Апелляционное постановление № 22-1499/2025 22-44/2026 УК-22-1499/2025 УК-22-44/2026 от 22 января 2026 г.

Судья: Халкина Е.Н. Дело УК-22-44/2026

УК-22-1499/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Калуга 23 января 2026 года

Калужский областной суд в составе

председательствующего - судьи Зеленковой Л.Е.,

при помощнике судьи Колдуновой А.О.

с участием: прокурора Бызова А.В.,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Романова С.В.,

защитника - адвоката Алексашина И.Н.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Алексашина И.Н. на приговор Дзержинского районного суда Калужской области от 06 ноября 2025 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>,

осужден по ч.3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 531 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено ФИО1 принудительными работами на срок 2 года 6 месяцев с удержанием в доход государства 10% из заработной платы осужденного, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена ФИО1 без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Осужденному определено к месту отбывания наказания в виде принудительных работ следовать самостоятельно за счет государства в соответствии с предписанием территориального органа уголовно – исполнительной системы.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в исправительный центр.

Приговором разрешены гражданские иски и вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав выступления защитника осужденного ФИО1 - адвоката Алексашина И.Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Романова С.В. и мнение прокурора Бызова А.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы, полагавших необходимым оставить приговор без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 10 декабря 2022 года, около 07 часов 20 минут, в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 –адвокат Алексашин И.Н. считает, что приговор не отвечает требованиям законности, обоснованности и справедливости, просит его отменить и ФИО1 оправдать на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, полагает, что суд не дал оценку всем имеющимся в уголовном деле доказательствам, оправдывающим осужденного, в частности заключению эксперта № от 04 апреля 2023 года, о том, что в определенных условиях ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста. Суд положил в основу приговора заключение эксперта № от 19 апреля 2023 года, согласно которому осужденный также указанной технической возможностью не обладал. То есть выводы указанных заключений противоречат выводам суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден. В качестве доказательств виновности ФИО1 суд указал на показания свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО11, ФИО17, ФИО18, ФИО19, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и потерпевшего Потерпевший №1, которые очевидцами дорожно-транспортного происшествия (ДТП) не являлись. Фрагментарно приводя показания ФИО1, Свидетель №5, данные ими на очной ставке, и эксперта ФИО8, защитник полагает, что они подтверждают невиновность осужденного, однако оставлены судом без надлежащей оценки. Приговором не установлен момент возникновения опасности, что является исключительной прерогативой суда, приговор содержит взаимоисключающие суждения. Суд нарушил требования ст.252 УПК РФ, указав в приговоре, что ФИО1 нарушил п. 19.2 Правил дорожного движения РФ (ПДД РФ), нарушение которого ему при описании преступного деяния не вменялось. Органом предварительного расследования инкриминировано осужденному нарушение п.10.1 и 19.2 ПДД РФ, однако, в чем конкретно выражены нарушения, не указано. Следователем и судом стороне защиты не обеспечена возможность ознакомиться с вещественными доказательствами (велосипедом). По мнению защитника, причиной ДТП явилось нарушение погибшим ПДД РФ, поскольку тот зимой в темное время суток в состоянии сильного алкогольного опьянения двигался на велосипеде посередине проезжей части, о чем, как полагает защитник, свидетельствует расстояние от колеса автомобиля до края проезжей части, равное 1,2 м, и показания эксперта о том, что контакт с велосипедом произошел центральной частью автомобиля. Второй причиной ДТП защитник считает несоответствие дороги требованиям по её содержанию, что следует из предписания и показаний сотрудников полиции.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника представитель потерпевшего Потерпевший №1 – адвокат Романов С.В. и государственный обвинитель Прошкина К.С. считают доводы жалобы необоснованными, полагают, что существенных нарушений при производстве по делу не допущено, просят оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, выслушав стороны, изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях на нее и приведенные сторонами в судебном заседании, находит, что вывод о виновности ФИО1 в вышеуказанном преступлении соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, согласно показаниям осужденного ФИО1 и свидетеля Свидетель №5, находившейся на переднем пассажирском сиденье, они, двигаясь в утреннее время на автомобиле <данные изъяты> под управлением ФИО1 по своей полосе движения, совершили наезд на впереди следующего велосипедиста, которого, по показаниям ФИО1, он заметил за 1-3 метра, по показаниям Свидетель №5, она не видела вовсе, лишь почувствовала удар. При этом из их показаний также следует, что на улице в момент ДТП было еще темно, имел место сильный туман, дорожное покрытие было заснежено, имела место небольшая гололедица. При таких дорожных условиях они двигались со скоростью около 60 км/ч.

По заключению судебно-медицинской экспертизы трупа смерть ФИО13 наступила от сочетанной тупой травмы (закрытой черепно-мозговой травмы с полным разрывом ствола головного мозга, тупой травмы шеи с полным разрывом спинного мозга, тупой травмы туловища с неполным разрывом 4 межпозвоночного диска грудного отдела позвоночника, тупой травмы конечностей), осложнившей развитием спинального шока. Все повреждения, составляющие указанную травму, образовались в короткий промежуток времени в быстрой последовательности друг за другом в результате ДТП, имевшего место 10 декабря 2022 года.

Утверждения ФИО1 и Свидетель №5 о том, что перед ДТП ФИО1 был ослеплен светом фар встречного автомобиля и стал снижать скорость, не свидетельствуют о его невиновности, поскольку, увидев издали встречный свет фар, затрудняющий ему обзор проезжей части, осужденный в силу требований п.10.1 ПДД РФ должен был своевременно снизить скорость до предела, обеспечивающего ему в сложившейся дорожной обстановке возможность постоянного контроля за движением управляемого транспортного средства вплоть до остановки последнего, чего ФИО1 сделано не было.

Кроме того, из первоначальных показаний Свидетель №5 не следует, что, приближаясь к встречной автомашине и разъезжаясь с ней, ФИО1 снижал скорость.

Как показала свидетель ФИО11, непосредственно после ДТП Свидетель №5 ей поясняла, что наезд на велосипедиста ФИО13 имел место в связи с сильным туманом, из-за которого они с ФИО1 не заметили велосипедиста.

Эти показания Свидетель №5 и ФИО11 согласуются и с результатами осмотра места ДТП, при котором следов торможения на месте происшествия не обнаружено.

Указанные результаты осмотра в совокупности с характером и тяжестью повреждений на трупе ФИО13, выраженностью повреждений на его велосипеде и автомашине под управлением ФИО1 также свидетельствуют о том, что надлежащих мер к выбору скорости, обеспечивающей безопасность движения, с учетом сложившейся остановки осужденным предпринято не было.

Изменение Свидетель №5 своих показаний в ходе очной ставки с осужденным само по себе указанного вывода не опровергает и объясняется ее близкими отношениями с осужденным, вместе с которым, согласно её показаниям, она проживала в течение 8 лет.

Сам ФИО1 при его допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого указывал, что ДТП произошло из-за плохих погодных условий и по вине погибшего, поскольку тот двигался без световых приборов.

Вместе с тем из протокола осмотра места ДТП, протокола осмотра бушлата погибшего, а также показаний сына погибшего - Потерпевший №1 и супруги погибшего - ФИО12 следует, что на велосипеде ФИО13 имелся задний светоотражающий элемент, который был поврежден в результате ДТП, а на спинке бушлата – светоотражающая полоса, то есть нарушения требований п.24.10 ПДД РФ об использовании велосипедистом, передвигающимся в условиях недостаточной видимости вне населенного пункта, световозвращающих элементов погибшим ФИО13 допущено не было.

Доводы защитника о том, что светоотражающая полоса на бушлате погибшего была прикрыта висевшим у него на спине рюкзаком, не имеют объективного обоснования. При осмотре трупа на месте происшествия рюкзака на его спине обнаружено не было. По показаниям супруги погибшего, свой рюкзак ФИО13 обычно возил в корзине велосипеда.

Умозаключения защитника, согласно которым велосипедист ФИО13 двигался по центру проезжей части, опровергаются показаниями осужденного ФИО1 и свидетеля Свидетель №5 о том, что они следовали по своей полосе движения, результатами осмотра автомобиля, которым управлял осужденный и на котором после ДТП зафиксированы повреждения в центральной части его переднего капота и крыши, протоколом осмотра места ДТП, в котором отражено место осыпи частей транспортных средств, находящееся преимущественно на полосе движения ФИО1

С учетом зафиксированного на фотоиллюстрационной таблице к протоколу осмотра ДТП состояния дорожного покрытия, заснеженность которого увеличивается к обочине, засыпанной снежным бруствером, основания полагать, что погибший ФИО13 в нарушение п. 24.2 ПДД РФ двигался не у правого края пригодной в то время для движения проезжей части, отсутствуют.

Таким образом, доводы защитника о том, что причиной ДТП явилось нарушение ПДД РФ погибшим ФИО13, являются несостоятельными. Установленный судебно-медицинской экспертизой трупа факт нахождения ФИО13 на момент смерти в состоянии алкогольного опьянения, а также указание сотрудниками ГИБДД на несоответствие дороги требованиям по её содержанию, на что обращал внимание защитник, вопреки утверждениям последнего, в причинной связи с происшедшим ДТП не находятся.

Результаты дополнительного осмотра места происшествия, при котором устанавливалась видимость на месте ДТП, а также заключения проведенных по делу автотехнических экспертиз, в том числе № от 04-10 апреля 2023 года и № от 19-24 апреля 2023 года, и показания эксперта ФИО8, согласно которым в определенных условиях ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста, не опровергают выводов о виновности осужденного, а лишь свидетельствуют о том, что он неправильно выбрал скорость в условиях конкретной дорожной обстановки. Кроме того, из заключения эксперта ФИО14 № от 21 ноября - 15 декабря 2023 года следует, что при отсутствии данных о скорости велосипедиста, что имеет место по настоящему делу, разрешить вопрос о наличии у водителя автомобиля технической возможности предотвратить наезд на велосипедиста невозможно.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств суд пришел к правильному выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие имело место в результате нарушения осужденным ФИО1 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, поскольку он вел транспортное средство со скоростью, не соответствующей дорожным и метеорологическим условиям (в частности видимости в направлении движения), не обеспечивающей постоянного контроля за движением автомобиля, не предпринял мер к её снижению в соответствии с дорожной обстановкой вплоть до прекращения движения транспортного средства, в результате чего своевременно не обнаружил двигающегося впереди него по проезжей части велосипедиста ФИО13 и совершил на него наезд, причинив ФИО13 повреждения, повлекшие смерть последнего.

Совокупность исследованных доказательств позволила суду верно установить фактические обстоятельства дела и правильно квалифицировать действия осужденного по ч.3 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, как верно указано в апелляционной жалобе защитника, согласно предъявленному обвинению, совершение каких-либо конкретных действий по нарушению п.19.2 ПДД РФ ФИО1 органом предварительного следствия не инкриминировалось, не установлено таковых и судом согласно изложенному в приговоре описанию совершенного осужденным преступного деяния. Поэтому указание на нарушение ФИО1 п.19.2 Правил дорожного движения РФ подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Предварительное расследование и судебное разбирательство по делу проведены в соответствии с требованиями закона, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Сведений о предвзятости суда либо данных, которые бы позволили сомневаться в беспристрастности судьи, в материалах дела не содержится.

Все доказательства были представлены суду в соответствии с требованиями закона, они тщательно проверены судом и получили надлежащую оценку по правилам ст. 87 и 88 УПК Российской Федерации. Приведенные в обоснование выводов о виновности осужденного доказательства отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность - достаточности для объективного разрешения уголовного дела.

Свидетели ФИО15, ФИО16, ФИО11, ФИО17, ФИО18, ФИО19, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и потерпевший Потерпевший №1, не являясь очевидцами ДТП, поясняли об известных им обстоятельствах, связанных с указанным ДТП и имеющих значение для дела.

Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, основаны на их надлежащем анализе, убедительно аргументированы и сомнений не вызывают.

Приговор соответствует требованиям ст. 297, 304, 307-309 УПК РФ. Все обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, судом установлены и отражены в приговоре, в том числе конкретные действия ФИО1 по нарушению п. 10.1 ПДД РФ.

Невыясненных обстоятельств, установление которых могло бы иметь существенное значение для дела, в ходе предварительного и судебного следствия оставлено не было.

Все ходатайства сторон разрешены органом предварительного расследования и судом в соответствии с требованиями закона. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не допущено.

Доводы защитника о том, что следствием и судом стороне защиты не обеспечена возможность ознакомиться с вещественным доказательством по делу – велосипедом, являются несостоятельными.

Так, согласно протоколу уведомления об окончании следственных действий и протоколу ознакомления обвиняемого и защитника с материалами уголовного дела, при выполнении требований ст.215-217 УПК РФ сторона защиты не желала знакомиться с вещественными доказательствами, в том числе отказалась от ознакомления с велосипедом.

Указанный велосипед по ходатайству защитника Алексашина И.Н. осматривался в судебном заседании 31 октября 2024 года при первоначальном рассмотрении дела, при этом на заднем багажнике велосипеда было зафиксировано наличие корпуса катафота.

В ходе судебного разбирательства, проводимого после отмены решения суда о возвращении уголовного дела прокурору, исследовались заключение эксперта № от 04-12 апреля 2023 года и протокол вышеуказанного судебного заседания от 31 октября 2024 года в части осмотра велосипеда. После чего сторона защиты дополнительных ходатайств об осмотре велосипеда не заявляла, была согласна закончить судебное следствие (т.4 л.д.132).

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.6, 43 и 60 УК Российской Федерации с учетом положений ч.1 ст.62 УК Российской Федерации, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, установленных судом смягчающих наказание обстоятельств (действий, направленных на заглаживание вреда, выразившихся в уплате <данные изъяты> рублей супруге погибшего, принесения извинений, состояния здоровья осужденного), отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

Определенный ФИО1 вид основного наказания – принудительные работы и их срок, а также вид и срок дополнительного наказания являются справедливыми и соразмерны содеянному. Основания для их смягчения отсутствуют, поскольку районным судом верно и в полной мере установлены и учтены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса о наказании.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК Российской Федерации судом справедливо не установлено.

Гражданские иски о взыскании морального вреда разрешены судом в соответствии с требованиями ст. 151, 1064, 1099 - 1101 ГК РФ. Решение суда в указанной части мотивированно. При определении размера компенсации морального вреда судом в полной мере учтены тяжесть причиненных гражданским истцам нравственных страданий, конкретные обстоятельства дела, степень вины и материальное положение осужденного. Определенные судом размеры денежной компенсации морального вреда в полной мере отвечают требованиям разумности и справедливости.

Исключение из описательно-мотивировочной части приговора указания на нарушение ФИО1 п.19.2 Правил дорожного движения РФ не уменьшает фактического объема обвинения и не влечет изменение тяжести, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а поэтому не является основанием для снижения назначенного ФИО1 наказания.

Иных нарушений уголовного либо уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38915, 38920, 38928 и 38933 УПК Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Дзержинского районного суда Калужской области от 06 ноября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о нарушении ФИО1 п.19.2 Правил дорожного движения РФ.

В остальном оставить приговор без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его оглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его оглашения.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110- 40112 УПК РФ.

Стороны вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: