуги. 

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, заслушав показания свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, суд находит заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1, пунктом 2 части 2 статьи 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

В статье 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 1 января 2015 года, было предусмотрено, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются в том числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (подпункт 3 пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ).

С 1 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Согласно части 1 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в досудебном порядке).

В части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Таким образом, законодателем установлен круг лиц, подлежащих обязательному пенсионному страхованию в связи с потерей кормильца, перечень которых является исчерпывающим, не подлежащим расширенному толкованию и включает в себя лиц, личные и имущественные отношения между которыми неразрывно связаны с состоянием в браке или родстве.

Судом установлено, что истец состояла в зарегистрированном браке с Ч.В.Н., что подтверждается свидетельством о заключении брака серии № от ДД.ММ.ГГГГ, копия которого представлена в материалы дела (л.д.15). 

Согласно копии свидетельства от ДД.ММ.ГГГГ серии № Ч.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ г.р., умер ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти № (л.д.14). 

Из справки о регистрации от ДД.ММ.ГГГГ представленной в материалы дела, следует, что в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

адрес> зарегистрированы: ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, Ч.Е.Г. – внук с ДД.ММ.ГГГГ, Ч.В.Н. снят с регистрационного учета ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью (л.д.22). 

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ № выданной «Главным управлением социальной защиты населения центрального округа» Управление по городскому округу Жигулевск Ч.В.Н. получал в управлении по г.о. Жигулевск как Ветеран труда РФ ежемесячно в размере 658,00 руб. по ДД.ММ.ГГГГ; 979,00 руб. по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.38). 

Судом установлено, что ФИО1 является пенсионером по старости, размер получаемой ею пенсии равен 8401,73 руб., что не намного больше размера прожиточного минимума по Самарской области. На день смерти ежемесячный доход Ч.В.Н. в виде получаемой им пенсии составлял 17865,51 руб., что превышает доход истца.

Из материалов дела следует, что иных источников помимо пенсии по старости истец не имеет. Доказательств обратного суду не представлено.

Кроме того, представленными в материалы дела копиями квитанций об оплате коммунальных услуг за жилое помещение, находящееся по адресу: 

<

адрес>, подтверждается, что истец лично несет бремя содержания указанного жилого помещения, в том числе, оплачивает коммунальные платежи. Кроме того, часть денежных средств затрачивается на лечение истца, поскольку в соответствии со справкой от ДД.ММ.ГГГГ выданной ФИО1, следует, что она состоит на «Д» учете у участкового терапевта, и постоянно нуждается в приеме гипотензивных лекарственных средств, бетаблокаторов, антикоагулянтов, льгот для получения ЛС не имеет. 

Судом установлено, что внук истца, Ч.Е.Г. фактически не проживает вместе с истцом в принадлежащем ей квартире, бремя содержания жилого дома не несет, что следует, в том числе, из показаний свидетелей, допрошенных в суде.

Таким образом, в суде установлено, что материальной помощи истец от внука Ч.Е.Г., проживающего отдельно от истца, не получала и не получает, что подтверждается показаниями свидетелей, оснований не доверять которым у суда не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30.09.2010 N 1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего супруга может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим супругом, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств существования.

Само по себе наличие у истца (пенсионера по старости), получавшей материальную помощь от супруга, иного дохода (пенсии) не исключает возможности признания ее находящейся на иждивении.

С учетом изложенного, определив соотношение между объемом помощи, оказываемой истцу умершим супругом за счет его доходов, ее собственным доходом, суд исходит из того, что получаемая истцом помощь от супруга являлась постоянным и основным источником средств ее существования, которая значительно превышала получаемый ею доход, и из того, что размер доходов умершего супруга истца – Ч.В.Н., в виде его пенсии являлся значительным и составлял большую часть семейного бюджета. Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о том, что доходы истца исключали возможность нахождения на иждивении супруга, материалы дела не содержат.

В соответствии с п.11 ст. 22 Федеральный закон «О страховых пенсиях» перевод с одного вида страховой пенсии на другой, а также с другой пенсии, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации, на страховую пенсию производится с 1-го числа месяца, следующего за тем месяцем, в котором пенсионером подано заявление о переводе с одного вида страховой пенсии на другой либо с другой пенсии на страховую пенсию со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (если их нет в его выплатном деле), но не ранее дня приобретения права на страховую пенсию.

Поскольку истец обратилась к ответчику с соответствующим заявлением ДД.ММ.ГГГГ, то пенсию по потере кормильца следует назначить с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем заявленные требования в этой части также подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь Федеральным законом «О страховых пенсиях», ст. 194-198, 264 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.о. Жигулевск Самарской области об установлении факта нахождении на иждивении, и назначении пенсии по случаю потери кормильца, удовлетворить.

Установить факт нахождения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на иждивении супруга Ч.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городском округе Жигулевск Самарской области назначить ФИО1 пенсию по случаю потери кормильца с ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Самарский областной суд через Жигулевский городской суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 01 июня 2017 года. 

Судья Жигулевского городского суда 

Самарской области Ю.В. Перцева