Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 23.12.2025.

УИД 66RS0031-01-2025-000479-72

Дело № 33-16088/2025

(№ 2-385/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 10.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего судьи Кокшарова Е.В., судей Мурашовой Ж.А. и Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротокола помощником судьи Амировым Э.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Росгвардии к ФИО1 о возмещении материального ущерба,

по апелляционной жалобе истца на решение Качканарского городского суда Свердловской области от 08.09.2025.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения представителей истца ФИО2, ФИО3, представителя ответчика ФИО4, судебная коллегия

установила:

федеральное государственное унитарное предприятие «Охрана» Росгвардии (далее по тексту – ФГУП «Охрана») в лице филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба.

В обоснование требований указано, что ответчик ФИО1 с 19 мая 2023 года работает водителем отделения города Верхотурье филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области. Служебной проверкой от 28 мая 2024 года установлено, что 13 мая 2024 года в городе Качканаре Свердловской области произошло ДТП с участием служебного автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО1 В результате ДТП автомобилю причинены механические повреждения. Постановлением по делу об административном правонарушении 

<

№> от 13 мая 2024 года ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В результате проверки установлен факт причинения ответчиком материального ущерба в виде механического повреждения вышеуказанного автомобиля. Стоимость восстановления поврежденного имущества составила 215 730 руб.11 коп. 21 апреля 2025 года ответчику направлено предложение о возмещении причиненного ущерба, однако ущерб так и остался не возмещенным. Просит суд взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба 215 730 руб.11 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 491 руб.

Решением Качканарского городского суда Свердловской области от 08.10.2025 иск ФГУП «Охрана» Росгвардии оставлен без удовлетворения. С ФГУП «Охрана» в лице филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области взыскана государственная пошлина в размере 7 491 руб. 31 коп. ФГУП «Охрана» в лице филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области возвращена государственная пошлина в размере 7 491 руб. 31 коп., уплаченная на основании платежного поручения № 1811 от 30.04.2025.

С таким решением не согласился истец, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. Мотивирует тем, что судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о несоответствии составленного истцом заключения по результатам служебной проверки. Вина ответчика в причинении истцу материального ущерба подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении, вынесенным в отношении ФИО1 по ч. 1.1. ст. 12.14 КоАП РФ, которое последним не обжаловалось. Размер ущерба установлен работодателем после получения бухгалтерской документации. Оплата ремонтных работ исполнителю ООО «Хорус» только 11.03.2025 обусловлена особенностями формирования бюджета ФГУП и получения финансирования по соответствующей статье бюджета. Выражает несогласие с выводом суда о том, что истцом не доказан тот факт, что на момент ДТП поврежденное транспортное средство находилось в исправном состоянии. В то время как указанное обстоятельство подтверждается свидетельскими показаниями ФИО5 Указывает, что работодателем соблюдены требования положений ст. ст. 247, 250 ТК РФ, в связи с чем у суда не имелось оснований для отказа в удовлетворении требований.

В заседании суда апелляционной инстанции представители истца ФИО2, ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель ответчика ФИО4 в заседании суда апелляционной инстанции возражала против удовлетворения апелляционной жалобы истца.

Ответчик ФИО1, третьи лица ФИО6, ФИО7, АО «СОГАЗ», АО «СК Двадцать первый век» в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительных причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела по уважительным причинам не представили. В материалах дела имеются сведения об извещении неявившихся лиц о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет».

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое суда таким требованиям соответствует в силу следующего.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФГУП «Охрана» Росгвардии с 16 декабря 2010 года является собственником автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***> 2010 года выпуска, что подтверждается паспортом транспортного средства 77 МУ 664011 от 02 ноября 2010 года (л.д. 10).

19 мая 2023 года на основании приказа 50 л/с ФИО1 принят на работу в отделение г. Верхотурье Филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области на должность водителя в группу материально-технического и хозяйственного обеспечения (л.д. 11), с ним заключен трудовой договор № 35/2023 от 19 мая 2023 года на неопределенный срок (л.д. 12-14). Согласно п. 2.2.5 указанного трудового договора работник обязан бережно относиться к имуществу работодателя и других работников и при необходимости принимать меры для предотвращения ущерба имущества.

19 мая 2023 года между работодателем и ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности, согласно которому работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и в связи с изложенные обязуется: бережно относится к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества (л.д. 28).

Приказом врио начальника отделения ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области № 67 от 11 августа 2023 года за водителем ФИО1 закреплен автомобиль Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***> в целях упорядочения работы автотранспорта, контроля за его обслуживанием, использованием и ремонтом (л.д. 15). С данным приказом ответчик ознакомлен 11 августа 2023 года (л.д. 16).

В материалы дела истцом представлен маршрутный лист № 1520 на имя ФИО1. в отношении автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***> без указания даты его выдачи (л.д. 17-18).

Из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Качканарский» следует, что 13 мая 2024 года в 10:20 от ФИО1 поступило сообщение о произошедшем на Т-образном перекрестке ул. Гагарина г. Качканара ДТП. Участниками данного ДТП согласно сведениям о нем являлись автомобиль Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***> под управлением ФИО1, автогражданская ответственность по договору ОСАГО застрахована в АО СК «Двадцать первый век» по полису 

<

№>, и автомобиль FAW Х 40 с государственным регистрационным знаком 

<

№> под управлением ФИО6, принадлежащий ФИО7, автогражданская ответственность по договору ОСАГО застрахована в АО «Согаз» по полису 

<

№>. У автомобиля Рено были повреждены: передний бампер, передняя левая блок- фара, капот, переднее левое колесо, переднее левое крыло.

Постановлением об административном правонарушении 

<

№> от 19 мая 2024 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, а именно в том, что перед разворотом заблаговременно не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

13 мая 2024 года ФИО1 написал в адрес работодателя объяснительную, в которой описал обстоятельства произошедшего ДТП (л.д. 19).

16 мая 2024 года директором филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области ФИО8 утверждено заключение по результатам служебной проверки, проведенной начальником ОДПР этого же филиала ФИО3, которым установлен факт причинения водителем ФИО1 ущерба филиалу в виде механического повреждения автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***>; предложено в соответствии со ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации провести мероприятия по определению причиненного указанному автомобилю ущерба; по результатам определения размера ущерба предложить ФИО1 добровольно его возместить (л.д. 21-22). 28 мая 2024 года тем же должностным лицом утверждено дополнение к заключению по результатам служебной проверки, которым предложено не начислять ФИО1 надбавку за безаварийную эксплуатацию и поддержание в технически исправном состоянии закрепленного за ним транспортного средства за май 2024 года (л.д. 26), с которым ответчик ознакомлен 30 мая 2024 года.

14 июня 2024 года ИП ФИО9 составлено заключение специалиста № 5125/24, согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***>, составила 240 418 руб. (л.д. 35-43).

Согласно договору наряд-заказа № 1401001 от 06 января 2025 года, заключенному между ООО «ХОРУС» и ФГУП «Охрана», стоимость работ по ремонту автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

№>, с учетом НДС составила 64 315 руб. 30 коп., стоимость деталей – 153 360 руб. 81 коп. (л.д. 31). Работы по ремонту автомобиля согласно акту № 1401001 выполнены 09 января 2025 года, их полная стоимость с учетом НДС составила 217 676 руб. 11 коп. (л.д. 32-34).

11 марта 2025 года ФГУП «Охрана» выплатило ООО «ХОРУС» по договору от 23 декабря 2024 года сумму 258 907 руб. 63 коп., что подтверждается платежным поручением № 1008 (л.д. 44).

24 апреля 2025 года ФИО1 получил от работодателя предложение о возмещении причиненного ущерба в размере 216 376 руб.11 коп. в добровольном порядке вместе с указанным выше заключением специалиста и документами по ремонту автомобиля (л.д. 46).

16 мая 2025 года трудовой договор ФГУП «Охрана» с ФИО1 прекращен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства, руководствуясь ст.ст. 56, 232, 238, 243, 247, 248 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», пришел к выводу, что занимаемая истцом должность водителя не предусмотрена Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключить письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утв. Постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85, а представленные истцом доказательства не свидетельствуют о соблюдении работодателем требований трудового законодательства, в частности требований ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку проверка проводилась по факту ДТП, а не по факту установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, объяснение ответчиком давались относительно обстоятельств ДТП, письменные объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба с ФИО1 не истребовались, следовательно, ответчик был лишен возможности оспаривать результаты проведенной работодателем проверки, в том числе относительно причин ущерба, его размера и вины в причинении ущерба.

Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено указанным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, согласно пункту 6 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.

В абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 16.11.2006 № 52) приведены разъяснения о том, что, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (пункт 1 абзаца первого части 1 статьи 29.9 КоАП РФ), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

Согласно ст. 246 Трудового кодекса Российской Федерации размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер.

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть вторая статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом (ст. 248 ТК РФ).

В п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2024) разъяснено, что при рассмотрении спора о привлечении работника к материальной ответственности суду необходимо проверить, проводил ли работодатель до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником предусмотренную ст. ст. 247, 248 Трудового кодекса Российской Федерации проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба, а также вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба в порядке ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 3 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 декабря 2018 года, обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями, поэтому к этим отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующие материальную ответственность сторон трудового договора.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

При наличии необходимых условий для возложения на работника материальной ответственности работник обязан возместить работодателю только прямой действительный ущерб (реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести излишние затраты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам). Доказать размер причиненного работником прямого действительного ущерба должен работодатель.

Указанные нормы законодательства и разъяснения по их применению были применены судом первой инстанции верно.

Вопреки позиции заявителя жалобы, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, касающиеся соблюдения работодателем порядка привлечения работника ФИО10 к материальной ответственности, судом первой инстанции установлены, в связи с чем, доводы истца о соблюдении истцом положений статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации отклонены судом правомерно.

Разрешая спор, суд первой инстанции установил, что повреждение автомобиля Рено Логан, государственный регистрационный знак 

<

***>, принадлежащего истцу на праве собственности, произошло в результате действий ответчика ФИО1 Вместе с тем, последний вину в ДТП оспаривал, что работодателем учтено не было.

Как верно отметил суд первой инстанции, установление вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, в результате которого причинен ущерб имуществу работодателя, не является безусловным основанием для привлечения работника к материальной ответственности, которая возникает при наличии совокупности обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба, а также не освобождает истца от обязанности, возложенной на него законом, а именно, положениями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации о проведении проверки в отношении работника - ответчика ФИО1 до принятия решения о возмещении ущерба, с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба, что являлось бы доказательством подтверждения позиции истца, а сам факт причинения ущерба работодателю не может свидетельствовать о доказанности вины работника и причин возникновения такого ущерба.

В подтверждение факта проведения проверки в соответствии со ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации истцом в материалы дела представлены копия заключения по результатам служебной проверки и дополнение к заключению по результатам служебной проверки. Дав оценку представленным доказательствам, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что представленные в материалы дела документы не свидетельствует о соблюдении работодателем требований трудового законодательства, в частности соблюдении требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку служебное расследование, по результатам которого составлено заключение проводилось по факту дорожно-транспортного происшествия, а не для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Объяснения у ФИО1 в рамках проводимого служебного расследования не запрашивались, имеющиеся в материалах дела объяснения ответчика, которые истец расценивает, как объяснение, давались ФИО1 относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия. Письменные объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба с ФИО1 не истребовались, следовательно, ответчик был лишен возможности оспаривать результаты проведенной работодателем проверки, в том числе относительно причин ущерба, его размера и вины в причинении ущерба.

Ссылка истца на необоснованность вывода суда первой инстанции о недоказанности размера материального ущерба, а также отсутствие оснований для привлечения работника к полной материальной ответственности не имеют правового значения для разрешения заявленных требований при отсутствии условий для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб.

В целом доводы апелляционной жалобы истца выводов суда не опровергают, не влияют на правильность принятого судом решения, сводятся к изложению правовой позиции, выраженной в суде первой инстанции и являвшейся предметом исследования и нашедшей верное отражение и правильную оценку в решении суда, основаны на ошибочном толковании норм материального права, направлены на иную оценку обстоятельств дела, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст.ст. 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения суда.

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 333.18 НК РФ государственная пошлина уплачивается по месту совершения юридически значимого действия в наличной или безналичной форме.

Факт уплаты государственной пошлины плательщиком в безналичной форме подтверждается платежным поручением с отметкой банка или соответствующего территориального органа Федерального казначейства (иного органа, осуществляющего открытие и ведение счетов), в том числе производящего расчеты в электронной форме, о его исполнении (абзац 2 пункта 3 статьи 333.18 НК РФ).

В абзаце 2 пункта 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2009 г. N 1602-О-О отмечено, что положения абзаца 2 пункта 3 статьи 333.18 НК РФ непосредственно не устанавливают каких-либо требований к оформлению документа, подтверждающего уплату государственной пошлины.

Подобное платежное поручение должно быть оформлено в соответствии с Положением Банка России от 29 июня 2021 г. N 762-П "О правилах осуществления перевода денежных средств".

Перечень и описание реквизитов распоряжений, являющихся платежными поручениями, инкассовыми поручениями, платежными требованиями, приведены в Приложении 1 к Положению Банка России от 29 июня 2021 г. N 762-П "О правилах осуществления перевода денежных средств".

С 1 января 2023 года для перечисления денежных средств в уплату налогов, сборов, страховых взносов и иных платежей в бюджетную систему Российской Федерации, администрируемых налоговыми органами, предусмотрен отдельный казначейский счет, открытый Управлению Федерального казначейства по Тульской области.

Принимая во внимание, что истец при подаче иска оплатил государственную пошлину на основании платежного поручения № 1811 от 30.04.2025, у суда первой инстанции не имелось оснований для взыскания с ФГУП «Охрана» в лице филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии по Свердловской области в доход бюджета государственной пошлины в сумме 7491 руб. 31 коп., как и не имелось оснований для возврата уплаченной на основании данного платежного поручения государственной пошлины в указанной сумме.

В связи с чем, решение суда подлежит отмене в части взыскания с истца государственной пошлины и возврате истцу государственной пошлины.

Иных доводов, имеющих юридическое значение, апелляционная жалоба истца не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Качканарского городского суда Свердловской области от 08.09.2025 в части взыскания с Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» государственной пошлины в размере 7491 руб.31 коп., а также возврата Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» государственной пошлины в этом же размере, уплаченной на основании платежного поручения № 1811 от 30.04.2025, отменить.

В остальной части решение Качканарского городского суда Свердловской области от 08.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий Е.В. Кокшаров

Судьи Ж.А. Мурашова

Т.Е. Ершова