Решение № 2-400/2025 2-400/2025~М-62/2025 М-62/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 2-400/2025

УИД №

Гражданское дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пос. Кавказский, КЧР дата года

Прикубанский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе: председательствующего – судьи Абазалиева А.К., при секретаре судебного заседания Шунгаровой А.Ю., с участием: представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО5, ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи, истребовании из незаконного владения жилого дома и земельного участка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО5, ФИО5, в котором просит: признать недействительным договор купли-продажи от дата жилого дома, площадью 99,9 кв.м., с кадастровым номером №, и земельного участка, площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес , заключенный между ФИО3 и ФИО4, ФИО1, действующей в своих интересах и интересах своих несовершеннолетних детей – ФИО5, ФИО5, ФИО5; истребовать из незаконного владения ФИО4, ФИО1 и несовершеннолетних ФИО5, ФИО5, ФИО5 в собственность ФИО3, жилой дом, площадью 99,9 кв.м., с кадастровым номером №, и земельный участок, площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенные по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес .

В обоснование заявленных исковых требований истец в исковом заявлении указал, что он является собственником жилого дома площадью 99,9 кв.м., с кадастровым номером №, и земельного участка, площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес . В июле 2019 года к нему обратилась его невестка (жена сына) Суфарна с просьбой переоформить на неё и её детей принадлежащий ему дом и земельный участок. На его вопрос, на каком основании он должен переоформлять свое имущество на нее она ему ответила, что это чистая формальность и никаких юридических последствий иметь не будет, а оформление имущества необходимо для получения льгот. Под уговоры сына и невестки, не осознавая правовых последствий, дата он подписал договор купли-продажи недвижимого имущества, а именно жилого дома площадью 99,9 кв.м, с кадастровым номером №, и земельного участка площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес . В момент подписания договора ответчики заверили его, что имущество будет переоформлено по его первому требованию. После подписания договора купли-продажи ничего не изменилось, он также проживает со своей семьей в принадлежащем ему доме, оплачивает налоги, коммунальные услуги. Ответчик ФИО1 со своими несовершеннолетними детьми в доме не проживает и прав на него не имеет. В настоящее время, в связи с преклонным возрастом, он обратился к нотариусу по поводу составления завещая, однако у нотариуса ему стало известно, что его дом по настоящее время оформлен на его сына, его детей и его бывшую супругу. дата его представителем в адрес ответчиков было направленно требование о немедленном переоформлении жилого дома и земельного участка, однако до настоящего времени его требование не исполнено, в связи с чем, он обратился в суд за защитой своих прав. Спорная сделка была совершена им под влиянием заблуждения, поскольку он заблуждался о последствиях сделки, не осознавал, что лишается единственного жилья.

В письменном заявлении ответчик ФИО4 указал, что признает исковые требования ФИО3 в полном объеме, просил принять признание иска. В заявлении указаено, что дата с ФИО3 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, а именно жилого дома площадью 99,9 кв.м, с кадастровым номером №, и земельного участка площадью 1901 кв.м, с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес . Данный договор купли-продажи был заключен формально, так как истец ФИО3 не имел намерения продавать свое домовладение и воли на отчуждения своего имущества не выражал. Договор купли-продажи был подписан истцом ФИО3 формально вследствие их уговоров, поскольку истец является его отцом и пошел им навстречу при реализации средств материнского (семейного) капитала, не осознавая последствий своих действий, полностью доверившись своему сыну и невестке. В доме, расположенном по адресу: Адрес , как проживали его родители ФИО3 и ФИО6, так и проживают, имущество они им не передавали, оплачивают коммунальные услуги и несут бремя содержания имущества, общего хозяйства с ответчиками не ведут. В связи с указанными обстоятельствами исковые требования ФИО3 он считает законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в письменном заявлении просила в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи от дата жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: КЧР, Адрес , и об истребовании данного имущества из чужого незаконного владения отказать по причине пропуска срока исковой давности. Срок исковой давности по заявленным требованиям истек не позднее дата , в связи с чем, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Представитель истца ФИО3 – ФИО7 в письменных объяснениях просил удовлетворить исковые требования, указав, что ФИО3 является фактическим собственником жилого дома площадью 99, 9 кв.м, с кадастровым номером №, и земельного участка площадью 1901 кв.м, с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес . В июле 2019 года к истцу ФИО3 обратилась его невестка (жена сына) Суфарна с просьбой переоформить на неё и её детей принадлежащий истцу на праве собственности жилой дом и земельный участок. На вопрос истца, на каком основании он должен переоформлять свое имущество на нее она ответила, что это чистая формальность и никаких юридических последствий иметь не будет, а оформление имущества необходимо для получения льгот, в частности для получения средств материнского (семейного капитала). Под уговоры сына и невестки, не осознавая правовых последствий, дата он подписал, как выяснилось в настоящее время, договор купли-продажи недвижимого имущества, а именно жилого дома площадью 99,9 кв.м, с кадастровым номером №, и земельного участка площадью 1901 кв.м, с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, Адрес . После подписания договора купли-продажи ничего не изменилось, истец также проживает со своей семьей в принадлежащем ему доме, оплачивает налоги, коммунальные услуги. Ответчик ФИО1 со своими несовершеннолетними детьми в доме не проживает, бремя содержания данного имущества не несет, общего хозяйства с истцом ФИО3 не ведет, соответственно прав на него не имеет. В настоящее время в связи с преклонным возрастом истец обратился к нотариусу по поводу составления завещания, однако у нотариуса ему стало известно, что его дом в настоящее время оформлен на его сына внуков и его бывшую супругу. дата представителем истца в адрес ответчиков было направленно требование о немедленном переоформлении жилого дома и земельного участка, однако до настоящего времени требование не исполнено, в связи с чем, ФИО8 был вынужден, обратится в суд за защитой своих прав. Спорная сделка была совершена истцом ФИО3 под влиянием заблуждения, поскольку он заблуждался о последствиях сделки, не осознавал, что лишается единственного жилья. Так, при подписании спорного договора купли-продажи от дата с истцом ФИО3 покупатели ФИО4 и ФИО1 намеренно умолчали об обстоятельствах, о которых они должны были сообщить при той добросовестности, какая от них требовалась по условиям оборота (ст. 179 ГК РФ); а именно: должны были сообщить истцу ФИО3 о том, что он не помогает покупателям в получении денежных средств в счет материнского (семейного) капитала, а лишается недвижимого имущества, что в данном случае не было сделано. Данное обстоятельство подтверждается заявлением ответчика ФИО4 о признании исковых требований истца ФИО3, из которого следует, что договор купли-продажи был заключен формально, в целях обналичивания материнского (семейного) капитала, так как истец ФИО3 не имел намерения продавать свое домовладение и воли на отчуждение своего имущества не выражал. Договор купли-продажи был подписан истцом ФИО3 формально вследствие их уговоров, поскольку он является его отцом и пошел им навстречу при реализации средств материнского (семейного) капитала, не осознавая последствий своих действий, полностью доверившись своему сыну и невестке. В доме, расположенном по адресу: Адрес как проживали его родители ФИО3 и ФИО6, так и проживают, имущество они ответчикам не передавали, оплачивают коммунальные услуги и несут бремя содержания имущества, общего хозяйства с ответчиками не ведут. В ходе судебного заседания судом установлено, что ответчик ФИО1 и её несовершеннолетние дети в спорном домовладении не проживают, данное обстоятельство подтверждается представленными в суд справками администрации сельского поселения, а также рапортом участкового. Также судом установлено, что бремя содержания спорного имущества несет истец ФИО3, что подтверждается представленными в суд квитанциями об оплате коммунальных услуг. Кроме того личных вещей и иного имущества ответчиков в доме истца не имеется. Таким образом, суду предоставлено достаточно доказательств, что исполнения оспоренного истцом договора купли-продажи от дата не было, фактическая передача указанного в этом договоре недвижимого имущества покупателям не производилась, оплаты этого имущества покупателями не было, предмет сделки в фактическое владение и пользование покупателей не переходил, бремя содержание этого имущества с момента его оформления в свою собственность покупатели не несли и не несут. В данном случае, не может быть проигнорирована воля продавца при заключении спорного договора купли-продажи недвижимости, так как продавец ФИО3 не выражал своей воли на продажу принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества и не осознавал, что при подписании спорного договора купли-продажи он теряет господство над недвижимым имуществом в момент продажи и не вправе далее определять своей волей юридическую судьбу недвижимости после продажи, поскольку он находился под влиянием заблуждения со стороны своих родственников. На изъявление воли продавца в такого рода сделках неоднократно обращает внимание Верховный Суд Российской Федерации, что является одним из основных условий отчуждения имущества. Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашли свое объективное подтверждение доводы истца ФИО3, о том, что договор купли-продажи от дата был заключен путем введения ответчиками истца в заблуждение насчет природы сделки, с целью завладения ФИО4, ФИО1 и их детьми недвижимым имуществом, принадлежащим истцу ФИО3 Исполнения оспоренного истцом договора купли-продажи от дата не было, фактическая передача указанного в этом договоре недвижимого имущества покупателю не производилась, оплаты этого имущества покупателем не было, предмет сделки в фактическое владение и пользование покупателя в связи с заключением договора не поступал, и покупатели бремя содержание этого имущества с момента его оформления в свою собственность не несли, истец узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, а именно о том, что он лишен владения после направления в адрес ответчиков претензии дата из отсутствия действий ответчиков по переоформлению имущества в его собственность. Таким образом, течение срока исковой давности, предусмотренного ст. 181 ГК РФ, началось с дата . В действиях ответчиков усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 159.2 УК РФ, - мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств или иного имущества при получении пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и (или) недостоверных сведений, а равно путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 просила в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать, применить к исковым требованиям ФИО1 последствия пропуска срока исковой давности.

В своих письменных объяснениях ФИО2 указала, что истцом не подтверждены доводы искового заявления, касающиеся введения его в заблуждение при заключении сделки. Данный довод опровергается, в том числе, согласием супруги на совершение сделки и поступлением на счет продавца денежных средств в счет продажи недвижимого имущества. Таким образом, для признания договора купли-продажи недействительным правовых оснований у суда не имеется. Что касается искового требования об истребовании из незаконного владения ответчика спорного имущества, то это в данном случае ненадлежащий способ защиты права, что также является основанием для отказа. Истребование имущества из чужого незаконного владения осуществляется путем предъявления иска в судебном порядке (виндикационный иск). Виндикационный иск – это иск собственника об истребовании вещи из чужого незаконного имущества. Лицо, обратившееся в суд с иском должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Как установлено судом и не оспаривается сторонами, что спорное имущество находится в собственности ответчика на основании договора купли-продажи, то есть речь не может идти об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Ни материалами дела, ни иными доказательствами доводы иска не подтвердились.

Истец ФИО3, представитель истца ФИО3 – ФИО7, ответчики – ФИО4, ФИО1, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – Управление Социального фонда России по КЧР, Управление Росреестра по КЧР, Филиал ППК Роскадастра по КЧР, Орган опеки и попечительства администрации Прикубанского МР КЧР, ФИО6, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, представителей не направили, сведений о причинах неявки суду не представили. Представитель истца ФИО3 – ФИО7, ответчик ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – Орган опеки и попечительства администрации Прикубанского МР КЧР, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4).

В силу пункта 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе судах, без специальных полномочий. Родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей (пункт 1 статьи 64, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей" лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям, в том числе на улучшение жилищных условий.

В силу пункта 1 части 1 статьи 10 Федерального закона "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

Жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению (пункт 4 статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года №256-ФЗ, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений).

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка является ничтожной.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с п. 3 ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно частям 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспариваемой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ответчики ФИО4 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке и являются родителями несовершеннолетних детей: ФИО 3, дата года рождения, ФИО 4, дата года рождения, и ФИО 22, дата года рождения.

дата между ФИО3 (продавцом) и ФИО1, ФИО4 (покупателями), ФИО5, ФИО5, ФИО5 (правоприобретателями) заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка.

Согласно условиям договора купли-продажи продавец продал, а покупатели вместе с правоприобретателями приобрели в равных долях в собственность жилой дом, общей площадью 99,9 кв.м., с кадастровым номером №, и земельный участок, общей площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенные по адресу: КЧР, Адрес (пункты 1,2 договора).

Согласно п. 4 договора отчуждаемые объекты оценивается сторонами и продаются за 700000 рублей, из которых земельный участок оценивается в 200000 рублей, жилой дом оценивается в 500000 рублей. Стоимость земельного участка в размере 200000 рублей оплачена за счет собственных средств покупателя до подписания договора. Расчет за дом производится следующим образом: часть суммы в размере 46974 рублей оплачена продавцу до подписания договора за счет собственных средств покупателя. Остаток суммы в размере 453026 рублей будет выплачена за счет средств материнского (семейного) капитала по государственному сертификату на материнский (семейный) капитал серия МК-8 №, выданному дата на основании решения Управления Отделения Пенсионного фонда РФ по КЧР в Адрес на счет продавца – ФИО3

Решением Управления Пенсионного фонда Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике от дата ФИО1 выдан государственный сертификат на материнский (семейный) капитал в связи с рождением второго ребенка ФИО5

дата ФИО1 подано заявление о направлении средств материнского (семейного) капитала на оплату приобретаемого жилого помещения – жилого дома, расположенного по адресу: КЧР, Адрес , в размере 453026 рублей.

Территориальным органом Пенсионного Фонда России дата заявление о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий в сумме 453026 рублей удовлетворено, произведено перечисление денежных средств в размере 453026 рублей платежным поручением № от дата на счет продавца ФИО3

дата на основании договора купли-продажи зарегистрировано право общей долевой собственности ответчиков ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО5, ФИО5 по 1/5 доли на жилой дом, общей площадью 99,9 кв.м., с кадастровым номером №, и земельный участок, общей площадью 1901 кв.м., с кадастровым номером №, расположенные по адресу: КЧР, Адрес .

Истец ФИО3 просит признать договор купли-продажи от дата недействительным, ссылаясь в исковом заявлении и письменных объяснениях на положения ст.ст. 170, 177, 178, 179 ГК РФ, указывая, что спорная сделка была совершена им под влиянием заблуждения, поскольку он заблуждался о последствиях сделки, не осознавал, что лишается единственного жилья. К нему обратилась его невестка (жена сына) ФИО1 с просьбой переоформить на неё и её детей принадлежащий истцу на праве собственности жилой дом и земельный участок, объяснив, это «чистая формальность» и никаких юридических последствий иметь не будет, а оформление имущества необходимо для получения льгот, в частности для получения средств материнского (семейного капитала). При подписании спорного договора купли-продажи покупатели ФИО4 и ФИО1 намеренно умолчали об обстоятельствах, о которых они должны были сообщить при той добросовестности, какая от них требовалась по условиям оборота - должны были сообщить истцу ФИО3 о том, что он не помогает покупателям в получении денежных средств в счет материнского (семейного) капитала, а лишается недвижимого имущества, что в данном случае не было сделано. Он не имел намерения продавать свое домовладение и воли на отчуждение своего имущества не выражал.

Применительно к рассматриваемому спору, исходя из вышеприведенных норм закона, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 170, 177, 178, 179 ГК РФ, возложено на истца ФИО3, который не представил достаточных, достоверных и допустимых доказательств, свидетельствующих о заключении им договора купли-продажи под влиянием заблуждения, обмана, нахождения последнего в момент заключения спорного договора в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, а также доказательств мнимости сделки.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении договора купли-продажи, истцом не представлено.

Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны (или сторона) не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Мнимость сделки вызвана расхождением воли и волеизъявления, объектом мнимой сделки являются правоотношения, которых стороны стремятся избежать, целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей.

Судом установлено, что намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно, содержание договора позволяло истцу оценить природу и последствия совершаемой сделки, доказательств того, что волеизъявление истца, выраженное в договоре купли-продажи, не соответствовало его действительным намерениям, суду не представлено.

Договором купли-продажи и платежным поручением № от дата подтверждается получением истцом денежных средств по договору купли-продажи в полном объеме, то есть в размере 700000 рублей, имущество было передано покупателям и правоприобретателям, которые зарегистрировали право общей долевой собственности на него.

Каких-либо допустимых доказательств, указывающих на то, что в момент совершения сделки истец не был способен понимать значение своих действий и не имел намерения на отчуждение жилого дома и земельного участка, со стороны истца в суд не представлено.

Суду также не представлено доказательств о заключении ФИО3 договора купли-продажи под влиянием заблуждения.

В содержании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома четко определено правовое положение сторон как продавец, покупатель и правоприобретатели, указан предмет договора, следует, что сторонами и заключается договор купли-продажи жилого дома и земельного участка.

Основание недействительности сделки в контексте ст. 179 ГК РФ предполагает, что обман характеризуется несоответствием воли волеизъявлению в сделке, а также умышленное введение стороны в заблуждение приобретает юридическое значение тогда, когда к нему прибегают как к средству склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у другой стороны не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

Истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств того, что ответчики совершили умышленные действия, следствием которого стало ложное представление истца о характере совершенных им действий по заключению договора купли-продажи.

То обстоятельство, что истец продолжает проживать в жилом доме, оплачивает коммунальные платежи, подтвержденное представленными им доказательствами, не опровергают вышеизложенные выводы суда, поскольку ФИО3 является близким родственником покупателя ФИО4 (отцом) и правоприобретателей ФИО5, ФИО5, ФИО5 (дедушкой). Ответчики ФИО1, ФИО5, ФИО5, ФИО5 зарегистрированы с дата по месту жительства по адресу: КЧР, Адрес .

Кроме того, реализация прав собственника не поставлена в зависимость от фактического использования жилого помещения для целей проживания.

Таким образом, оснований для признания спорного договора недействительным (ничтожным) в судебном заседании не установлено.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, разрешается в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

Поскольку не имеется оснований для признания договора купли-продажи недействительным, применении последствий его недействительности, отсутствуют основания для истребования жилого дома и земельного участка из владения ответчиков.

Ответчиком ФИО1 при рассмотрении дела заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 197 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

По общему правилу срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет 3 года (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Моментом начала течения срока исковой давности для стороны сделки является момент, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). Для иных лиц, не являющихся стороной сделки, срок начинает течь со дня, когда оно узнало или должно было узнать о начале исполнения сделки.

На основании пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку судом установлено, что исполнение договора купли-продажи началось в день его заключения, то есть с дата , когда истец, являющийся стороной сделки, должен был узнать о предполагаемом нарушении своих прав, суд приходит к выводу о том, что с учетом положений ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности подлежит исчислению с дата .

Учитывая, что сделка исполнена сторонами, при этом, о заключении договора купли-продажи с ответчиками ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО5, ФИО5 истцу ФИО3 было известно с момента совершения данной сделки, на момент обращения в суд с настоящим иском (дата ) срок исковой давности истек.

В связи с чем, суд полагает, что в удовлетворении исковых требований ФИО3 надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО9 ФИО 23 к ФИО9 ФИО 24, ФИО9 ФИО 25, ФИО9 ФИО 26, ФИО9 ФИО 28, ФИО9 ФИО 27 о признании недействительным договора купли-продажи, истребовании из незаконного владения жилого дома и земельного участка, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Прикубанский районный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Мотивированное решение в окончательной форме составлено 08 сентября 2025 года.

Судья А.К. Абазалиев