Приговор № 1-427/2020 1-57/2021 от 21 марта 2021 г. по делу № 1-427/2020

Дело № 1-57/2021

11RS0004-01-2020-003420-86


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Печора 22 марта 2021 года

Печорский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Барабкина А.М. при секретаре Уляшовой Т.М., с участием государственного обвинителя помощника Печорского межрайонного прокурора Журбенко Я.Е., подсудимой ФИО1, ее защитника адвоката Миненко В.М., потерпевшей Р. рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: ФИО1, **** обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимая ФИО1 совершила убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, а именно: 25 сентября 2020 года в период с 17 до 18 часов 53 минут в ходе возникшей в ********** ссоры, находившаяся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, действуя умышленно, из возникшей личной неприязни, желая причинения Р. смерти, вооружилась ножом, которым, осознавая опасность своих действий, при отсутствии каких-либо реальных оснований для опасения за свою жизнь и здоровье, нанесла восемь ударов в жизненно важные области тела мужчины – заднюю боковую поверхность грудной клетки, поясничную область слева, плечо, причинив в результате последнему легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровью сроком не свыше 21 дня в виде колото-резаных ранений задней поверхности области груди слева, не проникающего в плевральную полость (1), поясничной области слева (2) без проникновения в брюшную полость, наружной поверхности нижней трети плеча слева, а также тяжкий вред здоровью по признаку опасности здоровью в виде проникающих колото-резаных ранений поясничной области слева без повреждения внутренних органов и задней поверхности области груди (3), проникающих в плевральную полость на уровне 5 (2) и 7 межреберья со слепыми ранениями левого легкого (в т.ч. его нижней доли (2)), которые повлекли развитие обильного внутреннего кровотечения, осложнившегося левосторонним гемотораксом, в результате чего наступила смерть Р. на месте в силу острой массивной кровопотери.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления признала частично, пояснив, что не отрицает факта причинения ранений погибшему, но настаивая, что совершила это, обороняясь от его домогательства и пребывая в состоянии аффекта, из-за чего она не помнит количества ударов и деталей их нанесения.

Свою причастность к гибели Р. подсудимая признала при обращении с явками с повинной в день происшествия 25 сентября и 26 сентября 2020 года, указав на попытку изнасилования со стороны погибшего (т. 1, л.д. 17, 104)

При первом допросе в качестве подозреваемой (26 сентября 2020 года в 12.40) ФИО1 настаивала на том, что убивать дядю не хотела, находилась в состоянии аффекта, а также сообщила, что после распития с дядей спиртного она спала, затем услышала голоса. Почувствовала, что её кто-то трогает, снимает штаны и «лапает», а потому, толком не проснувшись и защищаясь, она оттолкнула Р. отчего тот упал на пол и даже подняться не успел. Она же схватила со стола нож и нанесла им удары, о чём сообщила Х. когда вышла на улицу, перед этим нож убрала в пакет и выбросила в бочку для мусора во дворе дома (т. 1, л.д. 109-116). В дальнейшем подсудимая показала, что не помнит, что общалась в квартире Р. с его братом Н. и И. но сквозь сон слышала их голоса. Затем она проснулась от боли (в области головы) и прикосновений. Заметила, что Р. держит её за волосы левой рукой, а правой гладит её по телу, из-за чего она перепрыгнула через спинку дивана, обнаружив себя в трусах и футболке. Она взяла на спинке дивана свои спортивные штаны и стала их быстро надевать. Р. же стал хватать её за руки, она же оттолкнула его, из-за чего мужчина ударился спиной о стол, но вновь повалил её на диван и стал «дергать» с неё штаны и нецензурно высказал намерение совершить половой акт. От этого у неё помутился разум, она ударила правой ногой Р. он упал на пол между диваном и столом, что позволило ей подняться с дивана и заметить, что Р. подымается с пола, а потому она схватила нож со стола либо с пола и нанесла несколько ударов Р. правой рукой в область спины, после чего Р. остался лежать на полу между диваном и столом. Она бросила нож на пол, затем убрала его в пакет, забрала куртку и шапку, выбежала на улицу, где нож выбросила в бочку, а на выходе со двора встретила Х. и сообщила ему, что убила Р. (т. 1, л.д. 118-121). При предъявлении обвинений подсудимая настаивала на том, что убивать дядю не хотела, а сама находилась в состоянии сильного душевного волнения, заявила о желании оказать содействие следствию, но позже отказалась отвечать на вопросы следователя, в т.ч. в ходе очной ставки с Р. когда ФИО2 заявила, что не помнит в квартире Р. и И. (т. 1, л.д. 137-139, 143- 145, 146-148, 155-157).

В ходе следственного эксперимента (т. 1, л.д. 125-132) ФИО1 дала аналогичные показания и продемонстрировала как наносила удары ножом погибшему, после того как Р. поднялся с пола и находился к ней лицом (со сжатыми кулаками), одновременно с этим ФИО3 показала лишь нанесение первого удара, настаивая, что последующие удары она не помнит.

С участием сторон судом исследованы следующие доказательства:

Потерпевшая Р. суду сообщила, что погибший приходился ей отцом, которого она в целом охарактеризовала положительно, признав, что он выпивал и в данном состоянии мог и пошуметь, а подсудимая является ей двоюродной сестрой, с которой у неё и у погибшего отца сложились родственные отношения. О деталях происшествия ей известно только от следователя.

В ходе предварительного следствия (т. 1, л.д. 76-78), а затем в судебном заседании свидетель Р. показал, что отношения между погибшим братом и племянницей ФИО2 он оценивал как нормальные, в силу чего не переживал за них, когда они часто общались друг с другом. Подсудимая была общительной, злоупотребляла спиртным, не работала, но агрессии не проявляла, и в конфликтах он её не видел. 25 сентября 2020 года по просьбе брата И. купила и принесла ему водки, сам он протопил печь, немного выпили. Когда он с И. пришел к брату, ФИО2 в футболке и трусах спала на диване, с ними не выпивала, а перед его с супругой уходом около 17 часов 40 минут она, будучи полупьяной, поднялась и курила у печки, сидя на корточках. Брат, напротив, лег в трусах на освободившийся диван под одеяло, головой (в сторону выхода) на подушку. Конфликтов и ссор не было, но через 30 - 40 минут позвонила сестра и сообщила об убийстве брата. В ходе очной ставки с подсудимой свидетель также настаивал на том, что перед их уходом сильно опьяневший брат в трусах лег на диван, а ФИО2 в футболке и трусах курила у печи, а через полчаса стало известно о смерти брата (т. 1, л.д. 146-148)

Аналогичные показания в ходе следствия дала и свидетель И. подтвердившая, что ФИО1 в квартире погибшего находилась в футболке и трусах, проснулась и поднялась курить во время их пребывания. Около 18 часов И. возвращалась к Р. забрать Р. когда пострадавший также в трусах лежал на диване, а подсудимая курила у печки. Уходя, Р. . приставил к входной двери палку. Конфликтов между Р. и подсудимой в день происшествия не было, но, выпивая, ФИО1 начинала конфликтовать (т. 1, л.д. 80-82)

Как видно из показаний свидетеля Х. в т.ч. в ходе следствия (т. 1, л.д. 67-69), подсудимая является ему племянницей, а погибший братом его супруги. В целом ФИО2 ведет себя нормально, но злоупотребляла спиртным, особо не менялась, но иногда проявляла агрессию, как родственница бывала у Р. , который рыбачил, был уравновешенным и спокойным, редко употреблял спиртное. Вечером 25 сентября 2020 года он встретил ФИО2 у своего подъезда на тропе, она шла от дома Р. встала на колени и сказала, что «убила дядю Р. из-за чего свидетель побежал к тому на квартиру, где обнаружил тело погибшего с ножевыми ранениями на спине, о чем сообщил участковому и брату погибшего.

Свидетель Х. . в ходе следствия охарактеризовала подсудимую и погибшего как родственников, в т.ч. злоупотребляющих алкоголем, отметила склонность ФИО1 к конфликтам в состоянии опьянения, сообщила, что о гибели брата она узнала от супруга Х. в день происшествия (т. 1, л.д. 55-57).

Согласно показаний свидетеля Р.А. подсудимая приходится ей двоюродной сестрой, она считает её трудолюбивой, в последнее время пьющей. Угроз от неё она не слышала, неизвестны и другие факты агрессии с её стороны. Погибший приходился свидетелю дядей. В трезвом состоянии был спокойным молчуном, пьяным становился агрессивен. 25 сентября 2020 года ей позвонил Х. . и сообщил, что ФИО2 сказала ему, что убила дядю, после чего ФИО4 обнаружил Р. мертвым. Об услышанном Р.А. сообщила мужу, который убыл на место происшествия.

Свидетель Р.А. как участковый уполномоченный в ходе следствия (т. 1, л.д. 70-73) и в суде сообщил, что в день происшествия о смерти Р. сообщил Х. который ожидал его затем у дома погибшего. Он же рассказал, что об убийстве «дяди Р. ему сообщила ФИО1. Обнаружив в доме тело Р. в трусах и с ножевыми ранениями на спине, он пригласил фельдшера К. который насчитал восемь ран, о чём Р.А. не заметив в квартире орудия убийства, сообщил в дежурную часть, после чего ФИО2 застал в ********** Женщина была в состоянии опьянения, он позвал её в опорный пункт, расположенный в одном доме с жильем погибшего. ФИО2 путалась, отрицала причастность к смерти своего дяди, просила «доказать», была напугана и не желала идти на квартиру к погибшему, однако после беседы с ним признала, что убила Р. не сразу, но согласилась показать нож, который он заметил в бочке для сжигания мусора. По его предложению ФИО2 сама написала явку с повинной на листе бумаги, деталей происшествия не рассказывала, но высказала мнение, что погибший «не должен жить». Погибшего участковый охарактеризовал как семейного дебошира, распивающего спиртное дома. Подсудимая, по характеристике свидетеля, ему знакома как злоупотребляющая спиртным женщина, проживавшая с различными мужчинами, не работавшая, ранее конфликтовавшая с сестрой, а также с сожителем М. До приезда следственной группы Шахтарова находилась дома, ********** он перевез её лодкой утром 26 сентября и передал оперативным работникам.

Как следует из показаний фельдшера К. после сообщения участкового он прибыл в квартиру Р. где констатировал смерть последнего, обнаружив на спине и в области поясницы 8 ранений, причиненных, по его мнению, ножом (т. 1, л.д. 58-65).

Согласно показаний свидетеля Р. погибший приходился ему братом, о смерти которого он узнал от участкового, по чьей просьбе привез на дом фельдшера. Сам он на спине и сбоку у брата увидел ранения. Племянница ФИО1 ходила к брату распивать спиртное, неоднократно оставалась у него ночевать (т. 1, л.д. 89-91).

Свидетель Ш. в судебном заседании, а равно в ходе следствия (т. 1, л.д. 96-98) положительно охарактеризовала подсудимую как сестру, сообщила, что обеспечивали её сожители, признала, что сестра в состоянии опьянения бывала вспыльчивой и могла что-либо кинуть и сломать, либо поплакать, а спиртные напитки употребляла с дядей, имевшим тяжелый характер, в силу которого в состоянии опьянения тот менялся, начинал кричать, провоцировал и дрался. О происшествии ей сообщила подсудимая, когда сама свидетель находилась в городе. При этом ФИО1 в разговоре признала, что «убила дядю Р.

Свидетель Р. в ходе судебного и предварительного (т. 1, л.д. 84-86) следствия показала, что погибший был её бывшим мужем, которого в трезвом состоянии она охарактеризовала только положительно, а с подсудимой она практически не общалась, отметила, что в состоянии опьянения (а бывший муж последнее время злоупотреблял спиртным) покойный становился буйным и агрессивным, за что позже извинялся. По мнению свидетеля, удары подсудимой погибшему были для того неожиданными, т.к. он был способен постоять за себя.

Кроме того судом исследованы:

- сообщение участкового о гибели пострадавшего (т.1, л.д. 16);

- сообщение и рапорт дежурного по ИВС об обнаружении телесных повреждений у подсудимой (т. 1, л.д. 18, 19)

- протокол осмотра места происшествия, в ходе которого была осмотрен ********** где зафиксирована обстановка, обнаружено тело погибшего с ранениями, изъят нож, вырез простыни со следами крови (вероятно) и др.; протокол осмотра трупа погибшего, зафиксировавший наличие у последнего восьми ран (т. 1, л.д. 29-48);

- протоколы выемки у участкового Р.А. вещей ФИО1, в морге одежды и биологических образцов погибшего, осмотра изъятых в ходе осмотра места происшествия и выемок предметов, включая нож и одежду подсудимой и погибшего (т. 1, л.д. 159-161, 164-166, 169-174, 176-180, 182-183);

- заключение судебно-медицинского эксперта от 30 сентября 2020 года об обнаружении у ФИО1 ссадины на фоне кровоподтека на правой голени, которая могла образоваться 25 сентября 2020 года (т. 1, л.д. 205-206);

- заключение судебно-медицинского эксперта с выводами о характере, тяжести, локализации и механизме образования ран, обнаруженных у погибшего, с выводом о его смерти в результате проникающих колото-резаного ранений грудной клетки с повреждением левого легкого, осложнившихся гемотораксом и развитием острой массивной кровопотери (т. 1, л.д. 210-214);

- заключения генетических экспертиз с выводами о наличии на клинке изъятого ножа, лоскуте с простыни, трусах погибшего крови Р. (т. 1, л.д. 218-239, т. 2, л.д. 3-13);

- заключение трасологической экспертизы с выводом о вероятном причинении ранений погибшему клинком ножа, изъятого на месте происшествия (т. 2, л.д. 24-31);

- заключение дактилоскопической экспертизы, подтверждающее изъятие на месте происшествия следов рук подсудимой, свидетелей Р. и И. . (т. 2, л.д. 41-45);

- заключение эксперта-психиатра с выводами об отсутствии у подсудимой признаков психических расстройств, о её пребывании в момент совершения инкриминируемого деяния в состоянии простого алкогольного опьянения и способности ФИО1 осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Одновременно с этим эксперт исключил наличие у подсудимой состояния патологического опьянения и аффекта, а равно показаний к принудительному лечению (т. 2, л.д. 36-37);

- документы, характеризующие личности подсудимой и пострадавшего.

Исследовав представленные суду доказательства в совокупности, суд находит доказанной вину подсудимой в совершении инкриминированного ей деяния, а квалификацию ее действий, предложенную стороной обвинения, состоятельной.

При оценке позиции подсудимой, подтвердившей свою причастность к гибели пострадавшего, но признавшую вину частично по мотивам противоправных действий погибшего, суд отмечает, что на первоначальном этапе расследования её позиция претерпела некие значимые изменения, которые не позволяют отнестись к её доводам о самообороне с полным доверием.

Так, признав свою причастность к гибели родственника и выдвинув версию о попытке изнасилования с его стороны при обращении с явками с повинной, ФИО1 изначально заявила, что спала на диване и сквозь сон почувствовала, как с неё стягивают штаны, что в ходе предварительного и судебного следствия опровергнуто показаниями Р. и И. сообщивших о том, что в период их пребывания в квартире Р. ФИО1 находилась в трусах и курила у печи в тот момент, когда пребывавший в более пьяном состоянии пострадавший лег на диван. При этом суд отмечает, что в ходе очной ставки с Р. обвиняемая заявила, что не помнит посещения ими квартиры погибшего. Позже подсудимая уточнила свою позицию, сообщив, что обнаружила себя в трусах, из-за чего поспешила (перепрыгнув(!) через спинку дивана) при насильственных действиях со стороны дяди надеть свои штаны. Кроме того, при первом допросе она сообщила, что упавший на пол после её толчка (пока она ещё лежала на диване и только проснулась) Р. не успел подняться, когда она нанесла ему удар(ы) подобранным ножом, а в дальнейшем, развивая свою версию защиты, сообщила, что Р. не только поднялся, но и повалил её на диван, из-за чего она, обороняясь нанесла ему удар правой ногой, повергший погибшего на пол, с которого он стал поднимать с кулаками, что стало причиной последующего применения ФИО1 ножа, которая в силу переживаний и волнения помнит лишь первый удар, нанесенный пострадавшему в спину в момент, когда тот стоял перед ней лицом.

На фоне этого, учитывая показания участкового Р.А. о поведении подсудимой в день происшествия, когда она высказывала надежду на неспособность доказать её причастность к преступлению, суд относится критически к выдвинутой стороной защиты версии о самообороне ФИО1 от сексуальных посягательств погибшего и находит, что доводы подсудимой об этом обусловлены исключительно её стремлением минимизировать степень ответственности за содеянное, что также объясняет её нежелание и неспособность логично объяснить следствию и суду как количество причиненных ранений, так и их локализацию на задней поверхности теле погибшего. По мнению суда, показания Р. И. о сильном опьянении погибшего, о том, что он лег перед их уходом на диван исключают его противоправное поведение в отношении подсудимой в течение короткого промежутка времени (порядка получаса).

Более того, по убеждению суда, обнаружение у подсудимой кровоподтека на наружной поверхности правой голени, образовавшейся в день происшествия, подтверждает (в степени «вероятно», поскольку свидетель Х. также сообщил, что в тот день подсудимая также вставала перед ним на колени, а сама ФИО1 сообщала о перепрыгивании ею спинки дивана) нанесение ею удара ногой погибшему в ходе возникшего конфликта, а отсутствие в то же время иных повреждений (как и жалоб ФИО1 на них в день освидетельствования 28 сентября 2020 года) в области груди, головы и иных характерных для сексуальных посягательств зонах (согласно вывода эксперта кровоподтеки плеч образовались у подсудимой ранее, до дня происшествия) не подтверждает доводов подсудимой о насилии со стороны погибшего. Напротив, суд считает, что кровоподтеки в области плеч ФИО1 использовала для обоснования достоверности своей версии о самообороне, как и утверждение о стягивании с неё штанов.

Более того, обнаружившаяся противоречивость между первыми и последующими показаниями ФИО1, её нежелание ответить на вопросы следствия, с учетом сведений о локализации смертельно опасных ранений у погибшего на задней поверхности тела, указывают на недостоверность доводов подсудимой о незаконном характере поведения жертвы.

В остальной части показания подсудимой вкупе с показаниями свидетелей, результатами осмотра места происшествия и заключениями экспертов подтверждают именно её причастность к лишению жизни Р. и использование при этом ножа, изъятого рядом с домом погибшего.

В ходе расследования и рассмотрения уголовного дела свидетели показали о характере взаимоотношений подсудимой с погибшим, их образе жизни, детально охарактеризовали каждого из них, в т.ч. как лиц, склонных к проявлению в состоянии опьянения агрессии, что с учетом показаний Р. И. а равно данных о расположении ранений у погибшего на задней (боковой) поверхности тела обуславливает вывод суда о нанесении подсудимой погибшему множественных (не менее восьми) ударов ножом в условиях отсутствия значимой угрозы для жизни и здоровья женщины.

Обнаруженные судебно-медицинским экспертом у погибшего телесные повреждения и их локализация указывают на существенную степень проявленной ФИО1 агрессии при разрешении возникшей ссоры.

Таким образом, суд находит, что исследованные судом доказательства причастности подсудимой к преступлению не имеют между собой значимых противоречий, согласуются между собой и дополняют друг друга, носят логичный и последовательный характер, при этом получены с соблюдением процессуальных требований, что позволяет признать указанные доказательства допустимыми, а в своей совокупности достоверными и достаточными для вывода о совершении ФИО1 инкриминируемого деяния при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Выводы судебно-психиатрического эксперта, данные об образе жизни подсудимой, характеризующие её сведения позволяют признать ФИО1 вменяемым лицом, способным отдавать отчет собственным действиям и руководить ими, а в силу этого и нести за них ответственность.

С учетом характеризующих подсудимую и пострадавшего данных, свидетельствующих о их конфликтности в состоянии опьянения, суд приходит к выводу, что причиной применения насилия к погибшему, оставленного родственниками в очевидно пассивном состоянии, стала происшедшая затем на фоне употребления алкоголя бытовая ссора.

Использование подсудимой ножа, нанесение им множественных ударов в область расположения жизненно-важных органов – грудную клетку, степень тяжести повреждений, причиненная этими ударами, указывают на наличие у подсудимой в момент совершения преступления умысла на лишение потерпевшего жизни. Не исключают этого вывода суда и доводы ФИО1 о растерянности и пребывании в состоянии аффекта, что также опровергнуто и выводами эксперта-психиатра, и нежелании лишать ФИО5 жизни.

При рассмотрении уголовного дела достоверно установлено, что именно действий подсудимой привели к гибели Р. на месте происшествия.

В силу изложенного суд квалифицирует действий ФИО1 по ст. 105 ч. 1 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимой, которая не судима, не привлекалась к административной ответственности, не имеет определенного рода занятий, семьей и детьми не обременена, по месту жительства в целом охарактеризована посредственно, преступление совершила в состоянии опьянения (что подтверждено ею самой и свидетелями), после чего обратилась с повинной, признала вину частично, подтвердив так свою причастность к преступлению.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой, являются её явка с повинной, частичное признание вины, позволившие установить её причастность к гибели пострадавшего. Одновременно с этим суд не может согласиться с доводами сторон о противоправном поведении погибшего по изложенным выше мотивам, а потому признает необоснованными и доводы о раскаянии ФИО1

Отягчающим наказание обстоятельством суд признает в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку, по твердому убеждению суда, именно данное состояние обусловило утрату со стороны подсудимой должного контроля за своим поведением, привело к проявлению ею чрезмерной агрессии с использованием ножа, что обусловило наступившие трагические последствия.

Учитывая характер, тяжесть, обстоятельства совершения и общественную опасность преступления, личность подсудимой, её возраст и состояние здоровья, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, суд приходит к выводу, что исправление подсудимой, предупреждение совершения ею новых преступлений, а равно восстановление социальной справедливости будут достигнуты исключительно при назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы.

В силу общественной опасности преступления и наличия в действиях подсудимой отягчающего наказание обстоятельства оснований для применения ст. ст. 15 ч. 6, 53.1, 62 ч. 1, 64, 73 УК РФ суд не усматривает. Одновременно суд не находит и оснований для назначения подсудимой дополнительного наказания.

С учетом совершения подсудимой особо опасного преступления в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ осужденной ФИО1 наказание надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

В срок наказания подлежит зачету время содержания осужденной под стражей на досудебной стадии и в ходе судебного разбирательства по правилам ст. 72 ч. 3.1 УК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вещественные доказательства: предметы одежды погибшего и подсудимой (за исключением куртки, которую следует вернуть владельцу), нож и вырез простыни подлежат уничтожению.

С учетом сведений о физическом здоровье и возрасте подсудимой, отсутствии у неё иждивенцев суд не усматривает оснований для освобождения её от возмещения процессуальных издержек, понесенных органами предварительного следствия для обеспечения участия в деле защитника.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, и назначить ей наказание в виде восьми лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу не изменять, содержать её под стражей. Срок наказания исчислять с даты вступления настоящего приговора в законную силу. В срок отбывания наказания осужденной зачесть время содержания её под стражей в ходе предварительного и судебного следствия с 26 сентября 2020 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства: трусы, женские футболку и леггинсы, нож и вырез простыни – уничтожить, куртку вернуть осужденной (её представителю), оптический диск хранить при деле.

Взыскать с ФИО6 в счет возмещения процессуальных издержек, понесенных органами предварительного следствия для обеспечения участия в деле защитника (адвокат Миненко В.М.), 37257 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Печорский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденной – с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Осужденная вправе заявить в письменном виде о своем желании иметь защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать о назначении защитника.

Председательствующий судья - Барабкин А.М.