Решение № 2-3844/2017 2-51/2018 2-51/2018 (2-3844/2017;) ~ М-3981/2017 М-3981/2017 от 7 февраля 2018 г. по делу № 2-3844/2017

гр. дело №2-51/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 февраля 2018 года город Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи – Головиной Н.А.,

при секретаре – Войцевой А.Ю.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4, в отсутствие представителя третьего лица Управления Росреестра по Белгородской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, к ФИО3 о признании недействительным соглашения о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого дома, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточнения) о признании недействительным соглашения о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, исключении из ЕГРП записей о регистрации права на части жилого дома и регистрации за ней права собственности на часть жилого дома площадью 41,3 кв.м.

В обоснование заявленных требований указано, что по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ истец получила в собственность 63/100 доли жилого дома, площадью 65,6 кв.м. с хозяйственными и бытовыми постройками по адресу: <адрес>.

На основании решения Свердловского районного суда города Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО3 признано в порядке наследования после смерти его брата ФИО5 право собственности на 37/100 доли указанного выше домовладения.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком было заключено соглашение о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого <адрес>, в соответствии с которым за ФИО1 зарегистрировано право собственности на часть жилого <адрес> в городе <адрес>ю 24,3 кв.м. с кадастровым номером №. За ФИО3 зарегистрировано право на часть жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 41,3 кв.м. с кадастровым номером №.

Однако, часть жилого дома площадью 24,3 кв.м. на момент составления соглашения о разделе была снесена, то есть, как объект не существовала. Кроме того, на протяжении последних тридцати лет ФИО1 проживала и фактически пользовалась частью жилого дома площадью 41,3 кв.м.

Тем самым, при заключении соглашения истец заблуждалась, поскольку тем самым лишила себя постоянного места жительства.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 поддержали заявленные требования.

Ответчик ФИО3, его представитель ФИО4 возражали против удовлетворения иска ФИО1 по причине его необоснованности. Указали, что Определением Свердловского районного суда города Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ утверждено мировое соглашение, по которому произведен реальный раздел жилого дома между прежними собственниками. Данным мировым соглашением К,В,А,-наследодателю ФИО3 выделена задняя часть дома, а К.Е.Д., М.А.Д. после которых право приобрела ФИО1, выделена передняя часть дома. Кроме того, именно К,В,А, ДД.ММ.ГГГГ выдавалось разрешение на возведение пристройки к дому, в результате чего площадь принадлежащей ему задней части дома составила 41,3 кв.м. Следовательно, заявленные требования не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Исследовав обстоятельства дела по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст. 12 ГК РФ.

Согласно ч.3 ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Способы защиты прав подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Исходя из общих положений ГК РФ требование о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, обеспечивается не только путем пресечения действий, нарушающих право, и восстановления положения, существовавшего до такого нарушения, но и путем обращения своих притязаний к лицам, создающим реальную угрозу нарушения права, однако при этом лицо желающее защитить свои права обязано доказать факт их нарушения другими лицами.

Судом по делу установлено следующее.

Определением Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ утверждено мировое соглашение по делу по иску К,В,А, к К.Е.Д. и М.А.Д, по условиям которого К,В,А, выделены в <адрес> комнаты № площадью 8,5 кв.м. и № площадью 3,5 кв.м., пристройка а1 площадью 6,6 кв.м. и часть пристройки а площадью 4 кв.м., сарай Г площадью 7,4 кв.м. и определено считать его собственником 37/100 части домовладения. К.Е.Д. и М.А.Д, выделены комнаты № площадью 17,2 кв.м., и № площадью 3,6 кв.м., часть пристройки а площадью 3,6 кв.м., сарай Г1 площадью 6,2 кв.м. и определено считать их собственниками 63/100 части домовладения.

В дальнейшем, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ собственником 63/100 доли домовладения по адресу: <адрес> стала Х.Т.Е, которая договором от ДД.ММ.ГГГГ подарила принадлежащие ей 63/100 доли жилого дома общей площадью 65,6 кв.м. ФИО1

ФИО1 являлась гражданской супругой К,В,А, и проживала с последним в спорном домовладении.

Данное обстоятельство сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

ДД.ММ.ГГГГ К,В,А, умер.

После его смерти открылось наследство, в том числе на 37/100 долей жилого дома по адресу: <адрес>.

Вступившим в законную силу решением Свердловского районного суда города Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО3 признано право собственности в порядке наследования по закону после смерти К,В,А,, умершего ДД.ММ.ГГГГ, на 37\100 доли жилого дома площадью 65,6 кв. м. по адресу: <адрес>,кадастровый №.

Таким образом, на момент принятия ФИО1 имущества по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО3 в порядке наследования, спорное домовладение находилось в долевой собственности.

Приведенные судебные акты не свидетельствуют о том, что между сособственниками произведен реальный раздел домовладения и прекращено право долевой собственности, а подтверждают лишь факт того, что между прежними сособственниками был установлен порядок пользования жилым домом, хозяйственными постройками и земельным участком.

То обстоятельство, что К,В,А, выдавалось разрешение на возведение пристройки к дому, не свидетельствует об изменении долевого соотношения сособственников в праве на жилой дом.

Из содержания искового заявления следует, что на момент заключения оспариваемого соглашения части жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 24,3 кв.м. с кадастровым номером № не существовала, поскольку она была снесена.

Доводы стороны истца о том, что по состоянию на 2015 года указанная выше часть жилого отсутствовала подтвердили в судебном заседании свидетели как со стороны истца Д.З.И., Л.Н.И., М.О.А., Р.В.Н., А.В.М., так и не отрицали свидетели со стороны ответчика Р.А,Н., Г.С.А., П.Д.Н.

Доводы истца об отсутствии объекта недвижимости, выделенного ей оспариваемым соглашением объективно подтверждаются скриншотом фотоснимков, размещенных общедоступном интернет ресурсе www.google.ru/maps/place/....... из которых следует, что по состоянию на июль 2015 года часть <адрес> со стороны фасада домовладения отсутствовала.

В этой связи суд подвергает сомнению пояснения представителя БТИ города Белгорода П.М.И. и выполненные ею в техническом паспорте домовладения отметки о том, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ часть жилого дома имелась, однако находилась в очень плохом состоянии, с 70% износа.

Приведенные выше доказательства свидетельствуют о том, что заключением соглашения от ДД.ММ.ГГГГ и выделением в собственность истцу несуществующей части жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 24,3 кв.м. с кадастровым номером № последняя была лишена принадлежащего ей имущества.

Следовательно, отказ ФИО1 от принадлежащего ей права собственности на 63/100 доли домовладения не только не повлек те правовые последствия, которые указаны в оспариваемом соглашении о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого дома, но и привел к нарушению прав и законных интересов истца.

Согласно действующему процессуальному законодательству правильное разрешение спора является первостепенной обязанностью суда, для выполнения которой ему предоставлены возможности для установления имеющих значение обстоятельств и сбора доказательств.

Исходя из приведенных положений, именно суду предоставлено право определять закон, которым следует руководствоваться при разрешении возникшего спора.

Следовательно, ссылки стороны ответчика на неверно избранный истцом способ защиты своего права является несостоятельным.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ, оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Пункт 1 статьи 166 ГК РФ гласит, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В связи с изложенным, судом отвергаются доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Установленные по делу обстоятельства являются достаточными для признания недействительным соглашения о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 и исключении из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество записей о регистрации права собственности ФИО1 и ФИО3 на части жилого дома <адрес> площадью 24,3 кв.м. и 41,3 кв.м.

Поскольку ФИО1 принадлежало в ранее существовавшем объекте недвижимости 63/100 доли, а ФИО3 – 37/100, соответственно, за ними следует зарегистрировать новый объект – часть жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 41,3 кв.м. с кадастровым номером № в указанном соотношении долей.

Принимая во внимание, что часть жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 24,3 кв.м. с кадастровым номером № не существует, суд считает необходимым исключить из Кадастра недвижимости сведения о данном объекте.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, к ФИО3 о признании недействительным соглашения о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого дома, применении последствий недействительности сделки, - удовлетворить частично.

Признать недействительным соглашение о прекращении долевой собственности и реальном разделе жилого <адрес>, заключенное ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, и ФИО3

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество запись о регистрации права собственности ФИО1, на часть жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 24,3 кв.м. с кадастровым номером №

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество запись о регистрации права собственности ФИО6 на часть жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 41,3 кв.м. с кадастровым номером №.

Зарегистрировать за ФИО1, право собственности на 63/100 доли в части жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 41,3 кв.м. с кадастровым номером №

Зарегистрировать за ФИО3 право собственности на 37/100 доли в части жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 41,3 кв.м. с кадастровым номером №

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1,, - отказать.

Исключить из Кадастра недвижимости сведения о части жилого <адрес> в городе Белгороде площадью 24,3 кв.м. с кадастровым номером №.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд города Белгорода.

Судья

Мотивированное решение принято 19 февраля 2018 года.