Председательствующий Черкасов Д.Н. Дело № 22-1411/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 19 августа 2021 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Тюрина А.Г.

при секретаре Печёнкиной А.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ардаковской В.А. и апелляционной жалобе защитника осужденного Серова А.С. – адвоката Саласюка А.С. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 4 июня 2021 г., по которому

Серов Александр Сергеевич, родившийся 

<

...>, несудимый, 

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы в колонии-поселении с лишением заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Постановлено взыскать с Серова А.С. в пользу Б. компенсацию морального вреда в размере 

<

...> руб. в счет возмещения материального ущерба. 

Заслушав выступления прокурора Масловой Л.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного Серова А.С. и его защитника – адвоката Саласюка С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение потерпевшей Б. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда Серов признан виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть А 

Преступление совершено 16 ноября 2020 г. в г. Кургане при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании Серов виновным себя по предъявленному обвинению признал полностью.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ардаковская В.А. просит приговор изменить, признать в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства принятие Серовым иных мер, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей Б., путем принесения ей извинений, снизить размер назначенного осужденному наказания до 2 лет 11 месяцев лишения свободы. 

В апелляционной жалобе защитник Саласюк С.В. просит приговор отменить, Серова – оправдать, гражданский иск потерпевшей передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. При этом указывает, что в прилагаемой к протоколу осмотра места происшествия схеме не зафиксированы все значимые для дела обстоятельства: расстояние, на которое переместилась передняя часть автомобиля от места наезда на пешехода до места остановки, расстояние от лежащего на земле пешехода до передней части автомобиля; высота поверхности капота автомобиля относительно поверхности проезжей части. Показания эксперта В в судебном заседании противоречат его собственному заключению № 5/53 и схеме места происшествия, чему суд не дал оценки. Ссылаясь на замеры, отраженные в схеме дорожно-транспортного происшествия, и выводы эксперта, которые суд положил в основу приговора, делает вывод о том, что в этом случае скорость автомобиля в момент столкновения с пешеходом составляла не более 20 км/ч (при скорости в момент начала торможения 60 км/ч) и не более 19 км/ч (при скорости в момент начала торможения 77 км/ч), и что торможение было произведено до наезда на пешехода. Суд не учел, что при наличии на автомобиле Серова антиблокировочной системы торможения колеса автомобиля практически не оставляют следов скольжения. Ссылаясь на видеозапись дорожно-транспортного происшествия, указывает, что у автомобиля Серова горели «стоп-сигналы». Без специального оборудования в судебном заседании отсутствовала возможность зрительно определить частоту 1 кадра видеозаписи с видеорегистратора. При скорости автомобиля на момент столкновения 20 км/ч считает невозможным причинение пешеходу указанных в заключение эксперта телесных повреждений. Ссылаясь на то, что смерть А произошла на восьмой день лечения в стационаре, а также на установленную экспертом причину смерти, считает, что имелась необходимость в проведении судебно-медицинской экспертизы с целью выяснения наличия недостатков в оказании медицинской помощи, допросе эксперта, в чем стороне защиты было необоснованно отказано. Ставит под сомнение механизм причинения А повреждений, которые изложены в выводах заключения эксперта и опровергаются видеозаписью, протоколом осмотра места происшествия. Обращает внимание на отсутствие в данном заключении дифференциации повреждений, полученных пешеходом в момент контакта с автомобилем и после падения с капота на проезжую часть. Считает необоснованным вывод суда о неустановлении обстоятельств, свидетельствующих о вынужденном наезде автомобиля на А, что было обусловлено попыткой Серова избежать наезда на другого пешехода. Указывает, что гражданская ответственность Серова, как владельца транспортного средства, была застрахована, в связи с чем расходы, связанные с погребением, подлежали взысканию со страховщика. При разрешении исковых требований потерпевшей, связанных с взысканием компенсации морального вреда, суд не указал, какие именно физические и нравственные страдания были ей причинены, сославшись лишь на их безусловное наличие, что свидетельствует о предвзятом отношении суда к осужденному, нарушении принципа презумпции невиновности. Суд не дал оценку доводу стороны защиты о нарушении А п. 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, что является грубой неосторожностью и в соответствии со ст. 1083 ГК РФ влечет отказ в возмещении вреда либо уменьшение его размера.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 297, ч. 4 ст. 302, ст. 307 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Перечисленные требования закона предполагают полноту, ясность и четкость приговора, изложенные в нем выводы должны непосредственно следовать из установленных в его описательно-мотивировочной части обстоятельств дела и анализа исследованных доказательств, а мотивы, по которым суд отвергает те или иные доказательства и принимает решения по вопросам, подлежащим разрешению при постановлении приговора и перечисленным в ст. 299 УПК РФ, должны быть убедительными и исчерпывающими.

По данному делу эти требования судом не соблюдены.

Признав Серова виновным в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть А, суд указал, что данное дорожно-транспортное происшествие стало возможным в результате нарушения осужденным, в том числе, п. 14.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (в редакции от 31 декабря 2020 г.) – далее Правила дорожного движения, согласно которому, если перед нерегулируемым пешеходным переходом остановилось или снизило скорость транспортное средство, то водители других транспортных средств, движущихся в том же направлении, также обязаны остановиться или снизить скорость. Продолжать движение разрешено с учетом требований п. 14.1 Правил.

Однако в отличие от предъявленного обвинения, в описании деяния, которое суд установил и изложил в приговоре, отсутствует указание на то, что перед пешеходным переходом, по которому переходил проезжую часть А, остановилось или снизило скорость другое транспортное средство, движущееся в том же направлении что и автомобиль под управлением Серова. В связи с этим указание о нарушении осужденным п. 14.2 Правил дорожного движения противоречит установленным самим судом обстоятельствам дела.

Нельзя признать обоснованным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и вывод суда о том, что до момента наезда на пешехода осужденный не применял торможение. 

Как видно из схемы дорожно-транспортного происшествия, прилагаемой к протоколу осмотра от 16 ноября 2020 г., расстояние от места наезда на пешехода до места остановки автомобиля «Форд», которым управлял Серов, составляет примерно 14-18 метров. Согласно же заключению эксперта от 26 января 2021 г., которое суд также положил в основу приговора, при установленной по делу скорости данного автомобиля 77 км\ч его остановочный путь будет составлять около 80 метров, а при разрешенной скорости в населенном пункте 60 км\ч – около 52 метров (т. 1 л.д. 94-98), что вопреки выводу суда указывает на то, что до момента наезда на пешехода скорость автомобиля должна была снижаться, в противном случае даже при разрешенной скорости 60 км/ч остановочный путь автомобиля с момента наезда составил бы значительно больше чем 18 метров. 

Сославшись на то, что до пешеходного перехода по ходу движения автомобиля «Форд» следов торможения при осмотре обнаружено не было, суд не принял во внимание, что указанный автомобиль может быть оборудован антиблокировочной системой тормозов, о чем пояснил Серов в судебном заседании, которая предназначена для предотвращения блокирования колес транспортного средства в процессе его торможения, что и могло обусловить отсутствие таких следов на проезжей части до места наезда на пешехода, на что обращено внимание в апелляционной жалобе. 

При назначении следователем автотехнической судебной экспертизы вопросы о том, производилось ли торможение автомобиля «Форд» до наезда на пешехода, и должны ли были в этом случае остаться следы от колес на проезжей части при условии оборудования автомобиля антиблокировочной системой тормозов, перед экспертом не ставились, а изначально было задано условие об отсутствии факта торможения автомобиля до момента наезда на пешехода. При допросе эксперта В в судебном заседании данные обстоятельства также выяснены не были.

При этом после рассмотрения дела постановлением судьи от 26 июля 2021 г. удостоверена правильность замечаний адвоката Саласюка на протокол судебного заседания в части ошибочного отражения в нем отрицательного ответа Серова на заданный ему вопрос о наличии в его автомобиле антиблокировочной системы торможения, поскольку согласно аудиозаписи судебного заседания подсудимый на данный вопрос ответил: «Да, оборудован». 

Вывод суда, основанный на просмотре видеозаписи с видеорегистратора автомобиля Серова, о том, что движущиеся по соседней полосе транспортные средства начинают тормозить перед пешеходным переходом, а автомобиль подсудимого продолжает ехать с той же скоростью, что и ранее, убедительно не свидетельствует о том, что скорость автомобиля «Форд» оставалась неизменной вплоть до наезда на пешехода, учитывая отсутствие данных о скорости на видеозаписи. Кроме того, данный вывод не согласуется с заключением эксперта о том, что остановочный путь автомобиля «Форд» при скорости 77 км\ч должен составлять около 80 метров и схемой дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о нарушении Серовым правил дорожного движения и наличии прямой причинной связи между этими нарушениями и наступившими последствиями в виде наезда на пешехода А в результате которого ему были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, сделаны без выяснения и учета значимых по делу обстоятельств, что повлияло или могло повлиять на законность и обоснованность вынесенного судебного решения. 

Нельзя признать законным и обоснованным вынесенное судом решение по гражданскому иску потерпевшей Б.

В соответствии со ст. 54 УПК РФ в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом РФ несет ответственность за вред, причиненный преступлением. О привлечении физического или юридического лица в качестве гражданского ответчика дознаватель, следователь или судья выносит постановление, а суд - определение. 

Согласно ст. 44 УПК РФ решение о признании гражданским истцом также оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя.

Вместе с тем, как усматривается из материалов уголовного дела, потерпевшая и осужденный не были признаны судом соответственно гражданским истцом и гражданским ответчиком, соответствующих постановлений об этом не выносилось.

Вопреки требованиям ст. 268 УПК РФ права гражданского истца и гражданского ответчика соответственно Б и Серовой судом не разъяснялись, в том числе право подсудимого возражать против предъявленного гражданского иска, а также давать объяснения и показания по существу иска. Суд не выяснил вопрос об отношении подсудимого к заявленному потерпевшей в судебном заседании гражданскому иску.

Кроме того, судом не учтено, что в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусматривает ответственность страховой компании в пределах установленного лимита за действия лица, застраховавшего свою гражданскую ответственность.

Исходя из положений ст. 1072 ГК РФ обязанность лица, застраховавшего свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возместить причиненный вред возникает в случае недостаточности установленной законом суммы страхового возмещения.

Согласно п. 7 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в страховую выплату за причинение вреда жизни потерпевшего включены и расходы на погребение – лицам, понесшим такие расходы, в размере не более 25000 рублей.

Несмотря на то, что в судебном заседании Серов не выразил согласие на возмещение вреда и пояснил о том, что его ответственность как владельца транспортного средства была застрахована, суд не выяснил у потерпевшей намерение предъявить исковые требования в части возмещения расходов на погребение к страховщику и не обсудил со сторонами вопрос о привлечении соответствующей страховой компании по делу в качестве соответчика. 

Также из материалов дела следует, что уголовное дело было назначено судьей к рассмотрению на 5 марта 2021 г. единолично и удовлетворено ходатайство подсудимого Серова о рассмотрении его в особом порядке (т. 2 л.д. 2).

Согласно ч. 6 ст. 316 УПК РФ при возражении подсудимого, государственного обвинителя, потерпевшего против постановления приговора без проведения судебного разбирательства, либо по собственной инициативе, судья выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Согласно протоколу судебного заседания (т. 2 л.д. 57) ввиду возражения потерпевшей против рассмотрения уголовного дела в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, суд отказал подсудимому в ходатайстве о рассмотрении дела в таком порядке и незамедлительно приступил к рассмотрению дела в общем порядке судопроизводства, не обеспечив сторонам возможность дополнительной подготовки к судебному заседанию, с указанной целью не выяснил у них о необходимости объявления перерыва в судебном заседании либо отложения рассмотрения дела на другую дату.

При указанных обстоятельствах приговор суда не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе, поскольку допущенные в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции.

С учетом оснований отмены приговора и пределов компетенции суда апелляционной инстанции суд не дает оценку другим доводам апелляционных представления и жалобы, которые могут быть проверены при новом рассмотрении дела судом первой инстанции с учетом содержания настоящего апелляционного постановления и требований уголовно-процессуального закона. 

Поскольку основания, по которым Серову была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, не изменились и не отпали, суд апелляционной инстанции в целях обеспечения своевременного и надлежащего рассмотрения уголовного дела, учитывая все его обстоятельства и данные о личности подсудимого, оставляет её без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.17, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 4 июня 2021 г. в отношении Серова Александра Сергеевича отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий