Дело № 2-1202/2025

УИД 23RS0047-01-2024-008428-07

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Краснодар 16 апреля 2025 г.

Советский районный суд г. Краснодара в составе

судьи Овдиенко В.Е.

при секретаре Степанцовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Аура-Авто» о защите прав потребителей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Аура-Авто» о защите прав потребителей. В обоснование иска указано, что 31.03.2024 между ФИО1 и ООО «КЛЮЧАВТО АВТОМОБИЛИ С ПРОБЕГОМ» был заключен договор № купли-продажи автомобиля бывшего в употреблении Hyundai Solaris, 2019 года выпуска. В процессе заключения указанного договора ему был навязан опционный договор, который был заключен в тот же день 31.03.2024 за № с ООО «Аура-Авто». Согласно условиям опционного договора ООО «Аура-Авто» обязуется по требованию клиента обеспечить подключение последнего к программе обслуживания «Вектра Мед». Условия программы размещены в правилах оказания услуг на сайте союз-эксперт.рус. Клиент вправе заявить требование по договору в течение одного года с даты заключения договора (п. 1.2 договора). Обязательство ООО «Аура-Авто» по настоящему договору является исполненным в полном объеме после подключения клиента к программе обслуживания «Вектра Мед» и выдачи сертификата, о чем составляется двусторонний акт (пункт 1.3. договора). За право заявить требование по настоящему опционному договору клиент уплачивает ООО «Аура-Авто» опционную премию в размере 170 000 руб. (пункт 2.1 договора). Опционная премия по указанному договору была полностью оплачена истцом за счет денежных средств предоставленных АО «Кредит Европа Банк (Россия)» по договору потребительского кредита от 31.03.2024 №-CL-000000122620, как и оплачены суммы за приобретенный автомобиль и прочие услуги. Согласно условий потребительского кредита, не позднее следующего рабочего дня с момента зачисления на счет истца суммы кредита, банк осуществляет перевод денежных средств в размере 170 000 руб. по заключенному опционному договору с данного счета на расчетный счет ООО «КЛЮЧАВТО АВТОМОБИЛИ С ПРОБЕГОМ», как управомоченному ООО «Аура-Авто» лицу на получение денежных средств в целях последующего осуществления расчетов с ООО «Аура-Авто». Согласно акту, ООО «Аура-Авто» на основании требования истца об исполнении обязательства по опционному договору № от 31.03.2024 осуществило в полном объеме, предусмотренное указанным опционным договором подключение клиента к программе обслуживания «Вектра Мед» и передало клиенту Сертификат № сроком действия с 31.03.2024 по 30.03.2026. Из указанного Сертификата следует, что его владелец вправе пользоваться услугами, предусмотренными в рамках Программы «Вектра Мед», а именно: консультации с врачом общей практики, с врачом по реабилитации после COVID-19, узкопрофильным врачом психологом, диетологом, услуги по расшифровке анализов или комплексного обследования, «Медицинский консьерж», «Скорая помощь», «Право пациента», «ФармСправка». ФИО1 услугами, предоставляемыми в рамках опционного договора по указанной выше программе не воспользовался и пользоваться в будущем не планировал. 11.04.2024 истец направил в адрес ООО «Аура-Авто» уведомление об отказе от услуг опционного договора с требованием вернуть уплаченные по нему денежные средства. Однако до настоящего времени требования истца не удовлетворены. Просит суд расторгнуть опционный договор от 31.03.2024 №, заключенный между ООО «Аура-Авто» и ФИО1; признать условие опционного договора от 31.03.2024 №, заключенного между ООО «Аура-Авто» и ФИО1, изложенного в пункте 4.3, предусматривающего рассмотрение всех споров в Московском районном суде города Санкт-Петербург – недействительным; взыскать с ООО «Аура-Авто» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 170 000 руб., уплаченные в качестве опционной премии по опционному договору от 31.03.2024 №; неустойку в размере 170 000 рублей за просрочку исполнения обязательства в период с 03.05.2024 по 10.07.2024, сумму процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 5 128 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, судебные расходы по оплате услуг юриста в размере 34 000 руб.

Истец и его представитель в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, от представителя истца поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель ответчика ООО «Аура-Авто» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил суд рассмотреть дело в свое отсутствие. Представлено возражение на иск, в котором указано, что 31.03..2024 между сторонами был заключен опционный договор №, в соответствии с которым в период действия договора клиент имеет право предъявить к Обществу требование о подключении его к программе обслуживания «Вектра Мед». (п. 1.1, 1.2 договора). В соответствии с пунктом 1.3 опционного договора обязательства Общества являются исполненными после подключения клиента к программе обслуживания, осуществляемого на основании требования клиента. Клиент вправе заявить указанное требование к Обществу в течение одного года с даты заключения опционного договора (пункт 1.2 договора). В случае, если клиент не воспользовался правом заявить требование к Обществу в указанный срок, опционный договор прекращается. За право заявить требование клиент, в соответствии с пунктом 2.1 договора, уплачивает опционную премию в размере 170 000 рублей. Оплата опционной премии осуществляется клиентом в день подписания опционного договора в безналичном порядке на расчетный счет Общества или его представителя. В соответствии с положениями пункта 4.6 договора клиент подтверждает, что заключает договор добровольно, в своих интересах и по собственному желанию. Истец подтвердил своей подписью, что ему была предоставлена исчерпывающая информация в соответствии с действующим законодательством об Обществе, об условиях заключения и исполнения опционного договора, о порядке определения размера опционной премии по договору (пункт 4.7 опционного договора). Пунктом 4.1 опционного договора, заключенного между истцом и ответчиком, установлено, что при прекращении опционного договора опционная премия возврату не подлежит. В день заключения сторонами опционного договора, а именно 31.03.2024, истцом было предъявлено требование к ООО «Аура-Авто» об исполнении принятых на себя Обществом обязательств по подключению истца к программе обслуживания «Вектра Мед». В связи с этим ответчик, во исполнение предъявленного требования, подключил истца к программе обслуживания «Вектра Мед» на период с 31.03.2024 по 30.03.2026 и выдал сертификат, удостоверяющий право истца на получения услуг, входящих в выбранную им программу обслуживания. По факту подключения истца к программе обслуживания и выдачи сертификата, между истцом и ответчиком был подписан акт о подключении, которым стороны подтвердили, что опционный договор исполнен надлежащим образом, стороны друг к другу претензий не имеют. Подписанием акта истец подтвердил, что обязанность ООО «Аура-Авто» по опционному договору исполнена, претензий к Обществу истец не имеет. Таким образом, в настоящий момент опционный договор от 31.03.2024 № прекращен фактическим исполнением обязательств. Заключая опционный договор, истец не мог не знать об условиях договора, с которыми он был ознакомлен без возражений, о чем свидетельствует его собственноручная подпись в договоре, сертификате и требовании об исполнении обязанности по опционному договору. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие препятствий в совершении действия по своей воле и усмотрению, отсутствие возможности возразить на предлагаемые условия опционного договора, если эти условия его не устраивали, либо вовсе не заключать договор. Истец свою подпись в представленных суду документах не оспаривает. Доказательств понуждения к заключению опционного договора, навязыванию невыгодных условий, как и доказательств совершения ответчиком действий, свидетельствующих о злоупотреблении свободой договора, истцом не представлено. В кредитном договоре отсутствуют какие-либо положения, обязывающие истца заключить договор, как с ООО «Аура-Авто», так и с какой-либо иной организацией. Из материалов дела следует, что опционный договор, как и договор потребительского кредита, договор купли-продажи автомобиля заключен истцом исключительно на добровольной основе. Подписывая договор о предоставлении кредита, истец подтвердил, что ознакомлен и согласен с условиями предоставления, использования и возврата кредита, в том числе с суммой кредита, размером и порядком начисления процентов. При этом необходимо отметить, что условия договора потребительского кредита не содержат требования об обязательном заключении каких-либо дополнительных договоров и не возлагают на заемщика обязанностей по заключению им договора с какими-либо иными юридическими лицами, в том числе и с ООО «Аура-Авто». Доказательств, подтверждающих наличие препятствий в совершении действий по своей воле и усмотрению, в том числе, что предоставление истцу кредита на покупку автомобиля было обусловлено заключением договора с ответчиком, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено. Просит суд отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В случае удовлетворения иска, просил суд снизить неустойку.

Суд, исследовав материалы дела, считает иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что при приобретении автомобиля истцом 31.03.2024 заключен кредитный договор с АО «Кредит Европа Банк (Россия)» №-CL-000000122620, по условиям которого истцу выдан кредит в размере 1 820 714,58 руб.

В стоимость кредитного договора включена стоимость о автотранспортного средства в размере 1 500 000 руб., иные потребительские цели, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности в размере 320 714,58 руб.

30.03.2024 истцом подписан опционный договор №, предметом которого является подключение истца к программе обслуживания «Вектра Мед».

Согласно п. 1.2 опционного договора истец вправе заявить требование к Обществу в течение одного года с даты заключения настоящего договора.

Судом установлено, что одновременно с заключением опционного договора ответчик передал истцу сертификат №, согласно которому истец вправе пользоваться услугами, предоставляемыми в рамках Программы «Вектра Мед» с 31.03.2024 по 30.03.2026: консультации с врачом общей практики, с врачом по реабилитации после COVID-19, узкопрофильным врачом психологом, диетологом, услуги по расшифровке анализов или комплексного обследования, «Медицинский консьерж», «Скорая помощь», «Право пациента», «ФармСправка».

Как следует из п. 4.1 опционного договора при расторжении настоящего договора, а также в случае его прекращения, уплаченная клиентом опционная премия не возвращается.

Согласно п. 2.1 опционного договора за право заявить требование по настоящему опционному договору истец уплачивает Обществу опционную премию в размере 170 000 руб.

Денежные средства в размере 170 000 руб. были перечислены ответчику в полном объеме за счет денежных средств, предоставленных по кредитному договору Банком, что ответчиком не оспаривалось.

Тем самым, заключенный между истцом и ответчиком договор относится к договору возмездного оказания услуг между гражданином и юридическим лицом, правоотношения по которому регулируются нормами ст. 429.3 ГК РФ и главы 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг), а соответственно и Законом «О защите прав потребителей.

По условиям спорного опционного договора ответчик обязуется по требованию истца предоставить услуги, указанный в сертификате №.

Из условий данного договора следует, что предметом договора является право потребителя потребовать получение в будущем услуги в течение срока действия договора, таким образом, суд приходит к выводу, что спорные правоотношения регулируются не только статьей 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, но и нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, поскольку договор заключен между гражданином - потребителем услуг и юридическим лицом - исполнителем, к отношениям сторон применяется Закона о защите прав потребителей.

Обращаясь в суд за защитой нарушенного права, истец просит взыскать денежные средства по опционному договору на основании статьи 32 Закона о защите прав потребителей.

Согласно позиции истца, ответчик обязан вернуть ему денежные средства, так как на момент отказа от договора какие-либо фактические расходы не понесены, ответчик полагает, что у него отсутствует обязанность по возврату платы, поскольку опционный договор не предусматривает такой возврат при прекращении договора.

В силу пункта 2 статьи 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации за право заявить требование по опционному договору сторона уплачивает предусмотренную таким договором денежную сумму, за исключением случаев, если опционным договором, в том числе заключенным между коммерческими организациями, предусмотрена его безвозмездность либо если заключение такого договора обусловлено иным обязательством или иным охраняемым законом интересом, которые вытекают из отношений сторон.

При прекращении опционного договора платеж, предусмотренный пунктом 2 указанной статьи, возврату не подлежит, если иное не предусмотрено опционным договором (пункт 3 статьи 429.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 4.1 опционного договора стороны предусмотрели, что при расторжении опционного договора уплаченная обществу цена опциона не возвращается.

Однако в соответствии с пунктом 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Статьей 32 Закона о защите прав потребителей установлено право потребителя отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время, при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

В силу положений пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Как разъяснено в пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

По смыслу приведенных норм заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг до его фактического исполнения, в этом случае возмещению подлежат только понесенные исполнителем расходы, связанные с исполнением обязательств по договору. Какие-либо иные последствия одностороннего отказа от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг для потребителя законом не предусмотрены, равно как не предусмотрен и иной срок для отказа потребителя от исполнения договора.

Из установленных судом обстоятельств дела следует, что опционный договор заключен 31.03.2024 на срок до 30.03.2026.

11.04.2024, в период действия договора, истец направила в адрес ответчика досудебную претензию о расторжении договора и возврате денежных средств в размере 170 000 руб. 

Ответчик ответил отказом. Денежные средства не возвращены.

Ответчиком не представлено достаточных доказательств того, что оплаченная истцом сумма является опционной премией, а не платежом за предусмотренные договором услуги. 

Соответственно суд приходит к выводу о том, что заключенный спорный опционный договор является договором возмездного оказания услуг между гражданином и юридическим лицом, правоотношения по которому регулируются нормами статьи 429.3 и главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (возмездное оказание услуг), а также положениями ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей».

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" Законодательство о защите прав потребителей распространяется и на отношения по приобретению товаров (работ, услуг) по возмездному договору, если цена в таком договоре не указана.

В соответствии с п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

При этом, суд отклоняет доводы ответчика, поскольку заключенным между сторонами договором предусмотрено оказание истцу перечня услуг в течение срока действия договора. Денежные средства, полученные по договору, не являются опционной премией, а являются платой за предусмотренные договором услуги.

Согласно ст. 32 Закона «О защите прав потребителей» и ч. 1 ст. 782 ГК РФ потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Доказательств, подтверждающих, что истец воспользовался услугами по опционному договору, ответчиком суду не представлено, ему не оказывались, сертификат не активировался и не использовался.

Каких-либо обоснований и доказательств фактически понесенных расходов ответчиком представлено не было.

Таким образом, с учетом отказа истца от исполнения спорного договора, а также то, что судом установлено, что опционный договор не исполнялся, фактически понесенных ответчиком расходов по исполнению спорного договора, не понесено, суд считает требование истца о возврате уплаченных по договору денежных средств обоснованным.

Доводы ответчика о том, что отсутствуют основания для взыскания денежных средств (возврата цены опциона) со ссылкой на п.3 ст. 429.3 ГК РФ, равно как и то, что опционный договор не регулируется нормами законодательства о Защите прав потребителей, основаны на неправильном толковании закона.

Опционный договор – одна из разновидностей договорных обязательств.

Федеральным законом от 08.08.2015 № 42-ФЗ Гражданский кодекс РФ наряду со ст. 429.3 был дополнен так же ст. 307.1.

В силу ч. 1. ст. 307.1 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора (договорным обязательствам), общие положения об обязательствах (настоящий подраздел) применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре (подраздел 2 раздела III).

Согласно ч. 3 ст. 420 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

Из разъяснений, данных в пункте 47 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" следует, что в силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо, прежде всего, учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Таким образом, в рассматриваемом случае глава 39 ГК РФ «Возмездное оказание услуг» и Закон «О защите прав потребителей» имеет приоритет (специальные нормы) по сравнению со статьей 429.3 ГК РФ «Опционный договор», которая входит в «Общие положения о договоре», имеет общие нормы и применяется лишь, если иное не установлено специальными нормами.

Таким образом, возможные запреты на возврат средств в подобных случаях по условиям предоставления услуги будут противоречить положениям закона и являются ничтожными (пункт 76 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ").

В рассматриваемом случае опционный договор фактически представляет собой разновидность договора возмездного оказания услуг с той лишь разницей, что исполнение обязательства определено моментом востребования.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исходя из подпункта "г" пункта 3 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" под услугой следует понимать действие (комплекс действий), совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора.

Согласно п. 3 ст. 450 Гражданского кодекса РФ сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами или договором предоставлено право на одностороннее изменение договора, должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (ст. 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором (п. 1 ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Согласно ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 года № 2300-1 и п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса РФ потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Указанные положения применяются в случаях, когда отказ потребителя (заказчика) от договора не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, возлагая на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.

Из материалов дела усматривается, что заявление о расторжении договора получено ответчиком 22.04.2024.

Таким образом, исходя из положений п. 1 ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ, договор, заключенный истцом, расторгнут по заявлению потребителя 22.04.2024 в силу закона, а потому требования о расторжении опционного договора от 31.03.2024 №, заключенный между ООО «Аура-Авто» и ФИО1, удовлетворению не подлежат.

Учитывая, что доказательств, свидетельствующих об обращении истца за оказанием услуг, консультаций, связанных с правом на получение услуг по сертификату, в период действия опционного договора ответчиком не представлено, как и не представлено доказательств размера затрат, понесенных им в ходе исполнения договора, истец в силу приведенных выше положений закона имела право отказаться от исполнения опционного договора до окончания срока его действия.

В связи с чем, требования истца о взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств оплаченных по договору в размере 170 000 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Суд также приходит к выводу о злоупотреблении ответчиком правом и о том, что заключение оспариваемого договора было для истца бессмысленным, а его действия по отказу от исполнения этого договора лишь подтверждают отсутствие у потребителя необходимости в нем.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что п. 1.3 опционного договора № от 31.03.2024, заключенного между истцом и ответчиком, установлено, что обязательства Общества по настоящему договору являются исполненными в полном объеме после подключения Клиента к программе обслуживания «Вектра Мед» и выдачи Сертификата, о чём составляется двусторонний акт.

Так, между истцом и ответчиком был подписан акт о подключении, которым стороны подтвердили, что опционный договор исполнен надлежащим образом, стороны друг к другу претензий не имеют, факт получения сертификата № истец подтверждает. Подписанием акта истец подтвердил, что обязанность Общества по опционному договору исполнена, претензий к Обществу истец не имеет. 

В качестве доказательства оказания истцу услуги в материалы дела представлен сертификат и акт о подключении к программе обслуживания «Вектра Мед», подписанный потребителем.

Однако, доказательств, подтверждающих фактическое оказание истцу услуг, указанных в договоре и в сертификате, их конкретное наименование, стоимость каждой оказанной услуги, ответчиком суду не представлено.

В сертификате ответчиком поименованы следующие виды услуг: консультации с врачом общей практики, с врачом по реабилитации после COVID-19, узкопрофильным врачом психологом, диетологом, услуги по расшифровке анализов или комплексного обследования, «Медицинский консьерж», «Скорая помощь», «Право пациента», «ФармСправка».

Таким образом, как следует из представленного договора и сертификата, ответчик оценил свои услуги в размере 170 000 руб.

В рассматриваемом случае, исходя из обстоятельств дела, только подписания сторонами сертификата и акта к договору, в котором указано на получение подключения его к программе обслуживания «Вектра Мед», не достаточно для вывода о том, что в итоге такое подключение истцу ответчиком оказана.

По общим правилам доказывания лицо, утверждающее о юридическом факте, должно его доказать, утверждение об отрицании факта не доказывается.

В силу п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на изготовителе (исполнителе, продавце, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

При обстоятельствах, когда у суда должно возникнуть сомнение в добросовестности сторон при заключении сделки, одной только ссылки на письменный сертификат и акт недостаточно, учитывая, что Глава 39 Гражданского кодекса РФ «Возмездное оказание услуг» не содержит правила о письменных доказательствах, как единственно допустимых для подтверждения исполнения такого договора.

Как следует из содержания искового заявления, опционный договор с ответчиком был подписан истцом при подписания кредитного договора. При этом и договор купли-продажи транспортного средства и кредитный договор были заключены истцом в г. Краснодар, тогда как из содержания договора и акта следует, что местом нахождения ответчика являлся г. Санк-Петербург, а печать и подпись исполнителя ответчика являются факсимильными.

Согласно данным указанным в договоре, местом нахождения ответчика является: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес>

На территории г. Краснодара филиалов и представительств ответчик не имеет.

Как следует из самого договора, заключенного сторонами настоящего спора, а равно акта к нему, стороной исполнителя, подписавшим данные документы, является непосредственно ФИО2, который согласно договору является генеральным директор ООО «Аура-Авто».

Суд не ставит под сомнение сам факт заключения 31.03.2024 такого договора между сторонами, поскольку договор был подписан его сторонами (со стороны исполнителя посредством использования факсимиле, что прямо установлено соглашением сторон (п. 4.4 договора)), вместе с тем, в рассматриваемом случае речь идет о фактической возможности оказания истцу в натуре в момент заключения договора определенной, поименованной в сертификате и акте услуги.

Как следует из искового заявления услуги истцу ответчиком не оказывалась.

При таких обстоятельствах, учитывая, что фактически при заключении договора имел место только обмен сторонами подписями и получение истцом документов, в отсутствие безусловных доказательств, позволяющих сделать вывод, что подключение к программе обслуживания «Вектра Мед» и услуги, указанные в сертификате, были оказаны ответчиком, представители которого, в отсутствие доказательств обратного, в момент подписания договора и акта находились в г. Санкт-Петербург, а истец в г. Краснодар, при этом сторона ответчика не указала, каким способом и образом спорное подключение было оказана истцу 31.03.2024.

Само по себе наличие акта о подключении к программе обслуживания «Вектра Мед» и подписание его без замечаний со стороны заказчика, не лишает последнего права оспаривать его в последующем.

При этом, суд принимает во внимание то, что составленные ответчиком документы, в частности шрифт договора и акта, а равно само изложение текста в документах ответчика, допускают неоднозначное толкование их условий.

В частности, в акте приводятся сведения относительно подключения к программе.

При этом в договоре имеется указание на общий размер вознаграждения по договору ответчика 170 000 руб., за право требовать услуги, указанные в сертификате, без разделения данной суммы на разные виды услуг, что безусловно способствует введению потребителя в заблуждение относительно действительного содержания таких условий, а равно формированию у него ошибочного толкования содержания заключаемой сделки.

Суду не представлено доказательств того, что консультацию оказывал непосредственно генеральный директор ФИО2, подписавший договор и акт, что именно он имел реальную возможность непосредственно общаться в указанный день с истцом в г. Краснодаре либо иным способом реально оказать услугу.

Мелкий шрифт, включенный в текст договора, крайне затрудняет визуальное восприятие текста документов, что не позволили истцу получить полную информацию об услугах и сделать правильный выбор.

Кроме того, ответчик, как участник экономической деятельности, самостоятельно на свой риск, осуществляющий предпринимательскую деятельность, принял все риски, связанные с заключением договоров с потребителями. Ответчик при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, которая необходима для соблюдения требований законодательства Российской Федерации, прав и интересов третьих лиц, имел возможность для соблюдения установленных законом в области защиты прав потребителей требований и принятия мер для соблюдения требований Закона о защите прав потребителей.

Согласно п.1, п.2 ст.10 Закона № 2300-1 изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации. Информация о товарах (работах, услугах) в обязательном порядке должна содержать: цену в рублях и условия приобретения товаров (работ, услуг), в том числе при оплате товаров (работ, услуг) через определенное время после их передачи (выполнения, оказания) потребителю, полную сумму, подлежащую выплате потребителем.

На основании п.1 ст.16 Закона № 2300-1 недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Согласно п.2 ст.16 Закона № 2300-1 к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, в том числе относятся условия, которые предусматривают выполнение дополнительных работ (оказание дополнительных услуг) за плату без получения согласия потребителя (п.6), иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (п.15).

В соответствии с п.3 ст.16 Закона № 2300-1 продавец (исполнитель, владелец агрегатора) не вправе без получения согласия потребителя выполнять дополнительные работы (оказывать дополнительные услуги) за плату. Потребитель вправе отказаться от оплаты таких работ (услуг), а если они оплачены, вправе потребовать от продавца (исполнителя, владельца агрегатора) возврата уплаченной суммы. Согласие потребителя на выполнение дополнительных работ (оказание дополнительных услуг) за плату оформляется продавцом (исполнителем, владельцем агрегатора) в письменной форме, если иное не предусмотрено законом. Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельства, в силу которого такое согласие не требуется, возлагается на продавца (исполнителя, владельца агрегатора).

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).

Согласно п. 1 ст. 13 Закона ОЗПП за нарушение прав потребителя исполнитель, в т.ч. не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о реализуемой услуге, несет предусмотренную ответственность.

Нормой п. 1 ст. 31 Закона ОЗПП требования потребителя о возврате уплаченной за услугу денежной суммы, в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные п. 1 ст. 28 и п.п. 1 и 4 ст. 29 Закона ОЗПП, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

В соответствии с абз. п. 5 ст. 28 Закона ОЗПП в случае нарушения установленных сроков исполнения обязательства исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере трех процентов общей цены заказа.

Поскольку судом установлено нарушение ответчиком прав потребителя, не предоставление при заключении договора об оказании услуг истцу полной и достоверной информации, что также является основанием для одностороннего отказа потребителя от договора; при отказе ответчика от исполнения требования в установленных законом десятидневный срок, возвратить 170 000 руб., суд полагает, что у ответчика возникла ответственность за 69 календарных дней просрочки исполнения обязательства по возврату оплаты по договору, в период с 22.04.2024 по 10.07.2024 в размере 170 000 руб., из расчета: 170 000 руб. (цена услуги) х 3% (законный процент) х 69 дней просрочки, с учетом установленного нормой абз. 4 п. 5 ст. 28 Закона ОЗПП лимита: не более оговоренной стоимости услуги).

Определяя неустойку, подлежащую ко взысканию с ответчика в пользу истца, в размере 100 000 руб., суд принимает во внимание норму п. 1 ст. 333 ГК РФ, согласно которой, в случаях, когда обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должником о таком уменьшении; принимает во внимание необходимость соблюдения баланса интересов сторон, а также то, что взыскание неустойки не может служить средством обогащения.

В силу п. 1 ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

В пункте 6 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами" судам разъяснено, что в денежных обязательствах возникших из договоров, в частности, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров, работ или услуг либо уплатить полученные на условии возврата денежные средства, на просроченную уплатой сумму подлежат начислению проценты на основании статьи 395 Кодекса. Законом либо соглашением сторон может быть предусмотрена обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения денежного обязательства. В подобных случаях суду следует исходить из того что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" неустойка за одно и то же нарушение денежного обязательства может быть взыскана одновременно с процентами, установленными ст. 395 ГК РФ, только в том случае, если неустойка носит штрафной характер и подлежит взысканию помимо убытков, понесенных при неисполнении денежного обязательства.

Неустойка и проценты, начисленные за пользование чужими денежными средствами, являются мерами ответственности за неисполнение договорных обязательств. Исходя из смысла ГК РФ за одно и то же нарушение может быть применена только одна мера ответственности, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 7 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 октября 2015) предусмотренные законодательством о защите прав потребителей санкции, носят исключительно штрафной характер. Их взыскание не преследует цель компенсации потерь (реального ущерба) потребителя. 

С учетом изложенного на сумму 170 000 рублей подлежит начислению проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 22.04.2024 по 10.07.2024 в размере 5 128 рублей, согласно представленному истцом расчету. 

Согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Установив факт нарушения ответчиком прав истца, как потребителя отказом вернуть ему уплаченных по договору денежных средств, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, находит данную сумму отвечающей степени вины ответчика и степени причиненных истцу моральных страданий.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В связи с тем, что судом удовлетворены требования потребителя, с ответчика в пользу истца за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя подлежит взысканию штраф в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», в размере 140 064 руб. (170 000 руб. + 100 000 руб. + 5 128 руб. + 5 000 руб.)/2).

Как разъяснено в п. 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, пп. 4 и 5 ст. 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

Пунктом 4.3 договора № от 31.03.2024 предусмотрена договорная подсудность в Московском районном суде г. Санкт-Петербурга.

Законодателем в целях защиты прав потребителей, в частности как экономически слабой стороны в договоре, введены дополнительные механизмы правовой защиты, в том числе и в вопросе определения подсудности гражданских дел сих участием.

Положения пункта 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей предоставляют потребителю возможность самостоятельно определить суд, в котором будет рассматриваться его требование к контрагенту, в первую очередь исходя из критерия удобства участия самого потребителя в судебном разбирательстве. При этом, законодатель не установил процессуальных правил для рассмотрения споров, в которых потребитель является ответчиком, так как по общему правилу иск предъявляется в суд по месту нахождения ответчика (статья 28 ГПК РФ). 

В силу статьи 16 Закона «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

При таких обстоятельствах, включение положения о подсудности споров в договор, являющийся типовым, с заранее определенными ООО «Аура-Авто» условиями, ущемляет права потребителя, что с учетом предусмотренного вышеназванными нормами правила об альтернативной подсудности, а также положений статьи 421 и пункт 2 статьи 428 ГК РФ нарушает право истца - физического лица, поскольку он не имел возможность заключить договор без названного условия, что влечет в силу ст. 16 Закона «О защите прав потребителей» признание данного условия недействительным.

В связи с изложенным, требования истца о признании пункта 4.3 условий договора об изменении территориальной подсудности недействительными – суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 101 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В обоснование требований о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 34 000 руб., истцом представлены договор оказания юридических услуг от 11.04.2024,чеки по операциям от 18.04.2024 на сумму 3 000 руб., от 22.05.2024 на сумму 1 000 руб. от 07.08.2024 на сумму 30 000 руб., согласно которым истец понес расходы за консультацию, составление претензии, составление иска, представительство в суде в размере 34 000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года № 382-О-О, часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Поскольку реализация названного права судом возможна лишь в случае признания указанных расходов чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, при том, что суд, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон, данная норма не может рассматриваться как нарушающая конституционные права и свободы заявителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учетом обстоятельств дела, периода рассмотрения дела, степени участия в рассмотрении дела представителя истца, категории спора, с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на услуги представителя в размере 34 000 руб.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Размер государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, определен подп.1 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса РФ. 

Истец при подаче искового заявления в силу Закона РФ «О защите прав потребителей» была освобождена от уплаты государственной пошлины. 

Исходя из удовлетворенных имущественных требований в размере 275 128 руб., неимущественных требований о признании условия договора недействительным, взыскании компенсации морального вреда, с ответчика надлежит взыскать в доход бюджета муниципального образования г. Краснодар государственную пошлину в размере 6 551,28 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Аура-Авто» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Признать п. 4.3 опционного договора 31.03.2024 №, заключенного между ФИО1 и ООО «АУРА-АВТО» недействительным.

Взыскать с ООО «Аура-Авто» в пользу ФИО1 денежные средства, оплаченные по опционному договору № от 31.03.2024 в размере 170 000 руб., неустойку в размере 100 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5 128 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф в размере 140 064 руб., расходы по оплате услуг юриста в размере 34 000 руб., всего 454 222 (четыреста пятьдесят четыре тысячи двести двадцать два) рубля.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «Аура-Авто» в доход бюджета муниципального образования г. Краснодар государственную пошлину в размере 6 551,28 рублей. 

Решение может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда через Советский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Советского районного суда

г. Краснодара В.Е. Овдиенко