Решение № 2-3388/2020 2-3388/2020~М-2359/2020 М-2359/2020 от 5 октября 2020 г. по делу № 2-3388/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

6.10.2020 ...

Ангарский городской суд ... в составе председательствующего судьи Курдыбана В.В. при секретаре Виноградовой Е.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, применении последствий недействительности сделки: прекращении права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признании права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру,

установил:

Истцы ФИО1, ФИО2 обратились в Ангарский городской суд к ФИО3 с иском, в обоснование которого указали, что в конце 2015 - начале января 2016 года, ФИО1 потребовались денежные средства, в связи с чем ФИО1 оформила заем в агентстве «Арбат», директором которого являлась ФИО4 В соответствии с п.1.1 договора займа № от **, заключенного между ФИО4 и ФИО2 - собственником 2/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., ФИО1 получила денежный заем в размере 20000 рублей под залог спорной квартиры. В соответствии с п. 1.2 данного договора исполнение обязательств обеспечивается залогом объекта недвижимости - квартирой по адресу: ..., ..., в качестве предмета заклада. В соответствии с п.4.6 данного договора в случае неисполнения обязательства, обеспеченного закладом, в полном объеме или частично в указанный срок, залогодатель (заемщик) дает свое согласие на реализацию предмета заклада, указанного в п. 1.3. договора, любым лицам и отказывается от права собственности на предмет заклада. Залогодержателем по данному договору являлась ФИО4 Однако об этом ФИО1 стало известно в ходе расследования уголовного дела после внимательного изучения договора, так как при подписании договора в силу своей юридической неграмотности ФИО1 невнимательно прочла его. Обязательства ФИО1 исполнялись в срок, предусмотренный договором, сумма займа с учетом процентов полностью погашена. При подписании договора займа ФИО4 пояснила, что для обеспечения договора займа необходимо подписать договор залога спорной квартиры, а также расписку, которая будет возвращена после выплаты ФИО1 всей суммы займа.

Находясь в офисе агентства недвижимости «Арбат», ФИО2 в присутствии ФИО1 подписал документы, предоставленные ФИО4, не читая их, которые впоследствии были переданы на государственную регистрацию в МФЦ ..., где присутствовал ФИО3 Спустя время ФИО1 удалось осознать, что вместо договора залога спорной квартиры, ФИО4 обманным путем заставила подписать договор купли-продажи спорной квартиры и расписку о получении денежных средств в сумме 1000000 рублей от ФИО3, которые переданы не были, так как ФИО1 оформлялся займ в размере 20000 рублей, речи о продаже спорной квартиры не было.

По данному факту ** возбуждено уголовное дело, расследование по которому осуществляется по настоящее время. ** ФИО1 и ФИО2 признаны потерпевшими, ** - гражданскими истцами. В ходе расследования уголовного дела ФИО1 поняла, что ее права нарушена, произошла подмена договора купли-продажи и договора залога, который и должен был быть оформлен.

В настоящее время ФИО1, ФИО2 проживают в спорной квартире, оплачивают коммунальные платежи, несут расходы по эксплуатации. Считают, что договор купли-продажи 2/3 доли спорной квартиры, не порождает правовых последствий, является формальным, фиктивным, поскольку по сути прикрывает договор займа, обеспеченного залогом. Расчет между сторонами не производился, денежных средств за продажу квартиры ФИО1, ФИО2 не получали. ФИО1 получила от ФИО4 денежные средства в качестве займа в сумме 20000 рублей. Денежные средства с учетом процентов в полном объеме возвращены ФИО1 ФИО4

В ходе судебного разбирательства ** истцы ФИО1, ФИО2 уточнили исковые требования, указали, что из существа иска следует, что договор купли-продажи квартиры от ** является ничтожной сделкой. ** договор был подписан ФИО2 под влиянием обмана со стороны ФИО3 Истцы полагали, что ФИО2, подписывает договор залога по обеспечению исполнения договора займа от **, заключенного между залогодержателем (займодавцем) ФИО4 и залогодателем (заемщиком) ФИО2 По исполнению договора займа, то есть возврата заемных средств в установленный срок подписанные истцами документы по продаже 2/3 долей в квартире будут аннулированы. Истцы считают, что ФИО3, как лицо, содействовавшее ФИО4 в совершении сделки, обязан был сообщить ФИО16 о неблагоприятных для них последствиях совершения сделки купли-продажи спорной квартиры и ее последующей государственной регистрации в Росреестре на его имя. В противном случае ФИО16 никогда бы не подписали такой договор купли-продажи 2/3 доли квартиры. Обязательства заемщика по договору займа были исполнены ФИО2 надлежащим образом в установленный договором срок - **, однако ответчик расписку не вернул, 2/3 доли?спорной квартиры не переоформил на ФИО2, то есть не вернул как того требует положение закона о залоге недвижимого имущества в обеспечение договора займа. При этом залогодержатель, у которого находилось заложенное имущество, обязан возвратить его залогодателю. Более того, залогодатель вправе требовать от залогодержателя совершения всех необходимых действий, направленных на внесение записи о прекращении залога. Смысл и текст договора займа (п.1.2), заключенного между ФИО4 и ФИО2, свидетельствует о том, что ФИО16 были уверены в том, что ФИО4 отправляет их в МФЦ для подписания договора залога спорной квартиры.

В связи с изложенными обстоятельствами истцы просят: признать недействительным договор купли-продажи 2/3 доли в праве общедолевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., заключенный ** между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., признать право собственности за ФИО2 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..., ....

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил письменные пояснения от **, в которых указано, что ** он находился на вахте на работе на базе отдыха «Хадарта» в ..., где работал с ноября 2015 года сторожем-разнорабочим. На базу отдыха «Утулик» с ФИО6 он ездил в другое время. ** он никаких бумаг не подписывал, встретился с ФИО3 первый и последний раз ** в МФЦ ....

Ранее в судебном заседании ** ФИО2 исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске, пояснил, что не помнит, какие документы он подписал у ФИО4, так всем занималась его мать ФИО1; какие подписал документы в МФЦ, пояснить не может, так не читал их, потому что полностью доверял матери. Допускает возможность того, что подписал договор купли-продажи в МФЦ. Он хорошо помнит, что расписку на сумму 1 млн. рублей он написал, когда находился в агентстве недвижимости у ФИО4 ФИО4 говорила, что если они не вернут 20000 руб., расписка будет считаться залогом, ФИО4 заберет у него 2/3 доли квартиры. Он решил, что расписка на 1 млн. руб. была дана как залог 2/3 доли недвижимости по адресу: ..., микрорайон .... Не знает, почему в расписке указана фамилия ФИО3, в агентстве недвижимости при составлении расписки ФИО3 не было. ФИО4 продиктовала фамилию и он написал ее. Первый раз он увидел ответчика в МФЦ. Он не интересовался у ФИО4, почему он указывает в расписке о получении денежной суммы ФИО3, потому что всем занималась его мать, которой он доверял. ** денежные средства по расписке от ФИО3 не получил, он понимал это. Его права по расписке нарушены не были, считал, что расписка выступает в качестве залога. Он указал в расписке, что получил 1 млн. руб., речи о залоге не вел. ** он с ФИО3 не общался, не говорил о договоре займа, заключенным с ФИО4 и о том, какие документы приехал подписывать ФИО3 У него средне-специальное образование, он понимает, что такое договор дарения и договор купли-продажи. Ранее он участвовал при оформлении договора дарения. ** он отсутствовал в .... 26-** он отдыхал в ... на турбазе «Утулик», куда с другом ФИО6 добирались около 5 часов на электричке, арендовали домик. Считает, что ФИО3 обманул его. Заём выплачен, однако квартира не возвращена. ФИО3 должен был вернуть расписку, потому что она была залогом на 20000 руб. Он не заключал с ФИО3 договор займа. Договор займа, акт приема-передачи, договор купли-продажи от ** подписаны им.

В ходе судебного заседания ** с участием истца ФИО2 судом исследованы протоколы допроса потерпевшего ФИО2 от ** (т.1 л.д.154-160), очной ставки от **, проведенной между потерпевшим ФИО2 и свидетелем ФИО3 (т.1 л.д.181-190), по уголовному делу, возбужденному ** по факту хищения имущества в крупном размере у ФИО1 и ФИО2

Суд предложил ФИО2 обозреть указанные протоколы. Отвечая на вопросы суда ФИО2 пояснил, что подписи от его имени, а также записи о том, что «с моих слов записано верно, мною прочитано» в протоколах исполнены им; он не может объяснить, почему пояснял следователю, о том, что подписал договор купли-продажи в МФЦ, допускает возможность того, что ошибся в названии документа, он полагал, что подписал договор залога; почему дает суду другие показания, объяснить не может.

В судебном заседании ** по ходатайству представителя ФИО15 к материалам дела приобщены письменные пояснения ФИО2, в которых указано о том, что он полагал подписанный им договор купли-продажи обеспечением исполнения договора займа от **, заключенным между ним и ФИО4 ФИО3 зарегистрировал право собственности на квартиру в январе 2016 года, ему (ФИО2) об этом стало известно **. ФИО3 намеренно умалчивал о том, что оформит на себя право собственности на квартиру; ФИО4 ФИО3 в этом помогала. ФИО4 и ФИО3 связаны друг с другом; фактически ФИО4 была представителем ФИО3, поскольку поставляла последнему людей, попавших в затруднительное положение и нуждающихся в денежных средствах, за процент от сделки. Поскольку расчет с ФИО4 произведен вовремя, ФИО3 не имел право регистрировать право собственности на квартиру, должен вернуть ему право собственности на 2/3 доли квартиры.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истцов ФИО2, ФИО1 - ФИО15, действующий на основании доверенностей, исковые требования поддержали с учетом их уточнения.

В ходе судебного заседания ** с участием истца ФИО1 судом исследованы объяснения ФИО1 от ** (т.1 л.д.120-121, протокол допроса потерпевшей ФИО1 от ** (т.1 л.д.124-129), протокол дополнительного допроса потерпевшей ФИО1 от ** (т.1 л.д.175-180), протокол очной ставки от **, проведенной между потерпевшей ФИО1 и свидетелем ФИО3 (т.1 л.д.191-200), по уголовному делу, возбужденному ** по факту хищения имущества в крупном размере у ФИО1 и ФИО2

Суд предложил ФИО1 обозреть указанные документы. Отвечая на вопросы суда ФИО1 пояснила, что подписи от ее имени, а также записи о том, что «с моих слов записано верно, мною прочитано» в объяснении и протоколах исполнены ею; она не может объяснить, почему поясняла следователю, о том, что знала о договоре купли-продажи, полагала, что это был договор займа под залог недвижимости; почему дает суду другие показания, объяснить не может.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 - ФИО14, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, поддержала доводы письменных возражений, в которых указано, что договор купли-продажи от ** - возмездная сделка, факт получении денежных средств подтверждается рукописной распиской, был заключен ранее договора займа. Из договора купли-продажи следует, что его условия изложены ясно, четко и понятно, подписаны сторонами лично, возражений против данного обстоятельства стороны друг другу не высказывали. Государственная регистрация права собственности ФИО3 на спорную долю квартиры произведена **, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведена запись регистрации. Как следует из доводов иска, истцы заключили оспариваемый договор купли-продажи от **, имея ложные заблуждения относительно существа сделки, без намерения создать соответствующие сделке правовые последствия. Ложные заблуждения истцов якобы состояли в том, что истец ФИО2 якобы не получал при совершении данной сделки обещанные истцу денежные средства. Данный довод опровергается рукописной распиской истца о получении денежных средств. Доказательств, свидетельствующих о порочности воли сторон, а именно ФИО3, истцами суду не представлено. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения последствий недействительности сделки недостаточно. Установленные обстоятельства заключения сделки свидетельствуют о направленности воли истца на отчуждение имущества и об отсутствии у него заблуждения относительно правовой природы сделки, которая будет заключаться. При заключении ** оспариваемой сделки по отчуждению доли квартиры имелось волеизъявление истца, сделка исполнена сторонами договора и повлекла предусмотренные ею правовые последствия. Допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что истец ФИО2 не имел намерение отчуждать свое имущество или был введен в заблуждение относительно существа сделки, не представлено. Считает, что истцами пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием в отказе исковых требований. Истцу было известно, что денежные средства в размере 1000000 руб. ему якобы не переданы, следовательно, о своем нарушенном праве истцу стало известно **, однако с исковыми требованиями в Ангарский городской суд истец обратился в мае 2020.

Третьи лица ФИО4, ФИО13 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ** между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи, по которому ФИО3 была передана в собственность 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: .... Договор купли-продажи подписан лично сторонами.

В соответствии п.3 договора купли-продажи от ** цена вышеуказанной 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру составляет 1000000 руб. Покупатель уплатил продавцу, а продавец принял от покупателя указанную денежную сумму полностью до подписания настоящего договора.

В материалы дела представлена копия расписки от **. Из буквального содержания расписки усматривается, что «ФИО7 получил от ФИО3 денежную сумму в размере 1000000 рублей. Претензий не имеет».

** осуществлена государственная регистрация права собственности ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Иркутская ..., ..., ....

Также в материалах дела имеется договор от ** №, поименованный договором займа, подписанный ФИО4 и ФИО2, из п.1.1, 1.2, 2.2, 2.3 которого следует, что предметом договора является передача залогодателем (ФИО2) залогодержателю (ФИО4) в залог квартиры, находящейся по адресу: ..., в обеспечение заемщиком займа в сумме 20000 руб. на срок до ** под 6% в месяц.

В качестве доказательств мнимости сделок, истец ссылается на договор займа № от **, заключенный между ФИО4 и ФИО2, акт приема-передачи от **, в соответствии с которым ФИО4 передала ФИО2 денежные средства в размере 20000 руб., квитанции к приходным кассовым ордерам за 2016-2017 года об уплате ФИО2 ФИО4 суммы задолженности по договору займа № от **; показания третьего лица ФИО4 по уголовному делу, а также третьего лица ФИО13 и показания свидетелей ФИО8, ФИО9, опрошенных в ходе судебного задания, из которых следует, что сделка купли-продажи совершена в целях получения денежных средств ФИО2 от ФИО4 и направлена на обеспечение указанного денежного займа. С ФИО4 достигнута договоренность, что данная квартира, несмотря на заключенный договор купли-продажи, передается ФИО3 лишь формально на время, а затем, после возвращения ФИО2 ФИО4 денежного займа, будет переоформлена на прежнего собственника. ФИО2 и ФИО1 намерение отчуждать спорную квартиру, не имели.

Из регистрационного дела видно, что ** ФИО2 и ФИО3 лично обратились в ГАУ «... многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» за регистрацией сделки и перехода права собственности на квартиру по договору купли-продажи **.

Данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривались.

Как видно из материалов дела, ФИО2 получил денежные средства, что подтверждено как пунктом 3 договора купли-продажи от **, так и распиской от **.

Ответчик в установленном законом порядке зарегистрировал право собственности на приобретенные 2/3 доли квартиры, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из ЕГРП. Взаимных претензий по поводу исполнения условий договора купли-продажи стороны друг к другу до настоящего времени не предъявляли.

Доказательств, подтверждающих безденежность оспариваемого договора, истцом не представлено. Суд считает, что письменные пояснения ООО «АВЕРОН», гражданско-правовой договор № от **, заключенный между ООО «АВЕРОН» и ФИО2, табель учета рабочего времени за декабрь 2015, данное обстоятельство не подтверждают.

Взаимоотношения между ФИО2 и ФИО4 по договору займа от **, объяснения ФИО4, ФИО13, ФИО8, ФИО9, о намерении ФИО2 сдать квартиру в залог временно, переоформить впоследствии возврат 2/3 долей квартиры на ФИО2 не могут свидетельствовать недействительность заключенной между ФИО2 и ФИО3 сделки, противоречат представленным в дело письменным доказательствам, свидетельствующим реальность договора купли-продажи 2/3 долей квартиры, волеизъявление сторон на заключение данного вида сделки, а не заключение договора залога, подачу заявлений на регистрацию сделки и перехода права обеими сторонами, наличие воли на заключение оспариваемого договора купли-продажи 2/3 долей квартиры.

Факт собственноручного подписания договора купли-продажи, а также расписки о получении денежных средств ФИО2 не оспаривается, подтвержден заключением эксперта № от ** ЭКЦ МЭКО № ГУ МВД России по ..., согласно выводам которого подпись и расшифровка подписи «Воробьев Юрий Анатольевич» в договоре купли-продажи от **, рукописный текст и подпись от имени ФИО2 в расписке от ** на сумму 1000000 рублей выполнены ФИО2

Таким образом, из представленных доказательств, отвечающих признаку относимости и допустимости, нет оснований считать сделку мнимой, поскольку при заключении договора купли-продажи волеизъявление сторон совпадало с их действительной общей волей. ФИО2 собственноручно подписал договор купли-продажи от **, расписку от **, заявление на регистрацию сделки и переход права собственности на 2/3 доли квартиры к ФИО3 Воля ФИО3 по договору купли-продажи от ** была направлена на приобретение 2/3 доли квартиры, т.е. на совершение возмездной сделки.

Доводы о наличии в настоящее время уголовного дела по факту мошеннических действий в отношении спорной квартиры не может свидетельствовать законность и обоснованность требований ФИО2, ФИО1

Доводы о том, что воли на совершение сделки не было, поскольку ФИО3 не вселялся в квартиру, признаются судом несостоятельными, поскольку ответчик, представитель ответчика пояснили следствию и суду приобретение квартиры не для личного проживания ФИО3, а для дальнейшей перепродажи. Указанные объяснения согласуются с представленным стороной ответчика налоговым уведомлением, извещениями, чеками операции Сбербанк онлайн об уплате налога на имущество, в том числе за 2/3 долей в спорной квартире, свидетельствующими об исполнении обязанностей собственника в отношении принадлежащего ему имущества.

Обосновывая свой довод о мнимости спорной сделки, истцы в качестве одного из оснований своего иска указывали на то, что спорное имущество фактически покупателю не передавалось и что они до настоящего времени несут бремя содержания спорного имущества.

При этом, в пункте 4 оспариваемого договора от ** стороны согласовали, что 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру считается переданной продавцом и принятой покупателем с момента подписания договора.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу названных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

По мнению суда, сам по себе факт того, что истец ФИО2, следуя буквальному толкованию договора купли-продажи от **, передал 2/3 доли в спорную квартиру покупателю, однако ФИО2 и ФИО1 продолжили проживать в спорном жилом помещении, не подтверждает мнимость сделки, поскольку собственник в силу предоставления ему законом полномочий, вправе предоставить принадлежащее ему жилое помещение для проживания иных лиц.

Не могут свидетельствовать мнимость сделки и представленные истцами квитанции об оплате за коммунальные услуги, поскольку истцы обязаны оплачивать потребленные ими коммунальные услуги, само по себе не исполнение одной из сторон сделки условий договора купли-продажи и не освобождение квартиры в нарушение обязательств по договору, не свидетельствует отсутствие волеизъявление сторон на совершение сделки.В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения совершать действия, направленные на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при совершении мнимой сделки стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

При этом следует отметить, что возможность признания заключенной сделки одновременно как притворной, так и совершенной под влиянием обмана или существенного заблуждения отсутствует, поскольку при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена (имеют порок воли обе стороны), тогда как при заключении сделки под влиянием заблуждения или обмана только у одной из сторон сделки (потерпевшего) воля не соответствует его волеизъявлению в силу указанных обстоятельств (статьи 178, 179 ГК РФ).

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 и ФИО2 просили признать договор купли-продажи, заключенный между ФИО2 и ФИО3, притворным, прикрывающим сделку по займу денежных средств с залогом недвижимости и применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признать право собственности за ФИО2 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

Таким образом, по данному делу юридически значимым обстоятельством является выяснение судом вопроса о том, была ли воля всех участников сделки (ФИО2, ФИО3) направлена на достижение одних правовых последствий.

Каких-либо относимых и допустимых доказательств о том, что воля всех сторон заключенной сделки была направлена на достижение одних правовых последствий (заключение договора займа с залогом квартиры), материалы дела не содержат.

В ходе слушания дела представитель ответчика ФИО14 ссылалась на то, что воля ФИО3 была направлена исключительно на заключение договора купли-продажи 2/3 доли квартиры. Доказательств иного истцами в материалы дела не представлено.

Суд учитывает, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абзац третий данного пункта).

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В обоснование исковых требований ФИО1, ФИО2 о признании сделки купли-продажи недействительной сослались как на положения пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, совершенная под влиянием обмана), так и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (притворная сделка).

Между тем, стороной истца не учтено, что по действующему законодательству возможность признания заключенной сделки одновременно как притворной, так и совершенной под влиянием обмана, отсутствует, поскольку при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, тогда как при заключении сделки под влиянием обмана одна из сторон сделки (потерпевший) был обманут другой стороной, либо третьим лицом.

В обоснование доводов иска истцы ФИО1, ФИО2 указали, что при совершении сделки купли-продажи принадлежащей ФИО2 2/3 долей квартиры, ФИО2 был обманут третьим лицом ФИО4, ответчиком ФИО3 (вместо договора займа с залогом спорной квартиры был заключен договор купли-продажи с ФИО3).

Однако сведений о том, что другая сторона сделки ФИО3 знала или должна была знать об обмане, в материалах дела не имеется, относимые и допустимые доказательства по данному вопросу отсутствуют.

Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Истцами не доказана совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемый договор мог быть квалифицирован как сделка, совершенная под угрозой применения насилия или угрозы, а также влиянием обмана.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка купли-продажи была фактически исполнена, поскольку оспариваемый договор является возмездным, волеизъявление сторон было направлено на совершение сделки купли-продажи, волеизъявление и последовательные действия сторон совпадали с их действительной общей волей.

ФИО2, имея намерение продать 2/3 доли квартиры, собственноручно подписал договор купли-продажи от **, заявление на регистрацию сделки и переход права собственности на квартиру к ФИО3, а ФИО3, имея намерение приобрести 2/3 доли квартиры, передал ФИО2 денежные средства по договору, подписал договор купли-продажи, заявление на регистрацию сделки и переход права, взял с ФИО2 расписку о получении им денежных средств.

Изложенные обстоятельства свидетельствует об отсутствии оснований для признания сделки мнимой.

Доказательств расхождения волеизъявления с волей сторон материалы дела не содержат.

В соответствии с вышеизложенным, суд находит требования иска ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, применении последствий недействительности сделки: прекращении права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признании права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру необоснованными, подлежащими оставлению без удовлетворения.

Разрешая заявление представителя ФИО14 о пропуске истцами срока исковой давности по требованиям о признании недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ..., заключенного ** между ФИО2 и ФИО3, суд учитывает возражение представителя истцов ФИО15 на заявление о пропуске указанного срока, которое мотивировано тем, что истцы узнали о факте регистрации права собственности на 2/3 доли квартиры за ФИО3 ** от органов предварительного следствия. До этого момента ФИО16 были уверены, что виновником обмана является ФИО4 Полагает, что в силу ст.181 ГК РФ с указанной даты - установления надлежащего ответчика по делу исчисляется годичный срок давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки. Считает, что срок обращения в суд не пропущен.

Как следует из пояснений ФИО2, ФИО10, допрошенных органами предварительного следствия в качестве потерпевших и в ходе очных ставок с ФИО3, они с первого дня знали об оформлении сделки договором купли-продажи, который ФИО2 подписал в МФЦ. (т.1 л.д.120-121, 124-129, 154-160, 175-180, 181-190, 191-200).

Из протокола допроса ФИО13 от **, допрошенного органами предварительного следствия в качестве свидетеля, следует, что в марте 2016 года из сведений ЕГРН ему стало известно о новом собственнике 2/3 долей квартиры - ФИО3 Он выяснял у бывшей супруги ФИО1 обстоятельства отчуждения долей квартиры ФИО3 ФИО1 пояснила ему, что взяла займ в размере 20000 руб. у ФИО4, в обеспечение договора займа заложила 2/3 доли квартиры, после того как погасит долг, квартиру обратно «перепишут» на сына. Он разозлился на ФИО1 и съехал на дачу, после этого с ней не встречался. От ФИО3 периодически поступают звонки с предложениями выкупить его долю. Предложенная им (ФИО13) цена 430000 руб. ФИО3 не устроила, ФИО3 отказался выкупить долю (т.1 л.д.201-208).

В судебном заседании ** третье лицо ФИО13 подтвердил данные следователю показания, пояснил, что не помнит всех обстоятельств займа и от кого узнал их, настаивал, что справку ЕГРН получил в марте 2017 года.

Судом проверены показания третьего лица ФИО13 о дате получения им выписки из ЕГРН.

Согласно ответу филиала ФГБУ «ФКП Россреестра» по ... от **, представленному по запросу суда, сведения ЕГРН на помещение с кадастровым номером 38:26:040402:8449, расположенное по адресу: ..., ФИО13 выданы **, исходящий номер выписки 38/155/001/2016-322.

Суд принимает показания ФИО13, данные им ** в качестве свидетеля органам предварительного следствия как достоверное доказательство, поскольку они не противоречат установленным обстоятельствам дела, согласуются с выше перечисленными письменными материалами дела.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В п. 101 Постановления Пленума Верховный Суд РФ от ** N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъясняется, что такой срок следует исчислять со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию этого исполнения.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

По смыслу указанной нормы, начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а соответственно и по требованиям о признании ее недействительной, обусловлено не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки.

Таким образом, закон связывает начало течения срока исковой давности по ничтожной сделке с моментом начала ее исполнения.

Суд установил, что ФИО11, заключившему лично и подписавшим ** договор купли-продажи 2/3 доли квартиры, расположенной по адресу: ..., было известно об исполнении сделки непосредственно при ее совершении. С ** с момента регистрации права собственности ФИО3 на 2/3 доли данной квартиры для ФИО11, ФИО1 и ФИО3 началось течение срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, которое закончилось **.

Иск по указанному требованию ФИО2, ФИО1 предъявлен **, то есть за пределами срока исковой давности.

Согласно пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий недействительности составляет один год. Течение срока по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 102 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцы ФИО2, ФИО1 связывают нарушение своего права с моментом получения сведений из органов предварительного следствия о факте регистрации права собственности на 2/3 доли квартиры за ФИО3, то есть с **. Однако данная позиция истцов ФИО2, ФИО1 является неверной, поскольку ФИО2 при заключении договора купли-продажи понимал характер совершаемой сделки и произвел все необходимые действия для создания правовых последствий, в связи с этим срок исковой давности по требованию о признании оспариваемой сделки по заявленному истцами основанию - статьи 179 ГК РФ подлежит исчислению с момента заключения указанной сделки, то есть с **, а с иском истцы обратилась **.

При таких обстоятельствах, срок исковой давности по требованию ФИО2, ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным от ** является пропущенным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

На основании ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Соответствующих доказательств, свидетельствующих о наличии исключительных обстоятельств, препятствовавших подаче истцам ФИО2, ФИО1 искового заявления в суд в пределах срока, установленного п.п.1, 2 ст. 181 ГК РФ, истцами не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО2, ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи 2/3 долей квартиры, расположенной по адресу: ..., заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признать право собственности за ФИО2 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру также подлежат отклонению в связи с пропуском срока исковой давности.

Учитывая, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, иные доводы истцов правового значения для рассмотрения настоящего дела не имеют.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, судом, арбитражным судом или третейским судом.

Суд полагает ФИО1 ненадлежащим истцом по иску об оспаривании договора купли-продажи 2/3 долей квартиры, расположенной по адресу: ..., заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ФИО3 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признать право собственности за ФИО2 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, поскольку собственником спорной квартиры она не является, требований о ее выселении из квартиры, признании прекратившей право пользования квартирой до настоящего времени к ФИО1 предъявлено не было; нарушений гражданских прав ФИО1 оспариваемой сделкой не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, применении последствий недействительности сделки: прекращении права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, признании права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца с даты его вынесения.

Мотивированное решение будет изготовлено **.

Судья В.В.Курдыбан

Мотивированное решение изготовлено судом **.