Решение № 2-1068/2021 2-1068/2021(2-5691/2020;)~М-5258/2020 2-5691/2020 М-5258/2020 от 19 марта 2021 г. по делу № 2-1068/2021

Дело №2-1068/2021


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 марта 2021 года г. Челябинск

Советский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего судьи Загуменновой Е.А.,

при секретаре Сергеевой С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ЗАО РАО «Эксперт» о признании договора цессии притворной сделкой, расторжении договора цессии, взыскании причитающихся по договору денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд с иском к ЗАО РАО «Эксперт» о признании договора цессии притворной сделкой, расторжении договора цессии, взыскании причитающихся по договору денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа.

В обоснование иска указал на то, что является собственником мотоцикла Триумф Спринт ST 2008 года выпуска, 11.09.2020 г. произошло ДТП с участием его мотоцикла, в ходе которого мотоцикл и мотоэкипировка получили повреждения. В целях составления заключения по стоимости восстановительного ремонта обратился в ЗАО РАО «Эксперт», где ему за вознаграждение в 10% от причитающегося ему страхового возмещения предложили оказать услуги по получению в ЗАО МАКС страхового возмещения. В результате, в отсутствие полной и достоверной информации от ответчика, между ними был заключен договор уступки права требования, согласно которому он, истец, отказывается от всех прав требования к страховщику, что целью его обращения в ЗАО РАО «Эксперт» не являлось. Полагает, что данный договор цессии прекрывает иную сделку, которую стороны намерены были совершить фактически, а именно договор на оказание услуг. В последующем ему стало известно о том, что страховщик перечислил ЗАО РАО «Эксперт» страховое возмещение на сумму 230000 рублей, при этом, по условиям договора цессии, ответчик в течение 10 банковских дней обязан был перечислить ему, истцу, данное страховое возмещение за вычетом 10%, составляющих его вознаграждение за оказанные услуги. Между тем, 207000 рублей ему не выплачено ответчиком до сих пор. С учетом неустойки, предусмотренной п. 3.5 договора цессии, за нарушение срока выплаты суммы страхового возмещения ЗАО РАО «эксперт» выплачивает ему, истцу, неустойку за каждый день просрочки по 0,5% от суммы невыплаченной суммы в срок, но не более 5000 рублей. Таким образом, сумма, которая подлежит уплате ответчиком в его пользу составляет 212000 рублей. Поскольку в силу ст. 782 ГК РФ и положений ст. 32 Закона о защите прав потребителей, он, истец, вправе отказаться от исполнения договора на оказания услуг в любое время и потребовать возвратить оплаченные по договору денежные средства за вычетом понесенных исполнителем фактических расходов, при этом, соблюдение досудебного порядка урегулирования спора в рамках закона о защите прав потребителей не требуется, предъявил в суд настоящий иск и просил признать заключенный между сторонами договор цессии от 24.09.2020 г. недействительной притворной сделкой, применив к данному договору правила договора возмездного оказания услуг, расторгнуть данный договор, взыскать с ответчика причитающиеся ему, истцу, денежные средства в сумме 212000 рублей, взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1050,43 руб. за период с 23.10.2020 по 04.12.2020 г., взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20000 рублей, штраф.

В последующем уточнив исковые требования, просил применить последствия недействительности ничтожного договора, применив к нему правила, относящиеся к договору возмездного оказания услуг, расторгнуть данный договор как договор возмездного оказания услуг, взыскать с 267915,29руб., причитающиеся ему по договору, из которых 244760 рублей- сумма основного долга, 3155,29 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23.10.2020 по 10.02.2021 года.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель, действующий на основании ордера ФИО2, настаивали на удовлетворении исковых требований по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании пояснил, что договор цессии недействительным не является, не является притворной сделкой, поскольку ФИО1 с условиями данного договора был ознакомлен, ранее к ответчику с заявлением о расторжении договора не обращался, в страховую организацию обратился с заявлением, в котором просил предоставить ему информацию относительно суммы выплаченного страхового возмещения, к ответчику обратился к письменной претензией, в которой также просил произвести оплату по договору цессии. По каким причинам ЗАО РАО «Эксперт» не произвел оплату истцу по договору уступки права требования он пояснить не смог. Не оспаривал расчет истца в части того, что ответчик обязан оплатить истцу сумму, составляющую 90% от суммы полученного ответчиком страхового возмещения от ЗАО «МАКС», а именно в размере 239760 рублей (266400х90%), также не оспаривал, что ответчик должен выплатить истцу неустойку, предусмотренную п. 3.5 договора цессии, в размере 5000 рублей, однако к данноу неустойке просил применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить ее до минимальных размеров. Также указал на то, что из суммы, причитающейся истцу по договору, также следует вычесть понесенные ответчиком расходы на составление транспортно-трассологического заключения, на курьерскую доставку и налог, предусмотренные п. 1.3 договора цессии, при этом, за заключение ответчиком было оплачено 35000 рублей, за курьерскую доставку – 1000 рублей, и 6% - налог. 10%, причитающихся ответчику по договору, полностью должны остаться за ответчиком. Также указал на то, что ответчик не возражает относительно расторжения договора уступки права требования, заключенного между сторонами, однако истцом данное требование в досудебном порядке ответчику не предъявлялось, между тем, договором такой порядок предусмотрен. Также указал на то, что ответчик намерен довзыскивать со страховщика оставшуюся сумму страхового возмещения за повреждение мотоэкипировки. В настоящее время в этой части данный спор со страховщиком у ответчика не разрешен. При получении страхового возмещения по мотоэкипировке, ответчик обязуется доплатить истцу 90% и от этой суммы в том случае, если договор цессии расторгнут не будет.

Представитель истца возражал относительно необходимости соблюдения истцом досудебного порядка урегулирования спора, ссылаясь на то, что требования истцом заявлены в рамках закона о защите прав потребителей. Также указал на то, что самим договором цессии предусмотрено только право истца в одностороннем порядке расторгнуть договор цессии в случае нарушения обязательств со стороны истца. Полагал, что между сторонами был заключен именно договор оказания юридических услуг, который предусматривает размер вознаграждения исполнителю за оказанные услуги – получение страхового возмещения от страховщика. Признание ответчиком того обстоятельства, что из доплаченного страхового возмещения за мотоэкипировку он также должен будет возвратить истцу 90% также свидетельствует о том, что между сторонами был заключен иной договор, то есть воля была направлена изначально на заключение сделки с иными правовыми последствиями.

Представитель третьего лица- АО «МАКС» в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела судом был извещен надлежащим образом.

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 382 ГК РФ право (требование) принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

На основании п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту переходом права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства.

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Статьей 383 ГК РФ установлено, что переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО1 является собственником мотоцикла Триумф Спринт ST 2008 года выпуска, также истцом была приобретена мотоэкипировка для эксплуатации указанного выше мотоцикла.

Установлено, что риск гражданской ответственности истца в отношении указанного выше мотоцикла был застрахован в ПАО «Аско-Страхование» по полису ХХХ № № на период с 20.04.2020 г. по 19.10.2020 г., лицом, допущенным к управлению данным транспортным средством является только сам ФИО1 (л.д. 8).

Также установлено, что 11.09.2020 г. произошло ДТП с участием его мотоцикла, в ходе которого мотоцикл и мотоэкипировка получили повреждения.

Данное обстоятельство подтверждается справкой о ДТП, извещением о ДТП, постановлением по делу об административном правонарушении, которым установлена вина второго участника ДТП – ФИО4, управлявшего автомобилем Лада Гранта гос номер № и нарушившим п. 8.8 ПДД РФ (л.д. 71,72, 35,36,37).

Из административного материала следует, что риск гражданской ответственности виновника ДТП был застрахован в АО «МАКС» по полису ХХХ № № (л.д. 44 оборот).

Установлено, что 24.09.2020 г. между ФИО1 и ЗАО РАО «Эксперт» был заключен договор уступки права требования (л.д.9), в соответствии с которым ФИО1 передал, а ЗАО РАО «Эксперт» приняло право требования возмещения вреда в части стоимости услуг независимого эксперта, расходов по оформлению ДТП, почтовых и иных расходов, расходов, связанных с деффектовкой, эвакуацией ТС, страхового возмещения вреда, причиненного имуществу, величины УТС, компенсационных выплат к страховой компании МАКС, РСА в размере страховой суммы, установленной ст. 7 ФЗ об ОСАГО, к иным лицам, в том числе причинителю вреда (в части взыскания в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с ФЗ-40 об ОСАГО) за повреждения экипировки и транспортного средства Триумф Спринт ST 2008 года выпуска, полученных в результате ДТП от 11.09.2020 г. по адресу: г. Челябинск <адрес> (п. 1.1. договора).

В соответствии с п. 1.2 договора цессии право ФИО1 переходит к ЗАО РАО «Эксперт» на тех же условиях и в том же объеме, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к ЗАО РАО «Эксперт» переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на взыскание процентов, пени, убытков, а также право требования по всем обязательствам (за исключением тех, которые связанны непосредственно с личностью самого цедента), которые возникнут в будущем и неразрывно связанны с повреждением указанного выше АМТС при указанных обстоятельствах, в том числе, но не исключительно: право требования страховой выплаты, неустойки, исчисленной до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору, процентов, рассчитанных в соответствии со ст. 395 ГК РФ (л.д. 9)

В соответствии с п. 1.3 за уступаемое право, указанное в п. 1.1 договора, ЗАО РАО «Эксперт» выплачивает истцу ФИО1 компенсацию в размере 90% первоначально поступившей суммы восстановительного ремонта с учетом износа, полученной от МАКС в добровольном или судебном порядке за вычетом налогов, сборов и иных обязательных платежей цессионария, за вычетом расходов цессионария на проведение независимой технической экспертизы, почтовых, курьерских и иных расходов, неразрывно связанных с реализацией полуученого права требования. Денежные средства выплачиваются в течение 20 банковских дней, начиная со дня, следующего за днем выполнения обязанностей цедента, предусмотренных п. 2.1, 2.3 настоящего договора, либо в течение трех банковских дней, начиная со дня получения денежных средств от ЗАО МАКС, в зависимости от того, что наступит ранее.

Таким образом, 10% от суммы полученного страхового возмещения остается за цессионарием.

Пунктами 2.1, 2.2, 2.3 предусмотрена обязанность цедента передать цессионарию все необходимые документы для обращения в страховую компанию, в течение 3 календарных дней уведомить об уступке права требования всех заинтересованных лиц (л.д. 9).

Из письменных материалов дела следует, что 24.09.2020 г. в адрес АО «МАКС» поступило уведомлении от ФИО1 об уступке права требования по наступившему страховому событию – ДТП от 11.09.2020 г. (л.д. 46 оборот).

28.09.2020 г. в адрес АО «МАКС» от ЗАО РАО «Эксперт» поступило заявление о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения, к заявлению приложен пакет необходимых документов: копия СТС, нотариально заверенная, копия водительского удостоверения ФИО1, копия постановления по делу об административном правонарушении, нотариально заверенная копия паспорта собственника ТС, копия полиса ОСАГО, извещение о ДТП, реквизиты ЗАО РАО «Эксперт», договор уступки права требования, копия уведомления о переходе права требования от ФИО1 (л.д. 41-47, 68-75).

30.09.2020 г. транспортное средство ФИО1 – мотоцикл Триумф Спринт ST 2008 года выпуска был осмотрен страховщиком, произведен расчет стоимости восстановительного ремонта, в соответствии с которым стоимость восстановительного ремонта мотоцикла составила без учета износа в соответствии Единой методикой 829708 руб., при рыночной стоимости мотоцикла – в 306000 рублей. Поскольку установлена полная гибель ТС, страховщиком рассчитана стоимость годных остатков, которая составила 39600 рублей (л.д. 77-94).

19.10.2020 г. АО «МАКС» выплатило ЗАО РАО «Эксперт» страховое возмещение в размере 266400 руб. из расчета: 306000-39600 рублей (л.д. 95).

21.10.2020 г. ЗАО РАО «Эксперт» обратилось в АО «МАКС» с требованием о возмещении ущерба мотоэкипировке, также поврежденной в результате ДТП от 11.09.2020 г. (л.д. 95 оборот). К заявлению был приложен товарный чек о ее приобретении на сумму 101210 руб. и 36400 руб. (л.д. 96, 96 оборот).

27.10.2020 г. ЗАО РАО «Эксперт» было отказано в доплате страхового возмещения со ссылкой на то обстоятельство, что страховое возмещение заявителю выплачено страховщиком в полном объеме (л.д. 97).

Также установлено, что после получения страхового возмещения в сумме 266400 рублей 19.10.2020 г., ЗАО РАО «Эксперт» в сроки, установленные п. 1.3 договора цессии причитающиеся истцу ФИО1 денежные средства в размере 90% от суммы страхового возмещения, не оплачены, что представителем ответчика в судебном заседании при рассмотрении дела не оспаривалось.

20.11.2020 г. ФИО1 обращался к страховщику с заявлением о предоставлении информации о дате выплате страхового возмещения ЗАО РАО «Эксперт» и его размере со ссылкой на то обстоятельство, что 24.09.2020 г. между сторонами был заключен договор цессии, в соответствии с которым цеденту ФИО1 причитается 90% от суммы полученного цессионарием страхового возмещения, однако по состоянию на 20.11.2020 г. выплаты не произведено цессионарием за уступку (л.д. 97 оборот).

По результатам рассмотрения заявления ФИО1 АО «МАКС» отказано ему в предоставлении информации со ссылкой на договор цессии (л.д. 98).

11.11.2020 г. ФИО1 также обратился к ЗАО РАО «Эксперт» с письменной претензией о выплате 90% от суммы полуученого страхового возмещения в качестве оплаты по договору цессии.

Поскольку установлено, что ФИО1 обязанности, предусмотренные п. 2.1.2.2,2.3 договора цессии были выполнены 24.09.2020 г., соответственно срок выплаты 90% от суммы страхового возмещения исчисляется до 14.10.2020 г., а с даты выплаты страхового возмещения в срок до 21.10.2020г.

Поскольку установлено, что на момент рассмотрения дела в суде 90% от суммы страхового возмещения, полученной ответчиком 19.10.2020 г. в размере 266400 рублей истцу не выплачено ответчиком, при этом, представителем ответчика факт наличия задолженности перед истцом по договору уступки права требования от 24.09.2020 г. не оспаривался, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ЗАО РАО «Эксперт» 90% от 266400 рублей в пользу ФИО1, что составит 239760 рублей.

При этом, доводы ответчика о том, что данная сумма подлежит оплате истцу за вычетом налогов, сборов и иных обязательных платежей, за вычетом расходов на проведение транспортно-трассологической экспертизы, понесенных ответчиком в сумме 35000 рублей, а также почтовых расходов в сумме 1000 рублей на курьерскую доставку, также понесенных ответчиком при обращении в АО «МАКС» с заявлением о наступлении страхового случая, суд не может принять во внимание ввиду ниже следующего.

Как следует из квитанции на оплату курьерских услуг от 28.09.2020 г., 1000 рублей было оплачено ЗАО РАО «Эксперт» за доставку почтовой корреспонденции курьером, однако доказательств того, что данные расходы понесены ответчиком именно в связи в связи с обращением с заявлением к страховщику по договору цессии, заключенному с ФИО1, ЗАО РАО «Эксперт» в материалы дела не представлено. Из самого заявления в АО «МАКС» не следует, что оно было вручено страховщику посредством курьерской доставки, квитанция от курьера о доставке заказного письма и его вручении страховщику – в материалы дела не представлена ответчиком. из квитанции к приходно-кассовому ордеру № 1856 от 28.09.2020 г. идентифицировать по какому договору были оплачены денежные средства в сумме 1000 рублей, также не представляется возможным.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона доказывается те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений.

Поскольку ответчиком достаточных доказательства несения почтовых расходов в рамках договора цессии, заключенного с истцом, не представлено, оснований для уменьшения причитающейся истцу суммы на 1000 рублей у суда не имеется.

Не имеется таких оснований и для уменьшения данной суммы на 35000 рублей, составляющих затраты ответчика на составление транспортно-трассологического заключения, поскольку доказательств обоснованности несения таких расходов ответчиком суду также не представлено.

Действительно, как следует из квитанции к приходно-кассовому ордеру от 24.09.2020 г. ответчиком было оплачено в <данные изъяты> 35000 рублей за составление транспортно-трассологического заключения, включающего в себя в том числе расчет стоимости восстановительного ремонта мотоцикла, принадлежащего истцу, и расчет стоимости его годных остатков. Ответчиком в материалы дела представлено также само заключение независимого эксперта, также <данные изъяты>» на запрос суда подвтержден факт оказания ответчику экспертных услуг.

Вместе с тем, как следует из материалов выплатного дела, страховщиком не ставился вопрос о проведении транспортно-трассологического исследования, каких-либо сомнений в относимости повреждений на мотоцикле ФИО1 обстоятельствам ДТП от 11.09.2020 г. страховщиком не высказывалось. В соответствии с положениями закона об ОСАГО, у потерпевшего возникает право на проведение независимой экспертизы только после проведения такой экспертизы страховщиком и только в случае несогласия с ее результатами. Несение расходов на независимую экспертизу ответчиком до проведения страховщиком осмотра поврежденного транспортного средства, равно как и до получения результатов осмотра, является необоснованным и не может быть компенсировано ответчику за счет цедента ФИО1 на основании заключенного между сторонами договора уступки права требования от 24.09.2020 г.

Доказательств начисления налога, его размера и его уплаты, на сумму которого необходимо уменьшить причитающуюся истцу сумму по договору цессии, ЗАО РАО «Эксперт» также в материалы дела не представлено.

Вместе с тем, расходы, предусмотренные п. 1.3 договора уступки права требования, должны быть подтверждены цессионарием.

В силу п. 3.5 договора цессии в случае превышения срока выплаты компенсации, указанного в п. 1.3 договора цессии, сума компенсации увеличивается ежедневно на 0,5%, но не более 500 рублей в день, за каждый день просрочки оплаты настоящего договора, но не более 10 рабочих дней.

Условие, предусмотренное положениями п. 3.5 договора суд расценивает как условие о неустойке за нарушение сроков выплаты ответчиком суммы компенсации 90%, предусмотренной п. 1.3 договора.

Поскольку установлено, что сроки выплаты истцу компенсации, предусмотренной п. 1.3 договора уступки права требования от 24.09.2020 г. ответчиком существенно нарушены, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца с ответчика также подлежит взысканию неустойка (штраф) в сумме, не превышающей 500 рублей в день и не более, чем за 10 рабочих дней такой просрочки, то есть в сумме 5000 рублей.

При этом, последний день срока, исчисляемый в 10 рабочих дней, начиная с 15.10.2020 г. (истечение 20 банковских дней с момента выполнения цедентом обязанностей, предусмотренных п. 2.1, 2.2, 2.3 договора цессии), приходится на 28.10.2020 г.

То есть сторонами предусмотрено взыскание неустойки согласно п. 3.5 договора цессии за каждый день просрочки включительно до 28.10.2020 г.

Оснований для применения ст. 333 ГК РФ для снижения неустойки (штрафа), подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1 в сумме 5000 рублей за период с 15.10.2020 г по 28.10.2020 г., по письменному заявлению ответчика, суд не усматривает с учетом длительности периода просрочки, степени вины ответчика в нарушении прав истца ФИО1 на своевременное получение оплаты по заключенному между сторонами договору цессии.

В силу п. 1,4 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу п. 42 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 ГК РФ, то положения пункта 1 статьи 395 ГК РФ не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ (пункт 4 статьи 395 ГК РФ).

Заявляя требование о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ, истец указывает на просрочку выплаты ему компенсации по договору цессии, составляющей 90% от суммы полученного страхового возмещения. Рассчитывает проценты за период с 23.10.2020 г. по 10.02.2021 года на сумму 244760 руб., которые составляют согласно расчету истца 3155,29 руб. (л.д. 54)

Поскольку п. 3.5 договора цессии стороны фактически предусмотрели условие о неустойке, которая взимается с цессионария в случае нарушения им срока выплаты цеденту денежной компенсации, то оснований для взыскания процентов по ст. 395 ГК РФ с ответчика в пользу истца не имеется.

Не усматривает оснований суд и для признания договора уступки права требования, заключенного между сторонами 24.09.2020 г., недействительной притворной сделкой ввиду следующего.

В обоснование требований о признании договора цессии недействительной

сделкой в исковом заявлении указывается на фактическое возникновение между сторонами правоотношений по договору оказания услуг, поскольку он сводится к получению цессионарием страхового возмещения для перечисления его цеденту за вычетом вознаграждения.В качестве правового обоснования истцом приводится ссылка на положения ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, о недействительности притворной сделки.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительная по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 статьи 170 ГК РФ установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Таким образом, для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали обе стороны при ее заключении и на что была направлена действительная воля каждой из сторон.Учитывая вышеизложенные разъяснения оснований для признания сделки притворной о действительной воли обеих сторон, исходя из буквального толкования условий договора, заключенного сторонами, и установления в ходе судебного разбирательства совершения цессионарием реальных фактических действий на основании заключенного договора цессии в виде обращения к страховщику на правах кредитора, равно как и совершения цедентом действий на основании договора цессии в части передачи ответчику документов, необходимых для обращения к страховщику, направления уведомления страховщику о состоявшейся уступке права требования, направления претензии страховщику АО «МАКС» и самому цессионарию, содержащей требование о выплате компенсации в размере 90 % от суммы полученного страхового возмещения, суд приходит к выводу об отсутствии оснований, позволяющих квалифицировать оспариваемую сделку в качестве притворной и признания заключенного между истцом и ЗАО РАО «Эксперт» договора уступки права требования от 24.09.2020 г. недействительным.

Суд с учетом изложенного, а также положений ст. 421 Гражданского кодекса РФ о свободе договоре, установленных по делу фактических обстоятельств, не находит правовых оснований для признания заключенного сторонами договора - договором оказания услуг.

Разрешая требования истца ФИО1 о расторжении договора уступки права требования от 24.09.2020 г., суд учитывает следующее.

Как следует из содержания п. 5.1, 4.1 договора цессии, заключенного между сторонами, срок действия данного договора на момент рассмотрения дела в суде не истек, при этом, договором предусмотрено право цессионария расторгнуть в одностороннем порядке договор цессии в течение 28 дней с момента заключения договора цессии путем направления цеденту соответствующего уведомления. За пределами данного срока цессионарий вправе расторгнуть договор цессии в одностороннем порядке только в случае нарушения цедентом условий, содержащихся в п. 2.1, 2.3 настоящего договора.

В остальном- договор цессии может быть изменении только по соглашению сторон на основании ст. 430 ГК РФ (п. 5.1 договора).

Таким образом, стороны, предусматривания основания для расторжения договора уступки права требования, предусмотрели их только в отношении цессионария, при этом, право на расторжение договора цедентом, в том числе предусмотренное ст. 450, 451 ГК РФ в случае существенного нарушения условий договора одной из сторон, в частности цессионарием, договором цессии не предусмотрено.

Вместе с тем, п. 2.5 договора уступки права требования предусмотрено право цедента отказаться от исполнения договора цессии в любое время после его заключения, либо при получении сторонами страхового возмещения в натуральной форме, при этом, в случае реализации данного права цедентом, последний уплачивает цессионарию денежную компенсацию в размере 10000 рублей, а в случае уплаты компенсации в течение 10 рабочих дней с момента получения указанного выше требования – размер компенсации составит 5000 рублей.

Истец, заявляя требование о расторжении договора цессии, основывал его на положениях ст. 782 ГК РФ, предусматривающей право заказчика отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг и возвратить оплпаченные по договору денежные средства, за вычетом фактически понесенных исполнителем расходов.

Вместе с тем, поскольку судом договор цессии, заключенный между сторонами, не признан договором оказания услуг, вместе с тем, предусматривает право цедента на принятия отказа от исполнения договора уступки права требования, суд приходит к выводу о применении к данному договору положений ст. 450 ГК РФ.

В силу ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что основанием иска являются не нормы права, на которые ссылается истец при предъявлении иска, а фактические обстоятельства, то при установлении обстоятельств дела, суд определяет правовые нормы, подлежащие применению при разрешении спора, и разрешает спор, применяя нормы материального права с учетом установленных по делу обстоятельств.

Поскольку соглашением сторон предусмотрено право цедента в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора уступки права требования, при этом, судом также установлен факт существенного нарушения цессионарием условий договора цессии в части оплаты за уступаемое право, истцом в судебном заседании подтверждено намерение расторгнуть указанный выше договор цессии, данное требование заявлено им в порядке искового производства, при этом, ФИО1, заявляя о намерении расторгнуть договор, указывал на не получение им суммы компенсации, на которую рассчитывал при заключении договора уступки права требования, изъявил свое намерение в оставшейся части (в части суммы страхового возмещения, не полученного за мотоэкипировку), самостоятельно обращаться к страховщику, при этом, представитель ответчика в судебном заседании не возражал относительно расторжения договора цессии, заключеного между сторонами, суд, руководствуясь положениями п. 2. и 3 ст. 450 ГК РФ, полагает возможным расторгнуть данный договор уступки права требования в судебном порядке, где датой расторжения договора будет считаться дата вынесения судом решения.

Суд с учетом установления фактического оказания ответчиком истцу услуг по передаче полученного от страховщика страхового возмещения, соглашается с позицией истца о распространении на его правоотношения с ответчиком также законодательства о защите прав потребителей, и наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в силу ст. 15 Закона, в связи с нарушением прав истца на своевременное и в полном объеме получения причитающейся ему части страхового возмещения, выплаченного страховщиком.

В соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного ущерба.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Установив, что требования, изложенные истцом в письменной претензии ответчиком также в установленные сроки исполнены не были, суд приходит к выводу о наличии оснований и для взыскания с ответчика ЗАО РАО «Эксперт» в пользу ФИО1 и компенсации морального вреда и штрафа.

С учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, а также требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 рублей.

Также с ЗАО РАО «Эксперт» в пользу истца. подлежит взысканию штраф в размере 122880 руб., из расчета: (239760 руб. + 5000 руб. (штрафная неустойка)+1000 руб. (компенсация морального вреда) руб. x 50%.

Представитель ответчика ходатайствовал также и о снижении штрафа, данное ходатайство содержится также в письменном отзыве ответчика на иск.

С учетом данного ходатайства ответчика, учитывая длительность неисполнения ответчиком требования истца, изложенные в претензии, неисполнение их и на момент рассмотрения дела в суде, взыскание с ответчика наряду со штрафом неустойки, соотношение размера штрафа к неустойке и сумме основной компенсации, суд полагает необходимым снизить размер штрафа с 122880 рублей до 20000 рублей.

Таким образом, общая сумма штрафных санкций, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, включая неустойку (штраф), предусмотренную условиями п. 3.5 договора цессии, составляет 25000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истцом иск был предъявлен в рамках Закона о защите прав потребителей, судом он был освобожден от уплаты госпошлины на стадии принятия иска, то сумма госпошлины в размере 5897,60 руб. из расчета: (239760+5000)-200000) х 1%)+5200 + 300 рублей по требованию о компенсации морального вреда, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ЗАО РАО «Эксперт» удовлетворить частично.

Принять отказ от исполнения договора уступки права требования (цессии) № 3426 от 24.09.2020 г. заключенного между ФИО1 и ЗАО РАО «Эксперт».

Взыскать с ЗАО РАО «Эксперт» в пользу ФИО1 239760 рублей, компенсацию морального вреда – 1000 рублей, штрафы -25000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Взыскать с ЗАО РАО «Эксперт» в доход местного бюджета госпошлину – 5897,60 руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий: Загуменнова Е.А.