Апелляционное определение № 33-5390/2026 от 24 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено <дата>.

УИД 66RS0004-01-2022-001730-30

Дело № 33-5390/2026

(№ 2-3275/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 25.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Зоновой А.Е., судей Мурашовой Ж.А., Пономарёвой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротокола помощником судьи Амировым Э.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании заявление истца ФИО1 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения от 03.07.2023 об устранении описки) по гражданскому делу по иску ФИО1 к Администрации Туринского городского округа, Администрации Кировского района г. Екатеринбурга, Министерству финансов Свердловской области, Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 7 об установлении вины, выразившейся в бездействии органов опеки и попечительства, взыскании невыплаченного пособия на содержание ребенка, по апелляционной жалобе истца на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.10.2022.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения истца ФИО1, представителя третьего лица Министерства социальной политики Свердловской области ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к Администрации Туринского городского округа, Администрации Кировского района г. Екатеринбурга, Министерству финансов Свердловской области, Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 7, в котором с учетом уточнений исковых требований просила установить вину, выразившуюся в бездействии органов опеки и попечительства, которыми в спорный период являлись Администрация Туринского городского округа, в не выявлении её как ребенка, оставшегося без попечения родителей до 18 лет, начиная с 10.10.1994 по 25.12.2002, а также Администрации Кировского района г. Екатеринбурга в не выявлении её как ребенка, оставшегося без попечения родителей до 18 лет, начиная с 26.12.2002; взыскать с Министерства финансов Свердловской области за счет средств казны Свердловской области, невыплаченное пособие по вине органов опеки и попечительства – Администрации Туринского городского округа, Администрации Кировского района г. Екатеринбурга на её содержание в период с 10.10.1994 по 31.12.2004 в сумме 3525851 руб. 65 коп.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.10.2022 исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения суда от 03.07.2023 об устранении описки), постановленным по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принят отказ ФИО1 от иска в части требований к Территориальному отраслевому исполнительному органу государственной власти Свердловской области - Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 7 об установлении вины, выразившейся в бездействии относительно не выявления её как ребенка, оставшегося без попечения родителей, взыскании невыплаченного пособия на содержание ребенка, в связи с чем производство по делу в этой части прекращено. Решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 17.10.2022 отменено. По делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации Туринского городского округа, Администрации Кировского района г. Екатеринбурга, Министерству финансов Свердловской области об установлении вины, выразившейся в бездействии относительно не выявления её как ребенка, оставшегося без попечения родителей, взыскании невыплаченного пособия на содержание ребенка, отказано.

16.02.2026 в Свердловский областной суд поступило заявление истца о пересмотре апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения от 03.07.2023 об устранении описки) по вновь открывшимся обстоятельствам. В обоснование заявления ФИО1 указано, что после рассмотрения дела, в том числе и по результатам проверок, проведенных прокуратурами Туринского района Свердловской области и Кировского района г.Екатеринбурга, ей стали известны следующие обстоятельства: факт отсутствия возможности её содержания отцом ФИО3 по неуважительной причине на дату подачи заявления о добровольной передаче истца под опеку бабушке ФИО4 - на 01.09.1994 (указанное обстоятельство говорит о том, что орган опеки и попечительства в лице Администрации Туринского района не проверил тот факт, имел ли отец истца условия для её содержания, в то время как факт отсутствия постоянной занятости ФИО3 по неуважительной причине вплоть до конца 2002 года подтверждается записями в его трудовой книжке и указывает на отсутствие возможности её содержания отцом с 1994 года по 2002 год); факт отсутствия наличия условий для воспитания истца её отцом ФИО3 с 1990 по 2002 год подтверждается наличием <...> (подтверждается записями в трудовой книжке, пояснениями брата отца ФИО5, сведениями из Пермской краевой клинической больницы). Указанный факт говорит о том, что орган опеки и попечительства в лице Администрации Туринского района передал её под опеку по заявлению отца ФИО3 незаконно и тем самым изначально нарушил интересы ребенка на статус, оставшегося без попечения родителей; факт того, что инспектор по охране детства ФИО6 выходила с проверкой проживания истца только один раз говорит о том, что орган опеки и попечительства в лице Администрации Кировского района города Екатеринбурга не выполняли обязанности по охране прав и интересов ребенка под опекой, не проводили сами проверок и не проверяли выходит ли инспектор (подтверждается проверкой Прокуратуры Кировского района города Екатеринбурга); факт того, что акты проверок условий проживания ребенка под опекой, на которые сослался Свердловский областной суд, составлены не уполномоченными лицами — не органами опеки и не инспектором по охране детства и без выхода к опекуну (подтверждается проверкой прокуратуры Туринского района); факт того, что заместитель главы исполнительного органа с. Ленское знала о том, что отец ФИО3 никогда не приезжал к дочери и не поддерживал с ней связь. Указанный факт доказывает, что указанное обстоятельство знал и орган опеки и попечительства - Администрация Туринского района, поскольку органы исполнительной власти обязаны были сообщать о фактах отсутствия родительского попечения; факт того, что орган опеки и попечительства - Администрация Туринского района не беседовала с отцом истца ФИО3 и не выясняла причины по которым он передает ребенка под опеку бабушке; факт злостного уклонения от уплаты алиментов отцом истца ФИО3 (подтверждается сводкой по исполнительному производству). Её отец ФИО3 знал об обязанности содержания своего ребенка до совершеннолетия, однако несмотря на то, что, согласно записям в трудовой книжке, с конца 2002 года начал осуществлять постоянную трудовую деятельность нарушил обязанность сообщить об этом судебным приставам, чтобы не платить алименты (подтверждается сводкой по исполнительному производству, справкой Сбера); факт того, что задолженность по алиментам была выплачена её опекуну ФИО4, а не истцу, говорит о том, что положенного содержания она так и не получила. Выплата опекуну носила компенсаторный характер, так как все бремя содержания несла она. Достоверно причины отсутствия трудовой деятельности у ФИО3 ей стали поняты после получения сведений из Пермской краевой больницы о его госпитализации в связи с <...><дата>, где указано, что в анамнезе ФИО3 пил 4 дня спирт. Указанный запрос она сделала для проверки сведений, ставших известными от брата отца ФИО5, с которым они жили всю жизнь вместе. Указанные факты не могли быть известны истцу раньше, так как её отец ФИО3 не поддерживал с ней связь. Следующим вновь открывшимся обстоятельством является факт того, что Управлению социальной защиты населения Кировского района города Екатеринбурга было известно о наступлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что она относилась к детям, оставшимся без попечения родителей, (подтверждается справкой от 20.06.2008). Указанное обстоятельство не могло быть известно, поскольку на июнь 2008 года она была несовершеннолетней и все документы, связанные с опекой (попечительством) получала её бабушка опекун ФИО4 Указанную справку ей отдала бабушка в сентябре 2023 года, после рассмотрения дела, случайно обнаружив ее в своих документах. Полагает, что если бы суд апелляционной инстанции располагал перечисленными обстоятельствами, то решение было бы иным.

В представленных возражениях ответчики Министерство финансов Свердловской области, Администрация Туринского муниципального округа Свердловской области, Администрация Кировского района г. Екатеринбурга, третье лицо Министерство социальной политики Свердловской области просили заявление истца ФИО1 оставить без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 поддержала доводы заявления, просила пересмотреть апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения от 03.07.2023 об устранении описки) по вновь открывшимися обстоятельствам.

Представитель третьего лица Министерства социальной политики Свердловской области ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции просила заявление истца оставить без удовлетворения.

Принимая во внимание надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, судебная коллегия сочла возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц. Третье лицо ФИО3 умер <дата>. Третьим лицом ФИО4 представлено заявление о рассмотрении поставленного вопроса в ее отсутствие (л.д. 133 т. 6).

Заслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Положениями ч. 1 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные постановления, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

В соответствии со ст. 393 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу судебное постановление пересматривается по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судом, принявшим это постановление. Пересмотр по вновь открывшимся или новым обстоятельствам постановлений судов апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, которыми изменено или принято новое судебное постановление, производится судом, изменившим судебное постановление или принявшим новое судебное постановление.

Согласно абз. 3 п. 74 Постановления Пленума верховного суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" по заявлению лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции рассматривает вопросы о разъяснении апелляционного определения, которым было изменено решение суда первой инстанции или принято новое решение (статья 202 ГПК РФ), и о пересмотре апелляционного определения по вновь открывшимся или новым обстоятельствам (глава 42 ГПК РФ); заявление о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам апелляционного определения, которым изменено судебное постановление суда первой инстанции или принято новое судебное постановление, рассматривается судом апелляционной инстанции по правилам, предусмотренным главой 42 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в судебном заседании с извещением лиц, участвующих в деле, за исключением тех случаев, когда в соответствии с законом апелляционное определение вынесено в судебном заседании без извещения лиц, участвующих в деле, или без проведения судебного заседания.

Основаниями для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений являются вновь открывшиеся обстоятельства - указанные в части третьей настоящей статьи и существовавшие на момент принятия судебного постановления существенные для дела обстоятельства (ч. 2 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 3 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к вновь открывшимся обстоятельствам относятся:

1) существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю;

2) заведомо ложные показания свидетеля, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо неправильный перевод, фальсификация доказательств, повлекшие за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления и установленные вступившим в законную силу приговором суда;

3) преступления сторон, других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления судей, совершенные при рассмотрении и разрешении данного дела и установленные вступившим в законную силу приговором суда.

Из разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 N 31 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений", перечень оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, содержащийся в ч. ч. 3 и 4 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является исчерпывающим.

Вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в п. 1 ч. 3 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются относящиеся к делу фактические обстоятельства, объективно имевшие место на время рассмотрения дела и способные повлиять на существо принятого судебного постановления, о которых не знал и не мог знать заявитель, а также суд при вынесении данного постановления. При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 года N 31 "О применении норм ГПК РФ при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений").

Таким образом, пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам выступает дополнительной процессуальной гарантией защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов участников гражданско-правовых отношений, позволяя при наличии обстоятельств, указанных в законе, в определенной процессуальной процедуре производить проверку правильности судебных постановлений, вступивших в законную силу.

Одной из особенностей этого института является то, что сомнения в правильности судебного акта связаны не с нарушением норм материального или процессуального права или неправильной оценкой существенных для дела обстоятельств, а с открытием уже после вступления судебного акта в законную силу обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, которые имели место на момент вынесения решения, но не были учтены судом при его вынесении. Критерием отнесения вновь открывшихся обстоятельств к существенным является также их способность повлиять на исход дела.

Как следует из искового заявления фактически ФИО1 просила взыскать с Министерства финансов Свердловской области убытки в размере неполученных по вине органов опеки и попечительства, денежных средств на содержание ребенка, оставшегося без попечения родителей, с учетом инфляции. В обоснование требований ссылалась на то, что после смерти матери ФИО7 на основании Постановления главы Администрации управляемой территории Туринского района Свердловской области от 10.10.1994 № 1143 была передана под опеку своей бабушке ФИО4 При передаче под опеку, отец ФИО3 своим заявлением от 01.09.1994 дал разрешение на установление опеки и впоследствии в её жизни не участвовал, не помогал, не навещал, фактически от неё отказался. Однако, выплаты на содержание ребенка не производились до 01.01.2005 по причине отсутствия статуса «ребенок без попечения родителей». Опекун истца ФИО4 неоднократно обращалась в органы опеки и попечительства г.Туринска Свердловской области по вопросу содействия в лишении родительских прав ФИО3, либо установлении статуса ребенка без попечения родителей, но орган опеки и попечительства бездействовал. Только решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 13.06.2013 истец была признана лицом из числа детей, оставшихся без попечения родителей до 18 лет. В ответе на обращение истца от 29.04.2021 Министерство социальной политики Свердловской области указало, что выплаты в период с 1994 года по 2004 год как ребенку под опекой истцу не назначались и не производились, поскольку её отец ФИО3 выразил добровольное согласие на передачу ребенка под опеку. По мнению истца, данный факт не может свидетельствовать о том, что она не являлась ребенком без попечения родителей. Напротив, тот факт, что её отец с момента передачи под опеку не помогал, не навещал, не участвовал в её жизни является подтверждением, что она фактически являлась ребенком без попечения родителей. В имеющемся в личном деле единственном акте контрольного обследования условий жизни и воспитания подопечного от 12.11.1998 указано, что отец ФИО3 с ребенком не проживает. Орган опеки и попечительства своим бездействием, выразившимся в отсутствии защиты прав ребенка (не было поставлено вопроса о лишении отца родительских прав, признании ребенком без попечения родителей) лишил истца положенных выплат как ребенку, оставшемуся без попечения родителей.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходил из того, что действующими в спорный период времени Положением о порядке выплаты денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством), утвержденным Приказом Минобразования РФ от 16.02.1993 № 50, Положением о порядке выплаты средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством), утвержденного приказом Министерства образования Российской Федерации от 19.08.1999 № 199 (утратил силу в связи с изданием Приказа Минобрнауки от 20.02.2008 № 63, действовал с 21.03.2000 по 25.03.2008) был установлен прямой запрет на назначение и выплату денежных средства на тех подопечных, родители которых могут лично осуществлять воспитание и содержание своих детей, но добровольно передают их под опеку (попечительство) другим лицам. В данном случае истец в установленном законом порядке, с добровольного согласия отца ФИО3 была передана под опеку своей бабушке ФИО4, с которой проживала и воспитывалась до достижения возраста 18 лет. Доказательств того, что опекун ФИО4 в спорный период не имела возможности в целях защиты прав несовершеннолетнего истца реализовать предоставленные законом ей права и обязанности (обратиться в суд с иском о лишении ФИО3 родительских прав, с иском о взыскании с него алиментов и т. д.), в материалы дела не представлено. Каких-либо жалоб на недостаточность денежных средств, а также сведений об отсутствии материальной помощи со стороны отца ФИО3 и доказательств невозможности с его стороны лично осуществлять воспитание и содержание своего ребенка, опекун ФИО4 в органы опеки и попечительства не предоставляла. Кроме того, как следует из протокола судебного заседания от 09.06.2022, третье лицо ФИО4 не оспаривала, что она взаимодействовала с органами опеки и попечительства, действий по лишению ФИО3 родительских прав не предпринимала, 10 лет не подавала на алименты, поскольку боялась ответных действий с его стороны. С учетом данного обстоятельства, судебная коллегия сочла несостоятельным доводы истца о незнании опекуном законов, неразъяснении ей органами опеки и попечительства права на подачу заявления на выплату денежных средств на содержание опекаемой, и пришла к выводу, что нереализация опекуном процессуальных прав не может быть поставлена в вину органам опеки и попечительства, то есть Администрации Туринского городского округа и Администрации Кировского района г.Екатеринбурга. Оснований полагать, что со стороны органов опеки и попечительства имеется вина в невыявлении истца как ребенка, оставшегося без попечения родителей до 18 лет, не имеется, совокупность условий для взыскания убытков не нашла свое подтверждение.

Как отмечено судом апелляционной инстанции, для получения денежных средств на ребенка именно опекун (попечитель) представляет в орган опеки и попечительства по месту жительства с опекаемым ребенком необходимый пакет документов в соответствии с требованиями Положения от 16.02.1993 № 50, и Положения от 19.08.1999 № 199, в том числе копии документов, подтверждающих факт отсутствия попечения над ребенком единственного или обоих родителей (решение суда о лишении родительских прав, свидетельство о смерти и т.п.). Опекун ФИО4 соответствующее заявление с приложением необходимых документов для назначения выплаты в орган опеки и попечительства не подавала, тогда как реализация опекуном права на получение денежных средств на содержание ребенка, оставшегося без попечения родителей, носит заявительный характер и производится до достижения ребенком совершеннолетия.

С учетом приведенных обстоятельств, предоставленные ФИО1 новые доказательства относительно того, что ФИО3 в спорный период не мог лично осуществлять её воспитание и содержание, не имел условий для этого, страдал <...>, не могут повлечь пересмотр апелляционного определения суда по вновь открывшимся обстоятельствам. Справка Управления социальной защиты населения Кировского района города Екатеринбурга от 20.06.2008 о том, что истец относилась к детям, оставшимся без попечения родителей, по мнению судебной коллегии, также не является основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам.

Заявляя о необходимости пересмотра судебного акта, ФИО1 указывает на то, что приведенные ею обстоятельства имеют существенное значение для дела, не были известны при вынесении апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения от 03.07.2023 об устранении описки).

Судебная коллегия полагает, что указанные ФИО1 обстоятельства по своей сути сводятся к несогласию с постановленным решением суда и установленными судом обстоятельствами при разрешении дела по существу, послужившими основанием для принятия такого решения.

Исходя из правового смысла ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пересмотр судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам направлен на выяснение судом существенных для дела фактических обстоятельств, способных повлиять на принятое решение, которые не были и не могли быть ему известны в силу того, что возникли после принятия судебного акта или не могли быть известны при рассмотрении дела.

Пересмотр судебного акта в порядке главы 42 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может являться скрытой формой его обжалования в вышестоящие судебные инстанции.

Приведенные нормы закона в единстве с актом их легального толкования предполагают, что в качестве существенных для дела обстоятельств могут рассматриваться исключительно юридические факты, входящие в предмет доказывания, а не новые доказательства по делу или обстоятельства, возникшие при исполнении судебного акта. Закон предполагает, что эти обстоятельства объективно имели место на момент рассмотрения дела и способны повлиять на существо принятого судебного постановления, но об их наличии не знал и не мог знать заявитель, а также суд при его вынесении.

Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для пересмотра апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 (с учетом апелляционного определения от 03.07.2023 об устранении описки) по вновь открывшимся обстоятельствам, поскольку перечисленные истцом обстоятельства по своей сути являются новыми доказательствами по делу, направленными на переоценку выводов, изложенных в данном апелляционном определении.

При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам.

Судебная коллегия отмечает, что сам по себе факт получения истцом новых сведений и доказательств после вынесения апелляционного определения, не свидетельствует о возникновении по настоящему делу вновь открывшихся обстоятельств, которые не были и не могли быть известны заявителю. Указанные доказательства могли и должны были быть получены заявителем в период разрешения спора по существу самостоятельно, а при невозможности самостоятельного получения таких доказательств имела право ходатайствовать перед судом об их истребовании.

С учетом изложенного указываемые заявителем обстоятельства не подлежат признанию вновь открывшимися, влекущими в соответствии со ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмену вступившего в законную силу решения суда, поскольку совокупность критериев, предусмотренных ч. 3 ст. 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствует.

Ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся или новым обстоятельствам только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления. Пересмотр судебных решений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам не может являться скрытой формой обжалования судебных постановлений.

Кроме того, следует отметить, что одним из принципов верховенства права является принцип правовой определенности, предусматривающий недопустимость пересмотра вступившего в законную силу судебного акта только в целях проведения повторного слушания по делу и получения лицом, участвующим в деле, нового судебного акта. Отклонение от данного принципа допустимо исключительно при наличии существенных и неоспоримых обстоятельств.

Таких обстоятельств заявителем в ходе рассмотрения дела не представлено, в связи с чем правовые основания для удовлетворения заявления отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 392, 224, 225 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

заявление ФИО1 о пересмотре апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.06.2023 по делу № 33-8102/2023 по вновь открывшимся обстоятельствам оставить без удовлетворения.

Председательствующий А.Е. Зонова

Судьи Ж.А. Мурашова

А.А. Пономарёва