Решение № 2-1071/2020 2-1071/2020~М-649/2020 М-649/2020 от 19 июля 2020 г. по делу № 2-1071/2020

Дело № 2-1071/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 июля 2020 года г. Серпухов, Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Купцовой Г.В.,

при секретаре судебного заседания Буздаловой М.В.,

с участием:

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 и ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи земельных участков, прекращении права собственности и признании права собственности на долю земельных участков,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском, в котором уточнив исковые требования, просит:

- признать недействительными договоры купли-продажи от 12.01.2019 года в отношении земельного участка с кадастровым <номер> и в отношении земельного участка с кадастровым <номер>, заключенных между ФИО2, действующей от имени ФИО3, и ФИО1,

- прекратить право собственности ФИО1 на указанные земельные участки,

- признать за ФИО2 права собственности на 1/2 долю таких земельных участков.

Требования истца мотивированы тем, что что 12.01.2019 между ФИО2, действующей на основании доверенности от имени ФИО3, и ФИО1 заключены договоры купли-продажи двух земельных участков, находящихся по <адрес>, кадастровый <номер> и кадастровый <номер>. Однако на момент заключения договоров на земельном участке с кадастровым <номер> располагался жилой дом площадью 246,2 кв.м., построенный в период с 2012 по 2018 год, но не введенный в эксплуатацию (объект незавершенного строительства), а на земельном участке с кадастровым <номер>, располагалась баня площадью 15 кв.м., построенная в период с 2012 по 2014 годы (также объект незавершенного строительства). В силу положений земельного законодательства не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. Жилой дом площадью 246,2 кв.м., расположенный на земельном участке с кадастровым <номер> и баня площадью 15 кв.м., расположенная на земельном участке с кадастровым <номер>, находятся во владении ФИО3 и ФИО2 По договорам купли-продажи воля сторон была направлена только на отчуждение земельных участков без расположенных на них объектов недвижимости (объектов незавершенного строительства). Таким образом, в силу п. 4 ст. 35 Земельного кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации данных в пункте 11 Постановления от 24.03.2005 № 11, договоры купли-продажи земельных участков от 12.01.2019 являются ничтожными сделками. Из переписки ФИО2 и ФИО1 в мессенджере WhatsApp, предшествующей заключению договоров следует, они договорились скрыть свои намерения по заключению сделок по отчуждению имущества и факт заключения таких сделок от ФИО3 в целях уменьшения вероятности оспаривания со стороны ФИО3 заключенных договоров, в том числе по причине пропуска срока исковой давности. В целях формального соблюдения требований, предъявляемых законом к договору купли-продажи, ФИО3 и ФИО2 решили указать в договоре купли-продажи земельного участка с кадастровым <номер> цену в 300000 рублей, а по договору купли-продажи земельного участка с кадастровым <номер> - 60000 рублей. Таким образом, ФИО2 и ФИО1 путем заключения договоров купли-продажи имели намерения прикрыть договоры дарения, т.к. доверенность, выданная ФИО3 на имя ФИО2 не предусматривала возможности отчуждения принадлежащего ему имущества по договору дарения. Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершеная с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. К спорным сделкам купли-продажи должны быть применены правила установленные Гражданским кодексом Российской Федерации для договоров дарения. Согласно части 5 статьи 576 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенность на совершение дарения представителем, в которой не назван одаряемый и не указан предмет дарения, ничтожна. Как следует из доверенности от 19.12.2016 <номер>, удостоверенной нотариусом ФИО4 в данной доверенности отсутствуют полномочия по заключению от имени ФИО3 договора дарения, не назван одаряемый не указан предмет дарения. То есть данная доверенность при заключении договора дарения является ничтожной. Таким образом, у ФИО2 отсутствовали полномочия по заключению договора дарения.

Своего согласия на заключение договора дарения в отношении земельных участков ФИО2 не давала. Следовательно, договоры дарения земельных участков, которые в действительности и имели намерение заключить ФИО1 и ФИО2, т.е. прикрываемые сделки также являются недействительными сделками, т.к. противоречат части 5 статьи 576 ГК РФ.

В судебное заседание истец ФИО2 и ее представитель ФИО5 не явились, о времени и месте слушания дела извещены, об уважительности причин неявки в суд не сообщили.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен, в представленном заявлении (л.д. 279) просит рассмотреть дело в его отсутствие, признает исковые требования как первоначально заявленные, так и уточненные. Ранее от ФИО3 поступили возражения на поданный ФИО2 иск (л.д. 158), из содержания которых следует, что он действительно уполномочил ФИО2 заключить именно сделку купли-продажи. ФИО2 получила денежные средства за спорные земельные участки, что подтверждается договором купли-продажи, а также решением Серпуховского городского суда от 19.09.2019 года. На его решение продать земельные участки приложенная ФИО2 переписка никак не влияет и не отменяет факта их продажи. Он не считает, что его права нарушены совершенными сделками.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании против удовлетворения требований возражал и пояснил, что утверждение ФИО2 о том, что она не давала согласия на осуществление сделки дарения, несостоятельно. Решением Серпуховского городского суда от 19.09.2019 года и апелляционным определением Московского областного суда от 25.12.2019 года установлено, что 12.01.2019 года между ФИО1 и ФИО2, действовавшей по доверенности от ФИО3, состоялась сделка купли-продажи спорных земельных участков. ФИО2 лично подписывала договоры и не могла не знать, какую сделка она заключает. Расположение жилого дома и бани на спорных участках на момент совершения сделки не свидетельствует о том, что такая сделка является ничтожной. Указанные строения как объекты права индивидуализированы не были, право собственности на данные объекты ни за ФИО2, ни за ФИО3 зарегистрировано не было. Отказываясь от исковых требований о признании сделок недействительными, ФИО3 указал, что такие объекты возводились исключительно на средства ФИО1. В такой ситуации дом и баня не могут быть признаны объектами недвижимого имущества, а являются набором строительных материалов. Оснований для применения положений ст. 35 ЗК РФ не имеется. Кроме того, незавершенный строительством дом является самовольной постройкой, так как возведен с нарушением градостроительных норм. Самовольная постройка не является объектом гражданских прав и при отчуждении земельного участка, на котором она расположена, следует судьбе земельного участка. Он приобретая земельные участки, одновременно приобрел и самовольные постройки и риски последствий, предусмотренных ст. 222 ГПК РФ. Баня – вспомогательное строение, она следует судьбе дома. Решением суда от 19.09.2019 года установлен факт передачи денежных средств по сделкам. Кроме того, ФИО2, совершая сделку по доверенности, что в отношении части имущества супруга сделка притворна, поскольку в отношении своей части имущества она, совершая сделку, сознавала все ее последствия, невменяемой или недееспособной не признана. Истица злоупотребляет предоставленным ей правом, заявляя требования о признании сделки недействительной. Ссылаясь на недействительность заключенного договора, истица действует недобросовестно.

Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Московской области в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен, представлено заявление о рассмотрении дела в отсутствии представителя ( л.д. 277).

При указанных обстоятельствах, суд счел возможным рассмотрение дела в отсутствии не явившихся участников процесса, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав ответчика ФИО1, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО3 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 09.12.1989 года, что подтверждено копией свидетельства о заключении брака (л.д. 17).

Из копии дела правоустанавливающих документов на земельный участок с кадастровым <номер>, расположенный в <адрес> следует, что 12.01.2019 между ФИО2, действующей на основании доверенности <номер> от 19.12.2016, зарегистрированной в реестре за <номер>, удостоверенной нотариусом г. Серпухова Московской области ФИО4, от имени ФИО3 и ФИО1 заключен договор купли-продажи указанного земельного участка, категория земельного участка: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 200 кв.м. Согласно п. 2.1. стоимость земельного участка составляет 60000 рублей, оплата на момент подписания договора произведена. Согласно п. 1 акта приема передачи земельного участка продавец передал, а покупатель принял в собственность земельный участок с кадастровым <номер> Супругой истца ФИО2 было дано согласие на продажу ФИО1 спорного земельного участка, удостоверенного нотариусом г. Серпухова Московской области ФИО4 Право собственности ФИО3 возникло на основании Постановления Администрации Серпуховского муниципального района Московской области от 06.02.2013 <номер> и договора купли-продажи земельного участка от 07.02.2013, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 05.03.2013 года сделана запись регистрации <номер> (л.д. 203-240).

Из копии дела правоустанавливающих документов на земельный участок с кадастровым <номер>, расположенный в <адрес> следует, что 12.01.2019 между ФИО2, действующей на основании доверенности <номер> от 19.12.2016, зарегистрированной в реестре за <номер>, удостоверенной нотариусом г. Серпухова Московской области ФИО4, от имени ФИО3, и ФИО1 заключен договор купли-продажи указанного земельного участка, категория земельного участка: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 1000 кв.м. Согласно п. 2.1. стоимость земельного участка составляет 300000 рублей, оплата на момент подписания договора произведена. Согласно п. 1 акта приема передачи земельного участка продавец передал, а покупатель принял в собственность земельный участок с кадастровым <номер>. Супругой истца ФИО2 было дано согласие на продажу ФИО1 спорного земельного участка, удостоверенного нотариусом г. Серпухова Московской области ФИО4 Право собственности ФИО3 возникло на основании договора купли-продажи земельного участка от 17.01.2012, о чем в Едином государственном реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним 16.02.2012 года сделана запись регистрации <номер> (л.д. 241-276).

Решением Серпуховского городского суда от 19.09.2019 года ФИО3 отказано в удовлетворении требований о расторжении договора купли-продажи от 12.01.2019 в отношении земельного участка с кадастровым <номер>, договора купли-продажи от 12.01.2019 в отношении земельного участка с кадастровым <номер>, заключенных между ФИО2, действующей от имени ФИО3, и ФИО1, обязании ФИО1 возвратить данные земельные участки в собственность Слободского Ю.Д, (л.д. 155-156). Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25.12.2019 года указанное решение оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО3 – без удовлетворения. В ходе рассмотрения указанного дела судом установлено, что воля сторон была направлена на заключение договора купли-продажи, поскольку факт передачи денежных средств имел место, договоры прошли государственную регистрацию.

Также судом установлено, что ФИО3 обращался в суд с иском к ФИО1 и Администрации г.о. Серпухов о признании права на объекты недвижимости и признании недействительными сделок купли-продажи земельных участков. Производство по указанному гражданскому делу было прекращено определением от 12.03.2020 года в связи с принятием отказа истца от исковых требований. В заявлении об отказе от исковых требований (л.д. 187) ФИО3 было указано, что объекты недвижимости на земельных участках возводил сын ФИО1 на свои денежные средства, он (ФИО3 не возражал против строительства дома и бани на принадлежащих ему земельных участках. В январе 2019 года он и сын пришли к соглашению о возможности осуществления сделки купли-продажи.

Также ответчиком ФИО1 представлено уведомление Администрации г.о. Серпухов о несоответствии указанных в уведомлении о планируемом строительстве объектов индивидуального жилищного строительства (л.д. 189).

Располагая представленными доказательствами, объяснениями сторон, оценивая их в совокупности, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Согласно ст. 11 ГК РФ в судебном порядке осуществляется защита нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статья 12 ГК РФ устанавливает, что защита гражданских прав может осуществляться путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). По п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. Такая сделка является ничтожной. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. По смыслу вышеприведенных положений, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил ст. 432 Гражданского кодекса РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В соответствии со ст. 131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно ст. 164 ГК РФ сделки с недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и порядке, предусмотренных ст. 131 ГК РФ.

В силу ст. 35 Земельного кодекса Российской Федерации, не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. Статья 1 п. 1 пп. 5 ЗК РФ устанавливает принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки недействительной возложено на лицо, заявляющее о такого рода основаниях. По правилам ст. 56 ГПК РФ стороны обязаны представлять доказательства в обоснование исковых требований и возражений на иск.

Заявляя требования о признании сделок недействительными и ссылаясь на то, что путем заключения договоров купли-продажи стороны имели намерения прикрыть договоры дарения, ввиду отсутствия указания в доверенности на имя ФИО2 от ФИО3 на возможность отчуждения имущества по договору дарения, истцом не представлено суду допустимых доказательств наличия между сторонами иного рода сделки, которую якобы прикрывали оспариваемые договоры купли-продажи.

Статья 209 ГК РФ (пункты 1 - 2) предусматривает, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Статья 485 ГК РФ (пункт 1) предусматривает обязанность покупателя оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В ст. 556 ГК РФ указано, что передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Анализ исследованных доказательств позволяет сделать вывод, что между ФИО1 и ФИО3, от имени которого действовала его супруга ФИО2, были совершены сделки купли-продажи земельных участков, достигнута договоренность по всем существенным условиям договора, включая стоимость продаваемых участков. Денежные средства по договорам были уплачены покупателем продавцу, сведения о передаче денежных средств в полном объеме отражены в тексте договоров купли-продажи, доказательств, опровергающих данные обстоятельства, стороной истца не представлено. Стороны договора совместно обращались в Росреестр за регистрацией перехода права собственности по сделке. Кроме того, из заявлений ФИО3 следует, что он намеревался заключить именно договоры купли-продажи, которые и подписала его супруга ФИО2, действуя от его имени по доверенности и получив денежные средства от сына.

Таким образом, доводы истца о недействительности сделки по указанным основаниям суд находит бездоказательными.

Судом установлено, что на момент заключения сделок, на отчуждаемых земельных участках действительно находились строения: жилой дом и баня, которые не были введены в эксплуатацию. Право собственности на такие объекты недвижимости зарегистрировано не было и не зарегистрировано до настоящего времени, в связи с чем указанные объекты не могли фигурировать в договорах купли-продажи.

В связи с чем, доводы ФИО2 об отсутствии у нее и ее супруга ФИО3 намерений к продаже сыну земельных участков без расположенных на них не принятых в эксплуатацию строений, суд находит несостоятельными. Отсутствие в договорах от 12.01.2019 года сведений о продаже одновременно с земельными участками и расположенных на них строений, не свидетельствует об отсутствии воли сторон договора на куплю-продажу объектов, расположенных земельных участках, так как на момент заключения договоров указать в них объекты строительства стороны возможности не имели по причине отсутствия зарегистрированных прав продавца на них. Сделка исполнена, переход права собственности зарегистрирован. Как указал ФИО3 в заявлении об отказе от исковых требований, указанные объекты недвижимости на земельных участках возводил ФИО1 на личные денежные средства, следовательно, принцип единства судьбы строений и земельных участков не нарушен.

На момент заключения 12.01.2019 года договоров купли-продажи ФИО3 состоял в браке с истцом ФИО2 и ею было представлено удостоверенное нотариусом согласие на продажу земельных участков.

Спорные земельные участки были приобретены супругами в период брака, поэтому являлись их совместной собственностью.

В соответствии со ст. 253 ГК РФ, участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3 ст. 253 ГК РФ).

Аналогичные правила предусмотрены ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (п. 2 ст. 35 СК РФ).

Следовательно, возможность признания сделки по отчуждению общего совместного имущества недействительной связывается законом с доказанностью несогласия участника совместной собственности на отчуждение имущества, а также с информированностью приобретателя имущества по сделке о данном несогласии. При этом бремя доказывания указанных юридически значимых обстоятельств возлагается на сторону, оспаривающую сделку.

Дав согласие на совершение сделки купли-продажи земельных участков и заключая сделку от имени супруга ФИО3, ФИО2 воспользовалась также и своим правом собственника на распоряжение земельными участками.

Учитывая, что оснований для признания сделок недействительными у суда не имеется, требования ФИО2 о признании за ней права собственности на 1/2 долю указанных земельных участков удовлетворению не подлежит.

В силу ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено судом, принявшим данные меры. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Из материалов дела усматривается, что определением Серпуховского городского суда от 12 марта 2020 были приняты меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области осуществлять любые виды регистрационных действий в отношении земельных участков с кадастровыми <номер> и <номер>, расположенных по <адрес>.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований истцу отказано в полном объеме, суд считает необходимым с момента вступления решения суда в законную силу отменить принятые меры, поскольку необходимость в их сохранении отпала.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи от 12.01.2019 года в отношении земельного участка с кадастровым <номер> и в отношении земельного участка с кадастровым <номер><номер>, заключенных между ФИО2, действующей от имени ФИО3, и ФИО1, прекращении права собственности ФИО1 на указанные земельные участки и признании за ФИО2 права собственности на 1/2 долю таких земельных участков – оставить без удовлетворения.

С момента вступления решения суда в законную силу отменить меры по обеспечению иска, принятые определением Серпуховского городского суда от 12.03.2020 года в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области осуществлять любые виды регистрационных действий в отношении земельных участков с кадастровыми <номер> и <номер>, расположенных по <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Московский областной суд через Серпуховский городской суд со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья: Купцова Г.В.

Мотивированное решение изготовлено 31 июля 2020 года.