Судья Чупикова Т.Л. Дело № (№)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судья Новосибирского областного суда Голубинская Е.А., 

при секретаре судебного заседания Мичурине Е.Д.,

с участием: 

государственного обвинителя Маховой Е.В., 

адвоката Клюковкина К.В.,

осужденного Ш,Е.Н,.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Клюковкина К.В. на приговор Искитимского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

Ш,Е.Н., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

судимый: 

<

данные изъяты>

осужден: 

по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 4 года. 

Срок наказания в виде лишения свободы исчислен со дня прибытия Ш.Е.Н. . в колонию-поселение. Время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы зачтено в срок лишения свободы.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространяется на все время отбывания основного наказания в виде лишения свободы, его срок исчислен с момента отбытия основного вида наказания. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

По делу решен вопрос по вещественным доказательствам.

установил:

приговором суда Ш.Е.Н.., будучи судимым по ст. 264.1 УК РФ, признан виновным и осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения. 

Преступление совершено в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании Ш.Е.Н. . вину по предъявленному обвинению не признал. Уголовное дело рассмотрено в порядке общего судопроизводства.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Клюковкин К.В. просит приговор суда отменить как незаконный, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, прекратить уголовное дело в отношении Ш.Е.Н. . за отсутствием в его действиях состава преступления. 

Указывает на отсутствие в деле документов, подтверждающих, что К и Ч по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. являлись сотрудниками ОВ ДПС МО МВД России «

<

данные изъяты>», выполняли свои должностные обязанности в соответствии с постовой ведомостью расстановки нарядов и действовали в соответствии с нормами КоАП РФ и положениям ведомственных приказов МВД РФ. Обращает внимание, что судом не дана оценка незаконным действиям сотрудников ООО «

<

данные изъяты>» Т и А в отношении Ш.Е.Н. . 

Считает недопустимым доказательством протокол об отстранении Ш.Е.Н. . от управления транспортным средством, а само отстранение - незаконным, поскольку проведено при отсутствии самого транспортного средства.

Обращает внимание на то, что при предъявлении сотрудниками полиции требования о прохождении медицинского освидетельствования Ш.Е.Н. . транспортным средством не управлял, то есть водителем не являлся, в связи с чем, он не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ.

Отмечает также, что в протоколе об отстранении от управления транспортным средством указаны недостоверные сведения: 

-в указанное в протоколе время (

<

данные изъяты>) Ш.Е.Н. . не управлял автомобилем в 

<

адрес>; 

-Ш.Е.Н. . находился в служебном автомобиле сотрудников ДПС возле поста КПП АО «

<

данные изъяты>» в р.

<

адрес> зона, 1 кор. 1, автомобиль находился в это время более чем в 30 км от места нахождения Ш.Е.Н. ., однако местом составления протокола указан 71 км трасы Р-№. 

Также указывает на то, что протокол о задержании ТС составлен в отсутствие понятых, что подтверждается показаниями свидетеля Р и самого Ш.Е.Н. Место составления данного протокола не соответствует действительности, поскольку автомобиль там не находился, а по указанному в протоколе адресу находится заброшенный дом, что подтверждается показаниями свидетелей, Ш.Е.Н. и протоколом осмотра.

Полагает, что привязка места составления протоколов к ближайшим ориентирам на местности не регламентирована законом. В связи с этим считает, что составленные процессуальные документы являются недопустимыми доказательствами, поскольку имеют признаки фальсификации.

Отмечает неполноту предварительного следствия, при проведении которого не были проверены доводы стороны защиты, обвинительный уклон при расследовании уголовного дела органом дознания и рассмотрении его судом.

Суд самостоятельно установил обстоятельства преступления, указав, что умысел у Ш.Е.Н. возник вблизи 

<

адрес>, хотя не было достоверно установлено, где последний находился перед тем, как подъехать к КПП- №. Кроме того, суд указал, что Ш.Е.Н. . на автомобиле был остановлен вблизи КПП- № у 

<

адрес>, в то время как в протоколе об отстранении от управления ТС и о задержании ТС, приведенным в приговоре, указано, что Ш.Е.Н. был отстранен от управления ТС в 

<

адрес>, в этом же месте автомобиль был задержан. 

Обращает внимание, что сотрудниками ГБР Ш.Е.Н. был доставлен на КПП-№ АО «

<

данные изъяты>, расположенный вблизи 

<

адрес>, что противоречит сведениям, указанным в протоколах об отстранении Ш.Е.Н. . от управления ТС и о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в части места их составления- 71 км трассы Р-№. При этом отмечает, что КПП-№ ближе к р.

<

адрес>, чем к 

<

адрес>.

Считает, что суд незаконно, без согласия стороны защиты, огласил показания свидетеля Т, данные им в ходе предварительного следствия, в связи с чем, было нарушено право на защиту Ш.Е.Н. 

Приведенные в приговоре показания свидетеля К указаны судом как оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПКРФ, что не соответствует протоколу судебного заседания, поскольку такие показания не оглашались. В связи с этим считает приведенные в приговоре показания свидетеля К недопустимым доказательством.

Приходя к выводу о законности действий инспектора ДПС К, суд его не допрашивал по обстоятельствам инкриминируемого Ш.Е.Н. преступления.

Обращает внимание, что суд не дал оценку доказательствам, которые ставят под сомнение виновность Ш.Е.Н. свидетель К показал, что охранники с КПП-№ вызвали сотрудников ГБР, которые увезли Ш.Е.Н. на освидетельствование, что подтверждает показания последнего о том, что возле КПП-№ сотрудники ГБР его не останавливали; свидетель Р показал, что в качестве понятого при изъятии автомобиля не участвовал, что подтверждает незаконность данного процессуального действия.

Отмечает, что суд в приговоре не в полном объёме привел показания Ш.Е.Н. в части обстоятельств его остановки на автомобиле и изъятия транспортного средства. Признавая достоверными показания Ш.Е.Н. о том, что последний был остановлен на КПП-№ охранником АО «

<

данные изъяты>», при описании обстоятельств преступления указал, что автомобиль под управлением Ш.Е.Н. был остановлен сотрудниками ГБР.

Суд оставил без внимания показания Ш.Е.Н. . о совершенных в отношении него противоправных действиях сотрудников ГБР, не инициировал в отношении них доследственную проверку в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Томашова К.В. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката - без удовлетворения. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции адвокат Клюковкин К.В., осужденный Ш.Е.Н. . поддержали доводы апелляционной жалобы; прокурор Махова Е.В. частично поддержала доводы жалобы.

Заслушав мнение участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства, при которых Ш.Е.Н. совершено указанное выше преступление и подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ, судом установлены верно.

Вина осужденного в содеянном им, вопреки доводам жалобы, подтверждается совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, и подробно приведены в приговоре. Данные доказательства были объективно исследованы и проверены в судебном заседании и получили оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Все выводы суда о доказанности вины осужденного в совершенном им деянии соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют. Всем исследованным судом доказательствам дана надлежащая оценка. Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Так, субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, является лицо, управлявшее транспортным средством.

Из показаний свидетеля Т следует, что ДД.ММ.ГГГГ. в 20 час. 20 мин. он находился на службе в составе ГБР с напарником А на КПП-№, находящемся на территории «

<

данные изъяты>» (ближайший юридический адрес: 

<

адрес> 

<

адрес>). В это время через КПП-№ проезжал автомобиль «

<

данные изъяты>», г/н №, № регион под управлением Ш.Е.Н. у которого имелись признаки опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы. Он доложил об этом оперативному дежурному ООО «

<

данные изъяты>», который вызвал сотрудников ДПС.

Показания свидетеля Т согласуются с показаниями свидетеля Ч, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ. он находился на дежурстве в составе экипажа ДПС совместно с инспектором К Около 22 часов от дежурного ОП «

<

данные изъяты>» поступило сообщение, что сотрудники ГБР задержали на КПП - № «

<

данные изъяты>» (ближайший юридический адрес: 

<

адрес>, д. 

<

адрес>) водителя автомобиля «

<

данные изъяты>», г/н №, № регион, и сопроводили его на главный КПП ООО «

<

данные изъяты>», расположенный вблизи 71 км трассы Р-№. Прибыв на указанное место, сотрудники ГБР передали им Ш.Е.Н. с признаками алкогольного опьянения, который был остановлен ими при управлении автомобилем. К пригласил Ш.Е.Н. в служебный автомобиль для проверки его личности, а он просмотрел запись камеры видеонаблюдения КПП, на которой увидел движение автомобиля под управлением Ш.Е.Н. ., который выходил из-за руля. Ш.Е.Н. в присутствии двух понятых отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Показания свидетеля Ч согласуются с показаниями свидетеля К, который в ходе предварительного следствия дал аналогичные показания, а также в суде апелляционной инстанции показал, что Ш.Е.Н. . не отрицал, что управлял автомобилем, но был не согласен с действиями его и Ч, так как они его не останавливали при управлении автомобилем. Также настаивал на том, что просматривал видеозапись с камер наблюдения, установленных на КПП, лично видел на записи, как Ш.Е.Н. двигался на автомобиле, находясь за рулем.

Не указание свидетелем К в ходе предварительного следствия о том, что он просматривал видеозапись, не указание этого обстоятельства свидетелем Ч, не ставит под сомнение достоверность показаний свидетеля К, данных в суде апелляционной инстанции. Отсутствие видеозаписи в материалах уголовного дела не влияет на правильность вывод суда о виновности Ш.Е.Н. в совершенном преступлении при указанных в приговоре обстоятельствах. Согласно имеющейся в материалах дела справке, данная видеозапись не была предоставлена, в связи с истечением срока ее хранения. 

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно огласил показания свидетеля Т в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, что подтверждается материалами дела.

В связи с изложенным, судом достоверно установлен факт управления Ш.Е.Н. . автомобилем при указанных в приговоре обстоятельствах.

Вопреки доводам жалобы, в приговоре не указано, что умысел на управление автомобилем в состоянии опьянения, у Ш.Е.Н. возник вблизи 

<

адрес> Так, судом установлено, что у Ш.Е.Н. ., находящегося в состоянии опьянения в районе АО «

<

данные изъяты>», который расположен вблизи д. 

<

адрес>, более точное место не установлено, возник преступный умысел на управление автомобилем. Таким образом, в контексте данного предложения 

<

адрес> указана как ближайший населенный пункт к АО «

<

данные изъяты>», где у осужденного возник умысел на управление автомобилем в состоянии опьянения.

Судом также достоверно установлено, что Ш.Е.Н. ., управлявший автомобилем, был остановлен сотрудниками группы быстрого реагирования ООО «

<

данные изъяты>», осуществляющих охрану территории АО «

<

данные изъяты>», вблизи КПП-№.

Указание стороны защиты на то, что Ш.Е.Н. остановили охранники с КПП-№, а не сотрудники ГБР, является необоснованным, поскольку сотрудники ГБР Т и А на момент совершения преступления являлись охранниками в ООО «

<

данные изъяты>» и находились на службе в составе группы быстрого реагирования на КПП-№ на территории АО «

<

данные изъяты>».

Данное обстоятельство, вопреки доводам стороны защиты, подтверждается показаниями свидетеля К, согласно которым, ему как ответственному по службе безопасности ООО «

<

данные изъяты>» сотрудники охраны сообщили о задержании на КПП-№ автомобиля под управлением Ш.Е.Н. ., что согласуется с показаниями свидетеля Т, согласно которым, он сообщил оперативному дежурному об остановке автомобиля под управлением Ш.Е.Н. . с признаками опьянения.

Как справедливо отмечено в жалобе, суд ошибочно указал, что приведенные показания свидетеля К оглашены в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, поскольку данный свидетель был допрошен в судебном заседании, его показания, данные в ходе предварительного следствия, судом не исследовались. 

Данное обстоятельство не влияет на достоверность приведенных в приговоре показаний свидетеля К, не является основанием для признания их недопустимым доказательством, и расценивается судом апелляционной инстанции как техническая ошибка, которая подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора с указанием на то, что такие показания даны свидетелем в ходе судебного заседания.

Сам осужденный, не отрицая факт управления автомобилем возле КПП на «

<

данные изъяты>» и остановки его в этот момент сотрудниками охраны, оспаривает законность направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения сотрудниками ДПС, которые не останавливали его в момент управления транспортным средством. Такая позиция правильно расценена судом первой инстанции как способ защиты. 

Так, прибывшие сотрудники ДПС Ч и К установили из показаний свидетелей и убедились лично путем просмотра видеозаписи, что Ш.Е.Н. . управлял автомобилем в момент, когда был остановлен возле КПП-№ сотрудниками ГБР ООО «

<

данные изъяты>». Установив данный факт, сотрудники ДПС К и Ч выявили также у Ш.Е.Н. признаки алкогольного опьянения, что давало им достаточные основания полагать, что он управлял автомобилем в состоянии опьянения. Из пояснений сотрудника ГБР Т также следовало, что до приезда сотрудников ДПС Ш.Е.Н. из их видимости не пропадал, в их присутствии ничего не употреблял. Таким образом, инспекторы ДПС на законных основаниях предложили Ш.Е.Н. пройти медицинское освидетельствование, поскольку был установлен факт управления им автомобилем с признаками опьянения.

Указание адвоката на то, что в отношении Ш.Е.Н. незаконно было проведено медицинское освидетельствование на состояние опьянения в ООО «

<

данные изъяты>», не является предметом апелляционного рассмотрения, поскольку результаты такого освидетельствования не явились основанием для привлечения Ш.Е.Н. . к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ. Так, объективной стороной данного преступления является невыполнение Ш.Е.Н. ., управлявшим автомобилем, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, в связи с чем, наличие такого признается установленным. 

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции правильно расценил действия инспекторов ДПС К и Ч как законные, проведенные в пределах их должностных полномочий. Законность действий данных должностных лиц подтверждается также приобщенными стороной обвинения документами, исследованными судом апелляционной инстанции, которые подтверждают собой, что на момент проведения процессуальных действий и составления процессуальных документов в отношении Ш.Е.Н. инспекторы ДПС К, Ч являлись действующими инспекторами отдельного взвода ДПС ГИБДД МО МВД России «

<

данные изъяты>», работали ДД.ММ.ГГГГ. согласно графику нарядов и постовой ведомости, в соответствии со служебным заданием и должностным регламентом. Вопреки доводам адвоката, приобщенные стороной обвинения документы не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции, поскольку получены по устному запросу прокурора апелляционного отдела, что предусмотрено ФЗ «О прокуратуре».

Довод жалобы о том, что судом первой инстанции в качестве свидетеля не был допрошен инспектор К, не препятствовало суду оценить законность его процессуальных действий, выполненных в отношении осужденного Ш.Е.Н. .

Довод жалобы о незаконности действий инспекторов ДПС и сотрудников ГБР ООО «

<

данные изъяты>», является несостоятельным, поскольку данные лица действовали в соответствии с должностной инструкцией (Т) и должностным регламентом (К). Кроме того, обращение Ш.Е.Н. о том, что данные лица совершили незаконные действия в отношении него, было рассмотрено следователем 

<

адрес> межрайонного следственного отдела, прикомандированного к следственному отделу по 

<

адрес> СУ СК РФ по НСО, в результате чего ДД.ММ.ГГГГ. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 286, ч. 1 ст. 303 УК РФ в отношении К, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, и по ст.ст. 126, 127 УК РФ, ч. 1 ст. 203 УК РФ в отношении Т, А, в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПКРФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению; суд не является органом уголовного преследования; действия инспекторов ДПС и сотрудников охраны судом обоснованно признаны законными, в связи с чем, их показания, а также составленные инспектором ДПС процессуальные документы обоснованно положены в основу приговора в качестве доказательств вины Ш.Е.Н. 

Поскольку в своих показаниях свидетель Т указал, что Ш.Е.Н. управлял автомобилем вблизи 

<

адрес> д. 

<

адрес> (ближайший юридический адрес от места остановки Ш.Е.Н. .), то не является ошибочным указание на это в протоколе об отстранении от управления транспортным средством. Указание в данном протоколе на то, что Ш.Е.Н. . управлял автомобилем в 22 час. 28 мин., что совпадает со временем составления протокола, не свидетельствует собой о его незаконности и не является основанием для признания данного протокола недопустимым доказательством. В данном случае установление даты и времени управления транспортным средством и отстранения Ш.Е.Н. от управления транспортным средством необходимо для оформления процессуальных документов по применению мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении в порядке ст. 27.12 КоАП РФ.

Составление протокола об отстранении Ш.Е.Н. от управления транспортным средством не по месту фактического нахождения автомобиля, на котором был остановлен осужденный, не свидетельствует об отсутствии состава преступления в его действиях. Кроме того, отстранение от управления транспортным средством подразумевает собой временный запрет на совершение такого действия в отношении любого транспортного средства, а не конкретного, в связи с чем, обязательное нахождение Ш.Е.Н. рядом с автомобилем при составлении данного протокола не требовалось.

Вопреки доводам жалобы, протоколы, составленные инспектором ДПС, существенных недостатков, влекущих признание их недопустимыми доказательствами, не содержат. Место их составления правильно определено инспектором ДПС К как ориентир к ближайшему месту, имеющему юридический адрес (

<

адрес> д. 

<

адрес>), и к 71 километровому столбу автодороги Р-№ Каких-либо признаков фальсификации данные процессуальные документы не имеют.

Задержание транспортного средства проведено законно, в присутствии Ш.Е.Н. ., двух понятых, а также водителя-эвакуатора П

Присутствие двух понятых при проведении данного процессуального действия подтверждается подписями данных лиц в протоколе, после которых расписался П, подтвердивший их участие при задержании автомобиля Ш.Е.Н. .

Вопреки доводам жалобы, из показаний понятого Р не следует, что он не присутствовал при задержании транспортного средства. Осужденный Ш.Е.Н. . имел возможность ознакомиться с данным протоколом и принести на него замечания, однако никаких замечаний от него не поступило. 

Вопреки доводам жалобы, не является ошибочным указанное в данном протоколе место его составления, которое определено должностным лицом как ближайший к месту ориентир, имеющий юридический адрес. 

Оснований не доверять представленным в приговоре доказательствам у суда не имелось, и объективно таковых судом апелляционной инстанции не усматривается. Противоречий, позволяющих поставить достоверность данных доказательств под сомнение, не имеется, поскольку они взаимно дополняют друг друга, согласуются между собой. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины, по делу отсутствуют. Несогласие стороны защиты с той оценкой, которую суд дал исследованным доказательствам, субъективно и основанием для изменения или отмены приговора не является.

Вопреки доводам жалобы, всем показаниям осужденного также дана правильная оценка; указание стороны защиты, что в приговоре не в полном объеме приведены показания Ш.Е.Н. ., не ставит под сомнение объективность рассмотрения судом уголовного дела, поскольку все его показания подробно изложены в протоколе судебного заседания, дословное их приведение в приговоре законом не предусмотрено.

Выводы суда о доказанности вины Ш.Е.Н. в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, в связи с чем, признаются судебной коллегией правильными.

Все доказательства были исследованы судом первой инстанции, что подтверждается протоколом судебного заседания. Доказательства, подробно приведенные в приговоре, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства; являются последовательными, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий; являются допустимыми, а их совокупность - достаточной для признания Ш.Е.Н. виновным в совершении преступления.

Довод жалобы о неполноте предварительного следствия является несостоятельным, поскольку совокупность имеющихся в деле доказательств является достаточной для признания Ш.Е.Н. виновным в совершенном преступлении. Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий.

Оснований сомневаться в правдивости показаний свидетелей, положенных судом в основу приговора и признанных достоверными, суд апелляционной инстанции не находит. Каких-либо существенных противоречий в их показаниях, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины Ш.Е.Н. в совершенном им преступлении, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Материалы дела не содержат сведений о заинтересованности свидетелей, чьи показания положены в основу приговора, в привлечении к уголовной ответственности именно Ш.Е.Н. , о наличии между ними неприязненных отношений, которые бы повлияли на правдивость их показаний. 

Оснований для оговора осужденного со стороны свидетелей ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлено. Показания свидетелей обвинения согласуются между собой, а также с совокупностью подробно приведённых судом доказательств, обоснованно положенных в основу приговора.

Как следует из протокола судебного заседания и приговора, судебное разбирательство проведено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, принципов равноправия и состязательности сторон, в соответствии с гл. 37 УПК РФ. Уголовное дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно. Судом правильно установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу. Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд исследовал все представленные сторонами доказательства, которым дал объективную оценку, с которой соглашается суд апелляционной инстанции; правильно разрешил по существу в соответствии с требованиями УПК РФ все заявленные ходатайства и привел мотивы принятых решений по их рассмотрению. Отказ в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств не свидетельствует сам по себе о нарушении права осужденного на защиту или об обвинительном уклоне при рассмотрении дела судом. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств стороны защиты, в удовлетворении которых было отказано судом первой инстанции. 

Обвинительного уклона при расследовании уголовного дела органом предварительного расследования и при рассмотрении его судом, не усматривается. Оснований для отвода судьи не имелось. 

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, нет. Довод адвоката о нарушении процессуальных сроков дознания (

<

данные изъяты>), является необоснованным, поскольку в период с ДД.ММ.ГГГГ дознавателем какие-либо следственные действия не проводились; срок, в течение которого прокурор должен подписать постановление о продлении срока дознания, законом не установлен. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что все следственные действия, в том числе составление обвинительного заключения, проведены в рамках установленного срока предварительного следствия. Сведений о фальсификации доказательств по делу не усматривается. 

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ. Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены судьей в соответствии со ст. 260 УПК РФ. Приведенные в жалобе замечания на протокол судебного заседания также рассматривались судом первой инстанции; оснований для их удовлетворения суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Право на защиту осужденного как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании нарушено не было. 

Выводы суда о доказанности вины и правильности квалификации действий осужденного в приговоре изложены достаточно полно, надлежащим образом обоснованы, мотивированы, соответствуют исследованным в судебном заседании доказательствам, а потому признаются судом апелляционной инстанции правильными.

Действия Ш.Е.Н. правильно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ - как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, для его оправдания и прекращения уголовного дела, не усматривается. 

Наказание Ш.Е.Н. назначено судом справедливое, в соответствии с требованиями уголовного закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, всех конкретных обстоятельств дела.

Как видно из материалов дела, суд исследовал все данные о личности Ш.Е.Н. , в том числе указанные стороной защиты, все значимые обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, судом учтены.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, личность осужденного, суд обоснованно пришел к выводу о возможности исправления Ш.Е.Н. лишь в условиях изоляции от общества, назначив ему наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкции ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, с учетом положений ст.ст. 6, 43, 47, 56, 60 УК РФ. Суд правильно не усмотрел оснований для применения положений ст.ст. 73, 53.1 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором Ш.Е.Н. надлежит отбывать назначенное наказание, назначен судом правильно, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ - колония-поселение. 

Дело рассмотрено судом полно, всесторонне и объективно. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе по доводам жалобы, по существу из материалов дела не усматривается. Приговор подлежит изменению только по основанию, изложенному выше, на что обращено внимание в апелляционной жалобе, в связи с чем, она подлежит частичному удовлетворению в указанной части. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ,

постановил:

приговор Искитимского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Ш.Е.Н. Николаевича изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на то, что приведенные показания свидетеля К оглашены в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, указав, что такие показания даны им в ходе судебного заседания.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Клюковкина К.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. Осужденный вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.А. Голубинская