Апелляционное постановление № 22-149/2026 22-6266/2025 от 12 января 2026 г.

Судья Панова Е.П.

Дело № 22-149/2026 (22-6266/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 13 января 2026 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Тарасовой Л.В.,

при секретаре Кольцове А.И.,

с участием прокурора Евстропова Д.Г.,

адвоката Тиунова П.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи материал в отношении ФИО1 по апелляционной жалобе адвоката Копеева В.Р. на постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 14 ноября 2025 года, которым адвокату Копееву В.Р. отказано в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении осужденного

ФИО1, дата рождения, уроженца ****, осужденного по приговору Пермского краевого суда от 31 августа 2011 года (с учетом кассационного определения Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 года) по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 17 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 года, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 19 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 2 года.

Доложив материалы дела, выслушав адвоката Тиунова П.А. по доводам жалобы, мнение прокурора Евстропова Д.Г. об оставлении судебного решения без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

адвокат Копеев В.Р. обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от дальнейшего отбывания наказания осужденного ФИО1, в удовлетворении которого отказано.

В апелляционной жалобе адвокат Копеев В.Р., ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 года № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», поставил вопрос об отмене судебного решения. В обоснование своих доводов указывает на положительные данные характеризующие ФИО1, в числе которых отбывание наказание в облегченных условиях, повышение образовательного уровня, посещение мероприятий воспитательного характера, участие в общественной жизни отряда и спортивно-массовых мероприятиях, получение 26 поощрений, отсутствие действующих взысканий, частичное возмещение морального вреда потерпевшим. Полагает, что суд необъективно оценил три взыскания, которые являются погашенными, не злостными, и полученными в 2011, то есть до постановления приговора, и два в 2018 годах. Адвокат обращает внимание, что в последующем его подзащитный нарушений не допускал и характеризовался исключительно положительно, а отсутствие поощрений в определенные периоды времени, по мнению адвоката, вызваны объективными причинами. Также автор жалобы отмечает, что его доверителем принимались меры по возмещению потерпевшим причиненного ущерба, вместе с тем в силу объективных причин вред возмещен лишь частично. Выражает несогласие с выводом суда о нестабильности поведения подзащитного за весь период отбывания наказания. Указывает на оставленные без внимания сведения об отбывании наказания осужденным в облегченных условиях, наличие грамот и благодарностей. По доводам жалобы просит отменить судебное решение, освободить ФИО1 условно-досрочно от отбывания наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее наказание в виде лишения свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, а также возместило вред (полностью или частично), причиненный преступлением, в размере, определенном решением суда. При этом учитывается поведение осужденного за весь период отбывания наказания.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 г. N 8 "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" при решении вопроса о возможности применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания или замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания согласно положениям статей 79, 80 и 93 УК РФ судам надлежит обеспечить индивидуальный подход к каждому осужденному. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания может быть применено только к тем осужденным, которые, по признанию суда, для своего исправления не нуждаются в полном отбывании назначенного судом наказания и отбыли предусмотренную законом его часть с учетом времени содержания под стражей до вынесения приговора и вступления его в законную силу.

По смыслу закона при разрешении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания выводы суда должны быть основаны на всестороннем учете данных о поведении осужденного за весь период отбывания наказания.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленного ходатайства, суд проанализировал поведение ФИО1 за весь период нахождения в исправительном учреждении как того требует закон, в полном объеме исследовал материалы личного дела, учел мнение администрации исправительного учреждения, поддержавшей ходатайство осужденного и прокурора, не возражавшего против удовлетворения ходатайства об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания.

Имеющиеся данные о личности свидетельствуют о том, что ФИО1 фактически отбывает наказание с декабря 2010 года, с сентября 2022 года в облегченных условиях содержания, трудоустроен, к труду относится добросовестно, к работам по благоустройству территории исправительного учреждения, в соответствии со ст. 106 УИК РФ, относится удовлетворительно, отказов от работы не допускал, посещает мероприятия воспитательного характера, реагирует на них правильно, принимает участие в общественной жизни отряда, участвует в спортивно-массовых мероприятиях, обучался, имеет ряд профессий, за весь период отбывания наказания получил 26 поощрений.

Действительно, в поведении осужденного усматриваются положительные тенденции, указывающие на некоторую степень его исправления. Однако данные обстоятельства сами по себе не могут являться достаточными для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, они подлежат оценке в совокупности со всеми сведениями о поведении осужденного в течение всего срока отбывания наказания.

Как следует из представленных материалов, ФИО1 отбывая наказание фактически с декабря 2010 года на начальном этапе отбытия наказания активного стремления к исправлению не имел, поощрялся нерегулярно, а активно начал предпринимать меры к получению поощрений с 4 августа 2021 года ( а это почти половина срока, который ФИО1 отбыл в колонии), то есть незадолго до возникновения права на обращение с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Так, ФИО1 в период с июля 2013 до мая 2015 года (на протяжении почти двух лет), и с ноября 2016 до 4 августа 2021 года ( на протяжении почти пяти лет) вообще не поощрялся; в 2012 году – поощрялся 2 раза, в 2013 году- 2 раза, в 2015 году - 2 раза, в 2016 году - 1 раз, тогда как поведение осужденного, его отношение к труду и учебе администрацией исправительного учреждения оцениваются ежеквартально. При этом следует отметить, что получив за весь период отбывания наказания 26 поощрений, вместе с тем, большая часть из них за добросовестное отношение к труду, что свидетельствует лишь о соблюдении осужденным порядка отбывания наказания, который в соответствии с установленными нормами уголовно-исполнительного законодательства должен соблюдать каждый осужденный, отбывающий наказание в виде лишения свободы.

Кроме того, судом обоснованно отмечено, что осужденный допустил 3 нарушения порядка отбывания наказания, за что подвергался мерам взыскания в виде выговора, одно из которых получено до постановления приговора за нарушение режима содержания в 2011 году, и два в апреле и августе 2018 года за нарушение формы одежды, лишь одно из них снято досрочно, два других погашены временем; при этом в период отбывания наказания осужденным поощрения сменялись взысканиями, и, несмотря на то, что все взыскания считаются погашенными, и не являлись злостными, между тем, факты допущенных осужденным нарушений порядка и условий отбывания наказания учитываются судом в совокупности с другими характеризующими его данными, и не свидетельствуют о стабильно-положительном поведении осужденного.

Также нельзя не учесть имеющиеся сведения о том, что гражданский иск в пользу потерпевших возмещен в незначительном размере за столь продолжительный срок отбывания наказания. Каких-либо активных мер к его возмещению сам осужденный должным образом не предпринимал, заняв, тем самым, пассивную позицию, а представленные в суд апелляционной инстанции заявления осужденного свидетельствуют лишь о том, что меры по досрочному возмещению ущерба осужденный начал предпринимать незадолго до обращения с ходатайством об условно-досрочном освобождении. Таким образом, главная цель исправления осужденного как восстановление социальной справедливости, не достигнута.

Изложенное указывает на то, что применение положений ст. 79 УК РФ к осужденному в настоящее время является преждевременным, поскольку сведения о поведении осужденного в целом указывают на отсутствие продолжительных позитивных изменений, что как следствие препятствует бесспорному выводу о том, что поведение осужденного является устойчиво положительным, он твердо встал на путь исправления, утратил общественную опасность и достиг той степени исправления, при которой может быть освобожден условно-досрочно от отбывания наказания.

При этом, отбытие осужденным положенного срока наказания для подачи ходатайства об условно-досрочном освобождении, получение поощрений, отбывание наказания осужденным в облегченных условиях, наличие грамот и благодарностей, разовые перечисления денежных средств в благотворительный фонд, как и мнение администрации исправительного учреждения и прокурора, поддержавших заявленное ходатайство, не могут служить безусловным основанием для вывода о том, что лицо, осужденное к лишению свободы, утратило общественную опасность.

Таким образом, совокупность исследованных в судебном заседании материалов о поведении ФИО1 подтверждает выводы суда первой инстанции о преждевременности ходатайства, нуждаемости осужденного в контроле и в дальнейшем отбытии наказания в виде лишения свободы.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих изменение либо отмену постановления при рассмотрении ходатайства судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913-14, 38920, 38928, 38933, 38935 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Кунгурского городского суда Пермского края от 14 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Копеева В.Р. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий