Решение № 2-14/2018 2-14/2018 (2-3379/2017;) ~ М-3069/2017 2-3379/2017 М-3069/2017 от 16 мая 2018 г. по делу № 2-14/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2018 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Брянской О.Е., при секретаре Будажаповой Т.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-14/2018 по иску ФИО1 к АУ РБ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» - Республиканскому центру профессиональной патологии, АО «Улан-Удэнский авиационный завод», о признании заключения незаконным в части, признании заболеваний профессиональными, обязании направить извещение, обязании создать комиссию и провести расследование несчастного случая,

с участием представителя истца ФИО2 (доверенность от 02.09.2017), представителей ответчиков ФИО3 (доверенность от 21.02.2018), ФИО4 (доверенность от 26.12.2017),

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, истец ФИО1 просил признать незаконным заключение АУ РБ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» - Республиканский центр профессиональной патологии (далее – Центр профпатологии) от 20.01.2017 № 7 в части отказа в установлении связи основных заболеваний (...) с профессиональной деятельностью истца; признать указанные заболевания, выявленные у истца в результате клинического обследования и указанные в медицинском заключении Республиканского центра профессиональной патологии № 7 от 20.01.2017 г. в разделе «Основной диагноз», связанными с профессиональной деятельностью истца в АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (далее АО «У-УАЗ») по профессии ...; обязать Центр профпатологии направить соответствующее извещение в органы и организации, предусмотренные п. 14 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, с целью проведения установленного расследования и оформления акта о случае профессионального заболевания; обязать АО «У-УАЗ» создать комиссию и провести расследование случая профессионального заболевания выявленного у истца с последующим оформлением Акта о случае профзаболевания.

Требования мотивированы тем, что истец работает в АО «У-УАЗ» ... в течение 14 лет. Указанная работа проводится истцом с применением виброинструментов, в условиях воздействия вредных производственных факторов, превышающих предельно-допустимые уровни (ПДУ) по шуму и локальной вибрации. При прохождении очередного периодического медицинского осмотра в мае 2016 года у истца выявлено подозрение на профессиональные заболевания «...» и «...», в связи с чем, он был отправлен в Центр профпатологии для углубленного обследования. По результатам пройденного у ответчика обследования выявленные у истца при прохождении периодического медосмотра заболевания подтвердились, что подтверждается медицинским заключением № 7 от 20.01.2017 г. Однако комиссия, давая оценку связи выявленных заболеваний с профессиональной деятельностью истца, указала, что высказаться о профессиональном характере основных заболеваний не представляется возможным по причине низкого процента занятости истца в течение рабочей смены в условиях воздействия вибрации и шума, а также ввиду непостоянного контакта с вибрацией превышающей ПДУ, при этом комиссия ссылалась на санитарно-гигиеническую характеристику условий труда истца и дополнения к ней. Истец считает такой вывод Центра профпатологии незаконным. Выявленные у истца заболевания отнесены к категории профессиональных заболеваний, условия труда истца отнесены к категории «вредные» с превышением ПДУ по шуму и локальной вибрации. Ссылка в заключении на низкий процент занятости во вредных условиях, непостоянный контакт с вибрацией при осуществлении профессиональных обязанностей ничем не обоснована.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал. Не согласился с заключением судебной экспертизы, настаивал на исковых требованиях по вышеизложенным основаниям.

Представитель ответчика Центра профпатологии ФИО3 возражала против удовлетворения иска, представила письменный отзыв на иск, пояснила, что на момент вынесения оспариваемого заключения с учетом представленных документов, санитарно-гигиенической характеристики условий труда было невозможно установить причинно-следственную связь между развитием заболеваний и условиями труда. На данном этапе выявленная у ФИО1 патология не влечет утрату профессиональной трудоспособности.

Представитель ответчика АО «У-УАЗ» ФИО4 требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, полагала АО «У-УАЗ» ненадлежащим ответчиком.

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно Федеральному закону от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (абз. 11 ст. 3).

В соответствии с п. 4 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утв. Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967) (далее Положение) под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Положением определен порядок установления наличия профессионального заболевания.

Согласно пункту 14 Положения центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание, составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

В соответствии с пунктом 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1 работает в АО «У-УАЗ» ... с 2003 года по настоящее время.

Согласно медицинскому заключению № 7 Республиканского центра профессиональной патологии АУ РБ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» ФИО1 находился на обследовании и лечении в Центре профпатологии с 09.01.2017 по 20.01.2017 г. с основным диагнозом: ..., ....

По заключению специализированной КЭК №1 от 20.01.2017 в настоящее время высказаться о профессиональном характере основных заболеваний не представляется возможным: с учетом представленной санитарно-гигиенической характеристики условий труда и дополнений к ней низкий процент занятости в течение рабочей смены в условиях воздействия вибрации, шума; непостоянный контакт с вибрацией, превышающей ПДУ, сопутствующая патология общего характера. В настоящее время в своей профессии трудоспособен.

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 19.10.2016 № 25 условия труда ФИО1 характеризуются как «вредные» по шуму, превышение эквивалентного уровня звука (ПДУ) на 9дБА по протоколу измерений шума № 116-2 («Карта № 116 спецоценки условий труда от 29.04.16 г.), продолжительность воздействия шума и локальной вибрации составило 16,62 % времени рабочей смены.

Согласно дополнению к санитарно-гигиенической характеристике условий труда ... АО «У-УАЗ» условия труда ФИО1 характеризуются как «вредные» по шуму, превышение эквивалентного уровня звука (ПДУ) на 10, 11, 12, 14, 28 дБА; по локальной вибрации, превышение эквивалентного корректированного уровня виброускорения на 1, 2, 3 дБ в соответствии с Р 2.2.2006-05. Время занятости с виброопасными ручными инструментами занимало в период с 2012 г.-2014 г. – 14,2 % времени рабочей смены, с 2015 г. – 2016 г. – 16,54 % времени рабочей смены.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № 4 от 07.02.2018 г., проведенной ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова» по вопросу наличия причинно-следственной связи заболеваний, выявленных у ФИО1, с профессиональной деятельностью истца по профессии ... АО «У-УАЗ», следует, что обозначенные заболевания не могут рассматриваться как результат воздействия такого вредного производственного фактора как локальная вибрация в профессии ... АО «У-УАЗ» и, следовательно, как проявления ... болезни на дату 20.01.2017, ввиду отсутствия убедительных и патогномоничных признаков ... болезни.

Отсутствие необходимой медицинской документации (заверенных копий аудиограмм за период с 2014 г. по настоящее время) не дает возможности высказаться о состоянии ... ФИО1 и решить вопрос о причинно-следственной связи заболевания ..., выявленного у Хакимова И.3., с условиями труда в профессии ... «У-УАЗ».

Представителем истца заявлялось ходатайство о проведении повторной экспертизы, в удовлетворении ходатайства судом отказано ввиду отсутствия предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ оснований для назначения повторной экспертизы.

Представитель истца в обоснование ходатайства ссылался на наличие разночтений и неоднозначность выводов, ссылку в экспертном заключении на отсутствие необходимых документов для ответа на поставленные вопросы, а именно отсутствие данных аудиограмм, нечитаемые диагнозы, отсутствие данных термометрии и т.д.

Вместе с тем, каких-либо противоречий, неясностей заключение судебной экспертизы не содержит.

Из заключения следует, что экспертами проведен тщательный анализ всех представленных документов, сделаны полные и обоснованные выводы по поставленному судом вопросу.

В ходе исследования представленных документов эксперты пришли к выводу, что ФИО1 в период работы ... в течение 13 лет 9 месяцев (на дату 10.08.2017) подвергался воздействию вредных факторов: шума выше ПДУ, локальной вибрации в пределах и выше ПДУ, физическим нагрузкам за счет длительного пребывания в позе стоя до 80% рабочей смены (л.д. 122). Указанное обстоятельство не оспаривалось ответчиками в судебном заседании.

На основании данных санитарно-гигиенической характеристики от 26.09.2017 №14 о превышении ПДУ по локальной вибрации в 2012-2015 годах на 1-3 дбА и отсутствии превышения в 2016 году, с учетом данных профмедосмотров за 2014, 2015 и 2016 годы (изменения поверхностной чувствительности при нормальных порогах вибрационной чувствительности и отрицательной холодовой пробе), результатов обследования ФИО1 с 09.01.2017 по 20.01.2017 в РЦПП, эксперты дали заключение, что на дату 20.01.2017 четких убедительных данных за ... болезнь у ФИО1 не имелось (л.д. 129).

В отсутствие данных аудиометрии эксперты не смогли высказаться о правомерности установления ФИО1 диагноза ..., и именно в связи с этим не представилось возможным установить причинно-следственную связь заболевания с профессией.

Анализируя условия труда ФИО1 согласно данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 19.10.2016 № 25, эксперты пришли к выводу, что расчет эквивалентного уровня звука за время контакта с пневмоинструментом 16,62% рабочей смены является некорректным (л.д. 120)

При этом эксперты указали, что для оценки санитарно-гигиенических условий труда при проведении экспертизы связи заболевания с профессией не предусмотрено оформление дополнений к санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) и в последующем рассмотрение сведений из дополнения к санитарно-гигиеническим условиям труда при экспертизе связи заболевания с профессией. При необходимости корректировки санитарно-гигиенической характеристики условий труда, а также внесения дополнений к указанному документу, необходимо составлять новую санитарно-гигиеническую характеристику условий труда (л.д. 122).

Сообщений о недостаточности документов для проведения исследований и дачи заключения в порядке ч. 1 ст. 85 ГПК РФ экспертным учреждением в суд не направлялось.

Суду не было представлено дополнительных документов, которые не были предметом исследования экспертов при проведении судебной экспертизы, в том числе при заявлении ходатайства представителем истцом о назначении повторной экспертизы.

Представитель истца не ходатайствовал о назначении дополнительной экспертизы с целью предоставления на исследование дополнительных документов, настаивал на проведении повторной экспертизы, не согласившись с выводами экспертов. Вместе с тем несогласие с выводами экспертов в отсутствие данных, подтверждающих необоснованность экспертного заключения, основанием для назначения повторной экспертизы не является.

В связи с изложенным, суд оценивает заключение экспертов как соответствующее требованиям ст. 86 ГПК РФ, заключение содержит подробное описание проведенных исследований и соответствующие выводы, дан объективный, основанный на всех предоставленных и исследованных материалах ответ на поставленный судом вопрос.

Оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных данных для вывода о связи вышеуказанных заболеваний истца с его профессиональной деятельностью в АО «У-УАЗ» в должности ... на момент дачи медицинского заключения №7 от 20.01.2017 г., а соответственно об отсутствии оснований для признания незаконным заключения КЭК о невозможности высказаться на момент обследования о профессиональном характере основных заболеваний ФИО1.

Доказательств иного вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено. Факт работы ФИО1 во вредных условиях труда сам по себе не свидетельствует о возникновении у него заболеваний в связи с осуществляемой деятельностью и наличии профессиональных заболеваний на момент обследования 20.01.2017 г. Профессиональная трудоспособность согласно медицинскому заключению от 20.01.2017 у истца не была утрачена, тогда как утрата профессиональной трудоспособности является необходимым признаком профессионального заболевания.

На основании изложенного в удовлетворении требований истца к ответчику Центру профпатологии надлежит отказать.

Требования истца, заявленные к ответчику АО «У-УАЗ», суд находит также не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Согласно ст. 3 ГПК РФ право на защиту в судебном порядке обусловлено нарушением либо оспариванием прав, свобод или законных интересов заинтересованного лица.

В ходе рассмотрения дела нарушения прав и законных интересов истца ответчиком АО «У-УАЗ» не установлено.

Порядок расследования обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания работодателем определен в пунктах 19 - 29 Положения, из которых следует, что работодатель организует расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания, образует комиссию по расследованию профессионального заболевания только после получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания. По результатам расследования составляется акт о случае профессионального заболевания.

Поскольку соответствующего извещение об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания в отношении ФИО1 работодателю не поступало, права истца, связанные с проведением расследования случая профессионального заболевания, не нарушены.

На основании изложенного в удовлетворении требований истца надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АУ РБ «Республиканский клинический госпиталь для ветеранов войн» - Республиканскому центру профессиональной патологии, АО «Улан-Удэнский авиационный завод» - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 22.05.2018.

Судья О.Е. Брянская