Апелляционное определение № 22-296/2026 22-5587/2025 от 27 января 2026 г.

Судья Сафонова Е.В. Дело № 22-296/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Новосибирск 28 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кашиной Е.В.,

судей Плотниковой Е.А., Титовой Т.В.,

при секретаре Соколовой Н.А.,

с участием государственного обвинителя Шатунова В.С.,

осужденного <данные изъяты>

защитника – адвоката Янченко Н.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (основной и дополнительным) адвоката Янченко Н.Г. в защиту осужденного <данные изъяты>., на приговор Барабинского районного суда Новосибирской области от 31 октября 2025 года, в отношении

<данные изъяты> года рождения, уроженца <данные изъяты>, не судимого,

у с т а н о в и л а :

Настоящим приговором <данные изъяты> осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к штрафу в размере <данные изъяты>.

Мера пресечения в отношении <данные изъяты> не избиралась.

Арест, наложенный на автомобиль «<данные изъяты> года выпуска сохранен до исполнения наказания в виде штрафа.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Преступление совершено на территории г<данные изъяты> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании осужденный <данные изъяты> вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительным) адвокат Янченко Н.Г. просит приговор суда отменить как незаконный и необоснованный, вынести оправдательный приговор.

По доводам жалобы адвоката вина <данные изъяты> в инкриминируемом преступлении не доказана, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Ссылаясь на Постановления Пленума ВС РФ, Определения Конституционного суда РФ, обращает внимание, что в действиях <данные изъяты> отсутствует состав инкриминированного ему преступления.

Автор жалобы указывает, что путь 5с, рельсы, являющиеся предметом преступления, никогда не стояли на балансе <данные изъяты> пути, которую возглавлял <данные изъяты> Также материалы дела не содержат доказательств, что указанные материалы принадлежали иным подразделением железной дороги, потерпевший по сей день не установлен, следовательно данное имущество не вверялось <данные изъяты>

Факт получения <данные изъяты>. указанных материалов под сохранную расписку, по мнению защитника, не охватывается диспозицией ст.160 УК РФ. При получении рельс, <данные изъяты> не выступал как руководитель Барабинской дистанции пути, а действовал по доверенности, как представитель потерпевшего.

Излагая нормы закона, адвокат полагает, что <данные изъяты> не мог растратить имущество, поскольку оно ему вверено не было в связи с занимаемой должностью, он не осуществлял полномочия, предоставленные ему собственником, по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению, в силу того, что ОАО «<данные изъяты>» собственником данного имущества не является и не являлось.

Кроме того, защитник указывает, что в ходе следствия установлено, что <данные изъяты> не отдавал распоряжение сдать металл на пункт металлоприемки, а дал поручение лишь погрузить его и взвесить, поскольку планировал официально сдать его. Также, по мнению защитника, не представлено доказательств того, что <данные изъяты> преследовал корыстную цель.

Полагает, что судом не приведено нормативных актов, содержащих обязанности <данные изъяты> как должностного лица в отношении имущества, не стоящего на балансе потерпевшего и не принадлежащего ему на праве собственности.

Кроме того, автор жалобы полагает, что судом не установлена сумма, причиненного преступлением ущерба; судом необоснованно отвергнута справка о стоимости имущества, выданная ОАО <данные изъяты>» и взяты за основу тарифы, рассчитанные для физических лиц. Полагает, что сумма ущерба судом завышена.

Указывает, что ни одно доказательство не содержит сведений о наличии умысла у <данные изъяты> на сдачу металла при указанных в приговоре обстоятельствах, судом не дана оценка показаниям осужденного в части подписания им документов по делу ФИО1, полагает, что вина <данные изъяты> не доказана, в связи с чем он подлежит оправданию.

В возражениях на апелляционную жалобу, и.о.транспортного прокурора Бабьева А.А. находит приговор законным и обоснованным, и просит жалобу защитника оставить без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный <данные изъяты> адвокат Янченко Н.Г. доводы жалоб поддержали. Прокурор Шатунов В.С. просил отказать в удовлетворении жалоб.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для отмены приговора суда, а также оправдании <данные изъяты>

К выводу о совершении <данные изъяты> инкриминируемого преступления суд пришел в результате исследования предоставленных сторонами допустимых доказательств и их всесторонней оценки.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом правильно, а вывод суда о доказанности вины осужденного соответствует фактическим обстоятельствам дела и мотивирован.

Версии стороны защиты о том, что <данные изъяты> не имел умысла на хищение чужого имущества, являлась предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные, поскольку опровергнуты совокупностью исследованных доказательств.

Вопреки доводам жалоб виновность осужденного <данные изъяты> в растрате, то есть хищении чужого имущества, принадлежащего ОАО «<данные изъяты>», вверенного виновному, совершенном лицом с использованием своего служебного положения, подтверждается:

- показаниями представителя потерпевшего <данные изъяты> о том, что в <данные изъяты>. <данные изъяты> были вывезены негодные рельсы (<данные изъяты>) в размере <данные изъяты> тонн. Ранее эти рельсы были похищены <данные изъяты>, место хранения похищенного металла было определено на территории <данные изъяты>;

- показаниями свидетеля <данные изъяты> - старшего оперуполномоченного ОБППГ ЛО МВД России на <данные изъяты>, в соответствии с которыми вещественные доказательства по уголовному делу в отношении <данные изъяты> осужденного по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, а именно рельсы марки <данные изъяты> и крепления к ним были помещены на территорию <данные изъяты>). В <данные изъяты> по ходатайству <данные изъяты>. вещественные доказательства в виде металлолома были возвращены <данные изъяты> (т. 3 л.д. 162-164);

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что в конце <данные изъяты> года <данные изъяты> рассказал о возникших у него проблемах с транспортом по вывозу металлолома. Он предложил <данные изъяты>. свою помощь, так как у него имеется знакомый ФИО2, занимающийся грузоперевозками. На следующий день, при встрече <данные изъяты> сказал ему, что нужно вывезти металлолом с территории <данные изъяты><данные изъяты>. Когда приехала машина, <данные изъяты> попросил его проконтролировать погрузку, перевесить металл. Кроме того, <данные изъяты> попросил его сдать металл в <данные изъяты><данные изъяты> в <данные изъяты>, при погрузке и сдаче металлолома он действовал по поручению <данные изъяты>, умысла похитить металл у него не было, он просто хотел помочь <данные изъяты>, от которого денежные средства за оказанную помощь, не получал. После погрузки автомобиля, он сказал водителю ехать на пункт приема металла в г<данные изъяты>, где сдать металл. Забрать документы и денежные средства за сдачу металла он попросил <данные изъяты>, который в этот же день передал ему сведения о тоннаже, сумме сданного металла и денежные средства. Он рассчитался с <данные изъяты> за аренду автомобиля из денежных средств, полученных за сдачу металла, хотя <данные изъяты> не просил его рассчитываться за аренду грузового автомобиля. Он сфотографировал сведения о сданном металле и направил <данные изъяты> на телефон, вечером передал денежные средства <данные изъяты> (т.3 л.д. 76-81, 82-85);

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что <данные изъяты>. начальник <данные изъяты> попросил его подготовить заявку в ООО «<данные изъяты>» на выделение <данные изъяты> грузового автомобиля «<данные изъяты>». От диспетчера ООО <данные изъяты>» стало известно, что «<данные изъяты>» находится на ремонте и выделить его на <данные изъяты>. невозможно, о чем он сообщил <данные изъяты> (т. 3 л.д. 106-109);

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что в <данные изъяты>. за день до произошедших событий ему позвонил его знакомый <данные изъяты> и попросил вывести металлом из вагонного депо <данные изъяты> Они договорились, что утром водитель на грузовом автомобиле будет ждать <данные изъяты> около рыбзавода, который встретит водителя и проводит до места погрузки. На следующее утро, водитель <данные изъяты> на грузовом автомобиле марки «<данные изъяты>» в кузове красного цвета, в сопровождении проследовал на территорию вагонного депо <данные изъяты>, где в автомобиль был загружен металл. После чего, ему позвонил <данные изъяты>, попросил сдать погруженный металл на пункт приема в <данные изъяты> и забрать деньги, он согласился. При нем взвесили погруженный металл, вес лома был примерно около <данные изъяты> тонн, он сделал фотографии общего веса и тары, переслав их <данные изъяты>, далее забрал деньги и позже в этот же день передал деньги <данные изъяты>, взяв за перевозку лома около <данные изъяты> руб.;

- показаниями свидетеля <данные изъяты> – мастера-приемщика <данные изъяты>, в соответствии с которыми <данные изъяты> ему позвонил <данные изъяты> пояснил, что на ПЗУ прибыл грузовой автомобиль с рельсами для сдачи их в металлолом, попросил, чтобы он взвесил данный автомобиль, сказав, что деньги за сданные рельсы заберет сам. Путем взвешивания было установлено, что металлолома автомобиль привез <данные изъяты> кг. Рассчитав вес, установил стоимость лома и передал деньги наличными <данные изъяты> Так как лома было большое количество, а сумма составляла более <данные изъяты> руб., он не мог указать его в программе <данные изъяты>, поскольку физическое лицо должно было заплатить налог с данной суммы, в связи с чем, он принял решение «раскидать» вес металлолома, полученный от <данные изъяты>., между другими лицами, которые ранее сдавали лом. По факту разгрузки автомобиля было понятно, что это был железнодорожный лом, верхние строения путей, хотя лом металла от ОАО «<данные изъяты>» должен приниматься только по разнарядке. На следующий день приехали сотрудники полиции, и принятый металл был изъят. <данные изъяты>. от начальника ПЗУ г<данные изъяты> ему стало известно, что приходил начальник Барабинской дистанции пути <данные изъяты> который передал ему сумму денег, выплаченную за металл, для внесения в кассу ООО «<данные изъяты>», так как рельсы с подкладками, принятые <данные изъяты>., были изъяты сотрудниками полиции. Лом, который <данные изъяты> привез <данные изъяты>. был принят по категории <данные изъяты> а не <данные изъяты>, т.к. лом принимался от физического лица. Лом категории <данные изъяты> пункт приема ООО «<данные изъяты>» принимает только от юридических лиц.

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что со слов <данные изъяты>. ему известно о приеме последним <данные изъяты> в качестве металла рельс. Принятие лома металла у ОАО «<данные изъяты>» разрешено только по разнарядке, поступившей в пункт приема лома, в которой указывается ломосдатчик, сумма, способ сдачи и вид транспорта, на котором транспортируется лом на пункт приема, сумма в разнарядке фиксированная. Из документов следовало, что <данные изъяты>. <данные изъяты> принял лом черного металла на <данные изъяты> руб.. Со слов <данные изъяты> стало известно, что <данные изъяты>. на ПЗУ г<данные изъяты> были привезены рельсы общей массой <данные изъяты> кг, которые он принял и выплатил за них <данные изъяты> руб. <данные изъяты>., который договаривался об их приеме. <данные изъяты>. на ПЗУ <данные изъяты> прибыли сотрудники полиции, которые пояснили, что <данные изъяты> к ним в пункт приема были сданы похищенные рельсы. <данные изъяты>. к нему приехал начальник Барабинской дистанции пути <данные изъяты> который просил переделать документы на сдачу металла на юридическое лицо, но так как на момент сдачи лома разнарядки не было, переоформить документы было невозможно, разнарядка поступила позже. Тогда <данные изъяты> передал ему денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., поскольку рельсы были изъяты сотрудниками полиции, в подтверждение получения которых им была написана расписка, а денежные средства им были внесены в кассу ООО «<данные изъяты>»;

- показаниями свидетеля <данные изъяты> о том, что на территории <данные изъяты> среди путей также находился железнодорожный путь <данные изъяты>, который в <данные изъяты>. был разобран и похищен сотрудником <данные изъяты> При осуществлении своих обязанностей в Барабинской дистанции пути, он обслуживал (осматривал) и путь <данные изъяты>, который фактически находился на обслуживаемой им территории <данные изъяты> В конце <данные изъяты>. стало известно, что вещественные доказательства в виде лома, образовавшегося от пути <данные изъяты> оставлены в распоряжении Барабинской дистанции пути. <данные изъяты>. вечером позвонил <данные изъяты> попросил зайти к нему в кабинет. <данные изъяты> начальник технического отдела Барабинской дистанции пути <данные изъяты> экономист <данные изъяты> и двое мужчин в гражданской одежде, которые представились сотрудниками полиции, пояснили, что сейчас будет проводиться оперативно-розыскное мероприятие. Он понял, то рельсы от пути <данные изъяты>, снова украли (т. 3 л.д. 165-168).

Показания представителя потерпевшего и свидетелей согласуются и с письменными доказательствами, а именно:

- заявлением представителя ОАО «<данные изъяты>» <данные изъяты> в котором он просит провести проверки по факту хищения рельс <данные изъяты> и подкладок <данные изъяты> общей массой <данные изъяты> тонн, принадлежащих Барабинской дистанции пути Западно-Сибирской дирекции инфраструктуры (т. 1 л.д. 71);

- справкой о стоимости похищенного лома металла категории <данные изъяты> и подкладки <данные изъяты> общей массой <данные изъяты> тонн с учетом цен, действующих на 4 квартал 2022 г. – <данные изъяты> руб., стоимость <данные изъяты> тонны металлолома категории <данные изъяты> составляет <данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 72);

- протоколом проведения ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» с фототаблицей от 05.12.2022г., в ходе которого на пункте приема лома черных металлов ООО <данные изъяты>», изъят лом <данные изъяты> отрезков рельс марки <данные изъяты> с накладками и копии документов на 14-ти листах (т. 1 л.д. 75-77, 78-81,82-84);

- выпиской из кассовой книги за <данные изъяты>., приходно-кассовом ордером за 01.12.2022г. и расходно-кассовым ордером от 01.12.2022г.ООО «<данные изъяты>», из которых следует, что <данные изъяты><данные изъяты>. получены денежные средства в сумме <данные изъяты> руб., из которых произведена оплата за поставленный металлолом по платежной ведомости (т.1 л.д. 85-88);

- ведомостью и приемо-сдаточным актом к ней по выдаче наличных денежных средств от 01.12.2022 <данные изъяты>, из которой следует, что по акту № 739 ломосдатчик <данные изъяты> сдал <данные изъяты> тонн металла категории <данные изъяты> на сумму <данные изъяты> руб.; по акту № 740 ломосдатчик <данные изъяты> сдал <данные изъяты> тонн металла категории <данные изъяты> на сумму <данные изъяты> руб.; по акту № 741 ломосдатчик <данные изъяты> сдал 4,484 тонны металла категории <данные изъяты> на сумму <данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 89, 90-92);

- выпиской из журнала о прохождении контроля лома металла, из которого следует, что металлолом, доставленный <данные изъяты> ломосдатчиками <данные изъяты> соответствует категории <данные изъяты>, принят <данные изъяты> безопасен, с установлением <данные изъяты> засоренности (т. 1 л.д. 93-95).

Виновность <данные изъяты>. в совершении инкриминируемого ему преступления установлена и иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре суда.

Доводы стороны защиты о том, что похищенный металл не принадлежит ОАО «<данные изъяты>», не состоятельны.

Так, из материалов дела следует, что приговором Барабинского районного суда Новосибирской области от 28.10.2022 <данные изъяты> признан виновным в совершении покушения на тайное хищение имущества ОАО «<данные изъяты>», в том числе рельс марки <данные изъяты> группы (лом <данные изъяты>), находившиеся на участке железнодорожного пути <данные изъяты> (т.4 л.д.48-75). Приговор вступил в законную силу 08.11.2022. В соответствии с резолютивной частью приговора вещественные доказательства – рельсы марки <данные изъяты> группы (лом <данные изъяты> и крепления к ним постановлено оставить в распоряжении собственника – <данные изъяты> дистанции пути.

В соответствии с распиской от 25.11.2022, <данные изъяты> как представитель потерпевшего, получил вещественные доказательства по уголовному делу в отношении <данные изъяты> – лом металла, принадлежащего ОАО «РЖД» (т.2 л.д.58).

Из показаний представителя потерпевшего <данные изъяты> следует, что все имущество, находившееся на территории базы, принято ими на баланс.

Согласно ответу ОАО «<данные изъяты>», ими на праве собственности зарегистрированы сооружения подъездные пути базы <данные изъяты>, общей протяженностью <данные изъяты> м (т.4 л.д.82-86).

Из показаний свидетеля <данные изъяты> следует, что в <данные изъяты> все имущество базы <данные изъяты> в том числе железнодорожные пути, и путь <данные изъяты>, было передано в <данные изъяты> дистанцию пути, о чем был составлен акт, в котором была указана общая протяженность путей. Фактические имущество передавалось из одного структурного подразделения ОАО «<данные изъяты>» в другое, это имущество оставалось в собственности ОАО «<данные изъяты>», менялись только ответственные лица. Все пути, в том числе и путь <данные изъяты>, находившийся в восточной части производственной базы, являлись собственностью ОАО «<данные изъяты>». Путь <данные изъяты> он использовал для хранения материала.

Из показаний свидетеля <данные изъяты> следует, что в ведомость станционных путей входили пути протяженностью <данные изъяты>., куда путь <данные изъяты> не входил. Вместе с тем на плане этот путь был указан, т.е. фактически путей на схеме было больше, чем указанных в акте приеме – передачи <данные изъяты>. В <данные изъяты>. по указанию дирекции инфраструктуры, в связи с производством по уголовному делу в отношении <данные изъяты>, были проведены кадастровые работы и на баланс дистанции были поставлены не менее <данные изъяты> путей, путь <данные изъяты> не был учтен, так как на момент проведения кадастровых работ он отсутствовал (был разобран), однако если бы был в наличии, то был бы поставлен на баланс дистанции. <данные изъяты> являлась структурным подразделением ОАО «<данные изъяты>».

Таким образом, доводы стороны защиты об отсутствии у ОАО «<данные изъяты>» ущерба, поскольку похищенное имущество им не принадлежало, не основаны на материалах дела и являются несостоятельными. Также вышеизложенными доказательствами опровергнуты доводы защиты о том, что лом металла (вещественные доказательства по делу <данные изъяты> не вверялись осужденному.

Факт не постановки пути <данные изъяты> на баланс <данные изъяты> дистанции пути не свидетельствует о том, что данное имущество ОАО «<данные изъяты> не принадлежало, наоборот, из совокупности исследованных судом доказательств следует, что похищенные рельсы и накладки на них являлись собственностью ОАО «<данные изъяты> к которому, в том числе, и относится <данные изъяты> дистанция пути. Более того, указанный путь был разобран <данные изъяты> который был признан виновным в хищении указанного имущества ОАО «<данные изъяты>», а предметом хищения по настоящему делу является не сам путь <данные изъяты>, а те рельсы и накладки к ним, которые были изъяты у <данные изъяты> и признаны вещественным доказательством в рамках уголовного дела, по которому последний был признан виновным, и которые были выданы <данные изъяты>. под сохранную расписку.

Как правильно установлено судом первой инстанции <данные изъяты>., являясь начальником <данные изъяты> дистанции пути, растратил указанное выше, вверенное ему имущество, а именно- <данные изъяты> отрезка рельс марки <данные изъяты> общей длиной <данные изъяты> метров, а также закрепленные на них подкладки марки <данные изъяты> в количестве <данные изъяты> штуки общей массой <данные изъяты> тонн, принадлежащие ОАО <данные изъяты>».

Доводы стороны защиты о том, что указанное имущество не было вверено <данные изъяты> не основаны на доказательствах. Указанное имущество было получено <данные изъяты>., являющимся начальником <данные изъяты> дистанции пути и одновременно, представляющим ОАО «<данные изъяты>» в рамках уголовного дела в отношении ФИО1, поскольку в уголовном деле по обвинению <данные изъяты> представлял интересы именно ОАО «<данные изъяты>», и получал вещественные доказательства именно как представитель собственника похищенного имущества.

Давая указание о погрузке рельс и накладок на них, и сдаче их на металлолом, <данные изъяты> также действовал как должностное лицо, а именно как начальник <данные изъяты> дистанции пути Западно-Сибирской дирекции инфраструктуры, поскольку в соответствии с должностной инструкцией обладал административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями.

Кроме того, в соответствии с договором от <данные изъяты> № <данные изъяты>, заключенным между ОАО «<данные изъяты>» в лице начальника Западно-Сибирской дирекции инфраструктуры и начальником <данные изъяты> дистанции пути <данные изъяты> последний принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества.

Доводы <данные изъяты> и его защитника о том, что он не давал указаний о сдаче металла в пункт металлоприемки опровергаются прежде всего показаниями <данные изъяты>. о том, что металл был сдан по указанию <данные изъяты>; показаниями свидетеля <данные изъяты>. о том, что похищенный металл им был выдан по указанию <данные изъяты> и на него же был выписан пропуск на въезд и выезд автомашины, вывозившей данный металл.

При этом суд обоснованно признал недостоверными показания свидетеля <данные изъяты> данные им в судебном заседании о самостоятельном принятии решения сдать металл, поскольку они опровергаются совокупностью доказательств, в том числе и показаниями самого свидетеля, данными им на стадии предварительного расследования, расценив показания в судебном заседании желанием помочь подсудимому избежать ответственности за содеянное, в силу сложившихся между ними отношений..

Не доверять показаниям свидетелей, признанными судом достоверными, у судебной коллегии оснований не имеется, поскольку они согласуются с совокупностью исследованных доказательств. Об этом же свидетельствуют и действия самого <данные изъяты> который получив наличные деньги за сданный металл, не предпринял никаких мер по возврату этого имущества, а деньги в пункт приема вернул лишь после того, как сотрудниками полиции была начата проверка по факту сдачи металла. При этом указанные денежные средства на счет организации <данные изъяты> помещены не были.

Несостоятельны доводы жалоб об отсутствии обязательного признака хищения – корыстного мотива, поскольку, растрачивая вверенное имущество, осужденный получил материальную выгоду, в то время как собственник имущества никаких материальных благ в результате этих действий <данные изъяты> не получил.

Представленные в судебное разбирательство доказательства, всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достаточности и допустимости, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний представителя потерпевшего и свидетелей, которые давали логичные, последовательные показания, не имеющие существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершенного <данные изъяты> инкриминируемого ему деяния и доказанность его вины, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного заседания не установлено наличие у свидетелей и представителя потерпевшего каких-либо оснований для оговора осужденного. Ставить под сомнение объективность оценки показаний представителя потерпевшего и свидетелей у судебной коллегии не имеется.

При этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и мотивировал свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, показания осужденного <данные изъяты> в которых он отрицал свою причастность к совершению преступления, суд после тщательной проверки обоснованно отверг, расценив их как обусловленные стремлением избежать уголовной ответственности и наказания за содеянное, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции обоснованно отверг показания свидетеля <данные изъяты>. о том, что путь <данные изъяты> не стоял на балансе <данные изъяты> дистанции пути и, следовательно, ОАО «<данные изъяты>» ущерб причинен не был, поскольку они опровергнуты совокупностью исследованных судом доказательств.

Всем доказательствам, в том числе и тем, на которые ссылались защитник и осужденный в ходе судебного следствия и в апелляционных жалобах, судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с которой соглашается и судебная коллегия.

Из материалов уголовного дела следует, что органом предварительного следствия в ходе предварительного расследования по настоящему уголовному делу нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе при проведении допросов участников уголовного судопроизводства, осмотров, иных следственных и процессуальных действий, влекущих отмену приговора, не допущено.

Все доказательства, приведенные в приговоре, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы судом первой инстанции, их допустимость сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Как видно из приговора, суд не ограничился перечислением доказательств, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Оснований для признания недопустимыми каких-либо доказательств, положенных в основу выводов о виновности <данные изъяты> в совершении преступления, суд апелляционной инстанции также не находит. Следственные действия по делу проведены уполномоченными должностными лицами, в соответствии с требованиями УПК РФ, в необходимых случаях с участием понятых.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию их действий, по делу отсутствуют. Всем исследованным судом доказательствам дана надлежащая оценка.

По существу доводы апелляционной жалобы защитника сводятся к предложению переоценить оцененные судом первой инстанции доказательства, что не может служить безусловным основанием для отмены приговора, поскольку в силу ст. 17 УПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Несогласие <данные изъяты> и его адвоката с данной судом оценкой доказательствам само по себе на правильность вывода суда о виновности <данные изъяты> в содеянном и на квалификацию его действий не влияет.

Судебное разбирательство проведено в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принципы состязательности сторон, презумпции невиновности судом соблюдены. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены с приведением убедительных мотивов все заявленные ходатайства. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденному и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив доказательства в их совокупности, суд верно квалифицировал действия <данные изъяты> по ч. 3 ст. 160 УК РФ как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Наличие в действиях осужденного квалифицирующего признака преступления «совершенного лицом с использованием своего служебного положения» надлежаще мотивировано судом в приговоре, и данные выводы суда первой инстанции судебная коллегия также находит правильными.

Между тем, заслуживают внимание доводы апелляционной жалобы, касаемые стоимости похищенного имущества и причиненного потерпевшему размера ущерба.

Так, в соответствии со справкой, выданной первым заместителем начальника дирекции инфраструктуры – филиала ОАО «<данные изъяты>» <данные изъяты> стоимость похищенных материалов, по состоянию на <данные изъяты> года, а именно рельсы <данные изъяты> и подкладки <данные изъяты> (категории металлолом) общей массой <данные изъяты> тн, составляет <данные изъяты> рублей. При этом, стоимость за <данные изъяты> тн металлолома категории <данные изъяты> составляет <данные изъяты> руб (т.1 л.д.72-73)

Таким образом, стоимость похищенного имущества указана собственником в размере <данные изъяты> копеек, а не <данные изъяты> рублей, как это указано в приговоре.

Учитывая, что потерпевшему ОАО «<данные изъяты>» был причинен ущерб на сумму <данные изъяты> копеек, то приговор в данной части подлежит изменению, а именно – уточнению в описательно-мотивировочной части приговора сумма причиненного потерпевшему ущерба.

Поскольку <данные изъяты> было похищено имущество ОАО «<данные изъяты>» на сумму менее чем <данные изъяты> рублей, то в соответствии с примечанием 4 к статье 158 УК РФ, из квалификации действий осужденного подлежит исключению квалифицирующий признак совершения преступления «в крупном размере», как не нашедший своего подтверждения.

Оснований для иной квалификации действий осужденного или для оправдания осужденного, судебная коллегия не находит.

Наказание <данные изъяты> назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, сведений о личности осужденного, характеризующегося положительно, не судимого, не состоящего на специализированных учетах, смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции учтены все сведения о личности осужденного, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела и имеют значение при решении вопроса о наказании.

Суд первой инстанции обоснованно признал в качестве смягчающих наказание обстоятельств наличие малолетних детей.

Новых данных, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, судебной коллегии не представлено. Не свидетельствуют о возмещении ущерба возврат денежной суммы в размере <данные изъяты> рублей в ООО «<данные изъяты>», поскольку ущерб совершенным преступлением был причинен не ООО «<данные изъяты>», а ОАО «<данные изъяты>».

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного, суд пришел к правильному выводу о назначении <данные изъяты> наказания в виде штрафа, которое судебная коллегия находит соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления <данные изъяты> и предупреждения совершения им новых преступлений.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения ст. 64 УК РФ, то есть для назначения более мягкого вида наказания, а также для изменения категории преступления, согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем, с учетом вносимых изменений, назначенное <данные изъяты> наказание подлежит смягчению.

Нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, судебной коллегией не установлено.

По изложенным основаниям апелляционная жалоба адвоката Янченко Н.Г. подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

приговор Барабинского районного суда Новосибирской области от 31 октября 2025 года в отношении <данные изъяты>, изменить.

Указать в описательно - мотивировочной части приговора, в том числе и при описании преступного деяния, что совершенным преступлением ОАО «<данные изъяты>» был причинен ущерб на сумму <данные изъяты> копеек

Исключить из квалификации действий <данные изъяты> квалифицирующий признак совершения преступления «в крупном размере».

Считать, что действия <данные изъяты> квалифицированы по ч.3 ст.160 УК РФ – растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Смягчить назначенное <данные изъяты> наказание в виде штрафа до <данные изъяты> рублей.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Янченко Н.Г. удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи

Копия верна

Председательствующий